Somebody Once Told Me...

Несмотря на то, что дни тянулись бесконечно долго, месяц прошёл намного быстрее предыдущих трёх — по крайней мере, для Лань Ванцзи. Изначально они планировали приехать в Юньмэн всего на неделю, но в итоге, под разными предлогами, остались здесь на весь декабрь. Вэй Ин удивился, когда Ванцзи сам настоял на том, чтобы не уезжать, пока Вэнь Цин не скажет, есть ли способ, но… Как мог Лань Чжань не настоять? Даже если самому через неделю-полторы становится безумно тесно в коридорах дворца и между домов на улице, как он мог позволить Вэй Ину куда-либо уезжать по неровной дороге в этой открытой всем снегам карете?.. Благо, Хуайсан не стал задерживаться с ними. В Цишани зимы были теплее, колдун предпочёл сбежать обратно — по крайней мере, кто-то сказал Сичэню и остальным, что с эльфом и принцем всё в порядке, и когда именно они собираются вернуться. Вэй Ин не сказал никому ни слова, Ванцзи и Вэнь Цин тоже молчали — но было видно, что родня что-то заметила. Вэй Ин пока что не сменил одежду на более свободную, и под плотно обхватывавшим талию широким поясом постепенно начинало проступать что-то, похожее на последствия пиров, сытных ужинов и ночных перекусов, а Лань Ванцзи стал совсем неразговорчивым и опекал своего мужа слишком сильно, едва не нося на руках по лестницам. И пусть никто не мог даже подумать о настоящей причине такого поведения, игнорировать его было очень сложно. Вэнь Цин почти заперлась в кабинете — это тоже было странным, но никто не связывал её поведение с Вэй Ином и его супругом. Ведьма, кажется, ушла от вопросов какими-то словами про «важные эксперименты». Она часто осматривала принца, то тихо в его комнате, то, для большей скрытности, в своём кабинете, но на все вопросы так и продолжала отвечать уклончиво и с осторожностью. Никакими словами было не передать, как сильно Лань Чжань волновался за Вэй Ина. Шёл декабрь, близился Новый год. Снега в Юньмэне было больше, чем в Цишани, но он был мягким и не таким уж холодным, снежки легко лепились голыми руками. В город постепенно приходило праздничное настроение, Вэй Ина тянуло на улицу, побросаться в последнее время слишком серьёзного супруга снежками и напиться в таверне горячего пряного вина — однако на этот раз Лань Ванцзи никак не мог позволить ему делать это. Только совсем немного — холод мог навредить принцу, в тавернах было слишком много людей, хоть один из них мог нечаянно заметить его странный живот, да и с вином Вэнь Цин пока что запретила перебарщивать. Ванцзи носил к ним в комнату все не запрещённые ведьмой блюда, какие хотел муж, сам заплетал его волосы, даже помогал купаться. Поначалу Вэй Ин, не знавший о беременности буквально никаких подробностей, ласково посмеивался над своим чересчур переживающим эльфом, но когда к концу месяца у него начала побаливать спина, наконец осознал, что к концу срока вообще мало что сможет делать без Лань Чжаня. Если бы эльфы могли поседеть, на голове Ванцзи за этот месяц однозначно бы добавилось серебристых волос. Спал он тоже совсем мало — не столько из-за Вэй Ина, сколько из-за бесконечных «что если», крутившихся в голове днями напролёт. Что если они тянут слишком долго? Что если Вэнь Цин найдёт способ, но тот не сработает в решающий момент? Что если даже избавиться от этого ребёнка будет небезопасно?.. С того дня, как они встретились, Вэй Ин часто был в опасности — из-за огромного волка в башне, разбойников в лесу, действительно серьёзных угроз в лице Вэнь Чао или Цзинь Гуаншаня. Но тогда Лань Чжань знал, как его защитить. Это были опасности, которые можно было ударить, от которых можно было оттолкнуть Вэй Ина или хотя бы закрыть его собой. Но от того, что случилось сейчас… Было не защитить. Никак. Вэй Ин относился к своему здоровью с привычной халатной лёгкостью, но Ванцзи слишком хорошо понимал — скоро ребёнок начнёт причинять принцу боль, на которую эльф никак не сможет повлиять. Традиции эльфов сильно отличались от людских. Новый год, например, у них наступал позже, он знаменовал последний день холодов, а подарками в понимании людей никто не обменивался — только пожелания, истории и небольшие предметы, ценность которых была не в стоимости, а символизме, связанные с циклами природы, ростом и обновлением. Но если говорить про людской Новый год… Единственное, чего Лань Чжань хотел бы от Вэй Ина — чтобы тот был в порядке. Сегодня Вэнь Цин через слуг передала, чтобы они зашли к ней. Изначально они договаривались прийти к ведьме на пару дней позже — но раз она позвала их раньше, возможно, что-то произошло. И Вэй Ин думал, что подруга действительно придумала какой-то способ, чтобы не избавляться от детей. Лань Ванцзи просто надеялся, что произошедшее не было чем-нибудь плохим. В любом случае, после обеда, на котором братья-принцы снова о чём-то повздорили и Цзян Чэн впервые ляпнул что-то про то, что у брата уже живот вздулся от острой еды, супруги поспешили к Вэнь Цин. Кабинет снова встретил мягким светом, множеством свитков, зелий, заметок, какой-то клеткой на столе и заранее освобождённой от всего этого скамьей с высокой подушкой. — Вэнь Цин! — принц быстро затащил Лань Чжаня внутрь. Всю недолгую дорогу по коридорам эльф то спрашивал, не тяжело ли ему идти, то норовил придержать под руку, то просто смотрел так взволнованно, что Вэй Ину хотелось принципиально подняться по лестнице бегом, лишь бы муж увидел, что повода нервничать нет, — но, сделав это, юноша понял, что добился только одышки, пусть и не сильной, которую теперь приходилось скрывать и от эльфа, и от ведьмы. — Что такое, что ты хотела сказать? Ты… Ты нашла решение?.. Быстро закрыв за ними дверь, Вэнь Цин серьёзно обернулась. — Садитесь. Да, кажется, я придумала. Но… — Правда? — серые глаза принца тотчас загорелись. — Я же говорил, что ты сможешь, Вэнь Цин! Так… Если сейчас почти прошёл четвёртый месяц, то это ещё пять потерпеть, и у нас будет… — Дай мне договорить, — ведьма скрестила руки на груди. — И вообще — садись, говорю, снимай рубашку! Вэй Ин надул губы, но сел, позволив Лань Чжаню самому бережно снять с себя жилет и расстегнуть красную рубашку. Теперь он не мог не замечать свой живот, и без одежды становилось понятно, что это точно не от переедания, — но, к счастью, Вэй Ин не мог даже представить ситуацию, в которой в ближайшее время окажется перед Цзян Чэном, Яньли, королём Фэнмянем или, упаси боже, Юй Цзыюань вот так же без рубашки. Вэнь Цин, тем временем, подошла к столу. Оказалось, что в стоявшей на нём небольшой клетке лежала белая ухоженная крыса в окружении крошечных лысых или почти лысых комочков, — детёныши, некоторые почему-то чуть подросшие. — Честно говоря, это пришло мне в голову почти сразу, как мы узнали, — ведьма открыла клетку, аккуратно отцепив детёнышей от крысы, и бережно вытащила ту наружу. — Я не говорила, потому что у меня… Ничего не получалось. Но день назад… Подойдя к Вэй Ину и Ванцзи, девушка присела на скамейку рядом с принцем и перевернула крысу, аккуратно показав им её живот. Внизу, среди светлой шерсти, красовалась небольшая полоска голой кожи, а на ней — ещё не заживший, но аккуратно зашитый горизонтальный шрам. Пару мгновений Вэй Ин смотрел с обычным интересом… но после в расширившихся серых глазах блеснуло осознание. — Вэнь Цин, ты хочешь… — Так делают в крайних случаях. Обычно мать не выживает, это только чтобы спасти детей, и предыдущие крысы у меня тоже умирали. Крысята, которые в клетке, почти все они — те, кто остался от прошлых крыс. Но… Эта выжила, — ведьма аккуратно положила крысу себе на колени, всё ещё поддерживая руками. — Хоть и с трудом. У меня получилось, так что… Вэй Ин переглянулся с Лань Ванцзи. На первый взгляд, это звучало совершенно безумно — позволить разрезать себе живот и надеяться, что выживешь и ты, и дети. Но… Крыса правда была живой. Она выглядела неплохо, хоть и явно ослабела, а кучка самых маленьких и лысых детёнышей, стоило Вэнь Цин вернуть их приёмную маму в клетку, бодро начала тыкаться ей в живот, ища молоко, — и, кажется, крысе это не вредило. В светлых глазах Лань Чжаня всё равно было ясно заметно сомнение — крыса не человек, к тому же, это первый, лишь один удачный случай, мало ли что может случиться в итоге!.. Однако… Серые глаза Вэй Ина, стоило немного обдумать новость, загорелись явным интересом. — Ага… То есть, теоретически, ты можешь просто усыпить меня или вроде того, когда придёт срок, потом достать его, — принц слегка похлопал себя по животу, — и дело с концом?.. — Вэй Ин… — Ванцзи встревоженно положил руку на плечо супругу. Тот вздохнул. — Да ладно, Лань Чжань, не волнуйся, — принц оставил на щеке эльфа игривый поцелуй. — Может же сработать! — То, что у меня получилось, не значит, что я уверена, — заперев клетку, Вэнь Цин вновь обернулась к ним. — Мне надо больше времени. И если вдруг окажется, что ничего не выйдет, мы уже не сможем избавиться от детей. К тому же… Чёрт, ложись уже, мне в любом случае надо тебя осмотреть… — Ой, да, — Вэй Ин закинул ноги на скамью. Ванцзи тотчас положил руку ему на спину, явно намереваясь помочь лечь. — Ха-ха, Лань Чжа-ань, перестань, я правда могу всё делать сам… — На девятом месяце ты не сможешь делать вообще ничего, — фыркнула Вэнь Цин. Склонившись над другом, она положила руки на его живот. — Так что я говорила… К тому же, для ребёнка подобная операция тоже может быть опасной. Вэй Ин, у этой крысы было семь детёнышей, а выжило лишь двое. Кто-то просто мертворождённый, но кто-то и по моей вине. Конечно, мне было сложно из-за её размера, может, на крупном скоте, а после — человеке, получится лучше. Но всё же, предупредить должна, — пальцы ведьмы методично прощупали живот. — Если ребёнок всё равно умрёт, я с таким же успехом могу сделать это сейчас, не мучая тебя до девяти месяцев… Чёрт, да что с твоим животом, мне казалось, он должен быть… — Выжило двое из семи, и некоторые умерли сами? — принц приподнял брови. — Вэнь Цин, мне кажется, для первой успешной попытки это наоборот хорошо! Эй, Лань Чжань, эта крыса так пострадала из-за меня, мне кажется, мы просто обязаны оставить её себе, ха-ха… Вэнь Цин, я правда гораздо больше этой малышки. И это всего один ребёнок, я не верю, что ты не справишься… Глаза ведьмы вдруг резко расширились. Отстранившись от Вэй Ина, она с тяжёлым вздохом закрыла лицо рукой. — О боже, — Вэнь Цин покачала головой. Лань Ванцзи перевёл на неё взволнованный взгляд. — Ну конечно. А я-то думаю, почему у тебя такой живот… — Что ещё случилось?! — принц обескураженно поднял брови. — У тебя хорошие мышцы, живот не должен был быть настолько заметным всего-то на четвёртом месяце, — Вэнь Цин устало отняла руку от лица. Кажется, после бессонных ночей и опытов над крысами она уже ничему не удивлялась — просто готовилась не спать ещё дольше. — Я думала, ты сможешь прятать его вплоть до шестого, но он слишком большой. Боже, какая я дура, почему я не поняла сразу… Лань Ванцзи, что ты с ним, чёрт возьми, сделал?.. Взгляды эльфа и принца стали ещё более недоуменными. Тяжело вздохнув, ведьма наконец объяснила: — У тебя двойня, идиот. Вэй Ин вытаращил глаза. — У меня что?!.. Ты серьёзно?.. Двойняшки?! Это… — И не надо радоваться! — слегка повысила голос Вэнь Цин. — Мы тут с одним ребёнком не знаем, как быть, а это… — О Господи, Лань Чжань!!!.. Будто и не слыша, что сказала подруга, Вэй Ин порывисто привстал и, вместо того, чтобы вскочить самому, обвил руки вокруг шеи Лань Ванцзи и со смехом утянул его на себя. В глазах эльфа мелькнул ужас, когда он, не устояв на ногах о неожиданности, едва не навалился супругу на живот. — Целых двое, Лань Чжань! Прямо как наших кроликов, ха-ха… — принц явно даже не пытался думать, как всё это отразится на его здоровье. В этом плане Лань Ванцзи был больше солидарен с помрачневшей Вэнь Цин, но… Вэй Ин был таким счастливым… — Лань Чжань, признавайся, у вас в семье где-то были близнецы? И эй, они будут больше эльфами или людьми… Вот бы у кого-то из них, были твои глаза, Лань Чжань! Как думаешь, мальчики или девочки? О-о-о боже, а может мальчик и девочка, это было бы лучше всего!.. — Вэй Ин, отпусти его! — Вэнь Цин отодвинула Лань Ванцзи, вновь принимаясь за чужой живот. — Дурная голова, ты за месяц не понял, что ты беременный, или как? Я сказала, ты ничего не сможешь делать на девятом месяце — поздравляю, с двойней ты ничего не сможешь уже на седьмом! Вэй Ин… — она вздохнула. — Кажется, ты не собираешься от них избавляться, да?.. Подумай ещё, пока не поздно, раз их двое, то и проблем вдвое больше, я всё ещё не обещаю, что у меня получится, и даже до родов может случиться что-то… Вэй Ин устало откинул голову на подушку, снизу вверх взглянув на Лань Чжаня. Тот молчал, но взгляда светло-золотых глаз было достаточно, чтобы понять, о чём он всё это время думал. — …Есть способ, — уже куда более серьёзно произнёс принц. — И есть пять месяцев, чтобы его усовершенствовать, а когда я скажу дяде Фэнмяню, не придётся делать это тайно, будут помощники, нужные инструменты, ингредиенты и так далее. Ты тоже… всё ещё считаешь, что лучше не пытаться?.. Прикрыв на миг глаза, Лань Чжань опустился на колени рядом с Вэй Ином и бережно провёл рукой по его волосам. — …Я не знаю, — знать было и невозможно. — Но что бы ты ни решил, я буду рядом. Вэй Ин улыбнулся, протянув руку и погладив мужа по щеке. Лань Чжань всегда был таким — доверял ему, а потому позволял делать всё, что хотелось, полностью взваливая заботы о безопасности на себя. Да, способ пока что не был совершенным, даже если Вэнь Цин отработает всё до автоматизма риски по прежнему были велики, — но он был. К тому же… С таким мужем, как Лань Чжань, было совершенно не страшно рожать любым невозможным способом. Ведьма, глядя на то, какими взглядами обмениваются эти двое, лишь устало закатила глаза. — Уже всё решил? Вэй Ин, не отводя глаз от Ванцзи, уверенно закивал. — Ладно… Тогда слушай, — кивнув Лань Ванцзи, чтобы застёгивал рубашку своему беременному недоразумению, девушка встала со скамьи. — Спишь много и на боку, в том числе днём. Ешь чаще, но меньшими порциями, — никакого перца и других острых приправ, и только попробуй пить, как раньше, — тебе нужна вода, а не вино. Гулять можно, даже нужно, но не торопясь и с отдыхом. И в тёплой одежде, не вздумай ничего себе застудить! Никаких скачек, никаких тренировок с мечом, танцев или резких движений. Все тяжести за тебя носят слуги или Лань Ванцзи. Не смей сейчас надевать обратно этот пояс, он слишком тугой. Вообще не носи ничего, что давит на живот. Никаких долгих горячих ванн, в принципе следи, чтобы не было чересчур жарко, высокие температуры могут навредить. И даже думать мне не смей о том, чтобы заниматься чем-либо с Лань Ванцзи! Девушкам можно, но вам двоим — нет, понял?! Вэй Ин вытаращил глаза. — Какого чёрта, Вэнь Цин?! Мне хотя бы дышать можно?!.. — Глубоко, спокойно, позже может быть одышка, — отрезала Вэнь Цин. — Хотя, я бы сказала, точно будет, с двойней-то и твоим телом. И Вэй Ин… Как только расскажешь остальным, я скажу им, почему тебе нельзя нервничать, чтобы королева и Цзян Чэн не начали ничего тебе говорить. И если будет острая боль в животе, головная боль, если дети, как начнёшь их чувствовать, вдруг не будут двигаться слишком долго или… Не знаю, откуда, но будет кровь… — девушка, говоря с Вэй Ином, серьёзно посмотрела на Лань Ванцзи — будто и не надеясь на то, что принц выслушает достаточно серьёзно и внимательно. — Ко мне, живо. В любое время суток. Вэй Ин застонал, застёгивая жилет. — Ох... Ты слишком сильно переживаешь! — он поднялся со скамьи, небрежно откинув назад длинные волосы. — Да что вы с Лань Чжанем, в самом деле… Эй, я здоровый взрослый парень, меня правда не надо опекать как ребёнка! Точнее, мне нравится, когда Лань Чжань так делает, но не когда он ещё и нервничает в придачу!.. — Ты совсем дурак? — Вэнь Цин скрестила руки на груди. — Вэй Ин… Здесь три сердца — твоё и… Их, — она коротко взглянула на живот друга. — Что будет с твоим — проблема Лань Ванцзи, а я должна позаботиться об оставшихся двух. И ты тоже должен о них заботиться, если хочешь, чтобы вы все дожили до родов. Придержав Вэй Ина за плечи, Лань Чжань коротко кивнул. — Я присмотрю за ним. Вэй Ин фыркнул, прижавшись к Ванцзи спиной. Вэнь Цин только рукой махнула, — по крайней мере, хоть на кого-то из этой парочки можно было положиться. — Когда собираешься рассказать? — Ну… — принц немного задумался. — Скоро Новый год, Цзян Чэн и дядя Фэнмянь только-только привыкли звать меня мужчиной, так что, может, после… — До него почти неделя, — брови девушки нахмурились. — А в твоём положении, каждая неделя на счету, если не забыл. — Ох, ладно, ладно, — вздохнул Вэй Ин. — Скажу… Завтра. Да, чтобы успели это обдумать. Эй, Лань Чжань! — он обернулся к мужу, лукаво сверкая глазами. — Представляешь лицо Цзян Чэна, когда я скажу, что он скоро станет дядюшкой, а-ха-ха!.. *** Обеды и ужины давно стали спокойными — ничего похожего на самый первый совместный ужин в Юньмэне. Иногда королева Юй из-за чего-то ругалась на Фэнмяня, иногда Цзян Чэн и Вэй Ин спорили и дразнили друг друга, но Лань Ванцзи научился не слышать ничего, кроме голоса супруга и фраз, обращённых непосредственно к нему. Яньли немного расстраивалась, когда спорили родители, но вот на проделки братьев лишь улыбалась, — если они вдруг забудутся, достаточно пары её фраз или почищенных фруктов, чтобы оба вмиг замолчали, как провинившиеся щенки. — Эй, это был мой пирог! А ну отдай! — Цзян Чэн попытался дотянуться до хохотавшего брата через стол. — А вот и нет, кто первый взял — того и пирог! — Вэй Ин показал ему язык. — Ах ты!.. — Осторожнее, — Лань Ванцзи с лёгкой тревогой посмотрел на Вэй Ина, когда тот слишком резко отстранился от руки Цзян Чэна. Принц лишь махнул рукой, безмолвно говоря, что всё в порядке. — Не ссорьтесь, — Яньли с улыбкой протянула брату свой, пока не тронутый кусок. — Вот, Чэн, тут ведь есть ещё. — Ешь ты, — проворчал Цзян Чэн. — Яньли, хватит кормить этих бестолочей! — фыркнула королева Юй. Но Яньли всё равно положила пирог на чужую тарелку. Она просто возьмёт себе другой. Цзян Чэн закатил глаза. — Эй, это из-за тебя сестра съест меньше! Слышишь, Ин? — Значит, отдам ей весь свой десерт завтра, — Вэй Ин с видом победителя откусил украденный из-под носа брата кусок пирога. — Мне, может, нужнее, чем тебе! — Очень нужнее. Да у тебя пояс толком не затянут, а сидит плотно! — мстительно хмыкнул принц. — Признавайся, совсем наелся за этот месяц? — Чэн, — покачал головой Цзян Фэнмянь. Вэй Ин же, неспешно жуя пирог, поднял глаза к потолку. — А вот и нет, я не толстый, — никак не меняясь ни лицом, ни голосом, принц легко добавил: — Я беременный. А у тебя какие оправдания?.. — Да-да, у тебя тройня на девятом месяце, — проворчал Цзян Чэн, закатив глаза ещё сильнее. Лань Ванцзи же медленно повернулся к супругу. — А я женился на осле. — Вообще-то на четвёртом. Ну, почти на пятом, — всё с таким же непроницаемым лицом поправил его брат. — И я ни за что не позволю тебе выбрать имя, даже не надейся. У твоих собак были абсолютно кошмарные клички! Губы Цзян Фэнмяня тронула улыбка. — Ин, перестань. Чэн, не ссорься с братом. — Но я серьёзно, дядя Фэнмянь, — принц потянулся к бокалу, наполненному, вопреки обыкновению, простой водой. — Ин, о чём ты говоришь?.. — Яньли слегка нахмурилась, единственная здесь заподозрив неладное. Подняв бокал, Вэй Ин сделал несколько щедрых глотков. Последние дни правда хотелось много пить, но зато его перестало тошнить, — семья давно не беспокоилась, что что-то не так. — Я беременный, — поставив бокал, спокойно произнёс Вэй Ин. — Двойней. Уже на четвёртом месяце. От Лань Чжаня… Ну, от кого ещё. Спросите Вэнь Цин, если не верите. На несколько секунд за столом повисла тишина. Все взгляды устремились на Вэй Ина, а после медленно перешли на Лань Ванцзи. Эльф с тихим вздохом закрыл лицо рукой. Когда сегодня утром Вэй Ин пообещал ему, что всё расскажет за семейным ужином, он представлял это совершенно не так. — …Ты… Что? — осторожно уточнил Цзян Фэнмянь. — Вэй Ин, ты так долго просил нас называть тебя мужчиной. А теперь хочешь, чтобы мы снова стали звать девушкой? Ты мог сказать это по-другому… — Да нет, дядя Фэнмянь, — принц тяжело вздохнул. — Я мужчина. Просто после того бала в конце лета, когда мы с Лань Чжанем приехали впервые… Ну, не важно. Я мужчина. И я беременный. Буквально. В тишине раздался стук куска пирога о тарелку. Окаменев, Цзян Чэн уставился на брата совершенно круглыми глазами. — …Чего?.. — едва выдавил он. Вэй Ин слегка раздражённо закатил глаза. Сколько раз он должен повторить слово «беременный», чтобы они поняли, в чём дело?.. — Я же сказал, я… — Так, — вздёрнув бровь, Юй Цзыюань отпила вино из своего бокала. — Ну-ка встань. Подумав один миг, Вэй Ин предпочёл не спорить и, под пристальным взглядом Ванцзи, аккуратно встал. — Хм… Натяни одежду, — ещё раз коротко приказала госпожа Юй. Вэй Ин правда сегодня сильно расслабил пояс — точнее, Лань Чжань расслабил, не слушая пререканий, — поэтому живот всё ещё можно было принять за обычную полноту. Пару мгновений спустя, вся семья уставилась на живот под натянутыми за спиной жилетом и рубашкой. Он действительно был слишком упругим. — …Оу. Так мне не показалось, что он был каким-то странным, — королева Юй иронично подняла брови. — Каких ещё проблем нам ждать от вас двоих?.. — Да невозможно! — Цзян Чэн невольно вскочил с места, всё ещё прожигая уже севшего обратно брата взглядом. — А по-моему, это замечательно, — негромко вмешалась Яньли, улыбаясь брату и его мужу. — Вэй Ин ведь хотел детей, так что это настоящее чудо! — Да не может такого быть! — в отчаянии воскликнул Цзян Чэн. — Ты… Ты… Матушка, да это не может быть… — Уж я-то получше вас всех должна знать, как должен в таком положении выглядеть живот, — осадила королева сына. — Что же, я обещала лишить наследства того, у кого первого появятся дети? Повезло вам двоим, что ему я и так не собиралась ничего оставлять. — Моя госпожа… — Фэнмянь всё ещё обескураженно повернулся к супруге. — Как ты можешь так… — А что? Опять слишком спокойная? — Цзыюань коротко усмехнулась. — Ну забеременел и забеременел, что хочет, медаль? Судя по тому, что Вэнь Цин знает, она уже придумала способ достать из него детей, так что волноваться? Главное — чтобы его дети пошли в другого отца и не позорили нашу семью! Губы Вэй Ина почему-то растянулись в облегчённой улыбке. — Я в вас не сомневался, королева Юй! — Молчать, — брови королевы раздражённо нахмурились. — К слову, в платье с животом гораздо удобнее. Не хочешь снова переодеться?.. — Моя госпожа, — вздохнул Цзян Фэнмянь. Цзыюань лишь хмыкнула, вернувшись к трапезе. — …Что же, это… Очень неожиданная новость, — король аккурато покосился на названого сына, и ещё аккуратнее — на сидящего с нечитаемым выражением лица Лань Ванцзи. — Я схожу к Вэнь Цин после ужина, надеюсь, она объяснит, как это произошло и что именно она собирается делать… — плечи Вэй Ина слегка напряглись. Заметив это, Ванцзи поспешил положить ладонь поверх его руки. — А ты отдыхай. Говори, если тебе что-то нужно, и… Было очевидно, что король всё ещё слишком шокирован, чтобы подбирать слова. Вэй Ин украдкой фыркнул, отвернувшись… Но тут же увидел совершенно непередаваемое лицо Цзян Чэна. На этот раз незаметно рассмеяться не получилось. — Ха-ха, Чэн, ты будто съел мой острый суп! — по крайней мере, Вэй Ин постарался смеяться потише. — Что, дядюшка, чувствуешь себя стариком? Если боишься детей, могу давать их только Яньли! — Заткнись ты! — уголки глаз Цзян Чэна слегка покраснели. — Ты… Ты меня своими «сюрпризами» в могилу сведёшь! Ты и твой эльф!.. — На Лань Чжаня не ругаться, мне нервничать нельзя, — заметил принц. — А то сам будешь таскать меня на руках по лестницам! Цзян Чэн медленно перевёл взгляд на Лань Ванцзи. Тот только вздохнул, прикрыв золотые глаза. Что же, это было гораздо лучше, чем четыре месяца назад. Принцесса Яньли была явно рада за названого брата, а принц Цзян Чэн даже ни на кого не наорал. Лань Чжаню было дело до их реакции лишь потому, что она была важна Вэй Ину, — его заботило только состояние супруга. Пока что надо было обеспечить Вэй Ину отдых и покой, проследить, чтобы он достаточно ел и не носил по привычке давящую одежду, помогать ему с тяжестями и не давать спорить с братом. А дальше… Ох… Что же будет дальше.