Одна жизнь на двоих

      У Тимура не было желания и сил искать новое жилье, он остался в доме Артура.       Тимур занял комнату на втором этаже, распаковал вещи. Он прошелся по округе, сбрил щетину, почитал книгу, выпил шпинатное зелье, поспал, поел, выпил шпинатное зелье.       Он не мог открыть распечатки, оставленные эльфом. Тимур смотрел на стопку листов с важной информацией и понимал — ему в тягость предстоящие перемены, объединение оборотней и эльфов.       — Привет, волчара. Ещё не читал? — спросил Артур и сел на диван рядом.       Тимур отрицательно помотал головой.       — Предлагаю развеяться. Ты только ешь и спишь. Ай, взбодрись! Давайте вечеринку устроим. Здесь, в доме, — неожиданно предложил Даниил.       — Согласен! — выкрикнул возбужденно Тимур и вернул распечатки на стол. — Волчиц красивых пригласим, выпивка за мой счёт, на вас — еда и веселье.       Даниил после слов о волчицах расстроился, но не подал виду и кивнул. Артур ухмыльнулся и дал разрешение на вечеринку.       Тимур снова сиял. Новая стильная стрижка, высококлассные рубашка и брюки. Парфюм, перебивающий его натуральный запах оборотня и запахи гостей. На него смотрели волчицы отборные, эффектные. Играла музыка, на столе — достойная выпивка, в гостиной — шумные разговоры. Казалось, плохое позади, он начинает новую главу жизни. Он шутил и улыбался, выпил вина и вкусно поел.       Веселье набирало обороты, но Тимур отделился и затаился в своей скромной комнате. Только что увиденное, выбило почву из-под ног, лишило равновесия эмоционального и физического.       Артур и Даниил целовались. Играла медленная музыка, какой-то новомодный исполнитель, песня лирическая о любви и желании. Парни обнимались, топтались на месте в такт медленной музыке и целовались.       Тимур смотрел и понимал, что ничего более странного и необычного в жизни не видел. Эта необычность притягивала и завораживала. Тимур завидовал, злился на себя за зависть. Он желал быть причастным к необычному и стыдился желания.       Даниил посмотрел на Тимура, разорвал поцелуй, улыбнулся и облизал свои губы. Он шепнул на ухо Артуру, и тот жадно впился в губы друга. Даниил не закрыл глаза, а смотрел и целовал, целовал. Его пронзительный лукавый взгляд проникал в Тимура, закручивал воронку возбуждения.       Тимур смотрел и дурел от их прикосновений, движений тел, глубокого голоса певца, полумрака гостиной. Когда на Тимура посмотрел Артур и в холодных ярко голубых глазах горел и вызов, и приглашение, Тимур поспешно поднялся в комнату.       Он закрыл дверь, сел на кровать. Хотелось пить, лечь и забыться сном, но напряжение в паху волновало, стягивало внимание на себя. Тимур раздражался ещё больше и ещё больше желал разрядки, желал получить миг удовольствия.       В дверь постучали. Тимур вздрогнул, закрыл глаза, выровнял дыхание. Он встал и открыл дверь.       — Не помешали? — Даниил заглянул Тимуру через плечо, словно высматривал в комнате ещё кого-то.       — Отдыхаю, — ответил Тимур и поспешил закрыть дверь, но Артур резко ее распахнул.       Парни беспрепятственно вошли в комнату. Тимур сделал пару глубоких вдохов, стараясь себя успокоить и не нагрубить. Парни выбрали не самое удачное время для общения. Они не виноваты, что Тимуру трудно сдержать возбуждение.       Даниил забрался на кровать, похлопал возле себя, приглашая сесть.       — Что-то ты напряженный, не нравится вечеринка?       — Волчицы не понравились? — спросил Артур, не скрывая ехидной улыбки. — Между прочим, пригласили лучших. Елизавета, которая рыжая, подходила, интересовалась — встречаешься ты с кем-нибудь или нет. Спрашивала про характер.       — И? Что вы ответили?       — Да правду сказали. — Даниил убрал непослушный локон со лба. Простое движение, но как напряжено сексуально у него это получилось.       — В отношениях не состоишь. Не умеешь нормально общаться, вечно недоволен и грубишь. И, вообще, с придурью, — объяснил Артур, и невозможно было ему не поверить.       — Ай! Да и не красив вблизи совершенно, только издалека и сзади. Сзади особенно красив, — Даниил говорил уверенно и без лукавства, что для него не свойственно.       Безусловно, Тимур красив со всех сторон. Парни просто шутят.       — Ха! Вы просто спереди не видели! — решил Тимур влиться в игру и замер, смущенно смотря то на Даниила, то на Артура.       Даниилу свойственно долго не думать, а действовать импульсивно и на эмоциях. Именно Даниил потянул за пояс его брюк и быстрые пальцы ловко справились с пряжкой, молнией и брюками высшего качества.       — А мы спереди проверим, да, Артур?       Артур кивнул, подошёл и положил руку на ягодицу Тимура.       — Да и тут хорошо бы убедиться в идеальности, — сказал Артур намеренно растягивая последнее слово.       Тимур растерялся. Напор парней обескураживал. Прикосновения и взгляды волновали, а желание разрядки превратилось в желанный сок и разлилось липким и сладким по телу. Застыли мысли, попали в сироп желания.       Тимур не сопротивлялся, когда Артур слегка спустил его трусы и погладил рукой копчик и ниже, в ложбинке. Тимур поджал губы, сдерживая слова. Хорошо бы выругаться, уверенно перевернуть ситуацию в шутку и забыть, забыть, не сохранять в памяти прикосновения и взгляды, запах возбужденных тел.       В голове стремительно распаковывались данные на Даниила и Артура. «Очень кстати», — подумал Тимур и погряз в картинках, словах и действиях. Слова Артура о том, что он и Даниил всем делятся друг с другом. Улыбка Даниила с хитринкой, взгляд открытый и приглашающий. Желание Артура выслушать и помочь. Их присутствие по ночам освобождало от страхов, их улыбки и поступки придавали сил днём. А сейчас их намерения очевидны — четыре руки касались, мяли, исследовали его интимные части, распыляя и возбуждая Тимура ещё сильнее.       Артур промурлыкал, что у Тимура сзади все отлично — цвет ровный, поверхность гладкая, приятная на ощупь и чувствительность высокая.       Даниил согласился, что спереди тоже красиво, и он не сомневался. Ведь понятно — наврали парни волчицам о Тимуре. Интересная особь нужна самим.       Даниил удобно сел на край кровати и, сдувая непослушную прядку волос со лба, облизал его член. Тимур пошатнулся от мокрых, вязких ощущений. Его затягивало воронкой в жаркое и сладкое, прочь от волчьих запахов, звуков музыки и голосов за дверью, от света лампы, рациональности и страхов.       Ему надо быстро сориентироваться и не захлебнуться сильными эмоциями. И он нашел опору. Он притянул Даниила и поцеловал, ощущая на мокрых губах собственный вкус. Дурея от смешения терпких запахов оборотней, сильных самцов, Тимур почувствовал нестерпимое желание доминировать. Но Артур чуть прихватил его шею зубами, пальцами вцепился в волосы. Он властно притянул Тимура и накрыл его рот своим.       Две пары рук обнимали, ласкали Тимура, сняли одежду, подтолкнули на кровать. Он закрыл глаза и перестал понимать, где язык Даниила, где пальцы Артура. Чьи губы целует он, а кто облизывает его член. Картинки памяти в голове лихорадочно сменялись, пытаясь найти соответствие в опыте и не находили. В голове звучало: «Сбой, сбой, сбой. Соответствий не найдено.»       Казалось, молодые особи подавили его, но не подчинением, а лаской и заботой. Тимур оставался сильным и волевым, но желал испытать нечто новое. Он хотел быть центром их необычного мира. Хотел, чтобы два необъяснимо похожих оборотня смотрели только на него, а не на друг друга. Чтобы они целовали только его губы, ласкали только его тело.       Тимур доверился парням и нырнул в воронку ощущений. Только прикосновения и сбившееся дыхание свое и парней стали зацепкой, маяком, чтобы окончательно не пропасть в водовороте.       Даниил целовал Тимура в расплывчатые пятна на коже всех оттенков фиолетово-синего, в те места, которые помнили проникновение тонкой иглы и горечь лекарства. Где раньше жила боль, стало томительно вязко.       Артур усердно вылизывал шею Тимура, за ухом, соски и шрам от пули — забирал себе запах возбуждения, словно оголяя Тимура. Тимуру не стыдно за тело, за следы от уколов, за неспособность совладать с трансформацией.       Парни показывали — они принимают его целиком. Вот с этими гематомами, со шрамом на левом боку, с виной за смерть сестры.       Тимур отпустил весь опыт и проживал эмоции в моменте, не сравнивая и не сверяя с прошлым. Он заново познавал себя. Его тело невероятно гибкое. Руки, ноги, шея словно в танце делали плавные повороты и развороты. Он легко расслабил мышцы, уверенно раскрылся, ведь он красив и спереди, и сзади.       Тимур ощущал легкое безумие, принимая и поглощая сначала быстрого Даниила, затем основательного Артура. Почти неотличимые внешне, они были разные в темпе, в запахе, в голосе.       Снова над ним навис Даниил, игриво смотрит, проникает спешно, кусает свои и Тимура губы. Вот уже и Артур властно целует шею и сильно прижимается бедрами, размеренно и глубоко проникает, а у Тимура аж дыхание перехватывает.       Тимур заново учился выражать эмоции и чувства. Через тихий стон, через выдох ругательств и междометий, через долгие поцелуи и сильные объятия. Хоть парни и вели Тимура, именно его желания они удовлетворяли. Тимуру и делать ничего не надо было. Парни ласкали и расслабляли, целовали и проникали.       Артур дурел от запаха Тимура, облизывал и кусал. Даниил смотрел и смотрел на красивое тело Тимура, целовал и гладил. Они заполучили его, и каждый хотел оставить как можно больше своего запаха, слюны и спермы.       Даниил и Артур нисколько не устали, готовы были ублажать Тимура остаток ночи и весь следующий день. Но обласканный Тимур перешел в режим энергосбережения.       — Ай, завтра у стаи обязательный забег, — прошептал Даниил.       — Я и забыл, — ответил тихо Артур. — Тимуру бы придумать предлог, ведь не сможет завтра бегать.       Даниил тихо засмеялся. Артур шикнул и тоже не сдержал довольной улыбки. Тимур не смеялся, он спокойно спал и снова чувствовал тепло.       К утру гости разошлись, многим ещё по лесам бегать. Все трое на забег не явились. Тимуру было неудобно передвигаться, а ребята расслабились. Слишком хорошо провели ночь, чтобы следующий день непонятно где бегать. Лучше поваляться в постели, сделать завтрак из оставшейся после вечеринки еды, принять неспешно душ. Из тесной кровати трое переместились на диван в гостиной.       — Может «Сумерки» включить? Посмотрим на оборотней, — предложил Тимур.       — Лучше «Властелин колец», на эльфов полюбуемся, — сказал Даниил, усаживаясь на колени Артура.       — Кстати об эльфах. — Артур отодвинул недовольно фыркающего друга и потянулся за распечатками на столе. — Нам с Даниилом лекции эльфа не положены, но хочется знать о происходящем в стае.       — Читай вслух, — попросил Тимур.       Артур сосредоточенно посмотрел в записи:       — Симбиоз двух разных видов представляет собой совместную жизнь …       — Скучно, — отозвался Даниил и запустил в Тимура фантик от конфеты.       Тимур не растерялся, поймал фантик и бросил в ответ, но попал в Артура, сидящего посредине. Началась возня фантиков и двух смеющихся оборотней.       — Я быстро прочитаю и расскажу главное, — предложил Артур. — А вы чай сделайте и сладкое поищите.       Парней предложение устроило, и возня возобновилась на кухне. Даниил, мурлыкая незатейливую мелодию, делал чай и очередную порцию шпинатного зелья. Тимур с любопытством и шумом открывал многочисленные полки в поисках вкусных запасов.       Когда сели за стол и разлили чай по чашкам, Артур отложил распечатки и принялся объяснять:       — В общем. Очень давно эльфы и оборотни жили вместе и создавали взаимовыгодные союзы. О романтизированном описании нитей судьбы, преданности, эмоциях одних на двоих и так далее я рассказывать подробно не буду. Меня заинтересовал обмен телами. Делаешь несложный обряд и на время меняешься телами. Это же совершенно другой опыт. Другие ощущения, настройки тела, как другая жизнь.       — Как делать обряд? — заинтересованно спросил Даниил.       — Не написано, но думаю, шпинатное зелье — подготовка или может обряд и есть.       Тимур поставил чашку с зелёной жидкостью на стол и растерянно сказал:       — На самом деле, мне не нравится затея с обменом телами. Вот я сейчас моргну и окажусь в теле тысячелетней эльфийки. А вам каково будет, когда в моем теле окажется кто-то другой.       Даниил схватил кружку с зельем и вылил содержимое в раковину.       — Скажем — не действует, — предложил он.       — Вообще ничего не будем говорить, может об эксперименте забудут. — Артур открыл нижнюю полку кухонного шкафчика и подальше засунул распечатки.       Тимур подавленно смотрел на ребят. Сейчас он болезненно воспринял бы знакомство с предназначенным только для него эльфом. Он не хотел терять Артура и Даниила.       За недолгое общение, парни стали теми немногочисленными оборотнями, кого он впустил в ближний круг. С ребятами было интересно. Да что лукавить! Лучший секс в жизни. Хотелось повторить яркий опыт и испытать ещё более сумасшедшее и непредсказуемое.       — Может пары для меня не существует, — предположил Тимур.       Парни одобрительно закивали.       *****       Через пару дней руководитель компании настоятельно рекомендовал Тимуру вылезти наконец-то из кровати и приступить к обязанностям первого заместителя.       Тимур выполнил поручения до обеда и поспешил в дом Артура, радостно осознавая, что хочет там задержаться. Он купил продуктов, новую пижаму, пару книг о саморазвитии.       Тимур вошёл в коридор, поставил пакеты и услышал голоса. В гостиной смеялись ребята. С ними смеялся кто-то третий. Неприятно кольнуло самолюбие или ревность. Последние дни Тимур чётче понимал эмоции относительно парней. Чужака на их территории он не допустит.       — Я ему говорю: «Я спец и любого перепью здесь!» После первого бокала меня вырубило.       Смешок Артура, Даниил поддакивает.       — Ой, оказывается так трудно привыкнуть к новому телу.       Тимур замер, прислушиваясь к незнакомому голосу и ощущениям. Все же отслеживать теперь приходится. Может его эльфийская пара прибыла. Тимур вышел из укрытия, гость замолчал, парни притихли. Тимур ждал чего-то особенного — фейерверков в животе, дрожи в теле. Но реальность отзывалась по-другому. Сдержанно и настороженно.       Темноволосый эльф посмотрел на Тимура чуть кося левый глаз, засмеялся и бросился обнимать. Тот опешил, но не отстранился. Сердце ухнуло вниз, и он почувствовал. Не свою пару, а родство. Тимур сжал эльфа в объятиях. Он боялся. Словно произнеси он имя, и видение улетучится. Как это возможно-то?       — Женька, — выдохнул Тимур до конца не веря.       — Узнал! — Она радостно подпрыгнула и захлопала в ладоши.       Она усадила Тимура на стул, налила стакан воды взбодриться. Она начала свой рассказ заново, парни слушали с интересом. Оказалось, в момент смерти перенеслась она в тело тысячелетнего эльфа, с которым ранее заключила договор. Эльфу надоело жить. Да, так иногда бывает. Эльф с удовольствием предоставил тело для эксперимента. Эксперимент удался, и Женя беспрепятственно оказалась в новом теле.       — Теперь я Венияг Овикальх. Красиво да? — сестра улыбалась.       Тимур даже не предпринял попыток запомнить новое имя сестры, все буквы слились в один звук. Словно это были не слова, а мелодия. Он потрогал руку Жени. Сестра жива и не важно какое у нее сейчас тело и имя.       Лицо эльфа стало серьезным, голос дрогнул:       — Тимур, расскажу неприятную правду.       Тимур махнул рукой, мол да чем ты можешь удивить. Сестра жива, остальное он как-нибудь переживет.       — Ты подменыш. Эльф в теле оборотня.       — Шутки у вас, эльфов, не смешные. — Тимур выдохнул нервно и истерично хохотнул.       — Я не шучу, — серьезно ответила Женя.       Вот как оказывается! Он ушастый эльф в теле симпатичного оборотня. Тимур засмеялся. Держась за живот, он топал ногами, залпом осушил стакан воды. Из него выходила боль, негодование, самоуничижение, скопившиеся за годы жизни. Никто не смел его прервать.       — Почему? — спросил он и протер влажные глаза.       — Это был эксперимент для понимания процессов симбиоза. Лет пять назад со мной связалась эльфийка. Она давно живёт в нашем мире и была одной из инициаторов эксперимента. — Сестра облегченно выдохнула. — Я устала скрывать правду.       — Ну эльфы и шизанутые. Получается, в другом мире живет несчастный оборотень, запертый не в своем теле?       Женя опустила глаза в стол.       — Эта печальная сторона эксперимента. Тело эльфа не знает, что значит быть оборотнем. Оборотень словно находится в запертой темной комнате. Он не может трансформироваться и поэтому саморазрушается. К сожалению, особенность выявили, когда тело эльфа было уже не спасти.       — Получается, мое изначальное тело эльфа мертво? И оборотень, — Тимур приложил руку к груди, — настоящий хозяин вот этого тела тоже мертв?       Женя кивнула.       — Я раньше была такая же. К моей удаче, сейчас я эльф, хоть и в чужом теле.       — Сколько ещё подменышей в стае? — спросил серьезно Тимур.       Сестра пожала плечами.       — Если хочешь больше подробностей, познакомлю с эльфийкой. Ее человеческое имя — Людмила Павловна. Она тебе понравится, добрейшей души эльф.       Тимур нервно хмыкнул, знакомиться с ещё одним эльфом он пока не планировал.       — А боль? Как ты переносила?       — Больно не в теле, а в голове. Тело приспособлено для трансформаций, а твоя эльфийская суть не знает, что тело способно так меняться. Поэтому и возникают ложные боли. С телом все в порядке, крутит и ломает в голове. Тебе боль только кажется. Поймешь, как это работает — избавишься от боли.       Тимур скептически посмотрел на сестру. Не мог он легко поверить, что боль возникала лишь в голове и избавиться от нее просто. Опыт пережитых агоний быстро не забудешь.       — Как все запутанно, — прошептал Даниил. Он восхищенно смотрел на Тимура. Надо же, какой Тимур интересный экземпляр. — Значит нет у тебя пары для симбиоза. Да? — спросил он поджимая губы, скрывая радость.       — Похоже на то. — Тимур выдохнул и ощутил усталость. — Пойду, подумаю, — пробормотал он.       Женя хотела рассказать об эксперименте что-то ещё, но Артур дал ей знак молчать. На сегодня информации достаточно.       Тимур сел на кровать, закрыл глаза. Зная, что по сути своей ты эльф, как продолжать работать в компании оборотней, перекидываться в волка, бегать по лесам, спать, есть, дышать.       Хочется ли всего этого? Не хочется. Хочется понять почему и зачем он подвергся перемещению в другое тело. Он ведь не давал согласия на эксперимент. Какая миссия замечательная и важная должна быть, чтобы так страдать. Страдать эльфу, кто умен с рождения, с острыми ушами, гордой осанкой и тысячами лет жизни, а не вонюч, ленив, полон страхов и обид. Вернуться бы в родное тело, но невозможно.       А возможно соединиться с телом оборотня, чтобы пребывание в нем перестало быть удручающим. Он ведь всю жизнь по инерции что-то делал, не имел права для себя и окружающих жизнь эту прекратить.       Тимуру надо бы побороть неприязнь к эльфам и познакомиться с Людмилой Павловной. Нормальное же имя, запомнить легко в отличие от невразумительных эльфийских, которых ему невозможно запомнить и понять. Он оказался слишком далеко от родного мира, от сородичей, от своего настоящего имени.       Тимуру предстоит долгий путь к познанию себя настоящего. Он думал, как тяжело было родителям. Они согласились на эксперимент, а потом воспитали, зная, что внутри их ребенка кто-то другой.       Тимуру стало трудно дышать, задрожали руки. Он открыл окно, впустил прохладный воздух. Запахло старыми, сухими деревьями и подмерзшей землёй. Он жадно глотал запахи и впервые ощущал тончайшие оттенки поздней осени.       В комнату заглянул Даниил.       — Ты в порядке?       — Не знаю, — ответил растерянно Тимур.       Он больше не испытывал вины за то, что неправильный оборотень. А знание о том, что он гибрид пока не укладывалось в голове. Артур сел на стул перед Тимуром.       — У тебя выносливое тело волка и запредельная энергия. Я никогда не ощущал подобного рядом. А эльфийская особенность много помнить и знать, делает тебя уникальным.       — Ты можешь стать вожаком стаи. Ай! Да что стаи! Всех стай! — Даниил сел возле его ног.       Тимур хмыкнул.       — Меня устраивает положение в стае.       — Мы поддержим любое решение, — заверил Артур. — Если хочешь, оставайся с нами.       Тимуру были приятны слова Артура, но надо кое-что прояснить.       — Разве вы не хотите соединиться каждый со своей парой? Артур, ты же читал, как здорово жить оборотню и эльфу в симбиозе.       Даниил отрицательно помотал головой.       — Нет и нет. Я доволен тем, что у меня есть. Ты ведь эльф. Чем не пара для симбиоза?       Артур кивнул и улыбнулся.       — Согласен с Даниилом. У нас интересный симбиоз получается.       *****       Забег, который парни пропустили, по неизвестной причине был перенесен. Теперь их участие стало обязательным. Вожак Алексей серьезно объяснил Тимуру об обязанностях первого заместителя не только в компании, но и в делах стаи. Всем троим пришлось явиться на место общего сбора.       Недостроенное здание больницы являлось лучшим прикрытием для сотен оборотней. Тимур и раньше бегал с парнями, но не обращал на них внимания. Его не интересовали другие оборотни. Но за несколько месяцев многое произошло. Теперь он стоял рядом с Даниилом и Артуром и был этому рад.       — Тимур, если не подействует, я вколю укол. Заметь, профессионально — следов не останется. — Даниил держал наготове шприц с обезболивающим.       Тимур кивнул и зубами раскусил капсулу. Стремительно начался процесс оборота в волка. Горькая жидкость заполнила пасть, и крупный волк тяжело припал на передние лапы, борясь с секундами убивающей боли, а затем выпрямился и гордо поднял голову вверх.       Рядом стояли два светло-серых волка. Они были тоньше и легче тяжёлого и, на первый взгляд, неуклюжего Тимура. Вожак стаи завыл, дал сигнал к забегу, и волки побежали.       Тимур бежал, его лапы вязли в подгнившей листве, шерсть распушилась, согревая зверя. То забегая вперёд, то следуя рядом с ним, бежали два волка. Они его защитники и телохранители в первую очередь от самок, которые почуяли сильную особь и норовили пристроиться рядом.       Тимур будто стал ещё заметней. Его возросшая внутренняя сила трансформировала и тело волка. Мудрый эльф наконец-то понял кто он и готов сонастроиться с телом волка. Он готов принять быстрый бег, ветер в ушах, сотни запахов вокруг, легкость и как будто освобождение от забот и страхов.       Даниил и Артур также чувствовали возросшую силу Тимура. Их внутренние звери видели в нем лидера. У стаи есть вожак, но для них Тимур стал значимым волком. Тем зверем, кого защищают превыше других, тем, кому отдадут добычу и согреют в холод. Парни словно притянули Тимура по подобию. Ведь он такой же, как и они. Проживает одну жизнь на двоих.       Тимур тоже чувствовал в себе перемены. В жизнь стремительно ворвались события, перестраивая его отношение к оборотням, эльфам, его восприятие жизни и смерти. Изменения придется принять. Больше нет возможности вернуться к знаниям и константам, которые поддерживали его в прошлом. Он соберет себя заново. Научится чувствовать потребности тела оборотня, примет и полюбит свою суть эльфа.       Тимур видел и чувствовал, как изменилась стая. Братья по стае продолжают жить привычную жизнь, но внутри замерли в ожидании перемен. Они в замешательстве. Примирение с эльфами перевернет их жизнь. Перемены неизбежны, от них не убежать.       Закончился забег, зверям была предоставлена свобода. Можно ещё побегать или выбрать пару и уединиться, можно трансформироваться в человека и выпить с сородичами в баре или вернуться домой.       Тимур и два оборотня выбрали вернуться домой. Им хотелось разделить радость от забега лишь друг с другом, побыть маленькой стаей во главе с сильным вожаком. Хотелось прикосновений кожа к коже, возбуждающих объятий, стонов и головокружения от близости.       Этим вечером их вел Тимур. Он был главным. Он контролировал расположение тел на кровати. Он переключал скорость от намеренно медленной к хаотично быстрой.       Он жадно любил сначала нежного Даниила, затем пылкого Артура. Ещё одна безумная ночь, наполненная яркими впечатлениями, новыми ощущениями. Тимур выдохнулся и быстро погрузился в сон.              Снилась красная вода. Нет, если присмотреться, это красная трава, красная от лучей восходящего Солнца. Тепло. Тимур ощущал тепло.       Он погрузился в красную траву. И тело оборотня вспомнило, как из него добровольно вышла суть, чтобы тут же в тело вошла суть иная. Эта иная суть привнесла в кровь новые элементы, новые кусочки живого существа, а с ними новые алгоритмы жизни.       Тело оборотня приняло суть эльфа. Так начался эксперимент совместного проживания двух разных видов.