перерыв

— Ты держишь ракетку как полный идиот, — Кевин раздражённо передвигает руку Нила по ручке. — Это второй раз за тренировку, когда ты меня оскорбляешь. — Потому что это правда, — Кевин выпрямляется и в упор смотрит на него. — Попробуй ещё раз. Нил закатывает глаза, но отбивает мяч. В этот раз чуть лучше, чем прежде. Они находятся в пустом тренировочном зале; за окном уже стемнело, а кондиционер шумит, разгоняя спертый воздух. Кевин кивает — не слишком одобрительно, но и не так, чтобы Нил снова захотел запустить в него мяч. — Всё? — Нил поднимает брови, надеясь, что сейчас его отпустят. Кевин прикусывает губу, будто колеблется, но в итоге молча отбирает ракетку, кладёт её рядом с бутылкой воды и делает шаг ближе. — Ты… — начинает Нил, но не успевает договорить. Кевин цепляется пальцами за его майку, рывком притягивает к себе и целует. Жарко. Прерывисто. Почти агрессивно. Нил выдыхает в поцелуй, перехватывает Кевина за шею и толкает его к стене. Их дыхание смешивается, и Кевин коротко усмехается. — Если ты пытаешься доминировать, то у тебя не получится, — говорит он хрипло. Нил не отвечает — просто прижимается теснее и целует его снова, заставляя Кевина окончательно забыть о тренировке. Кевин первый сдаётся — ненадолго отрывается, переводит дыхание, но не разжимает пальцы, всё так же держит Нила за майку. Его взгляд — тёмный, скользит по губам Нила, ещё влажным от поцелуев. — Это... плохая идея, — говорит он, но голос звучит неубедительно. — Ты не выглядишь так, будто хочешь остановиться, — отвечает Нил, склонив голову. Кевин стискивает зубы. Он пытается держаться ровно, но его пальцы сжимают ткань майки крепче, чем нужно. — Ты выводишь меня из себя, — произносит он, словно жалуется. — Мне это нравится, — усмехается Нил. Всё ещё прижав Кевина к стене, он снова тянется к его губам. Кевин не отстраняется. Его руки находят пояс Ниловых шорт, пальцы на мгновение замирают, а потом скользят чуть выше, по обнажённой коже. Воздух в зале тёплый, электрический. Дышать тяжело — от близости, от напряжения, от желания, которое они больше не скрывают. — Закрой дверь, — вдруг говорит Кевин, его голос звучит ниже обычного. — А ты бы не хотел, чтобы нас застукали? — дразнит Нил, но делает пару шагов назад. Кевин закатывает глаза, но не спорит. Он просто ждёт, пока дверь захлопнется, и как только это происходит, снова притягивает Нила к себе. Они оба забыли о тренировке. И, кажется, совсем не против. Кевин тяжело дышит, голова откинута назад, плечи прижаты к стене. Нил смотрит на него снизу вверх, уголки его губ чуть приподняты в едва заметной ухмылке. Проводя руками по ключицам, по торсу, и наконец дойдя до пояса игровой формы Кева, забирается под чужое бельё. А Дэю нравится, когда чужая холодная рука забирается ему под боксеры, касается горячего органа выбивая из него глухие стоны. Кевин сжимает пальцы в кулаки, будто пытается собрать волю в кулак, но тут же разжимает их, когда Нил проводит рукой по всей длине и параллельно касается губами его ключицы. Лёгкое прикосновение, почти невесомое, но от него у Кевина перехватывает дыхание. — Джостен… — его голос звучит так, будто он собирается протестовать, но руки уже бессознательно скользят в волосы Нила. Нил только усмехается. Он медленно прокладывает путь вниз — от ключицы к груди, затем к ребрам, оставляя мимолётные поцелуи. Кевин вздрагивает, когда губы касаются чувствительной точки под его рёбрами, и Нилу нравится это чуть больше, чем следовало бы. — Ты ужасный человек, — выдыхает Кевин. — Но ты меня не останавливаешь, — отвечает Нил, и его губы продолжают спускаться ниже. Кевин зажмуривается, откидывает голову назад и, наконец, перестаёт сопротивляться. Движения были медленными и дразнящими, казалось он наслаждался каждой секундой. Дэй взял его за волосы и оттянул, Нил скептически взглянул на него и поднажал большим пальцем на головку. Губы скользят по чувствительной коже, язык оставляет горячие следы. Кевин стискивает зубы, но это не помогает — напряжение нарастает, каждый нерв обострён до предела. — Чёрт… — вырывается у него, и он ударяется затылком о стену, зажмуривая глаза. Нил сжимает его бёдра крепче, вжимая в себя. Он чувствует, как дрожат мышцы под его ладонями, как пальцы Кевина судорожно хватаются за воздух, будто он не знает, за что ухватиться, чтобы удержаться на плаву. Напряжение внутри становится нестерпимым, оно сжимает его, как раскалённая пружина, доводя до самого края. Когда наконец его накрывает, Кевин срывается в беззвучном выдохе, голова запрокинута, спина выгибается, а пальцы находят в волосах Нила крепкий якорь. В этот момент он больше не Кевин Дэй, не капитан, не будущая легенда. Он просто человек, который сдался. И ему чертовски хорошо.