Обещание

      На следующий день Юнги весь день вертел телефон в руках, но так и не решился позвонить. Он знал, что обещал, но внутри была какая-то тягучая тяжесть, не дававшая даже набрать номер. Он боялся. Боялся услышать в голосе Чимина ту холодную отстранённость, которой раньше никогда не было.       «Привык...» — эти слова всё ещё эхом отдавались в голове. Они были хуже, чем злость, хуже, чем молчание. Чимин не сердился, не требовал объяснений — он просто привык к тому, что Юнги исчезает и возвращается, когда ему удобно.       Вечером Юнги сидел в пустой библиотеке, уставившись на разложенные перед ним конспекты. Учёба шла своим чередом, но мысли всё равно возвращались к тому, что действительно мучило.       «Почему так сложно сказать ему правду?»       Ответ был прост. Потому что эта правда пугала самого Юнги.       Он всегда относился к Чимину с заботой — может, слишком бережно, может, слишком осторожно. Но в глубине души он знал: Чимин был для него больше, чем просто младший друг, чем просто соседский мальчишка, с которым он гулял после школы.       Это было что-то важное. Настолько важное, что страшно даже признаться самому себе.       Юнги вздохнул и провёл рукой по лицу. Ему нужно было что-то сделать. Что-то сказать. Но что, если будет поздно?       Телефон завибрировал, и он вздрогнул, глядя на экран. Сообщение от Чимина: «Привет, хён! Как у тебя дела? Я сделал новую фотографию речки, помнишь, ты говорил, что скучаешь по ней?»       Юнги открыл изображение. Узкий деревянный мостик, покрытый тонким слоем снега, и речка, ещё не замёрзшая полностью. Всё то же место, где они когда-то проводили целые вечера. Сердце болезненно сжалось. «Минни... я скучаю». — написал он, не думая.       Пауза. Минуты тянулись мучительно долго. Потом короткий ответ: «Правда?»       Юнги сжал телефон. Он мог бы ответить как обычно — лёгкой шуткой, уверенным «Конечно». Но вместо этого он закрыл глаза и, прежде чем успел передумать, написал: «Я скучаю по тебе, Минни».       Он видел, как Чимин набирал ответ, но затем текст исчез. Прошло ещё несколько минут, и наконец пришло сообщение: «Я тоже скучаю, хён».       Юнги прижал телефон к груди и закрыл глаза. Облегчение? Радость? Страх? Он не знал.       Он просто знал, что завтра точно позвонит.