Обещание

      Дни продолжали идти, но теперь что-то изменилось. В каждом звонке Чимина чувствовалось больше тепла, больше неуловимой нежности, которую Юнги начал замечать с пугающей ясностью. Он отвечал на эти чувства по-своему — сухими, иногда резкими словами, но внутри него разрасталась тревожная привязанность, которую он не мог контролировать. — Хён, — позвал Чимин однажды вечером, когда они, как обычно, болтали перед сном. — А если бы я вдруг приехал к тебе?       Юнги замер, сжимая телефон так крепко, что побелели пальцы. — Минни, ты же знаешь, что это не лучшая идея, — сказал он, стараясь звучать спокойно. — Почему? — в голосе Чимина послышалась обида. — Разве ты не был бы рад меня увидеть? — Конечно, рад, — тихо ответил Юнги, отводя взгляд, даже если никто не мог его видеть. — Просто... я не хочу, чтобы ты тратил деньги и время на такую поездку. — Это не из-за денег, да? — догадался Чимин.       Юнги ничего не сказал. Конечно, не из-за этого. — Я ведь не заставлю тебя говорить, если ты не хочешь, — продолжил Чимин. — Но я всё равно... знаю. — Знаешь? — хрипло переспросил Юнги. — Да, — просто ответил он.       Юнги чувствовал, как внутри всё переворачивается. Он мог бы сказать, что Чимин ошибается, что ничего не происходит, что всё это — просто детские глупости. Но он не мог. — Минни, — Юнги провёл рукой по лицу, стараясь подобрать слова. — Всё сложно. — Ты всё время так говоришь, хён, — с грустным смешком отозвался Чимин. — Сложно, сложно... А мне кажется, что на самом деле всё просто.       Юнги снова замолчал. Для Чимина, возможно, всё действительно просто, но для него... — Хён, мне всё равно, если ты не хочешь об этом говорить, — голос Чимина звучал тише, мягче. — Я просто хочу, чтобы ты знал: я... мне хорошо с тобой. И мне не важно, называешь ты это или нет.       Юнги почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло. — Минни... — Всё в порядке, правда, — Чимин вдруг зевнул. — Я просто... хотел сказать.       Юнги прикрыл глаза, усмехнувшись. Этот мальчишка снова его опередил. — Спи уже, — хрипло пробормотал он. — А ты? — Я ещё подумаю. — Опять? — устало вздохнул Чимин.       Юнги улыбнулся. — Опять.       Когда звонок оборвался, Юнги так и остался лежать в темноте, слушая тишину. Теперь у него не оставалось сомнений — он был влюблён.