Обещание

      После тех слов Чимина что-то в Юнги изменилось. Он пытался убедить себя, что это была просто шутка, что Чимин любит дразнить его, но в глубине души знал — это было не так. С того вечера он стал чаще ловить себя на мыслях, от которых становилось неловко. Он вспоминал, как Чимин смотрел на него, как сказал это с той лёгкой, но в то же время уверенной улыбкой, как будто давно знал, что творится у Юнги в голове.       Каждый раз, когда они говорили по телефону, Юнги находил себя в растерянности, стараясь держаться на безопасной дистанции. Он отвечал чуть короче, чуть сдержаннее, но Чимин будто бы замечал это и только поддразнивал: — Хён, ты сегодня такой молчаливый. Случилось что-то? — Нет, Минни, просто устал, — отмахивался Юнги, чувствуя, как пальцы непроизвольно сжимают телефон крепче. — Знаешь, когда ты так говоришь, мне кажется, что ты что-то скрываешь, — в голосе Чимина звучала лёгкая насмешка, но Юнги слышал в ней и что-то ещё.

***

      Что именно, он не хотел анализировать.       Они снова встретились на выходных. Зима медленно сдавалась, воздух был свежим, но уже не таким холодным. Юнги нервничал, хоть и не показывал этого, а Чимин, напротив, выглядел так, будто всё шло по его сценарию. — Хён, сегодня не так холодно, пойдём дольше гулять, — предложил он, хватая Юнги за рукав. — Ты так радуешься, будто мы идём в парк аттракционов, — пробормотал Юнги, но не стал вырываться.       И снова было то же самое: руки Чимина слишком близко, его улыбка слишком мягкая, и этот взгляд... тот самый, от которого Юнги хотелось либо сбежать, либо поддаться ему.       Когда они вышли к набережной, Чимин внезапно остановился и повернулся к Юнги. — Хён... — Мм? — Юнги старался выглядеть спокойным, но сердце почему-то гулко билось в груди. — Ты ведь правда никогда не думал о поцелуях?       Этот вопрос прозвучал так просто, так легко, но Юнги почувствовал, как напряглось каждое его мышечное волокно. — Минни... — Что? — Чимин шагнул ближе, в его глазах светилось что-то изучающее, почти невинное любопытство, но Юнги знал — за этим скрывалось больше. — Ты... ты совсем с ума сошёл, — пробормотал он, отворачиваясь, но Чимин не отступал. — Просто скажи, — настаивал он.       Юнги стиснул зубы. Всё, что происходило, было слишком — слишком близко, слишком реально, слишком быстро. Он мог бы отшутиться, мог бы уйти, но... он вдруг услышал, как сам говорит: — Думал.       Чимин замер. Ветер трепал его волосы, в глазах на мгновение мелькнуло удивление, но затем он лишь тихо усмехнулся. — Так вот в чём дело, — мягко сказал он и вдруг потянулся вперёд, дразняще легко касаясь пальцами руки Юнги.       Юнги стоял, не в силах пошевелиться. Он чувствовал, как горит лицо, как хочется отступить, но одновременно — остаться и не двигаться. — Ты... — он не успел договорить, потому что Чимин уже отпустил его руку и сделал шаг назад, словно давая ему передышку. — Я не тороплю тебя, хён, — сказал Чимин, тепло улыбаясь. — Просто знай, что я... я рядом.       Юнги смотрел на него и понимал — Чимин всё знал. Всё понимал. И что-то в этом осознании пугало его... и одновременно приносило странное, тихое облегчение.