семнадцать ноль девять

Тэхёну нравится жить в вакууме. Нет, он не асоциальный придурок. Хотя, с «придурком» ещё можно согласиться, но уж точно не «асоциальный». Просто так уж вышло, что дожив до двадцати, он осознал, что всем вокруг на него похуй, а значит и ему должно быть так же, ведь здоровый эгоизм — единственный способ оставаться на плаву. Ещё пару лет назад Тэхён, будучи не таким циником, ломал голову, распылялся на всех вокруг и оставался в итоге ни с чем. В какой-то момент, наверное, просто надоело отдавать всё и получать взамен целое ничего, поэтому он стал тем, кем является сейчас. «Эмоциональный диапазон, как у табуретки», «три эмоции, одна подбитая» — это всё прям про него. Ким Тэхён не умеет обижаться, редко когда радуется и никогда не плачет (ну почти). Вот такой вот он. Загадочный, холодный и неприступный. Как с ним, таким сухарём, всё ещё общаются люди? Да он и сам в душе не ебёт. И всё-таки, общаться с Кимом иногда бывает весело. Даже можно сказать «весело пиздец» (плюсы — весело, минусы — пиздец). Хотя, друзьям вроде вкатывает. Удивительный факт, но у такого придурка даже имеются близкие друзья. Да и не такой уж Тэхён и придурок, если на чистоту. А даже если кто-то считает иначе, главное, что ему самому до лампочки. Пока у него есть любимая братва, которая принимает все его заморочки и особенности характера, всё в порядке. Кстати о той самой братве. Буквально через считанные часы они все наконец-то снова встретятся после разлуки длинною в целых два месяца. Каникулы позади, а значит время начаться новому семестру и новым удивительным приключениям в общаге. Сегодня один из самых отвратительно длинных и неприятных дней в году — день заселения. Вот уже третий год подряд Тэхён перетаскивает все свои шмотки в одну и ту же комнату на семнадцатом этаже, чтобы в конце года благополучно перевезти эти же шмотки обратно в своё село. Ким явно не один такой, кому всегда было интересно, почему нельзя один раз заселиться на всё время обучения и не ебать мозги ни себе, ни людям. И всё-таки, преодолев все эти нудные процедуры заселения, включающие в себя бессмысленные огрызания с воспеткой, кастеляншей и прочей шушерой, он ввалился в свою привычную комнату под номером 1709 и с прискорбием заметил на своей любимой кровати у окна чьи-то баулы. — Я их нахрен поубиваю, — вслух выругался Ким, спешно забивая вторую кровать у окна, открывая чат со своими любимыми соседями и начиная разъёб. Однако, в ответ от них он получил лишь недоумение, ведь никто из них еще не приехал и уж тем более не заселился. До Тэхёна медленно начало доходить, в чём дело, и в этот же момент появилось живое подтверждение его догадок: — Вацапик, — первое, что выдал незнакомый парнишка, заходя в комнату. У Тэхёна не было слов. С первого же взгляда и слова он понял, что это полная шляпа. Вот чёрт. Как он вообще мог забыть про перваша, которого им обещали подселить в конце крайней сессии? Всё лето Тэхёну было так хорошо и спокойно дома, что он даже забыл морально подготовиться к появлению нового рандомного персонажа в своей экосистеме, в своем прекрасном биополе, вычищенном от всяких кретинов… Да еще и такого персонажа. — Вацапик? Ты ебанутый? — не смог сдержаться от истеричного смешка Ким. Перед ним стоял высокий накаченный патлатый нефор. Убойный нефор. Весь в пирсе, татуировках и огромных нефорских шмотках. Тэхён в своей серой алкоголичке, потёртых голубых джинсиках и конверах казался самым нормисным нормисом и выглядел как-то даже невзрачно. — Я Чонгук, — пожал плечами парень, окидывая своего нового соседа безразличным взглядом и плюхаясь на свой незастеленный матрас. — А ты Ким Тэхён, я полагаю. — Даже не хочу знать, как ты догадался, — устало вздохнул тот. — По приколу взломал базы профкома, — похвастался названный Чонгук, начиная бездумно тыкаться в какую-то дурацкую игрушку в телефоне. — Ты только поступил сюда, а тебе уже пизда, — криво ухмыльнулся Тэхён, смерив первокурсника крайне недоброжелательным взглядом. — От тебя что ли? — с насмешкой спросил Чон, намекая на заметную разницу в телосложениях явно не в пользу Тэхёна. — От меня за кровать, — кивнул Тэхён, с громким щелчком открывая уже вторую баночку энергетика за сегодня. — И за профком от Чимина. — Не хочу тебя огорчать, но я даже не под юрисдикцией Пак Чимина. Фанфакт, который вряд ли кого-то из вас обрадует: я с факультета межкультурных коммуникаций, — с гордой ухмылкой выдал Чонгук, из-за чего брызги энергетика стремительно полетели на него и заставили его поморщиться. — Какого хуя экскурсовод делает на этаже уважаемых людей?! — громко возмутился Тэхён. «Экскурсоводами» у них на факультете немецкого языка было принято пренебрежительно называть всех до единого студентов ФМК, вне зависимости от специализации. — Не ко мне вопрос, — покачал головой Чон. — Я и сам не в восторге от перспективы жить с училками целый год. — Советую уже сейчас подыскивать себе место в макдаке и учиться фритюрить картошку, — фыркнул Тэхён. О да, теперь поводов ненавидеть этого Чонгука у него ещё больше. Он всегда любил стебать ФМК за то, что большинство из них после выпуска, как правило, никогда не находят себе работу по специальности и отрабатывают в какой-нибудь залупе. — Говорит человек, которому через полгода ехать куда-нибудь в ебеня на три недели подтирать задницы пиздюкам, — злобно ответил уязвлённый данным выпадом Чонгук, намекая на предстоящую Тэхёну педагогическую практику в детском лагере. — Задело? — ухмыльнулся Ким, тем самым раздраконивая перваша ещё больше. По глазам Чона было видно, что действительно задело. — Мудозвон, — пробормотал Чонгук, ещё более демонстративно утыкаясь в телефон. Тэхён в голос рассмеялся. — Я не верю в твоё существование… Ты где вообще такие слова берёшь? Вацапик, мудозвон…. Ты же нефор, где твой слэнг? У тебя лексикон похлеще моего бати! — Боже блять, тебе бы нахуй лишь бы к словам приебаться! Типичный душный студентик факультета немецкого языка. Вы все как один заносчивые придурки, — закатил глаза Чонгук. — Сука, иди курицу панируй! — А ты вали в свой детский садик! — Какой нахуй детский садик, мудила?! — Муниципальный! Пока эти двое были увлечены своей бессмысленной, но весьма красноречивой словесной перепалкой, они даже не замечали, что вот уже минут десять как в дверном проёме стоит ещё один полноправный жилец комнаты семнадцать ноль девять и натурально охуевает от происходящего цирка. Хотя, соседствуя с Ким Тэхёном уже не первый год, он наверное ничему не удивляется. — Я хуею с ваших диалогов, — решил всё-таки заявить о себе Ким Сокджин — высокий широкоплечий брюнет в свободной гавайской рубашке и длинных шортах. Две пары глаз тут же повернулись на источник звука и застыли с разными эмоциями. Тэхён на данный момент видел в Джине миссию, спустившуюся к нему на помощь с небес, Чонгук же напротив опасался, что вдвоём они его заколупают до смерти. Хотя, второй сосед вроде как выглядит безобидным. «Чилловый парень» — так бы описал его Чонгук на языке зумеров. — Сокджинни, помоги мне выкинуть этого придурка нахуй! — взмолился Тэхён. — Зачем, — устало вздохнул измотанный Джин, плюхаясь на кровать, что стояла по диагонали от кровати Тэхёна. Обычно Ким забивает себе кровать у окна с правой стороны, потому что возле неё в стене аж три розетки. Но в этот раз его, видимо, опередили, поэтому Тэхён и бесится. Чат в телеграме Джин не читал, но ситуацию понял моментально, поэтому сейчас тихонько давит лыбу и наблюдает за этим спектаклем. — Посмотри на него, он же ебанутый! Он выглядит маргинально! — продолжал возмущаться Ким, метая недовольные взгляды на несчастного Чонгука, который только закатывал глаза и кривился. — Самый главный маргинал здесь ты, Тэ, — фыркнул Сокджин. — А он просто нефор. Тебя как звать-то хоть, бедолага? — обратился он уже к младшему. — Чонгук я, — представился Чон, протягивая руку второму соседу, который, к его счастью, оказался более-менее адекватным. Ну, на первый взгляд, по крайней мере. — Сокджин, будем знакомы, — улыбнулся Ким, крепко пожимая руку первокурсника, — а ты успокойся уже! — шикнул он, строго глядя на Тэхёна. — И так бошка болит с самого утра. — Решил быть хорошим копом? — хмыкнул тот, делая глоток своего любимого тауринового пойла и врубая свой маленький компактный ноутбук, а затем и большие беспроводные наушники. — Опять энергетики, — покачал головой Джин, бросая крайне неодобрительный взгляд на жестяную баночку. — Блять, прошу, не начинай, — закатил глаза Тэ, удобнее устраиваясь на пустом матрасе. Маяться с постельным сейчас не было никакого желания. — Хосока на тебя нет! — запричитал Сокджин на правах самого старшего в этом блоке. — На кого меня там нет?! — послышалось громкое из прихожей, после чего в комнату чуть ли не с ноги ворвался стилёвый паренёк с обесцвеченными волосами и огромными солнечными очками на половину лица. «Эпотажно» — подумал про себя Гук. — Нихуя себе, Хоби решил сменить имидж, — тут же обратил на себя внимание Тэхён, демонстративно делая огромный глоток энергетика. Бурная реакция Хосока не заставила себя долго ждать. — Скотина, выкинь эту хуйню сейчас же! — подлетел он к другу, стараясь выхватить из его руки эту несчастную жестяную баночку. — Тебе идёт тотал-блонд, — как ни в чём не бывало улыбнулся Ким, ловко уворачиваясь от нападок в свою сторону. — Хватит пить эту дрянь! — рявкнул Хосок, всё-таки отбирая у Тэхёна его любимую гадость и швыряя почти полную банку в открытое окно. — Истеричка, — закатил глаза Тэ, возвращая всё своё драгоценное внимание ноутбуку. — У них это в порядке вещей, — поведал Сокджин, с сочувствием улыбаясь охуевшему Чонгуку, который лишь нервно вздохнул. Спокойным его быт в общаге явно не будет. — О, точно, у нас же тут перваш, — дошло вдруг до Хосока, и его гнев тотчас же сменился на милость, а на лице засияла обворожительная улыбка. — Я Чон Хосок, и я злюсь обычно только на этого дурня, — небрежный тычок в сторону Тэхёна, — так что не боись. Вообще, мы все можем быть душками, поэтому можешь звать нас хёнами и смело обращаться к нам, если вдруг что, — прощебетал Хосок. — Чонгук, — приветственно кивнул тот, с интересом разглядывая ещё одного нового эксцентричного персонажа. Только сейчас до бедного первокурсника в полной мере начало доходить, насколько же смачно он прикурит за год жизни в этом ебанутом блоке. Шанс того, что в другой комнате будут жить нормисы, стремительно движется к нулю. — Голубки ещё не приехали? — как раз осведомился Хосок, глядя на всех в комнате по очереди. — Не, они вроде через пару часов только прикатят, — пожал плечами Джин, добросовестно застилая постель и с блаженной улыбкой на нее падая. — Я никогда не был счастливее…. — А ты разве не у Намджуна собирался сегодня ночевать? — выгнул бровь Хо, вспоминая, как Сокджин говорил об этом в их общем чате ещё где-то неделю назад. — Мы в ссоре, — неопределённо отмахнулся Ким, тут же меняясь в лице и крайне тяжело вздыхая. — Нихуя себе. Что ж такого стряслось? Вы же обычно не разлей вода ходите, — нахмурился Чон, затягиваясь электронной сигаретой и выпуская облако сладкого пара. — Да бля, я даже обсуждать это пока не хочу, — фыркнул Джин. — Просто.. Иногда я его не понимаю. Вот и всё. — Это нормально, — буднично изрёк Хосок. Он был тем самым оптимистом, который всегда уверял всех, что всё происходящее (вне зависимости от масштаба пиздеца) вполне нормально, и в конце концов всё образуется. И этот оптимизм действительно вселял в людей веру в хорошее, но порою раздражал и граничил с сумасшествием. — Да, — сам себе кивнул Джин, обнимая свою большую подушку в виде пончика, — это нормально, но бесить эта хуйня не перестаёт. Какое-то время Хосок с Джином ещё обсуждали свои новости, каких-то своих общих знакомых. Чонгук даже не пытался вникать, ибо не шарил за лор. Позже, где-то через полтора часа в блок ворвались два последних жильца. Причём ворвались они очень неожиданно и громко, с порога начиная выяснять отношения. Хосок, Джин и Тэхён лишь буднично переглянулись и продолжили заниматься своими делами. А вот Чонгук ожидаемо прихуел, потому что таких изощрённых оскорблений и матюков он отродясь не слышал, хоть и вырос, между прочим, в периферии, в бандитском районе, где каждый второй хоть раз побывал в местах не столь отдалённых. Но, разумеется, виду Чонгук не подавал, а лишь мысленно конспектировал эти самые выражения, чтобы потом использовать их для важных переговоров. Спустя полчаса ссора стихла, а ещё спустя полчаса жители двушки как ни в чём не бывало зашли поздороваться с соседями. Потрёпанные, румяные и очень довольные. Даже наверное чересчур довольные. — Хоть кому-то на Руси хорошо, — фыркнул Хосок, придирчиво оглядывая красноречивый видок этих двоих. — И тебе привет, Хоби, — милейше улыбнулся парень с яркими вишнёвыми волосами и стервозным взглядом, беспардонно запрыгивая на кровать Хосока и выхватывая из его рук под. Пак Чимин. О нём были наслышаны все в университете, включая даже Чонгука, который только поступил. Этакая красноволосая бестия. Чимин с первого курса зарекомендовал себя в профсоюзном движении, и вот уже третий год он председатель профбюро своего факультета. Без него не обходится ни одно заседание совета университета. Именно поэтому Чимин знает все интриги и сплетни от университетской верхушки до самых низов. Проще говоря: он знает всё обо всех и грамотно использует информацию, которой располагает. Ещё один новый персонаж — Мин Юнги. Тоже известное лицо в универе. Правая рука руководителя местного хора. Аккомпонирует на всех концертах, а иногда даже выступает с сольными номерами на фортепиано. О том, что у них с Чимином романтические отношения с самого первого курса, знают все. Даже тот же Чонгук, который только-только поступил. — Чон Чонгук с факультета межкультурных коммуникаций? — нахмурился Чимин, явно не ожидая увидеть здесь именно это лицо. Пак чуть ли не ежедневно видит базы всех факультетов, поэтому знает визуально почти всех студентов универа. Иногда это поражает, а иногда пугает. — Ты случайно этажом не ошибся? Тебе на шестнадцатый. — Нет, Пак Чимин, руководства наших с тобой факультетов где-то напортачили, поэтому меня заселили на этаж ФНЯ, — уже в который раз за сегодня пытается объяснить Чонгук. — Не может быть, — покачал головой Пак. — Я же был на комиссии по ЖБВ, всё было в норме. — Комиссии по чему? — скривился Хосок, пытаясь вникнуть в суть проблемы. — По жилищно-бытовым вопросам, дурень, — закатил глаза Чимин. — Странная хуйня какая-то. Надо будет и с твоей, и с моей зам. декана перетереть. А то накрутили-намутили.. Вообще уже поохуевали! Короче говоря, не парься, Чонгук, вернём мы тебя твоим экскурсоводам. А то я вижу, ты уже весь нервный какой-то… — Да мне-то похуй, где жить. А вот некоторым особо психованым в моей комнате общество «экскурсовода» совсем не по душе, — решил поддеть Тэхёна Чон, кидая на него насмешливый взгляд, однако попытка привлечь его внимание была полностью проигнорирована. Тэхён продолжал сосредоточенно смотреть в ноут и что-то там печатать. Вообще, после прихода Хосока и их забавной сцены Ким не издал ни звука. Всё его внимание было где-то там, за пределами этой комнаты, во всемирной паутине. — Тэхёну не похуй? — засмеялся вдруг Чимин, постепенно заражая этим громким и заливистым хохотом всех остальных. — Эх, милый мой Чонгук, не хочется тебя расстраивать, но в нашем блоке ты и месяца не протянешь. — Да что ты блять говоришь! — фыркнул Чон, которого вся эта история уже начала неимоверно бесить. — И почему же? Что в вас такого невъебически особенного?! — развёл он руками, оглядывая притихших соседей. Пак тяжело вздохнул перед тем как ответить: — Да мы просто мрази. Все до единого.