Танец под дождем

Репетиция закончилась поздно, и общежитие встретило Stray Kids привычным хаосом: Минхо громко спорил с Чанбином о том, чья очередь мыть посуду, Джисон напевал что-то под нос, а Сынмин пытался уговорить всех посмотреть новый сериал. Хёнджин и Феликс, всё ещё чувствуя лёгкую усталость после эмоционального дня, ускользнули в комнату Хёнджина, подальше от шума и суеты. Комната была освещена мягким светом настольной лампы, отбрасывавшей тёплые тени на стены, покрытые набросками Хёнджина. На столе лежал его скетчбук, открытый на странице с эскизом Феликса, танцующего под дождём — незаконченный, но полный жизни. Феликс заметил его, и уголки его губ дрогнули в улыбке. — Ты всё ещё рисуешь тот день? — спросил он, подходя ближе и проводя пальцем по краю страницы, осторожно, чтобы не смазать угольные линии. Хёнджин, сидевший на краю кровати, кивнул, его тёмные глаза следили за Феликсом с мягкой теплотой. — Не могу остановиться. Это… как будто я пытаюсь сохранить тот момент навсегда. Феликс повернулся к нему, его белые волосы слегка растрепались после душа, а свободная футболка сползла с одного плеча, обнажая ключицу с едва заметным следом от прошлой ночи. Он сел рядом с Хёнджином, их колени соприкоснулись, и это лёгкое касание вызвало у обоих лёгкую дрожь. — Знаешь, — начал Феликс тихо, его голос был почти шёпотом, — сегодня в студии… я правда думал, что не справлюсь. Но ты… ты всегда знаешь, как вытащить меня. Хёнджин улыбнулся, его рука медленно поднялась, пальцы коснулись щеки Феликса, обводя линию его скулы. — Потому что я не хочу видеть, как ты тонешь, солнышко. Ты слишком важен для меня. Феликс наклонился ближе, его дыхание коснулось губ Хёнджина, тёплое и чуть дрожащее. — Ты тоже, — прошептал он, и в его голосе была такая искренность, что у Хёнджина перехватило дыхание. Их губы встретились в мягком, почти невесомом поцелуе, полном нежности, которая контрастировала с их бурной ночью. Хёнджин двигался медленно, его губы скользили по губам Феликса, дразняще, словно он хотел растянуть этот момент. Его рука скользнула к затылку младшего, пальцы запутались в мягких белых волосах, слегка сжимая их. Феликс ответил, углубляя поцелуй, его руки легли на грудь Хёнджина, чувствуя тепло его кожи через тонкую ткань футболки. Они отстранились, их лбы соприкоснулись, а дыхание смешалось в тишине комнаты. Хёнджин провёл большим пальцем по нижней губе Феликса, его взгляд был полон обожания. — Я хочу, чтобы таких моментов было больше, — сказал он тихо. — Просто мы, без всего этого шума вокруг. Феликс кивнул, но в его глазах мелькнула тень беспокойства. — Я тоже. Но… что, если это станет сложнее? Сегодня Чан нас прикрыл, но что, если кто-то другой заметит? Фанаты, менеджеры… или хуже. Хёнджин почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что Феликс прав — их отношения были хрупким секретом, который мог разрушить всё, если бы вырвался наружу. Но он не хотел, чтобы этот страх затмил их момент. — Тогда мы будем сильнее, — сказал он, его голос был твёрдым, несмотря на лёгкую дрожь. — Мы не позволим этому сломать нас. Я обещал тебе, Феликс. Помнишь? Феликс улыбнулся, его рука сжала руку Хёнджина, переплетая их пальцы. — Помню. Просто… иногда мне страшно. Не за себя, а за тебя. За нас. Хёнджин притянул его ближе, обнимая так крепко, что Феликс уткнулся носом в его шею. — Не бойся, — прошептал он, его губы коснулись макушки Феликса. — Я всегда буду рядом. Даже если весь мир повернётся против нас. Они легли на кровать, не разрывая объятий, их тела прижались друг к другу, словно пытаясь защититься от внешнего мира. Хёнджин гладил спину Феликса, его пальцы рисовали лёгкие узоры на его футболке, а Феликс тихо вздохнул, расслабляясь в его руках. Но их покой был недолгим. Раздался резкий стук в дверь, и голос Минхо ворвался в комнату: — Хёнджин, Феликс, вы там? Нам только что прислали обновлённое расписание, и у нас завтра фотосессия в шесть утра! Чан просил передать, чтобы вы не засиживались. Хёнджин закатил глаза, но не смог сдержать улыбку. — Поняли, Минхо! — крикнул он, не отпуская Феликса. Когда шаги Минхо затихли, Феликс тихо рассмеялся, его дыхание защекотало шею Хёнджина. — Кажется, уединиться у нас не выйдет, — пробормотал он. — Тогда будем красть эти моменты, — Хёнджин повернул его лицо к себе, снова целуя, но теперь с лёгкой улыбкой. — Каждый раз, когда сможем. Они остались лежать, обнимая друг друга, зная, что завтра их ждёт новый день — с его вызовами, взглядами команды и необходимостью быть осторожными. Но в этот момент, в тёплой тишине комнаты, они были только друг для друга, и этого было достаточно.