Поцелуй в сердце

— Если так продолжится, я стану твоим личным врачом, — пробурчал Ло Вэньчжоу, удерживая Фэй Ду на руках и силясь принять такое положение, при котором появится возможность дотянуться до ключей в кармане куртки. Заметив возникшие у капитана сложности, молодой человек умело, подобно неповторимому в своём мастерстве карманнику, протянул руку и через пару секунд уже держал в руках ключи. Наблюдая за тем, как ловко у него это вышло, Ло Вэньчжоу всерьёз задумался, на чём или на ком тренировался Фэй Ду — он ведь даже не почувствовал, как тот копался в его кармане. Решив никак не комментировать этот жест, прекрасно зная, что Фэй Ду воспримет это за комплимент, Ло Вэньчжоу вплотную подошёл к двери, чтобы молодой человек смог дотянуться до замочной скважины, а сам между делом продолжил: — Когда я говорил, что в бюро общественной безопасности есть только судмедэксперты, а не врачи скорой, я не предлагал тебе проверять мои познания в оказании той самой первой помощи. Все полицейские в академии обязательно проходят курс оказания первой помощи, так как с такой работой могут пострадать сами, стать свидетелями серьёзных травм коллег или иметь возможность спасти жертву и упустить её. Так что умение Фэй Ду ходить по невероятно тонкому льду отсылало Ло Вэньчжоу к воспоминаниям того бешеного курса. Их преподаватель был крайне изобретателен, первые пару раз юные полицейские было подумали, что ему действительно плохо и он умрёт на месте. Спасибо, что Фэй Ду в большинстве случаев отделывался ссадинами и синяками. По крайней мере с тех пор, как Фань Сыюань был отправлен за решётку. Новые дела ещё не довели Фэй Ду ни до комы, ни до переломов, ни до психов, желающих его похитить и придушить. Хотелось верить, что «ещё» превратится в «никогда не случится», но Ло Вэньчжоу бы не осмелился попросить пощады у жизни. Вдруг она сделает намного хуже? У Фэй Ду получилось провернуть ключ, он опустил вниз дверную ручку, позволяя Ло Вэньчжоу войти внутрь. Ло Иго, вышедший их встречать, мгновенно увидел опасность для своих лап и хвоста в лице хозяина, который с человеком на руках не видел, куда наступает, и поспешил ретироваться из коридора как можно скорее. Профессионально пропустив всё ворчание капитана мимо ушей, Фэй Ду вставил свои пять копеек: — Капитан Ло, я ведь не просил вас нести меня на руках. — Боюсь, ты бы не попросил о помощи, даже будь у тебя пулевое ранение. Ло Вэньчжоу небрежно скинул кроссовки в прихожей и понёс Фэй Ду на диван в гостиной, усадив его и облегчённо выдохнув. Одной из причин его неожиданно гиперактивной заботы было слишком яркое воспоминание того, как одним днём после сверхурочной работы на протяжении трёх суток, он был так разбит, что попросил Фэй Ду понести его на спине. Это была шутка, пускай неимоверная усталость и отзывалась ноющей тяжестью в каждой мышце, кто же знал, что Фэй Ду правда возьмётся за это? Тот случай не давал Ло Вэньчжоу покоя, он обычно не придерживался позиции «ты мне — я тебе», уж точно не с партнёрами, но с тех пор искал повод взять Фэй Ду на руки. И вот повод появился, пускай не самый приятный. Во время задержания преступника Фэй Ду попал «под раздачу» самым нелепым образом. Команда Ло Вэньчжоу пыталась вынудить убийцу бежать через запасной вход в здание, и у них это почти получилось. Тао Жань и Лан Цяо как раз заняли свои позиции у чёрного входа, но преступник увидел в окне на лестничной клетке взметнувшуюся от ветра форменную куртку полиции. Пускай угол обзора для него был не самым удачным, этого хватило, чтобы не проверять лично, ждёт его кто за дверью или нет, привиделось ему или нет. Не церемонясь, преступник выпрыгнул из окна на кучу мусора более чем в тридцати метрах от полицейских. Лан Цяо и Тао Жань услышали звук сразу и среагировали мгновенно, но дистанция дала убийце возможность оторваться. Машина, где должен был ждать Фэй Ду, была припаркована через улицу. Ему поступил звонок от совета директоров компании и он вышел наружу, чтобы поговорить, так как на заднем сидении машины оставался один из стажёров-офицеров «на подхвате». Он имел опыт работы в патруле, но в бюро его перевели не более двух недель назад. Фэй Ду не любил обсуждать рабочие вопросы в присутствии посторонних, но и выгонять полицейского из машины, принадлежавшей бюро, было бы вершиной грубости. Кто же знал, что удирающий со всех ног убийца перемахнет на красный и собьёт с ног Фэй Ду? К счастью, сидевший на заднем сидении полицейский среагировал мгновенно, он распахнул дверь, припечатав ею беглеца, и тот рухнул на асфальт, вытянувшись в паре метров от сбитого им с ног президента Фэя. Эта заминка позволила Лан Цяо и Тао Жаню нагнать его, но стажёр и без того уже произвёл арест — он не решился ждать ни секундой больше и надел наручники на задержанного убийцу, не желая стать случайно свидетелем сцены из разряда: «о нет, у него в кармане был нож и он нашёл, кого взять в заложники!». Фэй Ду, который от этого столкновения, оступился и рухнул с бордюра, не то подвернул, не то растянул лодыжку. Не то чтобы ситуация была серьёзной, но сильный дискомфорт вынуждал молодого человека ставить ногу набок, не опускаясь полностью на стопу. Ло Вэньчжоу, зная, что возлюбленному везет как покойнику, предложил доехать до травмпункта. Вдруг у него не растяжение, а трещина? Только вот Фэй Ду, натерпевшись больниц за минувший год, наотрез отказался. Он заявил, что отлично чувствует своё тело и способен понять, что с ним случилось, и о какой трещине может идти речь в столь нелепых обстоятельствах?! Ло Вэньчжоу тактично промолчал о том, что он буквально обеспечил себе трещину в руке подушкой безопасности, боясь, что если вспомнит тот случай и засмеется, то не сможет донести возлюбленного от машины до дома. Не хочет ехать в травмпункт — чёрт с ним, Ло Вэньчжоу не опустился до статуса «мамаши-наседки» с неугомонной паранойей из статуса «заботливого и внимательного парня», так что не собирался перегибать палку в заботе. Решив, что дело обойдётся тугой повязкой, мужчина справедливо рассудил, что если вдруг ситуация будет серьёзнее растяжения — в ближайшие дни это станет ясно и так. В конце концов, у него и у самого уже была аллергия на больницы, они оба взрослые люди. Что теперь, мотаться туда из-за каждого чиха? Но отказать себе в поводе поворчать на тему «личного медика» капитан не смог. — Вы меня переоцениваете, — веско заметил Фэй Ду. — Я бы потерял сознание от вида крови и не мог бы попросить о помощи. Это не то же самое, что осознанно от неё отказаться. Ло Вэньчжоу вопросительно приподнял бровь, молодой человек развёл руками с видом: «вы уже стали исключением из правил, не делайте вид, что эта новость вас удивляет, я не буду говорить о вашей исключительности вслух». И капитан хлопнул его по колену в шутливом возмущении. Не то чтобы он всерьёз ожидал услышать от Фэй Ду что-то вроде: «я доверяю вам, поэтому теперь могу просить о помощи». — Сиди здесь, — Ло Вэньчжоу выпрямился и направился на кухню за домашней аптечкой, не оборачиваясь, он не удержался и бросил через плечо. — Хрусть. С лица Фэй Ду схлынули краски, он почти пожалел, что Ло Вэньчжоу в тот день проезжал мимо. Очевидно неважно, в отношениях они или нет, этот человек при любом удобном случае будет припоминать, что его очки крепче его костей. Очень скоро мужчина вернулся, он не стал тащить с собой ничего лишнего. Оставив аптечку на кухне, он взял с собой лишь эластичный бинт и мазь, которую обычно используют при ушибах и растяжениях. До появления Фэй Ду в его аптечке было разве что обезболивающее, но стоило им начать жить вместе и на всякий случай он закупился бинтами, пластырями, заживляющими мазями, жаропонижающими, спреями, обезболивающими разного спектра действия и даже активированным углём на случай, если кто-нибудь чудом отравится в этом доме. С такими запасами можно было не бояться конца света. — Вы продолжаете бурчать на меня, но ведь сами согласились не ехать в травмпункт, сами решили нести меня на руках и сами взялись накладывать мне повязку, — желая отыграться за «хрусть», заговорил президент Фэй, когда Ло Вэньчжоу вернулся в гостиную. Его самодовольный вид буквально кричал: «это был ваш выбор». Но смутить Ло Вэньчжоу намёком на его излишнюю заботу было невозможно, он не был из тех партнёров, которым некомфортно открыто выражать свои чувства, так что ни один мускул не дрогнул на лице мужчины. — Напоминаю, что когда я угрожал тебе травмпунктом, ты просил меня наложить повязку и успокоиться. — Так ты признаёшь, что угрожал мне? Оба зацепились за ключевые фразы, и победа почти была в руках Ло Вэньчжоу, будь он осторожен со словами, Фэй Ду бы не одолел его в этой неповторимой схватке. Замолчав, Ло Вэньчжоу махнул на него рукой и опустился на корточки, бережно приподнимая ногу молодого человека и опуская себе на колено, после капитан выдавил щедро мазь, согревая её на кончиках пальцев прежде, чем приняться наносить на поврежденный участок. — Где ноет? Здесь? Фэй Ду немного наклонился, чтобы пальцем показать на голень, которую одолевал ощутимый дискомфорт несмотря на то, что прямо сейчас он расслабленно сидел и ничем не нагружал ногу. Понимающе кивнув, Ло Вэньчжоу послушно принялся размазывать мазь, массирующими движениями втирая её в кожу. Фэй Ду внимательно наблюдал за ним, не то от нечего делать, не то пытаясь принять факт того, что прошло столько времени, а заботливый и внимательный Ло Вэньчжоу всё ещё не оказался сном или выдуманной иллюзией. Пусть мужчина и ворчал порой, на деле за этим он скрывал принятие и готовность пойти на поводу у Фэй Ду из соображения «так лучше», раз за разом ставя его комфорт выше всего остального. Так было и до их отношений, Ло Вэньчжоу терпеливо и послушно делал вид, что не видит страхов молодого человека, его привычки долго избегать чувств или принятия ситуаций, с которыми давно стоило смириться. Иногда он проявлял импульсивность, продавливая какие-то моменты, но Фэй Ду знал — Ло Вэньчжоу даже это делал из соображения, что так лучше. Так оно и было, если бы мужчина не знал, когда стоит проявить упрямство, вероятно молодой человек сбежал бы от него в тот же вечер, что ушли родители Ло Вэньчжоу после семейного ужина. Пока он думал, как человек, который постоянно фыркал на него и говорил Тао Жаню держаться подальше, перевоплотился в обходительного партнёра, о котором никто бы и мечтать не смел, Ло Вэньчжоу уже затянул эластичный бинт. — Слишком туго или самое то? — капитан поднял взгляд, будто намеревался прочитать ответ по лицу Фэй Ду, и тот моргнул, прогоняя наваждение. Прислушавшись к своим ощущениям, молодой человек попробовал наклонить ступню сначала в одну сторону, потом в другую, поставил её на пол, и наконец кивнул: — Самое то. И как раз когда он хотел подняться, не намереваясь беспомощно сидеть на диване и ничего не делать из-за какого-то растяжения, Ло Вэньчжоу вдруг наклонился, обхватил его ногу под коленом и, игнорируя плотно обхватывающий голень бинт, прижался к нему губами, кончиками пальцев поглаживая ступню Фэй Ду. Тот от этого жеста растерялся столь сильно, что даже не обратил внимания на щекочущие ощущения из-за лёгких и почти невесомых касаний кончиков пальцев. — Капитан Ло, что вы… — Чтоб заживало лучше, — прервал его Ло Вэньчжоу и поднялся. — Мне нужно вернуться в бюро для допроса, не могу скинуть это дело на Тао Жаня. Не нагружай ногу сегодня, оставайся дома. Разрешаю съесть Ло Иго от безысходности, если холодильник окажется пуст. Коротко махнув рукой, Ло Вэньчжоу направился к выходу. И скрылся за дверью столь быстро, что Фэй Ду не успел сказать, что капитан оставил у него ключи от дома. — Что ж, зато он не забыл телефон, — Фэй Ду услышал, как на кухне знакомым рингтоном отозвался мобильник Ло Вэньчжоу, вздохнул и потёр переносицу. — Почему этот человек продолжает поучать меня? Кажется, у него был необыкновенно приятный и красноречивый повод дохромать до бюро.