Однажды в борделе

— Это плохая идея.   Эйрон сказал это в замке, Эйрон повторил это и сейчас на пороге борделя. Рейлон только закатил глаза и подтолкнул его к двери.   — Да не волнуйся ты так, — он обнял Эйрона за плечи. — Девчонка сама все сделает, тебе даже напрягаться не придется. Потом еще спасибо мне скажешь.   — Я не волнуюсь, просто…   Эйрон не придумал, как закончить. Возможно, потому что он как раз таки волновался. Не то, чтобы он не знал, что и как делать. Скорее, не был уверен, что хочет это делать. По крайней мере, со шлюхой из борделя. К счастью, заканчивать фразу и не пришлось, слова потонули в гуле толпы.   Эйрон никогда не бывал в борделях и представлял их немного иначе. Как большой дом с множеством комнат, где ожидают шлюхи. Сейчас же они с Рейлоном оказались в просторном зале, напоминавшем зал таверны, только более шумный, душный, пропахший благовониями и женскими духами. Люди, в основном, мужчины, сидели кто в креслах, кто на лавках, а кто и на полу, пили, пели пошлые песни и громко смеялись. Женщин на удивление было мало, впрочем, причина выяснилась очень быстро.   На пути возникла немолодая женщина в изящной одежде, видимо, хозяйка.   — Милорды, — она расплылась в приветливой улыбке. — Рада приветствовать вас в нашей обители сладострастия. Заранее приношу свои извинения, но сегодня посетителей слишком много, свободных девочек сейчас нет, но вы можете посидеть здесь, выпить, расслабиться, послушать чудесное пение нашего барда. Как только кто-то освободится, вас пригласят.   Рейлон недовольно скривился, Эйрон же воспользовался возможностью.   — Может, тогда завтра придем?   — Завтра здесь будет то же самое, — хмыкнул Рейлон.   Лорд Талли собрал под своей крышей речных лордов, чтобы сыграть свадьбу одной из племянниц. Конечно, мало кто упустил такую возможность. И если замок еще мог справиться с наплывом гостей, то маленький местный бордель, очевидно нет. Рейлон был прав, завтра здесь будет то же самое, а послезавтра они уже уедут домой.   Рейлон оглядывался, оценивая ситуацию. Не то чтоб он так сильно хотел потрахаться. Нет, наверное, хотел, но с его внешностью и харизмой не составит труда уболтать кого-нибудь из замковых девок. Скорее он загорелся идеей сделать из Эйрона мужчину. Судя по его лицу, он понимал, что до них очередь дойдет хорошо если к концу ночи. Эйрон уже порадовался, что сейчас он откажется от этой сомнительной затеи, и они отправятся обратно в замок, но тут взгляд Рейлона выхватил из толпы кого-то, и лицо его изменилось. Он решительно двинулся вглубь зала. Эйрону ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.   Проследив взгляд Рейлона, Эйрон едва не застонал. Блэквуды. Уиллем и Давос — младшие братья лорда Блэквуда. Судя по всему, хозяйка тоже их заметила, потому что оказалась рядом раньше Рейлона, да к тому же в сопровождении рослого мужика с короткой дубинкой в руках.   — Милорды, — все так же улыбалась она. — В нашем заведении действует одно правило: драки снаружи.   — Мы сюда не за этим пришли, — оскалился Рейлон, падая в кресло напротив Блэквудов. — Как дела Уиллем? Деньжат на девку хватит или вы с братцем на двоих сложитесь?   Уиллем Блэквуд ответил ухмылкой.   — Кого я вижу? — протянул он. — Это же мой любимый бастард.   — Любимый? — картинно удивился Рейлон. — Ты знаешь других бастардов?   Блэквуд только фыркнул.   — Что, Риверс, девки уже просто так не дают?   — Мне хотя бы раньше давали.   Хозяйка наблюдала за перепалкой с нескрываемым недовольством, но никто пока не лез в драку. Тем более, явились они сюда безоружными. Поклонившись, она удалилась, но мужик с дубинкой остался, демонстративно сложив руки на груди. Эйрон понял, что теперь просто так уйти не получится. Любое движение будет воспринято, как бегство, и непременно вызовет насмешки Блэквудов.   Почему бордель не закрывался, когда клиентов слишком много, Эйрон понял быстро. Вино подавалось за отдельную плату, и вина было вдоволь. Пока они сидели, переругиваясь с Блэквудами, Рейлон почти в одиночку прикончил кувшин. Блэквуды не отставали. Наверное, здесь можно было весело провести время и без шлюх, если бы не компания Блэквудов. Говорил в основном Уиллем, отпуская шуточки в сторону Рейлона и его незаконного происхождения. На Эйрона он почти не обращал внимания, а вот Давос напротив — смотрел только на него. От этого взгляда становилось не по себе.   Эйрон подозревал, что слова вот-вот закончатся, и в какой-то момент Рейлон и Уиллем все же сцепятся, однако довольно быстро появилась хозяйка в сопровождении полуголой девицы. При ближайшем рассмотрении девица оказалась не такой уж и девицей, но все же довольно молодой женщиной. Она была закутана в легкую полупрозрачную накидку, так что и грудь просматривалась, и то, что ниже.   — Милорды.   Хозяйка ткнул девицу локтем, и та призывно улыбнулась. На лице ее читалась усталость. Скольких мужчин она уже обслужила сегодня? Эйрон вдруг понял, что не хочет с ней ложиться. Впрочем, кажется, Рейлон уже и забыл, зачем изначально пришел в бордель. Теперь весь его интерес был направлен на Уиллема. Они почти одновременно поднялись навстречу девице, едва не столкнувшись при этом. Оба выглядели изрядно пьяными.   — Вдвоем двойная плата, — выпалила девица.   — Не стану я делить шлюху с бастардом, — огрызнулся Уиллем.   — Тогда вам придется подождать, — ответила хозяйка.   — Нет, пусть ждет бастард.   Однако Рейлон уже оказался рядом со шлюхой и обнял ее за талию.   — После ночи со мной, ты не захочешь брать плату, — прошептал он, и девица фальшиво захихикала.   Уиллем же обнял ее за плечи, оказавшись с другой стороны.   — Не слушай его, он может только языком молоть.   Девица захихикала еще громче.   — Языком — это хорошо, — выдохнула она, обнимая обоих и привлекая к себе. — Но за двоих двойная — плата, не забывайте.   — Я заплачу за нас обоих, — усмехнулся Рейлон. — И оттрахаю тебя за нас обоих.   — Нет, это я заплачу, — взвился Уиллем. — У бастарда, наверняка ни гроша за душой.   Они еще переругивались, но девица уже вела их куда-то вглубь заведения, видимо, в комнату. Хозяйка смерила подозрительным взглядом оставшихся Эйрона и Давоса. Видимо, они выглядели не такими опасными, потому что она только коротко кинула:   — Подождете.   И удалилась. Охранник последовал за ней. С одной стороны, это немного порадовало Эйрона, но с другой — теперь он остался в компании Давоса. Тот развалился в кресле и пьяно на него смотрел.   — Знаешь, — внезапно подал он голос. — Ты такой красивый. Намного красивее всех местных шлюх.   Эйрон открыл рот, не зная, как ответить. Давос сделал ему комплимент или оскорбил? Или просто нес пьяный бред?   — И губы у тебя такие…   Эйрон не выдержал. Вскочил с места и быстро двинулся на выход, чувствуя, как горят щеки. Нет, определенно не стоило приходить. Пусть Рейлон развлекается, а он отправится в замок и ляжет спать. Кто-то схватил его за руку, когда он уже вышел из общего зала, перед ним возник пьяный мужик, заросший жесткой щетиной.   — Сколько, красотка?! — выдохнул он, обдав запахом перегара и лука.   — Я парень! — возмутился Эйрон, отшатнулся и высвободил руку.   Мужик посмотрел на него мутным взглядом, пару раз моргнул и потряс головой, как будто хотел привести мысли в порядок. Судя по всему не вышло.   — Да и хрен с ним! Сколько?   Эйрону захотелось врезать ему по морде, но он банально не успел. Мужик вдруг дернулся и отскочил. Позади него стоял Давос Блэквуд.   — Иди, куда шел, — прошептал он таким тоном, что Эйрону стало страшно.   Настолько решительным и грозным он не видел Давоса еще никогда. Что-то подсказывало, что если мужик не отступит, Давос вцепится ему в шею. Возможно, мужик это тоже понял. Он примирительно поднял руки.   — Да ладно тебе, приятель, твой так твой.   Он, покачиваясь, побрел обратно в зал, а Давос оказался совсем рядом.   — Слышал? — выдохнул он в лицо Эйрону. — Ты мой.   Он толкнул его к стене и в следующий миг впился губами в губы. Эйрон замер, но и Давос не предпринимал никаких активных действий, просто прижимался к нему. Эйрон бы соврал, сказав, что ему не нравится. Эйрон бы соврал, сказав, что не думал об этом раньше. Однако он никогда не предполагал, что его грязные мысли когда-нибудь станут явью. И уж тем более не думал, что случится это в переполненном борделе.   Давос оторвался от него, посмотрел совершенно несчастным взглядом. Если бы Эйрон сейчас его оттолкнул, он бы унесся прочь, и кто знает, что бы с собой сделал. Но Эйрон его не оттолкнул. Эйрон обнял его за шею и сам поцеловал, теперь уже настоящим поцелуем — долгим, нежным, глубоким. Кажется, Давос забыл, как дышать, потому что когда оторвался от губ Эйрона, сипел как загнанный конь.   За спиной что-то стукнуло, и раздались громкие голоса. Давос отпрянул, испуганно глянул в сторону зала, а затем схватил Эйрона и потянул вон из борделя. Они неслись так, словно за ними гонятся, забыв про лошадей, просто бежали по неровной дороге городка, пока не оказались в поле. Эйрон чувствовал себя так, словно это он пьян, хотя за вечер выпил разве что пару глотков. Давос рухнул на землю, тяжело дыша, увлекая за собой Эйрона. То ли он просто споткнулся, то ли слишком устал, чтобы бежать дальше. От него пахло вином, едва уловимо благовониями и чем-то еще: притягательным, словно старым деревом. Эйрон завис над ним и медленно поцеловал. Затем еще и еще.   Внутри все горело. Хотелось касаться Давоса, целовать, кусать, впиться в него и никогда не отпускать. В ответ Давос скользил руками по его телу, беззастенчиво лапая везде, где мог дотянуться. Целовал страстно, почти кусал, и терся, терся, как блудливый пес о подвернувшуюся деревянную балку. Его руки спустились к ремню, затем чуть ниже, и Эйрон не сдержал стона. Давос рванулся вперед, быстро переворачиваясь и меняясь местами, теперь уже Эйрон лежал на земле под ним. Давос медленно, почти осторожно провел по его лицу.   — Какой же ты красивый, — выдохнул он и вновь приник губами к губам.   Давос расшнуровывал бриджи Эйрона, и тот даже не задавался вопросом, что будет дальше. Он был согласен на все. Даже стать шлюхой Блэквуда. Давос завозился, развязывая свои штаны, потом потянул бриджи Эйрона вниз, оголяя бедра, задницу и уже вставший член. В следующий миг он прижался к нему собственным возбужденным челном. Эйрон тяжело вздохнул и подался навстречу. Давос тут же обхватил оба члена рукой и быстро начал двигать. Эйрон поймал себя на мысли, что это лучше шлюхи из борделя, хотя он так и не попробовал с девчонкой. Однако он был уверен, что ничего не сможет сравниться с ладонью Давоса, ласкавшей его. Возможно, только рот Давоса, но подобное он даже вообразить себе боялся.   Давос меж тем двигался все быстрее, сам постанывал, уткнувшись Эйрону в плечо. Эйрон пытался оттянуть подступавшее удовольствие, чтобы дать Давосу больше времени, но, похоже, и тот был близок.   — Боги… — тихо протянул он, и сжал руку особенно сильно.   Эйрон вскрикнул, но не от боли. Удовольствие накрыло его так внезапно, что он не успел осознать. Это было похоже на то, когда он трогал себя, но ярче, острее. Эйрон дернулся и расслабленно растянулся на траве. Давос навалился сверху. Эйрон даже подумал, что он заснет, сморенный вином, но тот почти сразу перевернулся на бок и уставился на Эйрона.   — Что? — не выдержал Эйрон, чувствуя, что начинает краснеть.   Странно, но после всего случившегося именно взгляд Давоса заставлял его смущаться.   — Смотрю, какой ты красивый.   — Совсем недавно ты меня со шлюхами сравнивал.   — Вовсе нет, — возмутился Давос. — Я сказал, что ты намного красивее любой из шлюх. Да и вообще любой девчонки. Да и парня.   — Это не так…   — Для меня так.   Давос подался навстречу и вновь его поцеловал.     ***   Эйрон вернулся в замок только под утром. Ночь они с Давосом провели в поле. Обнимались, целовались, ласкали друг друга и немного разговаривали. Рейлон, с которым он делил комнату, смерил его мрачным взглядом. Выглядел он не лучшим образом, то ли сказалось выпитое вино, то ли бессонная ночь. Поймав вопросительный взгляд Эйрона, он скривился.   — Не спрашивай меня, как я провел эту ночь, и я не спрошу, как ее провел ты, — сказал он.   Эйрон, который уж открыл рот, тут же его захлопнул и кивнул. Ему совершенно не хотелось знать, как Рейлон провел ночь, и еще меньше хотелось рассказывать, как провел ее он сам.   — Вот и славно, — заключил Рейлон. — А теперь подай кувшин, у меня сейчас голова расколется.   Пока Эйрон нес ему воду, Рейлон устроился на постели, морщась от головной боли. Хотя, возможно, не только от головной.