no homo

— Каролина, блять, да ты издеваешься?! — Илья стоял в дверях ванной и смотрел на сестру так, будто она только что убила их кота. Каролина, склонившись над зеркалом, накладывала на лицо второй слой тонального. Она даже не посмотрела на него. — Илья, блять, да ты издеваешься? — передразнила она его, делая акцент на каждое слово. — Какого чёрта ты ещё не собрался? — Потому что ты уже два часа сидишь в ванной! — Илья упёрся кулаками в дверной косяк, с явным намерением не сходить с места, пока сестра не вылезет. — Тебе-то что? Ты вон модель, просто надень что-нибудь и будешь выглядеть нормально, — лениво отозвалась Каролина, шлифуя хайлайтером скулы. — Офигенный совет, спасибо. — Пожалуйста. — Ты же знаешь, что мне плевать, да? — Абсолютно, — улыбнулась она и, наконец, повернулась к нему. Илья закатил глаза и со вздохом вышел. Он терпеть не мог эти предвыпускные сборы. Вся эта искусственная радость, фотки на память, которые всем кроме родителей нахуй не нужны, натянутые улыбки… Ну вот зачем это всё? Но самое ужасное — сегодня все родители собирались вместе, чтобы запечатлеть их перед выпускным. А это означало только одно: цирк с конями в полном составе.

***

— Аделина, твою мать, ты чё, реально собираешься пойти так?! Артём смотрел на сестру, которая стояла перед зеркалом в кожаной куртке, короткой чёрной юбке и рваных колготках. — Да. — Мамка нас нахуй выселит, когда увидит тебя в таком виде. — Прекрасно. Всё равно давно пора съезжать. — Ну ты дура. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. Артём глубоко вдохнул и потёр лицо ладонями. Он сам, честно говоря, тоже выглядел не как типичный выпускник: белая рубашка была небрежно заправлена в чёрные джинсы, сверху кожанка, на запястьях — цепи. Он даже подумал над тем, чтобы слегка пригладить волосы, но потом решил, что на хер оно надо. — Так, ладно, погнали, — сказал он, схватив ключи. — А ты помнишь, что нам надо сделать? Аделина подняла бровь, и на её лице отразилось чистое злорадство. — Да помню я, блять. — Артём скривился. План был прост: когда все родители соберутся их фоткать, Артём должен был встать рядом с Каролиной, а Илья — с Аделиной. Так они выглядели как две классические гетеропары, и никто из предков даже не догадывался, что всё это — чистая постановка. — Ты только не сильно лыбься, а то мамка заподозрит, что ты врёшь, — усмехнулась Аделина. — Ага, конечно, — отмахнулся Артём. На самом деле он не парился. Он вообще редко парился о чём-то. Но вся эта ситуация была одновременно ржачной и дико раздражающей. Они вышли из дома, и Артём сразу заметил Илью, который стоял, засунув руки в карманы брюк, и выглядел так, будто его сюда притащили под дулом пистолета. — Здорово, красавчик, — ухмыльнулся Артём, подойдя к нему. — Пошёл нахуй, — вяло отозвался Илья, но в голосе даже не было злости. — Уже успели заебаться? — Каролина подошла, аккуратно придерживая платье, чтобы не наступить на подол. — Да, бля, — простонал Илья. — Я ненавижу этот выпускной. — А кто-то тебя спрашивал? — Аделина лениво закурила, не обращая внимания на то, что родители уже выходят во двор. — Вот именно, — вставил Артём. — А теперь все улыбаемся, делаем вид, что мы гетеро, и идём делать семейное фото, как нормальные люди. Илья закатил глаза, но встал рядом с Аделиной. Артём, изображая примерного кавалера, обнял Каролину за талию. — Господи, я сейчас сдохну, — прошептал Илья, склонившись к Аделине. — Заткнись и позируй, модель хуева, — так же тихо ответила она. — Артём, не ржи, блять! — шикнула Каролина, чувствуя, как тот начинает трястись от сдерживаемого смеха. — Не могу, блин, — Артём хрюкнул, но всё же выдавил из себя нормальную улыбку.

***

— Дети, вы такие красивые! — раздался голос мамы Ильи и Каролины. — Как же вы у нас выросли! — захлопала в ладоши мать Артёма и Аделины. — Да, выросли, — процедил сквозь зубы Илья. Фотографий сделали штук пятьдесят, пока Артём не начал уже откровенно кривляться, а Илья не объявил, что если их не отпустят в ближайшую минуту, он «нахуй просто уйдёт в закат». Наконец, родители сдались, разнеженно пожелали им хорошо провести вечер, и четвёрка, сорвавшись с места, буквально сбежала. Как только они завернули за угол, Артём отцепился от Каролины, Илья убрал руку с талии Аделины, и все синхронно выдохнули. — Блять, это был пиздец, — заявил Артём. — Абсолютно, — согласилась Каролина. — Ну, зато теперь мы свободны, — ухмыльнулась Аделина. — Давайте просто напьёмся, — предложил Илья. — Наконец-то ты сказал что-то разумное, — кивнул Артём. Они зашли в ближайший бар, где никто не спрашивал документы, и уже через пятнадцать минут сидели за столом, разливая виски по рюмкам. — Ну, за нормальные пары, — поднял тост Артём, глядя на Илью. — За нормальные, — ухмыльнулся тот. И выпил.

***

Бар был душным, музыка орала так, что стаканы вибрировали на столах, а люди, уже не стесняясь, начинали творить какую-то херню. — Ну, что, всё, нахуй этот балаган? — Артём швырнул в рот последний кусочек льда из своего стакана и хлопнул ладонями по столу. — Да. — Каролина лениво потянулась. — Да. — Аделина допила свой виски и резко встала. — Да. — Илья тоже встал, по привычке поправляя манжеты рубашки. Они вышли на улицу, и их тут же окутал запах вечернего города — асфальта, дыма, чуть затхлой воды из ливневки и сигаретного дыма. — Напоминаю, через двадцать минут мы встречаемся с фотографом, — сообщила Каролина, сверяясь с телефоном. — О, да! — Артём закатил глаза. — Мы наконец-то будем выглядеть как нормальные пары, а не как рекламная кампания «Гетеронормативность и вы». — Ты прям так страдал? — хмыкнул Илья. — Да мне вообще пох, но хотелось бы хоть раз не изображать натурала. — Чистая правда, — кивнула Аделина. Их фотографом была некая Соня — девушка, которую Каролина нашла в инсте. Соня снимала людей так, что даже самые унылые превращались в рок-звёзд. У неё был свой стиль: всё выглядело живым, дерзким и нереально красивым. Они договорились встретиться в старом переулке, где неоновые вывески отражались в мокром асфальте. — О, это вы? — раздался бодрый голос. Они повернулись и увидели её — невысокую девушку с блондинистыми волосами, рюкзаком за спиной и камерой, уже нацеленной на них. — Да, мы, — кивнула Каролина. — Вы шикарные! — Соня прищурилась. — Всё, пошли, будем творить чудеса.

***

Первая локация была простая: старая кирпичная стена, заросшая плющом, и слабый фонарный свет, создающий мягкие тени. — Так, кто у нас с кем? Они переглянулись, и тут Каролина просто взяла Аделину за руку. — Я с ней, — уверенно сказала она. — Тогда я с этим красавчиком, — Артём обнял Илью за плечи и чуть притянул к себе. Илья сжал губы, пытаясь скрыть ухмылку. — Так, отлично, — Соня быстро щёлкала затвором камеры. — Блин, ну вы просто офигенные! Аделина внезапно притянула Каролину ближе, отчего та чуть не потеряла равновесие. — Эй! — Да расслабься, — прошептала Аделина ей на ухо. — Ты специально. — Конечно. Каролина рассмеялась, а Соня в этот момент поймала кадр — волосы Каролины чуть растрепались, губы были приоткрыты в смехе, а Аделина смотрела на неё так, будто весь остальной мир просто не существовал. — Вот это огонь, девчонки! — восхищённо пробормотала фотограф. Тем временем Артём внезапно толкнул Илью в стену, упёрся руками по бокам от его головы и усмехнулся: — Ну что, модель, готов страдать? Илья выдохнул, его губы скривились в едва заметной ухмылке: — Страдать будешь ты. Артём чуть наклонил голову, глаза сузились: — Да? Илья чуть склонил голову, уголки губ дёрнулись: — Да. Щёлк! Соня не останавливалась ни на секунду. — Так, теперь ближе, ближе! — скомандовала она. Артём резко схватил Илью за пояс, притягивая ближе, а тот даже не пошатнулся, только чуть склонил голову к его плечу. Щёлк! — А теперь ещё ближе. Артём резко наклонился вперёд, их лица почти соприкоснулись. — Окей, стоп! Это лучшее, что я сегодня снимала! — Соня подпрыгнула на месте. — Дайте ещё пару минут, — бросил Артём, не двигаясь с места. — Не смей меня трогать, — тихо сказал Илья. — Даже если хочется? — Даже если хочется. Артём ухмыльнулся. — Ладно, ладно, хорош, — вмешалась Каролина, трогая брата за плечо. — Мы не на порно-съёмках. — Пока, — ухмыльнулся Артём, отпуская Илью. — Пока, — фыркнул тот, поправляя рубашку. — Окей, давайте ещё пару кадров на улице, а потом переедем в студию!

***

Студия была в старом здании, где стены облезли, но внутри всё было превращено в пространство для творчества. Неоновые лампы, мягкий свет, тёмные углы. — Вот тут и родится искусство, — пробормотала Соня, ставя камеру на штатив. Илья сел на высокий барный стул, закинув ногу на ногу, глядя в пустоту. — Давай, модель, делай своё дело, — усмехнулся Артём, садясь рядом. Илья медленно повернул голову, взглянув на него исподлобья. — Так, держим этот взгляд… — Соня приближалась с камерой. Аделина и Каролина сели рядом, прижавшись друг к другу плечами. — Давай что-нибудь дерзкое, — сказала Соня. Аделина развернулась к Каролине и без предупреждения ухватила её за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. — Дерзкое? — прошептала она. — Чёрт… — выдохнула Соня. Каролина сначала замерла, но потом с лёгкой ухмылкой подалась вперёд, их носы почти коснулись друг друга. Щёлк! Артём сел на подлокотник кресла, в котором развалился Илья, и легонько дёрнул его за ворот рубашки. — Слушай, а может, нам… — он наклонился чуть ближе. — Не беси меня, — предупредил Илья, но не отстранился. Щёлк! — ВАУ, — простонала Соня. — Я вас просто обожаю.

***

Они закончили ближе к полуночи. — Так, — Соня протянула им флешку, — тут уже есть обработанные кадры, а остальные пришлю вам завтра. — Спасибо, — Каролина чмокнула её в щёку. — Да без проблем! Вы — лучшее, что я снимала за последние месяцы. Они вышли на улицу, глядя на ночной город. — Ну что, теперь мы хотя бы есть на фотках такими, какие мы есть, — сказала Аделина, крутя флешку в пальцах. — Это было охуенно, — согласился Артём. — А теперь что? — спросил Илья. Они переглянулись. — Напьёмся ещё раз? — предложил Артём. — Абсолютно, — ответили все хором.