Десять часов пополудни

Когда свет лечебной иллюзорной принадлежности накрыл его, царапины на руке Леона   быстро затянулись, и он постепенно пришел в сознание. Гуань Лань, коснувшись руки, чтобы выйти из [Пенала], поднял взгляд и увидел, что Фань Пэйян уже стоит на ногах. Сняв куртку перед боем, он порвал нижнюю рубашку, чтобы перевязать раненую ногу, и теперь стоял перед Гуань Ланьем лишь в длинных брюках, с обнаженным торсом. Рельефные мышцы и крепкая талия выступали во всей своей первозданной красоте. Несколько секунд Гуань Лань изучал его, а затем, опустив голову, с досадой ткнул пару раз в свою мягкую грудь. Но как лидер группы «Клубничные Пончики», он всё же сумел отодвинуть в сторону свою обиду на статных и могучих, окликнув Фань Пэйяна: — Эй, ты уже уходишь? Довольно серьёзная рана на ноге всё ещё причиняла Фань Пэйяну дискомфорт. Он как раз размышлял, стоит ли заняться ею более тщательно, когда услышал голос Гуань Ланя. — Есть ещё что-то? — спросил Фань Пэйян, обернувшись. Его взгляд скользнул по только что очнувшемуся Леону, и всё стало ясно. — Нужна компенсация за производственную травму? Называй цену. Гуань Лань молчал… Этот странный мужчина, чьи разговоры неизменно сводились к деньгам, тем не менее обладал особой аурой. Ничего вульгарного, даже стоя с обнаженным торсом, он умудрялся выглядеть так, словно на нем дорогой костюм. Из какой он, черт возьми, галактики?! — Я хочу сказать… — Гуань Лань произносил каждое слово с нарочитой чёткостью, смиряя бурю внутренних возражений, чтобы его улыбка казалась искренней и сияющей, словно летнее солнце. — Не хочешь вступить в «Пончики»? Фань Пэйян чуть склонил голову, удивлённый столь неожиданным предложением. Гуань Лань не стал сыпать красноречивыми уговорами, переходя сразу к сути: — Тебе нужна более сильная команда, нужны достойные напарники. Фань Пэйян, не колеблясь ни секунды, покачал головой: — Мне не нравится, когда мной командуют. Гуань Лань нахмурился: — Давай проясним: лидер VIP-ов — Тан Линь? — Верно. — подтвердил Фань Пэйян. — Но ты только что сказал, что не любишь, когда тобой командуют! — О, Тан Линь — исключение. — прозвучал ответ. Гуань Лань замер, потеряв дар речи. Таньхуа, только что поднявший товарища, вдруг прикрыл уши Леону: — «Собачий корм» вреден для заживления ран. Поскольку убеждение силой не достигло цели, Гуань Лань был вынужден сменить тактику. Его взгляд упал на ногу Фань Пэйяна, где сквозь повязку уже просачивалась капелька крови: — Почему бы тебе не воспользоваться иллюзорной принадлежностью? Взгляд Фань Пэйяна проследил за его взглядом, остановившись на собственной, кое-как перевязанной ране. Он промолчал. — Разве ты не транжира? — поддразнил Гуань Лань. — Неужели даже пары лечебных иллюзорных принадлежностей не прикупил? Или… — Он игриво взглянул на Фань Пэйяна. — Всё отдал Тань Линю? Фань Пэйян встретил его насмешку, не отводя взгляда, и его взгляд, устремлённый на Гуань Ланя, стал ещё более многозначительным. — … — Брови Гуань Ланя, которые только что разгладились, снова постепенно нахмурились. У него начало закрадываться нехорошее предчувствие. — Не нужно чего-то особенно редкого, — сказал Фань Пэйян, — подойдёт любая иллюзорная принадлежность, способная временно залечить рану. — и смело добавил, — Назови цену. Не прошло и двух минут, как Гуань Ланя во второй раз попросили назвать цену: — Неужели в твоей жизни, кроме денег, ничего другого не существует? — Например? — смиренно поинтересовался Фань Пэйян. — Например, если ты вступишь в «Пончики», я помогу тебе залечить рану. Не только сейчас, но и в будущем, при любых ранениях, ты будешь получать своевременное лечение. Фань Пэйян опустил веки, большим пальцем слегка коснулся нижней губы, словно погрузившись в глубокие раздумья. Лицо Гуань Ланя озарилось надеждой: неужели он начал колебаться? Фань Пэйян опустил руку и поднял взгляд: — Я всё же предпочитаю простые денежные отношения. — … — Гуань Лань потерял дар речи. — Тогда зачем так долго размышлял?! Неизвестно, уловил ли Фань Пэйян скрытый смысл слов Гуань Ланя или лишь намечал пути на будущее, но он ответил: — Как я понял, раз ты даёшь такие гарантии, значит, иллюзорных принадлежностей у тебя более чем достаточно. В следующий раз, если я не получу чего-то стоящего, я приду к тебе. Ну вот, раз дело дошло до этого, настаивать на вступлении в группу было бы уже бессмысленно. Гуань Лань, выпрямившись, произнёс: — «Пончики» — не магазин, и в деньгах мы не нуждаемся. — Поняв, что ему не стать своим, Гуань Лань перешёл на деловой тон. — Хочешь иллюзорную принадлежность — ищи сам. — Не нуждаетесь в деньгах… — Господин Фань не искал лёгких путей. — Тогда, как насчёт обмена? Гуань Лань усмехнулся и, не задумываясь, покачал головой: — У тебя нет даже лечебной иллюзорной принадлежности. Не думаю, что у тебя найдутся какие-то редкие канцелярские принадлежности, достойные обмена. Фань Пэйян сохранял спокойствие и уверенность: — Даже особые канцелярские принадлежности не стоят того? Гуань Лань замер. Таньхуа и Леон, которые уже поднялись и долго следили за их разговором, не придавая ему особого значения, сейчас были весьма удивлены. Особые канцелярские принадлежности куда реже иллюзорных. Причина не только в их мощном эффекте, но и в том, что получить их — дело случая, их нельзя просто так найти. У Фань Пэйяна не было столько времени, чтобы ждать, пока «Пончики» переварят информацию. Он сказал прямо: — Один «Я VIP», в обмен на две твоих лечебные иллюзорные принадлежности. Ты не прогадаешь. Таньхуа был так поражён, что невольно воскликнул: — «Я VIP»? Фань Пэйян помнил, что «Пончики» первыми оказались в вестибюле метро. Когда они с товарищами вошли следом, то лишь обменялись фразами о том, что использовали особую принадлежность «Я-VIP», но не стали вдаваться в подробности, как именно эта канцелярская принадлежность действует – например, как она создаёт луч прожектора или формирует кристальный коридор. Он уже открыл рот, чтобы рассказать, как вдруг оборвал себя: — Эта штука, после активации… Таньхуа не дал ему договорить: — Излишние объяснения ни к чему. — На его лице играла сложная смесь эмоций. — Мы, конечно, вошли в метро раньше вас, но, увидев, как вы четверо явились в солнцезащитных очках, мы и так можем представить, как вы шествовали по красной дорожке, вызывая зависть и негодование. Фань Пэйян осёкся, предпочитая тишину. Гуань Лань недоверчиво уставился на него: — То есть, у тебя тогда было целых пять особых «Я-VIP»? — Мм. — Фань Пэйян кивнул. — Кто тебе их дал? — допытывался Гуань Лань. — Собрал в Подземном городе. — ответил Фань Пэйян. — Проходчики, спустившиеся сверху? — уточнил Гуань Лань. — Если эту вещь нельзя добыть в Подземном городе, то выходит, что да. — пояснил Фань Пэйян. — Сколько стоит одна? — спросил Гуань Лань. — Триста тысяч. Гуань Лань: — …… Леон: — …… Таньхуа: — …… Триста тысяч за штуку, полтора миллиона за пять. Лидер, зачем ты спросил?! — Динь — Звуковой сигнал ознаменовал благополучное завершение сделки. Некая особая принадлежность, обозначенная как [Я-VIP], оказалась в руках Гуань Ланя, помещенная в его [Пенал]. В обмен на это Фань Пэйян получил две иллюзорные принадлежности: «Чудесное исцеление» и «Выздоровление после тяжелой болезни». Фань Пэйян освободил ноги, перевязанные куском ткани от рубашки, и применил на себе последнюю принадлежность, полученную в обмен. Кровотечение из травмированной конечности вскоре прекратилось, рана начала затягиваться. Однако до полного выздоровления было еще далеко: остаточные болевые ощущения точно соответствовали состоянию начального выздоровления. Впрочем, для Фань Пэйяна такая лёгкая боль была несущественной. Он без труда перемахнул через край крыши, мягко приземлившись в переулке. Боль в голени оставалась на прежнем уровне, никак не реагируя на резкое движение. Тем временем Гуань Лань, перегнувшись через парапет, завершил своё испытание вместе с Таньхуа и Леоном. Ощущая облегчение от завершения задачи, он с любопытством обратился к Фань Пэйяну: — Тебе не жаль, что ты обменял уникальную канцелярскую принадлежность на две иллюзорные? Иллюзорные принадлежности встречаются чаще, а такие особые принадлежности — редкость. Фань Пэйян, присев, небрежно стряхнул с брючины прилипшую к ноге ткань, пропитанную кровью. Заметив, что ткань снова прилипла, он нахмурился. Поразмыслив недолго, Фань Пэйян выпрямился, решив не продолжать попыток: — Нисколько не жалею. Принадлежность была хороша, но в единственном экземпляре она бесполезна. Раз я сам могу войти в испытание, то и Тань Линя туда проведу. Если же мы оба окажемся не у дел, то я не позволю ему идти в одиночку, даже с этой чертовой принадлежностью. Гуань Лань напомнил: — Не забывай, у вас, VIP-ов, в распоряжении ещё Чжэн Лочжу и Нань Гэ. Фань Пэйян ответил: — Это вполне применимо и к другим. Гуань Лань замялся. Для любимого человека — «Тан Линь то, Тан Линь сё», а для остальных — «вполне приемлемо и к другим». Такая избирательность аж до слёз пробирает. Трое друзей, которых в шутку называли «Пончики», наслаждались лёгким ветерком на крыше, с удовлетворением наблюдая за удаляющейся фигурой Фань Пэйяна. Господин Фань двигался с лёгкостью, совершенно не напоминая человека, оправившегося после тяжёлых ран. Его спина, даже обнажённая до пояса, излучала особую грацию и непринуждённость. Таньхуа со вздохом зависти повернулся к своему товарищу по команде: — Эх, когда же и мне удастся достичь такой формы… Леон, анализировавший их схватку с Фань Пэйяном для извлечения уроков, прервался, заметив взгляд напарника, и вежливо ответил: — Добро пожаловать в команду. Таньхуа озадаченно спросил: — Что? Несмотря на сосредоточенность, Леон уловил слова товарища: — Хочешь тренироваться? Присоединяйся к моему ежедневному курсу «Разрыв пресса*». * 腹肌撕裂者 (fù jī sī liè zhě) — отсылка к популярной программе тренировок Ab Ripper X — интенсивному 15–17-минутному комплексу из 11 упражнений + растяжка, разработанному тренером Тони Хортоном для проработки всех групп мышц кора. Название намеренно гипертрофированное: оно передаёт ощущение «разрыва» мышц от высокой нагрузки, что типично для маркетинга фитнес-брендов. Таньхуа отчаянно замахал руками: — Н-нет, спасибо. Перед его мысленным взором пронеслись картины изнурительных тренировок напарника, и он сглотнул. — Ты это уж сам, а я пока обойдусь. Чтобы Леон не настаивал, Таньхуа поспешил перевести тему, обратившись к Гуань Ланю, но обнаружил, что их лидер напряжённо озирается. — Что-то случилось? — с тревогой спросил Таньхуа. — Такое ощущение, будто кто-то следит за нами. — нахмурившись, ответил Гуань Лань. — Что? — воскликнул Таньхуа и тут же устремил взгляд вниз, осматривая улицы. Леон тоже настороженно поднялся. — Не ищите. — сказал Гуань Лань, прислушавшись, ощущение давления исчезло, — Видимо, уже ушёл. Таньхуа поморщился. — Наверное, поняли, что мы их заметили. Непонятно только, кто это был. По логике, без ошейников мы уже не представляем интереса для наблюдения. — Не исключено, что за нами следят. — отозвался Гуань Лань, вспомнив. — В ходе схватки между Леоном и Фань Пэйяном я дважды ощущал нечто странное. Вероятно, он находился где-то неподалеку уже тогда. Возможно, даже шёл по нашим следам, пока мы перемещались по арене. — Так упорно? Ради кого, ради спасения Фань Пэйяна? — Таньхуа выразил свое недоверие. — Ведь Фань Пэйян был целью Леона. — Кто знает. — Гуань Лань развел плечами. — Возможно, у меня просто разыгралось воображение. Независимо от того, преследовали их на самом деле или это были лишь разыгравшиеся нервы, в тот момент это не имело значения. Таньхуа снова расслабился, его беспокоил другой вопрос: — Лидер, неужели ты действительно намерен взять Фань Пэйяна в «Пончики»? Гуань Лань на мгновение замолчал, на его лице впервые проступило сожаление и разочарование: — Да, хочу. Это был не первый случай, когда их лидер пытался завербовать новых участников. В Подземном городе, встречая достойных испытуемых, Гуань Лань также делал им подобные предложения. Однако обычно это звучало мимоходом: желаешь — присоединяйся, нет — так нет. Никогда раньше он не проявлял такой настойчивости, не прибегал к использованию иллюзорных принадлежностей в качестве наживки, как в нынешней ситуации с Фань Пэйяном. Не говоря уже о том разочаровании, которое отразилось на его лице после отказа. Таньхуа искренне не мог понять, как можно так задеть Гуань Ланя: — Лидер, тебе не кажется, что ты его несколько переоцениваешь? Да, он одолел Леона, но это произошло потому, что оба были бойцами дальнего боя, полагающимися на дерево инструментов, и исход зависел от выносливости. Если бы он столкнулся с тобой, то дело бы не дошло до проверки на выносливость, он бы мгновенно оказался отравлен, его губы посинели бы, и он бы рухнул на землю. Гуань Лань покачал головой: — Речь идёт не о текущем моменте. — Он посмотрел в сторону, куда ушёл Фань Пэйян, с беспрецедентной серьёзностью. — Таньхуа, текущая боевая мощь Фань Пэйяна ещё далека от своего пика. В будущем… когда его дерево инструментов полностью раскроется, в сочетании с его боевым талантом… вот тогда наступит настоящий кошмар. Тем временем, в одном из уединенных уголков Кольцевого города. Крупный мужчина ростом под два метра, прижавшись спиной к стене тупика, с испугом смотрел на стальную иглу, парящую перед его глазами, и был готов заплакать: — Братан, если тебе нужны деньги, я дам деньги, если нужны канцелярские принадлежности, я дам их, зачем ты хочешь снять с меня одежду… Господин Фань, стоящий с обнаженным торсом, элегантно начал обратный отсчет: — Три, два… — Сниму, сниму! — Здоровяк, со слезами на глазах, стянул свой идеально сшитый пиджак, сквозь рыдания наставляя, — Это я перед началом испытания купил в торговом квартале, ты с ним поаккуратнее… Обратный отсчет 00:37:00, где-то в заброшенном переулке Кольцевого города. Тан Линь, перебравшись в узкий переулок, поднял голову и наконец смог разглядеть вдалеке крошечную часть шпиля храма. Место столкновения Тан Линя с Хэ Люем находилось на периферии Кольцевого города, на значительном удалении от храма по прямой линии. Получив ошейник, он сконцентрировал все свои усилия и время на избегании прочих участников испытания, стремясь как можно скорее добраться до храма. Хотя в целом всё шло по плану, достичь храма «как можно быстрее» не удалось. Причина заключалась в том, что Кольцевой город кишел испытуемыми. У большинства из них оставались собственные ошейники, но не было ошейников их целей, поэтому они были вынуждены методично обследовать город. На тот момент Тан Линь не был осведомлён о личности преследователя. Это подразумевало, что любой встреченный им соперник, любое изображение цели в [Шпаргалке], мог оказаться именно тем, кого он искал. В такой обстановке передвижение становилось крайне затруднительным; услышав чьи-либо голоса вдалеке, ему приходилось менять направление. После всех этих трудностей он наконец оказался в этом переулке. Видневшийся вдали шпиль храма дал Тан Линю долгожданную надежду после изнурительного пути. Он поднял руку и взглянул на таймер, показывающий обратный отсчёт – времени ещё было предостаточно. Однако оставалось неизвестным положение Фань Пэйяна, Чжэн Лочжу и Нань Гэ. Как гласит народная мудрость, стоит только подумать, как он и появится. Тан Линь не подозревал, что даже мысль о Фань Пэйяне может привести к его появлению, ведь едва он вспомнил о нём, как услышал знакомый голос позади: — Тан Линь. Шаги человека, спешащего по своим делам, резко оборвались. Тан Линь обернулся и увидел Фань Пэйяна, приближающегося к нему с противоположного конца переулка. Тот был с обнаженным торсом, одет лишь в длинные штаны, а на голенях виднелись рваные отверстия, будто от ударов острого клинка.