Pelliculatio

Проснулся Хенджин резко, будто упал с кровати. Тело болезненно ломит, перед глазами все кругами заходило и затошнило. Хван медленно сел, держась руками за голову. Удивленно заморгал — он вправду уснул на жестком полу, еще и около зеркала ведьмовского. Мороз пробежал по коже от воспоминаний о вчерашнем вечере. Он действительно заключил сделку с дьяволом? С ума сошел. Следовало сначала хотя бы в Интернете информацию про него поискать. Дурак. Поднялся на ноги. Привычной боли не последовало. Для уверенности сделал два шага. Неужели чудо снизошло, и старая травма излечилась? Несмело попрыгал. Судорог нет. Выполнил несколько упражнений, какими раньше растягивался. В колено не впиваются ножи. — Как так?.. Топнул ногой, чтобы уж точно убедиться. Совершенно не болит. Он умер и попал в Рай? Если это сон, то пусть он не заканчивается, а если реальность — то это самый лучший подарок от Бога. Радостная улыбка расплылась по лицу. Можно вернуться в танцы, зарабатывать на жизнь, заниматься любимым делом. Вновь стать лучшим из лучших, получая кучу оваций, букетов, подарков, большинство партий. Наспех приняв теплый душ, Хенджин засобирался в танцевальную студию. Казалось, погода радовалась вместе с ним: дождь прекратился, во всю сияло солнце, разноцветная листва украшала город. Пролетела бабочка, такой красивой, с большими оранжево-белыми крыльями он никогда не видел. Символ удачи? Джин, веселый и увлеченный мыслями о немрачном будущем, шел по улицам, прячась от теплого ветра в крутке. Настроение стало еще выше, когда понял, что чувство преследования как не бывало. Словно и не ходил за ним Черт, пытаясь вытрясти душу. Очередным сильным порывом в переулок занесло несколько кленовых черных листьев, только стебли у некоторых — белесые, а у других — кроваво-красные. Такого в реальности не бывает — он спит? Цвет алый навел на мысль о том, что сегодня еще предстоит какое-то испытание души. Интересно, что уготовит ему Чан? Надо будет перевести бабушку через дорогу? Снять котенка с дерева? Успокоить плачущую девочку? Или что-то изощреннее? Но пока он в своих мечтах и может забыть о сделке с дьяволом, увлекшись танцами. — Хенджин! Боже мой, ты? Я уже и не надеялся увидеть нашу яркую звезду здесь, да и на сцене тоже. Как нога-то? Зажила? — тренер встретил с широкой улыбкой и дружескими объятиями, что уж очень на него похоже не было. — Да вот, прошла с Божьей помощью. Подумываю вернуться, возьмете? — радостно улыбнулся Джин. — Как я могу упустить такой талант? — тренер Ким заулыбался еще шире, уже предвкушая, какие прибыли принесет ему Хенджин, — пойдем в зал, как раз тренировка скоро начнется. Вот помнишь же, подлец, к каким часам надо приходить. Обожаю тебя за пунктуальность, — мужчина вперевалку зашагал по коридору, бурча под нос: — Нет, ну слава Богу, слава Всевышнему, что он здоров и можешь танцевать. Ох, хоть бы не сглазить, тьфу-тьфу-тьфу. Дай Господи, чтоб все по маслу прошло. В зале все было, как Джин запомнил: унылые серые стены, одна из которых зеркальная, аудиосистема, даже люминесцентные лампы светят так же, как и год назад. В чудо, что с ним случилось, не верится. А, может, Чан вылечил его ногу на время сделки? Было бы неплохо. — Джин, ты разминайся, готовься. Если что-то понадобится, скажи мне, я организую, как смогу, — продолжал непривычно лебезить тренер. Странная лесть тренера подкупала, но иногда доходила до абсурда: он никогда прежде не хвалил за неправильно выполненную связку. Тело словно забыло годы тренировок, из-за этого даже обыкновенное упражнение выходило хуже, чем у пятилетнего ребенка. А тренер все хвалил, сидя на стульчике в углу зала. Но Джин не сдавался, упорно тренируясь, потому домой добрался, пребывая в другом мире, упал на пол уставший, как собака. Ноги еле двигались, голова гудела из-за давления, а единственное желание — добраться до подушки. И черт с ним, с этим "испытанием души", раз Чан забыл, то и Джину нечего волноваться. Это не он безответственный демон. А вдруг он не заметил испытание, что искуситель подготовил? Голова раскалывалась все сильнее, слова дня вчерашнего вспомнились: "Ты проходишь семь испытаний, соответствующие семи смертным грехам". Хенджин нахмурился, пытаясь вспомнить хоть что-то, что могло отослать быть похожим на проверку судьбоносную. Однако в голову ничего не приходило, только тревога нарастала. Всему ответ — всемогущий Интернет. Выяснить удалось лишь о существовании семи грехах смертных. Остальное — абсурд религиозных фанатиков, что призывают жить по закону божьему, только в том случае будешь в рай отправлен. Джин фыркнул пренебрежительно. До чего же люди бывают странны. По спине мороз обжигающий пробежал. Хенджин к зеркалу обернулся да в омут глаз янтарных попал. Страх липкой слизью по венам растекся. Что же он натворил? Собственными руками себе убийцу выбрал, что за ним по пятам ходит, следит пристально. — И давно Вы здесь? — сиплым голосом спросил Хван. Отражение человека-воина приблизилось к поверхности зеркальной и за шаг один в реальности оказалось. Мужчина к креслу, что теперь на трон похоже стало, проследовал, сел, повелительно комнату и Джина оглядывая да одним уголком губ усмехнулся. Король среди падших. "Самый ли падший он среди них?" — Ты любопытно мыслишь, — произнес Чан, тяжелую атмосферу разламывая голосом низким. Пытаться с ним наладить общение — себе дороже, да и бессмысленно это. Джин просто на ногу здоровую уставился, до сих пор диву даваясь, как та зажила. Звонок телефонный раздался в звонко-звучной тишине: — Хенджин, незаменимый мой, не хочешь контракт заключить? — слащавый сопрано тренера послышался, — ты не смотри, что только вернулся. Компания хорошая, платить будут хорошо… — Джин от счастья себя помнить перестал, даже слова мимо ушей пропускать стал, выжидая паузу, чтобы ответить положительно. Чан временем тем чему-то кивнул и к зеркалу направился. — ...Ты же лучший в этом деле, Джин, не упускай предложения!.. — звон в ушах и шаги тяжелые чановы в ботинках мощных. Осознание, что вот оно — испытание. Демон, в ожидании ответа Хвана замер и через зеркало в глаза ему уставился, дыру выжигая, но не подсказывая, как правильно поступить. Мечта не исполнившаяся, жизнь безбедная, идеальная — все это будет, стоит лишь только "да" сказать. Но душа извивается, как под пытками, во все горло крича "нет". Закат огненный в комнате освещение создал мистическое. Тишь повисла: кажется, все живое ждет его ответа. — Я, пожалуй, откажусь, — никогда он еще не был уверен в своем выборе. Последнее, что запомнил Джин, прежде чем во тьму провалиться — дернувшийся кадык Чана и ухмылку. В мозг словно шурупы вкрутили — настолько болит голова. Глаза приоткрывает — все дымкой предрассветной подернуто, только рыжее пятно отчетливое. — Браво, — наклоняя голову вбок, произнес Тьмы Князь, — Однако ты был на грани. Хенджин на локтях приподнялся, оглядывая комнату. Ему показалось краски яркие — ночь черная в городе. — Я… где… — смог прохрипеть он. — Ты утратил зрение? Диковинно, обычно, при галлюцинациях такого не бывает, — озадачился Чан, даже за подбородок Джина взял пальцами горячими и принялся лицо его разглядывать, словно мог что-то сделать, если бы Хван и вправду ослеп. — Нет… просто кружится все, — ошалело ответил он, боясь пошевелиться и демона на гнев спровоцировать. Чана интерес исчез тут же. Он отпустил Джина и к излюбленному зеркалу направился. — Так это были ведения? Или реальность? Или… — Ты поборол всего два греха — уныние и гордость. Можешь задать только один вопрос. Выбирай тщательно. Хенджин, все еще на полу сидя и в себя приходя, мысленно согласился с Чаном. — Зачем Вы этим занимаетесь? — поразмыслив немного под давящим взглядом дьявола, наконец сдался Джин. — Зачем мне это все? — будто удивляясь, переспросил он, — Я вершу то, что хочет видеть Бог, исполняю тайные желания всех. Таких созданий мало во всех мирах, что не боятся быть искушенными собственными прихотями самыми уродливыми, не боятся, что те станут явью. — Даже свои желания исполняете? Чан в ответ бровь поднял. — Лучше выспись. Впереди тебя ожидает много всего, papilio, — тьма сгустилась который раз в сознании.