"Особо опасные"

Было холодно. Стены тюрьмы были пропитаны затхлым запахом крови, сырости и трупов. Между клетками продувал ветер. Он со свистом влетал и вылетал между решётками. По всюду ветало чувство страха. Липкое, противное, оседающие в груди и стоящее комом в горле. Дементоры то и дело кружат вокруг верхушки замка. Цепи до костей протирали руки и ноги. Они скрипели при малейшем движении, причиняя невыносимую боль. Еда, которую приносили сюда, наверняка была не съедобной. Это были слившиеся комки каши и клейкой жидкости, пахли так же ужасно, как и всё в этом месте. Вода подавалась в небольшой кружке. Она была с осадком грязи и привкусом железа. Одежда заключённых была отнюдь не тёплой. Рваная полосатая ткань еле прикрывала тело. Она колыхалась ветру и ни капельки не согревала. Тут всегда было холодно. Было, есть и будет. Постель лишь отдалённо напоминала спальное место. Матрас, мокрый от сырости и в рваный от времени, был еле пригоден для лежания на нём. Одеяло было настолько тонким, что сложи его в нескольких слоёв и 3 сантиметров не получится. Перьевая подушка изъедена мышами и другими существами, которые коротали тут своё жалкое существование, как и все те, кто тут находился. В одной из камер попала. Беллатриса Лестрейндж, едва достигнув возраста тридцати лет. Ничтожный возраст для ведьмы. Она была полна сил и жизненной энергии, почему и стала главной жертвой дементоров. Они высосали все счастливые воспоминания. О доме, о сёстрах, о жизни до Тёмного Лорда. До того, как её собственный муж бросил в лапы к мракоборцам. Время шло. Оно длилось чередой мучительных дней, месяцев и лет. Тринадцать лет. Тринадцать лет, проведённых в этом ужасном, забытым Мерлином месте под названием Азкабан. Заключенным не давали газет. Там не было часов. Охранники ходили хаотично, в разные часы, запутывая всех. Единственные опознавательные знаки - это чёрточки. Жалкие полоски, начерченные мелковым кирпичом на стене. Где - то в Министерстве, в отделе заключённых лежала пыльная папка с надписью Особо опасные. В ней было множество досье, включая Беллатрису Лестрейндж. Все её поступки, каждое убийство и вся биография. На доскональное изучение ушли бы месяцы. И именно эту задачу поручили новому мракоборцу Гермионе Грейнджер. В качестве стажировки. Гермиона Грейнджер радостная явилась в Министерство. Это был её первый рабочий день и по совместительству самый счастливый день в её жизни, который был счастливым не так уж и долго. Через несколько минут ей молча всучили какую то папку. М-да уж. Не так я себе представляла свой первый рабочий день. Подумала девушка, зевая и смахивая пыль с папки. Посредине папки красовалась еле заметное имя "Беллатриса Лестрейндж". Гермиона от удивления выпучила глаза и уверила себя, что они просто перепутали папку. Но ни через десять, ни через двадцать минут за папкой не вернулись, девушка осознала и уже представила всю работу, которую ей придётся проделать. Объёмная папка, в которой больше тысячи страница. Не все они уцелели в целости и сохранности. Некоторые страницы были женные, некоторые размыты или вовсе стертые временем. Реставрация заняла бы не меньше времени, чем на изучение всего материала. Начало было довольно скучным, обычным и нудным. Но всё же его следовало изучить. Отсутствовала точно дата, рождение и некоторые имена. Они стёрлись временем, как было описана ранее. Так же не было замечено возраст, в котором Беллатриса приняла метку. В том месте видимо кто то давно пролил чай или возможно кофе. Сути, это не меня. Кое что в записях было необычным. Рассказывается, что девушка была одной из сильнейших Пожирателей и ярче всех высказывала свою поддержку в сторону Темного Лорда. Поддерживала чистоту крови во всё. Но при всём этом был замечен один случай "милосердия" по отношению к некому Теду Тонксу. Это произошло ближе к самому поражению Лорда. Это была не одна не состыковка. Рассказывалось, что Беллатриса Лестрейндж поддерживала статус своей семьи. Тем не менее, поместье Блэк сгорело почти всё в ходе нападения Пожирателей. Конечно, мотивы её были не известны, что в последствии было бы не плохо узнать. И наконец. Одной из самых ужасных её преступления. "Был тысяча девятьсот восемьдесят первый год. Тёмный Лорд к тому времени уже был повержен. Когда мракоборцы прибыли не вовремя. Фрэнка и Алису Долгопупс было уже не спасти. На месте застали Барти Крауча-младшего и Беллатриса Лестрейндж. Их схватили сразу же. С ними были ещё двоя, но их личности не были установлены. По прибытию в Министерств обоих Пожирателей судили и посадили под стражу в Азкабан на пожизненный срок." Лёгкий холодок пробежался по телу девушки, которая медленно изучала содержимое папки. Её представления о прекрасной лёгкой работе в миг рассеялись. По окончанию рабочего дня девушка решила забрать папку к себе домой, дабы получше изучить её. Придя домой, Гермиона переоделась, взяла блокнот, заварила себе чай и приступила к изучению. В блокнот она собиралась записывать всё самое основное, чтобы не перечитывать всю информацию снова и снова. Уснула она поздней ночью. Большую часть основной информации она так и не нашла, по этому пообещала себе, что завтра же постарается опросить Пожирательницу смерти. Следующее утро выдалось дождливым ещё больше, чем обычно. Беллетриса сидела у холодной стены, прижавшись к ней. Было мокро и холодно. За то время, что она здесь провела, сильно изменилась. Черты лица заострились, она сильно похудела, а под глазами вечные синяки. Глаза ещё более тёмные и карию окантовку было сложно увидеть. Но при всём этом Беллатриса оставалась такой же красивой. Это не отменяла того факта, что она устала. По настоящему. Жизнь здесь была невыносимой. Каждый день был хуже другого. Терялся смысл к существованию. Гермиона проснулась пораньше и решила как можно скорее приступить к своей вчерашней недоделанной работе. И вот она уже находится в Азкабане. Девушка шла по длинному коридору. Каждый её шаг сопровождался эхом, которое разносилось по стенам здания. В этот момент казалось, что стены вот - вот рухнут. Пол был в каких - то пятнах и судя по запаху, это была кровь. Гермиона оглядывалась, изучала здание и вот дошла до той самой камеры. Взглянула на фотографию, а после на заключённую и негромко произнесла. — Вы Беллатриса Лестрейндж? Заключенная услышала шаги и изначально не предала этому значение, оставаясь на месте. Но когда послышался голос, это её знатно удивило. Этот голос не был похож на тех людей, которые работали здесь. У них были грубый мужской и низкий тембр, в котором чувствовалась лишь усталость. Это же был другой. Он был женский, спокойный и собранный. Беллатриса ответила. — Да Звук собственного голоса казался хриплым и ниже обычного. Это было не удивительно. Беллатриса взглянула на девушку, явно не собираясь менять своего положения. Та выглядела довольно молодо, совсем не вписывалась во всю эту обстановку. — А кто ты? Она продолжала рассматривать девушку. Каждую деталь отмечая любую мелочь. Всё таки не часто сюда заходят "гости". — я работник Министерства, и в ближайшее время я буду заниматься вашим делом. Гермиона говорила, не отрывая взгляда от девушки, и в наглую рассматривала её. А в мыслях: М-да, хорошо же её жизнь потрепала. Через несколько минут добавила. — Меня зовут Гермиона. Грейнджер.