Чёрная кошка, чёрная ведьма

Тишина окутала маленький дом ведьмы, когда Элис, нервно перебирая когтистыми пальцами края своей туники, наконец решилась заговорить. Она сидела на грубо сколоченном деревянном стуле у камина, её янтарные глаза мерцали в отблесках пламени. Соня, стоя у стола и раскладывая на нём пучки сушёных трав, украдкой наблюдала за ней. Ведьма чувствовала: сейчас прозвучит что-то важное. — Я не всегда была такой, — Элис выдохнула, словно пытаясь вытолкнуть слова наружу вместе с горечью, накопленной за годы одиночества. — Когда-то я была обычной девушкой. Не ведьмой, не кошкой, не чудовищем. Соня остановилась, отложив работу. Она медленно опустилась на стул напротив, склонив голову набок, её чёрные волосы мягко стекали по плечам. Она не торопила Элис, но в глазах читался немой вопрос. — Это случилось много лет назад, — продолжила Элис, сжав пальцы в кулак. — Я жила в городе. У меня была семья... но однажды всё изменилось. Я помогла женщине, которая оказалась проклятой. Она была напугана, сбежала из своей деревни, умоляла о помощи. Я не смогла отказать. Соня вздохнула, предчувствуя, куда ведёт этот рассказ. — Я приютила её. Накормила. Но стоило солнцу сесть, как в дом ворвались люди. Они кричали, что я ведьма, что я тоже проклята. Они не стали слушать, не дали мне ни шанса. — Элис на мгновение замолчала, будто вспоминая тот день. — Меня связали и бросили в лес. Я думала, что умру. Но вместо этого... вместо этого я проснулась другой. Я стала кошкой. Соня молча кивнула. Она уже догадывалась, что проклятие Элис было вызвано страхом и ненавистью людей. Такое происходило часто. Слишком часто. — И с тех пор... ты не можешь вернуться? — осторожно спросила ведьма. Элис покачала головой. — Иногда я могу принимать человеческий облик. Но это требует сил. Если я слишком долго остаюсь человеком, проклятие снова захватывает меня, и я теряю контроль. Я становлюсь зверем. Соня накрыла её руку своей. Тёплые пальцы, пахнущие травами и магией, внезапно принесли странное, почти забытое чувство — успокоение. Элис вздрогнула, но не отдёрнула руку. — Теперь моя очередь? — тихо спросила Соня. Элис кивнула. Ведьма на мгновение задумалась, собираясь с мыслями. Потом заговорила: — Я родилась не ведьмой. Но всегда была... странной. Дети меня избегали, взрослые косо смотрели. Когда в деревне кто-то заболевал, обвиняли меня. Когда скотина дохла — снова я. Однажды моя мать не выдержала и сказала, что я порождение тьмы. Что я её проклятье. Она выгнала меня. Элис сжала губы, но не перебивала. — Я ушла в лес. Думала, что умру. Но я нашла... или меня нашла старая ведьма. Она научила меня магии, научила жить, не нуждаясь в людях. Я стала такой, как сейчас. Жёсткой, независимой. Люди боятся меня, но я больше не даю им повода причинять мне боль. Некоторое время они сидели в молчании. Тепло камина медленно рассеивало тяжесть признаний. Потом Соня встала, направилась к полке, достала старую книгу. — Я попробую снять твоё проклятие, — сказала она. — Может, получится. Элис не знала, можно ли надеяться. Но ей вдруг захотелось верить. … Ночь выдалась долгой. Заклинания сменяли друг друга, комната наполнялась золотистым светом. Соня рисовала руны, нашёптывала слова, но в какой-то момент её сила словно наткнулась на невидимую стену. Элис почувствовала, как внутри неё что-то сжалось, а затем оттолкнуло магию назад. Ведьма отшатнулась, потирая виски. — Проклятье слишком сильное... — пробормотала она. — Это не просто колдовство. Оно вплетено в твою сущность. Элис слабо улыбнулась. Она знала это. Но видеть, как Соня пыталась помочь, было неожиданно приятно. — Спасибо, — прошептала она. Соня вздохнула, но вдруг улыбнулась в ответ. — Ужинать будем? — спросила она, вставая. Элис удивлённо моргнула. После всего, что произошло, вопрос показался почти комичным. Она тихо засмеялась. — Да. Будем. Так началась их первая ночь не только как ведьмы и оборотня, но как двух людей, которым впервые за долгое время стало не так одиноко. ... Они вместе готовили ужин. Соня нарезала овощи, а Элис осторожно помешивала тушёное мясо в котелке, недоверчиво косясь на ведьму. Она не привыкла к тёплым вечерам в компании. Их руки иногда случайно соприкасались, и каждая такая случайность вызывала лёгкий румянец на щеках. Когда еда была готова, они сели за маленький стол. Соня налила себе чай, Элис — вино, которое ведьма хранила в темном шкафу. Они молча ели, наслаждаясь спокойствием. — Знаешь, — вдруг сказала Элис, отставляя пустую тарелку. — Я не думала, что когда-нибудь окажусь здесь. С ведьмой, в её доме. Что буду вот так просто сидеть, разговаривать. Соня улыбнулась. — А я не думала, что когда-нибудь буду готовить ужин не для себя одной. Элис усмехнулась. Впервые за долгое время улыбка не казалась натянутой. Когда ночь полностью окутала мир за окнами, они убрали посуду и остались сидеть у камина. Элис чувствовала себя странно уютно. Соня протянула ей плед, и Элис приняла его, кивнув. Спокойствие. Тишина. Их дыхание и потрескивание дров. В ту ночь никто не спал в одиночестве.