Извинения

Лабиринты были самым ненавистным местом для Эллиота. Он презирал каждый миллиметр этого мрачного пространства, где его окружали лишь бесконечные стены и ровное поле травы. Эти стены сводили его с ума, запутывали, мешали сосредоточиться. Спотыкаясь и теряясь снова и снова, он не мог выполнять свою работу как следует. В последнее время он слишком часто подводил свою команду, и недовольство товарищей росло. Первым пострадал Шанс — заблудившись в лабиринте, Эллиот оставил его без помощи на слишком долгое время. Затем он случайно навёл убийцу на одно из строений Билдермена, подвергнув того смертельной опасности. Но последней каплей стал провал перед Гостем. Во время схватки с Джейсоном Эллиот пытался передать ему пиццу, чтобы помочь восстановить силы. Однако в самый ответственный момент в него врезался клон Севена, и, потеряв равновесие, Эллиот уронил пиццу слишком далеко. Севен с желанием помочь, пустил своего клона, но не рассчитав силы тот потерял контроль над клоном и тот в свою очередь врезался прямо в Эллиота. Гость, и без того на грани, не смог сдержать гнева, накричав на бедного доставщика пиццы. Гость бросил на Эллиота взгляд, в котором смешались разочарование и ярость, а затем без лишних слов вернулся в бой. Эллиот застыл на месте, ощущая, как тяжесть его ошибок давит на плечи. Он знал, что в команде ему больше не доверяют, и даже в каком то смысле презирают за некомпетентность. В то же время Севен, спрятавшись за стеной, затаил дыхание. Все это время он наблюдал за схваткой. Бывшему хакеру было жутко неловко от того что он помешал Эллиоту. Он знал что это была полностью его вина, и чертовски хорошо знал что юноша его ненавидел. И хуже всего было осознавать, что он пошатнул доверие доставщика пиццы еще больше. Он, считай, мог уже даже не надеяться на кусок пиццы. Севен сжал кулаки, но ничего не сказал. Он просто продолжил прятаться за стеной, позволяя чувству вины разрастаться внутри него. Бывший хакер никогда не мог найти в себе силы сказать что то Эллиоту, оставаясь жалким трусом, которым всегда являлся. И без того тот чувствовал себя изгоем в команде. И теперь… теперь всё стало только хуже. Но глядя на выражение лица доставщика пиццы, он вдруг принял необычное для себя решение. На этот раз, он действительно собирался наладить свою вину перед ним. Чего бы ему этого ни стоило. Когда команда вернулась в лагерь, никто не сказал ни слова. Каждый просто разошёлся по своим делам, оставляя напряжённую тишину в воздухе. Эллиот чувствовал себя очень подавлено. Вся тяжесть вины пала на его крепкие плечи, он так старался делать все что бы быть полезным, но постоянно испытывая крах всего своего достоинства. Он был на грани срыва, метался из разочарования к себе в гнев, и наоборот, когда наконец захлопнул дверь своей комнаты с такой силой, что стены дрогнули. Гнев пульсировал в груди, разгораясь всё сильнее. Если бы не тот клон, все было бы хорошо. Но нет! этот чертов Севен снова помешал ему! Его ужасно сильно разъедала злость — на себя, на лабиринты, на этот проклятый день… и на Севена. Севен вздрогнул, когда по лагерю разнёсся глухой хлопок дверью. Он остановился на полпути, колеблясь. Он сжал губы, чувствуя, как внутри нарастает тяжесть вины. Но на этот раз мужчина не собирался оставаться в стороне. Он уже слишком долго наблюдал за тем, как Эллиот с каждым днём теряет уверенность, замыкается в себе и отдаляется от команды. И сейчас, зная, что сам сыграл роль в его последнем провале, он не мог просто отмахнуться. через пару мгновений, бывший хакер стоял перед дверью, не зная как начать. сделав глубокий вдох и собравшись с духом, он наконец то смог постучать. — Эллиот? — его голос прозвучал тише, чем он ожидал. Ответа не последовало. Севен замялся, подбирая слова. — М-можно... войти? За дверью повисла тишина. Мужчина затаил дыхание ожидая ответа, но он не последовал. Его голос предательски дрожал. — Уходи, — наконец, бросил Эллиот. Голос звучал устало, но при этом всё ещё был пропитан раздражением. Было вполне очевидно, почему Эллиот ненавидел Севена, и не хотел его видеть. Когда тот едва не стер с лица земли пиццерию, в которой парень работал, оставляя за собой лишь хаос и разрушение. Но теперь… теперь всё изменилось. Севен превратился в неловкого, даже немного жалкого одинокого отца, который, кажется, сам не знал, какое место ему отведено. И всё же, как у него хватало наглости не только просить что-то, но и находиться рядом? Более того — как он посмел прийти в комнату к самому Эллиоту? Но мужчина не собирался отступать. Сделав глубокий вдох, он открыл дверь и заглянул внутрь. Полностью открыв дверь, Севен начал осматривать комнату. Его взгляд остановился на парня, сидящего на кровати. На этот раз, он не собирался отступать, и не хотел снова убегать как трусливый идиот. — Эллиот, подожди... Дай мне объясниться! Я-я хочу извиниться перед тобой. — В голосе Севена не было ни насмешки, ни раздражения. Только искренность. Даже если тот заикался, то явно был настроен серьезно. Эллиот резко поднял голову, услышав голос бывшего хакера. Он сжал кулаки и встал с кровати, сделав шаг вперед. Не раздумывая, он толкнул Севена, желая просто избавиться от его присутствия, но тот, испугавшись, инстинктивно вскинул одну руку, прикрывая лицо, а другой схватил Эллиота за запястье, чтобы удержать равновесие. — Стой! — выпалил Севен, сжимая его руку, но хватка была слабой. Эллиот легко вырвался, но не стал нападать снова. Он замер, тяжело дыша, а затем шумно выдохнул и провёл рукой по лицу, стараясь взять себя в руки. Злость всё ещё кипела внутри, но уже не так бурно... слишком уж жалким выглядел сейчас Севен. Тот сделал шаг назад, опуская руки. Его взгляд метался, он нервно сглотнул, но всё же заговорил: — Эллиот.. м-мне жутко стыдно перед тобой. Я… я не хотел этого, Эллиот. Я знаю, что виноват. Что я могу сделать для тебя, ч-что бы ты меня простил..? — Он поднял глаза, наконец встретившись с взглядом доставщика пиццы. В них не было оправданий только искренность и вина. Эллиот смотрел на мужчину впереди, тяжело дыша, но уже без прежней злости. Он не знал, что сказать. Он понятия не имел, чего хочет. Гнев постепенно утихал, но оставлял за собой пустоту. Что он вообще ожидал? Что Севен просто уйдёт и оставит его в покое? Или наоборот — что будет стоять здесь, пока Эллиот не решит сказать хоть что-то? Севен, не дождавшись ответа, сделал шаг вперёд и, немного нерешительно, положил руки ему на плечи. Он не давил, просто хотел снять напряжение, хотел, чтобы Эллиот хотя бы немного расслабился. — Может... Я могу помочь тебе.. расслабится? — Бывший хакер слабо улыбнулся, хотя это выглядело ужасно неловко. Его голос был тихим, почти умоляющим. Эллиот собирался было что-то сказать, но когда снова встретился взглядом с другим, то вдруг понял, насколько тот близко. Тёплые руки на его плечах, лёгкое, почти неуверенное прикосновение… Что-то внутри резко дрогнуло. Они стояли так несколько секунд, не двигаясь, только глядя друг на друга. Эллиот чувствовал, как сердце медленно успокаивается, но теперь билось совсем по-другому. Тяжесть злости исчезла, но на её место пришло нечто новое — тревожное, непонятное, но одновременно притягательное. Севен нервно сглотнул, затем, прежде чем успел передумать, медленно поднял одну руку и осторожно коснулся его щеки. Эллиот не отстранился. Его дыхание чуть сбилось, но он не сделал ни шага назад. Он просто смотрел на Севена — внимательно, напряжённо. Бывший хакер провёл большим пальцем по его коже, чувствуя, как тот дрогнул, но не убрался. Сердце мужчины стучало оглушительно громко. Он не был уверен, что делает, но почему-то… не мог остановиться. Эллиот внимательно разглядывал неуверенное выражение лица Севена, странное ощущение словно притягивало его взгляд, не позволяя оторваться от его лица. Он смотрел в его глаза, пока Севен, не теряя времени, не решился сделать шаг. С дрожью он поднёс своё лицо чуть ближе, не отрывая взгляда от глаз парня. Их губы встретились в нежном, неуверенном поцелуе. Севен, робко коснувшись губ Эллиота, почувствовал, как его сердце бешено заколотилось. Эллиот сначала застыл, ощущая этот момент странным. Затем, спустя мгновение, медленно ответил на поцелуй, его руки обвили талию Севена, неосознанно притягивая его ближе. Их поцелуй стал глубже, медленным и нежным, но все таким же неуверенным. После поцелуя в воздухе повисла тишина. Эллиот открыл глаза, его дыхание было немного учащённым. Он встретился с растерянным взглядом бывшего хакера, в глазах которого читалась смесь удивления и неловкости. Севен, словно не знал, что делать, и что сам только что сделал, заливался краской. Эллиот же стоял, не в силах сдвинуться с места. Его мысли путаются, он всё ещё обрабатывает происходящее, пытаясь понять, что только что произошло. Он не знал, что делать — Но чувствовал, как его сердце ускоряет ритм, но не знал, как отреагировать. Севен, заметив его реакцию, быстро отвёл взгляд, нервно потирая затылок, словно пытаясь найти слова, которые могли бы всё объяснить. Но в комнате царила такая неловкость, что даже их молчание казалось громким. — Я-я… — начал Севен, но тут же замолчал, не зная, с чего начать. Его голос был тихим, едва слышный шёпот. А Эллиот, наконец, выдохнул и провёл рукой по лицу. Голова всё ещё была забита эмоциями, которые он не мог разобрать, но одно он знал точно — назад дороги уже не было. Вдруг ему стало наплевать на всё. На лагерь, на команду, на собственные сомнения. Не давая Севену времени прийти в себя, он резко схватил его за воротник и снова притянул к себе, на этот раз с гораздо большей уверенностью. Их губы снова встретились, но теперь в этом не было ни осторожности, ни колебаний, только настойчивость. Севен замер, поражённый таким поворотом, но быстро сдался, позволяя Эллиоту полностью захватить инициативу. Он не успел даже осознать, как оказался прижат к холодной стене. Парень лишь углубил поцелуй, пока руки бывшего хакера нервно замерли на его плечах, чувствуя как поцелуй становится более горячим и напористым. Ладони Эллиота крепко сжали Севена за бёдра, прижимая ближе, требуя большего. Поцелуй становился глубже, пока кислород не напомнил о себе. Эллиот нехотя прервался, их губы ещё на мгновение остались почти соприкасающимися. В конце концов они отстранились, Севен посмотрел на Эллиота широко раскрытыми глазами, его лицо всё ещё пылало от смущения. — Эллиот… — тихо выдохнул Севен, когда Эллиот ненадолго отстранился, но не убрал руки. — Заткнись. — прошипел Эллиот, его голос стал низким и хриплым. Как будто он уже не контролировал свои действия, снова потянулся к Севену, чувствуя как его сердце стучит быстрее, а дыхание становится всё более тяжелым. — Ты.. — выдохнул Севен, но он не успел договорить, как Эллиот вновь накрыл его губы своими. Но мужчина не сопротивлялся, его руки которые раньше нервно искали опору, теперь обвили молодого парня за шею, притягивая его ближе, поддаваясь его поцелуям. Эллиот почувствовал, как напряжение уходит, когда его тело наконец обрело необходимое успокоение. Он продолжал целовать бывшего хакера, осторожно поднимая ткань его рубашки, и скользнув руками под нее. Юноша аккуратно провёл пальцами по горячей коже Севена, чувствуя как его тело напрягается, когда его рука скользнула выше, исследуя его спину. Севен вздрогнул, но не отстранился. Он тихо застонал, его дыхание стало ещё более прерывистым, когда парень опустился губами по его шее, покрывая ее поцелуями. Севен чувствовал, как его собственное тело реагирует на прикосновения Эллиота, его член напрягался в штанах. — Эллиот, подожди... — прошептал Севен, его голос дрожал от возбуждения и и легкого испуга. Но Эллиот его не слушал, он был слишком одержим страстью в этот момент. мужчина застонал громче, почувствовав, как Эллиот прижимался своим уже твердым членом к его паху. Его руки блуждали по телу бывшего хакера, лаская каждый миллиметр кожи до которого он мог дотянуться, а затем одним резким движением потянул рубашку вверх и через голову снял её. Севен удивленно ахнул, но тут же почувствовал, как парень расстегивает его штаны и стягивает их вместе с трусами вниз, освобождая его напряженный член. Незамедлительно, Эллиот взял член мужчины в руку и стал нежно поглаживать его, чувствуя, как он пульсирует и твердеет. Севен застонал громче, его бедра начали двигаться в такт движениям Эллиота. Он чувствовал как уже близок к оргазму, что казалось, он вот-вот кончит лишь от простых движений руки парня. В то же время, Эллиот покрывал шею и плечи Севена поцелуями и нежными укусами, оставляя на коже бывшего хакера словно отметины своего владения. Парень ускорил движение своей руки на члене Севена, заставляя его откинуть назад голову и издавать все больше стонов насыщенных наслаждением. Смотря на дрожащего, извивающегося мужчину под ним, Эллиот не смог не усмехнуться слегка, наслаждаясь видом. Наконец окончательно, Севен издал громкий стон, его тело содрогнулось от сильного оргазма. В тот же момент Эллиот почувствовал, как горячая сперма излилась ему на руку, отчасти пачкая красную рубашку. — Ох, боже... Э-эллиот, помедленнее.. — Севен тихо простонал, тяжело дыша, пытаясь наладить дыхание, небось пробежал целый марафон. Тело дрожало, а лицо покраснело то ли от наслаждения, то ли от стыда. Рука потянулась к лицу, потирая лоб и поправляя запотевшие очки. Доставщик пиццы лишь хмыкнул закатывая глаза на мгновение, вытирая свою липкую влажную руку о красную рубашку. Все равно, терять уже нечего. И Эллиот не собирался останавливаться. Его собственное возбуждение медленно достигало пика, и он нуждался в облегчении. Он потянулся расстегнуть свои штаны, вытащив свой закаленный член, наконец вздохнув от облегчения. — Теперь твоя очередь. — отчасти тихо но требовательно произнес Эллиот, нетерпеливо затаив дыхание. В его взгляде читалось сильное желание, даже считай, потребность. Севен колебался всего пару секунд, прежде чем неуверенно, медленно опуститься на колени перед парнем. Глядя на половой орган перед собой, он нервно сглотнул и слегка поежился на месте. — Я не так хорош в этом, — едва слышно, прошептал Севен, прежде чем обхватить член Эллиота своей рукой и медленно начав проводить по всей длине, поэтапно набирая свой темп. В голосе слышалась нотка волнения, а движения и вовсе были лишены хоть малой уверенности. Сразу видно — безопытный. Был ли хоть какой то человек на планете, который хоть как то в прошлом прикасался к мужчине в таком то плане? Явно нет. Уже говоря о том, что Севен и сам себя трогал изредка, временами. Но он продолжил, неуклюже обвил губы вокруг кончика члена Эллиота, его язык торопливо и неловко двигался по всей длине члена, оставляя слюнявые следы. Он не знал, как правильно, но старался, желая доставить максимальное удовольствие. Слюна капала изо рта бывшего хакера на орган, шею и на пол, образуя небольшую лужицу. Он время от времени вынимал член изо рта, чтобы глотнуть воздуха, а потом вновь погружал его в свой рот, продолжая свои неуклюжие движения. Его рука дрожала, когда он обхватил член, массируя его в такт своим движениям рта. Он сжимал его то сильнее, то слабее, не находя нужного ритма и силы нажатия. Эллиот издал слегка приглушенный стон, в момент когда почувствовал как теплые губы и язык Севена обхватили его член. — Мм... Да, вот так.. — с наслаждением прошептал Эллиот, его рука опустилась к волосам мужчины снизу, сжимая твердой хваткой, но слегка надавливая на голову и прижимая к себе, заставляя взять глубже. Парень чувствовал, как его оргазм приближается, а тело напрягается и дрожит. В тот момент, Севен ощутил себя чуть более уверенным в своих действиях, когда его язык нашел правильный ритм и угол, убеждая себя что может принести настоящее удовольствие. Но в мгновение, бедра Эллиота начали двигаться с некой большей интенсивностью навстречу губам другого, толкаясь глубже в его глотку. Вся небольшая уверенность в миг улетучилась. Хватка парня на волосах Севена стала крепче, появились грубые, стремительные толчки. Севен, ошеломленный, слегка пошатнулся, не сдержав капли слез на уголках глаз. Мужчина точно не был готов к такому, рвотный рефлекс давал о себе знать. Эллиот же находился в полном экстазе, издавая протяжные стоны, чувствуя как оргазм близиться все больше и больше. В миг Севен почувствовал, как горячая и густая сперма хлынула ему в горло и рот, сопровождаясь громким стоном Эллиота. Его крепкая хватка на голове лишь заставляла сглотнуть все до единой капли. Часть семенной жидкости вытекала из его рта, смешиваясь с слюной, текла по подбородку и шеи. Мужчина чуть ли не поперхнулся, выглядя чрезвычайно растерянно и смущенно, пытаясь прийти в себя. Полностью сглотнув густую липкую жидкость, он слегка закашлял, затем нервно поправил запотевшие испачканные очки. Доставщик пиццы стоял над ним, тяжело дыша, смотря на запачканного и пораженного мужчиной внизу, затем потягиваясь за пачкой салфеток, которая как нельзя кстати лежала неподалеку. Помогая Севену снова встать на ноги, Эллиот вручил тому небольшую чистую салфетку. — Спасибо.. — с трудом выговорил Севен, вытирая влажное лицо. Его голос звучал тихо, слегка дрожащим. Он все еще не мог поверить в то, что только что произошло, и чувствовал себя растерянным после своей неожиданной потери контроля над ситуацией. После всей близости, напряжение наконец начало спадать. Их дыхание было сбивчивым, сердца всё ещё колотились в груди, но постепенно жар уступал место усталости. Молча, они опустились на кровать, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их прерывистыми вдохами. Эллиот провёл рукой по лицу, откидывая со лба выбившиеся пряди, а Севен, немного помедлив, повернулся к другому с неловкой улыбкой. — Так... — выдохнул он, неуверенно сглотнув. — Теперь ты прощаешь меня? Его голос был немного хриплым, но в нём слышалась ироничная нотка, будто он сам не знал, серьёзно спрашивает или просто пытается разрядить обстановку. Эллиот тяжело вздохнул, закрывая глаза и запрокидывая голову назад. Он прищурился, даже немного нахмурившись, обдумывая вопрос, пока Севен неловко ёрзал на кровати, бросая на него осторожные взгляды, но терпеливо ждал. — Блядь, — наконец выдохнул Эллиот, убирая руку с лица и поворачиваясь к нему. Его голос звучал устало, но без прежней злобы. — Может, я не так уж сильно тебя ненавижу. Тот поднял взгляд, слабо улыбнувшись шире, словно ему даже понравился этот ответ. В комнате снова повисла тишина, но на этот раз она не была тяжёлой. Напротив, в ней чувствовалось странное, почти тёплое спокойствие.