Скажи "спасибо" мертвецам

В Гандхарве они оказались только к вечеру, потому что полное опустошение грузовика заняло слишком много времени. Все были рады такому невероятному улову, и это прибавляло сил, чтобы ответить каждому по возвращении, а после дойти до дома. За закрытой дверью резко стало тихо, а на плечи свалилась усталость. Вещей Тигнари и Коллеи уже не было, и это заставило Хайтама ощутить каплю вины. Но лицо и улыбка Кавеха помогли вернуться в реальность. Тот стоял перед ним и смотрел с таким огромным количеством эмоций в глазах. — Привет, — со смешком почему-то сказал он, будто они не проводили этот день вместе бок о бок. — Привет, — собственный голос показался Хайтаму слишком хриплым, и он тут же прокашлялся. Поцелуй по прошествии многих тяжёлых часов казался уже размытым и далёким. Смущало всё: от самого факта до собственной реакции. Ладонь Кавеха на щеке немного успокоила, а смелое касание к губам вернуло то самое ощущение. Но это не было страстью, скорее, просто напоминанием. — Иди сюда, — Кавех увёл его на диван, заставляя сесть рядышком. — Хочешь есть или просто поговорим? — Вряд ли кусок в горло полезет сейчас, — вздохнул Хайтам, немного съезжая по спинке пониже. — Я тоже нервничаю, если ты об этом, — скинув обувь, Кавех подогнул ноги, разворачиваясь удобнее, чтобы смотреть прямо перед собой. — Я думаю, что мне нужно кое в чём признаться тебе, — его лицо снова краснело, а взгляд блуждал по рукам Хайтама. Получив в ответ лёгкий кивок, Кавех набрал побольше воздуха. — Я влюблён в тебя примерно с тех пор, как мы стали жить вместе. Просто, как факт, — он тут же поднял ладони и шумно сглотнул. — Если твой поцелуй был всего лишь секундным порывом, то… — Не был, — аль-Хайтам не позволил сомнениям снова брать над ним верх. Истина проста и очевидна. — Я сделал это, просто потому что понял всё именно в тот момент. Я ни о чём не жалею и не отказываюсь. С мыслью о том, как долго Кавех в него влюблён, говорить так спокойно и трезво было подвигом. Дорвавшись, искренне хотелось просто наброситься, сгребсти в объятия и не отпускать примерно до конца жизни. Казалось, это самое правильное. — То есть, — Кавех замялся. Хайтам поймал одну его ладонь и прижался губами к длинным пальцам. — То есть я хочу быть с тобой, насколько это вообще возможно. — Возможно! — Вот и отлично, — резкий уверенный вскрик Кавеха повеселил Хайтама, и он, кивнув, просто подался вперёд, наконец, снова его целуя. Теперь эта ласка была более осознанной, уверенной и размеренной. Они привыкали к ощущениям, изучали и отслеживали собственную реакцию. И она довольно тесно чувствовалась в штанах. — Чёрт, я слишком возбудился, — проворчал довольно Кавех после короткого укуса за нижнюю губу. — Но… нам надо в душ и… — Идём вместе, — аль-Хайтам не ожидал от себя такой уверенности. Но на самом деле это было нужно сейчас им обоим, просто позволить себе погрузиться в это, забыв о том, какой мир их окружал. Они имели право. Помочь друг другу избавиться от скопившегося напряжения — было сейчас важнее слов. Стягивать одежду, не прекращая целоваться, открывать больше кожи, исследовать. Наконец, получить то, чего так сильно хотелось. Хайтам двигался немного неловко, но прежнего смущения не ощущал. Он трогал плечи и грудь, оставлял мягкие касания губ на шее и груди, пока вода смывала с них усталость и грязь. Видеть Кавеха обнажённым казалось очень правильным. Как и прижиматься к нему, оглаживать рукой стоящий член, ласкать, выбивая несдержанные вздохи и стоны. Теперь всё время в мире принадлежало им двоим, и первые несколько минут они потратили на спешный душ и взаимную дрочку друг другу. Оргазм был ярким, заставляющим колени слабеть. Нужным. Это помогло немного разгрузить голову, расслабиться и окончательно понять и принять факт всего произошедшего. — Я должен благодарить конец света за это? — посмеивался Кавех, не отлипая от ленивых объятий на диване. Они оба были обнажены, лишь на его плечах покоилось влажное полотенце. — Тогда я должен благодарить того мертвеца? — руки аль-Хайтама упрямо не отпускали Кавеха. Пальцы блуждали по спине и бёдрам, щекотно гладили и мягко пощипывали. Хотелось его всего взять в ладони, зацеловать и спрятать от опасного мира. — Я рад, что всё так сложилось, — он целовал плечи Кавеха и бормотал едва слышно. Было тепло, было спокойно. Им всё равно пришлось отлипнуть друг от друга и одеться, чтобы дойти до столовой и взять себе хоть какой-нибудь еды. Там их ждала сонная Сян Лин и накрытый стол, где заканчивали ужинать Сайно и Тигнари. Коллеи сидела на коленях последнего, обнимая и посапывая в грудь. Видимо, слишком сильно соскучилась за день. — Какие вы посвежевшие, — посмеялся Сайно. — Кончили уже со всеми делами? — ему в плечо тут же прилетел шлепок от Тигнари, мгновенно смутившегося. — И тебе приятного аппетита, — фыркнул Кавех, сразу же набрасываясь на ужин. Аль-Хайтам молча присел рядом, кивая и тоже приступая к еде. Когда они расходились от столовой впервые в разные стороны поселения, Тигнари мягким касанием заставил Хайтама остановиться и улыбнулся ему. — Я рад за тебя, — его слова были искренними. — Слушай, вы с Коллеи не обязаны сразу переезжать, правда, это не проблема, — Хайтаму всё ещё было совестно. — Она слишком мала для тех тонких стен, да и я думаю, вам нужно побыть вдвоём. Сайно, конечно, меня раздражает своими шуточками, но он неплохой парень. А ещё в его доме для нас есть нормальное спальное место, а не диван, так что не переживай, — Тигнари ободряюще похлопал по плечу. Сам он выглядел довольным и расслабленным, уже успел привыкнуть к этому месту и другим людям. Даже к Сайно. В глазах уже не плескалось столько страха и неуверенности, как раньше. — Доброй ночи, — прощаясь, аль-Хайтам легко погладил уже крепко спящую на руках Тигнари Коллеи по волосам. После еды было лениво. Сил хватило, чтобы снова раздеться и забраться под одеяло. Но теперь вечерняя рутина могла не ограничиваться неловкими объятиями и пожеланиями сладких снов. В слабом лунном свете с окна аль-Хайтам всё не мог насытиться касаниями и поцелуями. Никогда в жизни он не считал себя тактильным, но сейчас ему это было нужнее, чем кислород. Кавеху, казалось, тоже. Сердце вновь билось с бешеной скоростью, зато теперь не в одиночестве. Хайтам чувствовал учащённый пульс, ведя языком по шее Кавеха, и это туманило голову. Заставляло жаться теснее, стискивать пальцами бёдра, прикусывать кожу и тяжело дышать. — Пожалуйста, скажи, что мы сейчас займёмся сексом, потому что я хочу тебя слишком сильно, — сбито шептал тот, выгибаясь от ласк и цепляясь руками в ответ. Аль-Хайтам считал лишним тратить слова на подобное. Его ответное желание сгущало и грело воздух в комнате, заставляло глотать тяжёлый кислород. Так что он лишь сдавленно промычал и через секунду оказался вжат в постель. Вес тела Кавеха сверху был невероятно приятным и заводящим, как и его несдержанные движения, укусы. В какой-то момент бельё оказалось на полу, а комнату наполнил запах масла. Кажется, того самого, что приносил для Тигнари Горо. — Это разве не..? — аль-Хайтам слабо нахмурился в непонимании. — Тигнари прекрасно знал, что делал, оставляя его рядом с нашей кроватью, — Кавех выглядел очень горячо, пока устраивался между разведённых ног Хайтама и капал масло себе на пальцы, игриво кусая губы. Все неприятные ощущения глушились в тягучий глубокий поцелуй. Аль-Хайтам полностью отдал контроль над ситуацией Кавеху, открываясь перед ним. Это было приятно — так сильно доверять. И Кавех это доверие оправдывал полностью. Был аккуратен и заботлив, отвлекал ласками и постоянно шептал какие-то витиеватые комплименты, видимо, придуманные за долгие годы влюблённости. Безответной та не была, но они оба об этом и не подозревали. — Давай уже, — аль-Хайтам выдал это внезапно. На губах его играла чуть рассеянная и пьяная от возбуждения улыбка. Хотелось и было нужно оказаться ещё ближе. Мира за пределами крошечной спальни сейчас не существовало. Была горячая заполненность внутри, дыхание, смешанное со стонами, липкий жар кожи, припухшие губы и взгляды глаза в глаза сквозь ресницы. Это было нужно им обоим так сильно. До следов сильных рук на бёдрах, несдержанных засосов и влажных шлепков тел. Аль-Хайтам цеплялся за плечи Кавеха, будто кто-то пытался его отобрать. Обнимал ногами за талию, тянул к себе ещё ближе, пока нарастающее внутри чувство не взорвалось слепящим фейерверком оргазма. Он был дома. Сейчас, пока лежал со слипающимися в сонливости глазами и крепко прижимал к себе тяжело дышащего Кавеха. Ночь ещё никогда не была такой мирной, а утро — ярким. Довольный вид аль-Хайтама слишком сильно бросался в глаза в столовой на завтраке. Или же внимание приковывали засосы на шее. Но всё это было неважно. Рядом был Кавех, то и дело кусающий губы, чтобы прикрыть слишком широкую улыбку. Рядом были Тигнари и Коллеи, что болтала без умолку во время еды. Рядом были все-все эти люди, работающие на общее благо. Чтобы было безопасно, тепло и сыто. Если раньше происходящее и правда ощущалось чем-то вроде конца света, то теперь аль-Хайтам мог с уверенностью назвать всё только началом.