Охотница Нару

Нару прислонилась к стене и посмотрела на океан. Рыбы выпрыгивали из воды, переворачивались в воздухе и снова прыгали в воду. Вода брызгала ей в лицо, намочив щёки и даже куртку. Это, вероятно, будет повторяться до тех пор, пока они не доберутся до гавани. Как только они доберутся до гавани, она станет на шаг ближе к получению лицензии и на шаг ближе к возвращению домой. Главная. Она впервые оказалась так далеко от Конохи. И она была не просто далеко, но и одна. Одна в лодке, полной незнакомцев. Они могли стать моими товарищами по команде… и они могли стать моими друзьями или врагами. От одной этой мысли ей захотелось обхватить себя руками и просто застонать от своей невезучести. Но она не собиралась этого делать, потому что это было не в её характере. Она вдохнула, прислонилась к стене и запрокинула голову. Белые облака ползли со скоростью улитки, а птицы улетали прочь от облаков. Что-то не так. Всё больше и больше птиц улетало в противоположную сторону. «Интересно, случится ли что-нибудь», — прошептала Нару, глядя прямо перед собой. Большинство моряков чистили палубу, ни разу не взглянув на других участников. И всё же казалось, что они наблюдают за ними. Боже, может, она снова начинает всё преувеличивать. Она надеялась, что избавилась от этой привычки, но, похоже, она начала возвращаться. Она снова закрыла глаза, прислонилась головой к стене и прислушалась к лёгкому бормотанию других участников. Это должно было заинтересовать её. Должно было пробудить в ней любопытство к окружающему миру, но этого не произошло. Она могла сосредоточиться только на темноте перед глазами. Тьма была хороша тем, что позволяла ей ясно мыслить о своих дальнейших действиях. Как она могла найти нужную ей информацию? Была ли какая-то информационная сеть, в которую ей нужно было войти, чтобы получить нужную информацию? Боже, это должно было стать её следующим шагом. Следующим шагом было понять, как получить нужную информацию. Но…что бы она делала, если бы у неё не было информации, которой она могла бы воспользоваться? Что, если у нее не было возможности вернуться домой? Нару не была глупой; нужно было рассмотреть все варианты. Как бы ей ни хотелось верить, что есть способ вернуться в Коноху, существовала вероятность, что пути назад нет. Нужно было рассмотреть все варианты, потому что она никогда бы не смогла двигаться вперёд, если бы не думала об этом. Это была не та идея, которую она хотела бы рассмотреть, но это нужно было сделать. Как бы ей ни хотелось верить, что Хи-но-Куни находится всего в нескольких часах езды на лодке, вероятность того, что Хи-но-Куни станет для неё лишь воспоминанием, была так же мала. От одной этой мысли она задрожала, и перед её глазами промелькнули лица друзей. «Нару, это моё желание на всю жизнь: пожалуйста, верни Саске.» Её целью всегда было вернуть Саске. Сакуре никогда не нужно было рыдать и умолять её вернуть Саске, потому что он был их товарищем по команде. Третьим членом их маленькой семьи. Он снова ведёт себя как идиот. Её глаза снова обожгло, и Нару вытерла их, пока они не высохли. «Всё зависит от тебя, Нару. Ты единственный, кто может достучаться до него сейчас». Шикамару был неправ, но у неё не было времени сказать ему, что только один человек мог достучаться до него. Единственным человеком, который мог достучаться до него, был Итачи. Всё, что Саске делал, во что верил и даже его собственные цели — всё это Итачи говорил ему. Пока этот придурок не вернулся в их жизнь, казалось, что Саске возвращается к своему прежнему «я». К нему вернулось привычное подшучивание. Он приносил ей рамен, помогал с тренировками… и не был таким уж придурком. Но как только появился Итачи, он отдалился от неё и Сакуры. Стал еще более замкнутым с ней. Я бы хотел, чтобы Итачи никогда не появлялся потому что все становилось лучше. Она втянула в себя весь воздух, почувствовала, как сжались её лёгкие, и выдохнула. Ей просто не было смысла думать о прошлом. Если я буду продолжать винить людей, то никогда не закончу работу. Ей нужно было работать, наблюдать за участниками и съесть несколько яблок. Когда наступала ночь и остальные участники засыпали, она размышляла о том, что пошло не так в её первой семье. Когда на них падал лунный свет, она могла начать задаваться вопросом, в безопасности ли Саске и есть ли у него тело. Только в своих мечтах она позволяла себе вернуться в старые добрые времена. Прямо сейчас ей нужно было включить голову и подумать, как вернуться в Коноху. Её эмоциональное состояние нужно было скрывать глубоко внутри себя, держать под замком до того дня, когда она окажется дома в тёплых объятиях своего товарища по команде и учителя.

***

Аоми толкнул приоткрытую дверь и тихо усмехнулся, увидев жалкое состояние большинства своих пассажиров. В комнате стоял отвратительный запах желчи и рвоты. Эти кандидаты даже не смогли выдержать небольшую прогулку на лодке. Он покачал головой и выпустил облако дыма из трубки. Лучше скажите Комитету, что все эти ребята потерпели неудачу. Он опустил трубку, собираясь уйти, но остановился, заметив золотистые волосы. В углу комнаты сидела стройная девочка, вероятно, лет двенадцати. Её яркие голубые глаза бегали по комнате, словно она анализировала ситуацию. Эти светлые волосы и голубые глаза напоминали… «Ах, я просто сдаю экзамен, потому что мне сказали, что любая будущая…государственнаяработа, на которую я хочу устроиться, потребует наличия лицензии охотника. Да, этот конкретный кандидат был похож на него. Черты её лица, возможно, не совпадали с чертами того молодого человека, но он никогда не забудет цвет волос того мальчика. Он отличался от другого мальчика, который сдавал экзамен. У этого светловолосого мальчика в глазах был расчётливый блеск, и он гораздо больше уставал от людей, чем другой мальчик. Он подумал, что девочка похожа на своего отца, потому что нельзя было отрицать, что она была его дочерью. Покачав головой, Аоми продолжил осматривать комнату. Он остановился и задержал взгляд на темноволосом мальчике. Этот ребёнок, в отличие от другого, казалось, был полон решимости помочь больным пассажирам во время путешествия. Он успокаивал их и постоянно входил и выходил из комнаты, принося предметы, необходимые для борьбы с морской болезнью. Как и девушка, он был похож на одного из пассажиров, которого он когда-то встречал, будучи капитаном. Возможно, прошлое повторяется. Из его горла вырвался хриплый смешок, и Аоми продолжил осматривать комнату. Он растянул губы в улыбке, когда заметил молодого темноволосого мужчину, читающего книгу. Время от времени мужчина издавал смешки. Это был еще один многообещающий кандидат. Поглаживая бороду, Аоми оглядел комнату в поисках более перспективных кандидатов. Среди груды бессознательных тел было трудно что-то разглядеть, но его взгляд упал на светловолосого мальчика, дремавшего в гамаке. Судя по его расслабленному выражению лица и доносившемуся от него храпу, мальчик мог выдержать путешествие. «Похоже, в этом году у нас есть кандидаты, которые могут справиться с такой погодой», — размышлял он вслух. Это было бы интересно, если бы вы спросили его, и он не мог дождаться, чтобы узнать, что заставило этих четверых сдавать эти опасные экзамены.

***

Молния ударила в окно. Нару поморщилась и закрыла глаза, позволяя себе покачиваться взад-вперёд в такт волнам, прежде чем уставиться на темноволосого мальчика перед собой. Он бегал вокруг, помогая другим участникам, и она наклонила голову. Мальчик знал, как правильно утешить этих мужчин, потому что их лица немного светлели, когда темноволосый мальчик их утешал. Его руки давали им растения, которые, вероятно, облегчали их болезнь. Она бы не знала. К сожалению, она никогда не интересовалась, какие растения помогают при морской болезни. Определённо, есть яды и противоядия, но не так много растений, которые могли бы облегчить морскую болезнь. "Я хочу домой!" Мы все хотим домой. Она прищёлкнула языком и сложила руки за шеей. В её крови закипели пузырьки красного, жгучего раздражения, и её лоб сморщился. Но она подавила желание закричать, затолкала его глубоко в желудок, потому что это было бы слишком эмоционально, если бы она закричала. Крики продолжались, почти отражаясь от стен, и она отвернулась от них. При такой громкости ей было бы невозможно уснуть, а ей нужен был сон. Нужен был больше, чем вода и даже еда, потому что она не могла сосредоточиться, если не спала. Проходили минуты, а может, и часы, потому что… ей было трудно понять разницу. Без часов на запястье и без солнечного света ей было трудно определить время. Может, ей стоит купить наручные часы. Дверь со скрипом открылась. Моряк проскользнул в дверь и направился к темноволосому мальчику. Нару закрыла глаза и обхватила руками шею. Шея болела. Наверное, из-за неудобного положения, в котором она находилась. Она почувствовала холодную руку на своих плечах и, открыв глаза, увидела нависшего над ней моряка. От него пахло рвотой. Запах был слабым, но всё равно неприятным, если бы она спросила. Глубоко вздохнув, 12-летняя девочка приподняла бровь, глядя на нависшего над ней мужчину. — Капитан хочет вас видеть, — сообщил он ей. Нару моргнула, кивнула и медленно поднялась с пола. Отряхнув грязь с брюк, она посмотрела на моряка, а затем перевела взгляд на мальчика, стоявшего у двери. У двери были ещё двое мужчин. Светловолосый мальчик с карими глазами и высокий темноволосый мужчина с зелёными глазами. Что-то определённо не так, если он позвал только тех четверых, которых, похоже, не беспокоит путешествие на лодке. Подозрение начало закрадываться в её душу, и она молча последовала за моряком по коридору. Никто из них не издавал ни звука. Единственными звуками, которые можно было услышать, были стоны и жалобы их товарища-кандидата. Они остановились, и моряк распахнул перед ними дверь. Он ободряюще улыбнулся им и поднял руку, жестом приглашая войти. Нару кивнула и подождала, пока трое мужчин войдут, а затем последовала за ними, закрыв за собой дверь. На заднем плане океан ревел и грохотал, когда в него ударяли новые молнии. На лице капитана появилась темная тень, придавшая ему почти угрожающий вид, и она просто уставилась на него. Почему он вызвал нас? Что-то было не так, потому что совпадений не бывает. Посмотрев на мужчину, Нару встала между темноволосым мальчиком и своей подругой-блондинкой. "Итак, назовите мне свои имена", - потребовал Капитан. Не прошло и секунды, как темноволосый мальчик поднял руку и радостно представился: «Меня зовут Гон». — Меня зовут Узумаки Нару, но вы можете называть меня Нару, — сказала она и заметила, что мужчина выглядел удивлённым, как будто не ожидал, что её так зовут. Темноволосый мужчина выглядел довольно раздражённым, но ответил: «Меня зовут Леорио». — Меня зовут Курапика, — наконец ответил светловолосый мальчик. Их ответы повисли в воздухе, пока моряк что-то записывал в свой планшет. Ни разу за время их знакомства моряк не оторвал взгляда от своего планшета. Казалось, он был почти одержим желанием что-то записать в свой планшет, и, боже, как же она хотела родиться в клане Хьюга. По крайней мере, она будет знать, что было написано в этом блокноте. — Итак, расскажите мне, что заставило вас четверых захотеть стать Охотниками? — спросил капитан, с интересом слушая их ответы. Почему я хочу стать Охотницей? Она поджала губы и уставилась на капитана с красным носом. Его выражение лица было почти дружелюбным, а в голосе слышалось искреннее любопытство, но… этот интерес был странным. Что-то определённо было не так, потому что зачем ему их допрашивать? Если бы ему просто было искренне любопытно, он мог бы вызывать их по одному. Не было бы необходимости в большой сцене. «Мой папа — Охотник», — с улыбкой объяснил Гон. «И быть Охотником, должно быть, что-то значит, потому что для моего папы это было самым важным в мире, и я хочу знать, почему это важно». Похоже, его отец бросил его. Горечь подступила к горлу, когда она вспомнила своё детство. Несмотря на рёв и грохот волн, мир вокруг неё померк. Его сменил образ Третьего Хокаге, застывшего у двери, и она вспомнила… «Старик, почему у меня нет мамы и папы? Почему их здесь нет?» Он дал тот же ответ, и это задело её даже больше, чем слова о том, что она была Джинчуурики. — Кто тебе сказал отвечать? — потребовал Леорио и недоверчиво посмотрел на Гона. — Нам нужно действовать как команде, а то, что ты только что сделал, — это совсем не то, что сделал бы человек с командным духом. Капитан попросил нас, и даже если я ему не доверяю, я знаю, что в этом нет ничего плохого. Она постучала пальцем по подбородку и задумалась. С одной стороны, она расскажет им безумную историю, но с другой стороны… ей нечего терять. Не о чем беспокоиться. Кроме того, по тону капитана было понятно, что он их проверяет. "Я хотела бы сказать, что я здесь, потому что хочу выяснить, почему мой отец бросил меня, но мои причины гораздо сложнее", - призналась она. Капитан уставился на нее, в то время как Леорио смотрел на нее с недоверием. "Я надеюсь, что, став Охотником, я смогу получить информацию, необходимую мне, чтобы вернуться домой ... А девушке нужно зарабатывать деньги". Леорио повернул к ней голову. «Погоди, разве ты не можешь найти дорогу домой по карте?» Она долго смотрела на него, размышляя, как сформулировать свой ответ. Карту она не проверяла, но это было потому, что у неё не было достаточно денег, чтобы купить её. И я думаю о том, что будет, если я не смогу найти их на обычной карте. Они были ниндзя, и их было трудно найти. «Чтобы купить карту, мне нужны деньги», — наконец ответила она. «Я… испытываю трудности с деньгами». Светловолосый мальчик пристально посмотрел на неё, задержав взгляд на Хитай-ате. «Хитай-ате на твоём лбу указывает на то, что ты родом с Континента Стихий и что ты должна быть шиноби». Моргая, Нару уставилась на старшеклассника и секунду колебалась, прежде чем кивнуть. Её охватило облегчение, потому что если этот парень знал о её занятии, то это означало, что у неё есть шанс вернуться домой. Домой к Цунаде, Джирайе и Хинате-тян. В конце концов, у неё появился шанс. Это казалось невероятным шансом. — Я никогда не слышал об этом месте, — недоверчиво сказал Леорио. Курапика кивнул и пристально посмотрел на неё. «Мало кто слышал об этом месте, и ещё меньше людей знают, как туда добраться, но я слышал, что в тех краях использовали детей-солдат». Она промолчала, не став отрицать. Леорио побледнел и отодвинулся от неё, а Гон посмотрел на неё с любопытством. Капитан же, казалось, ничуть не удивился словам Курапики. Либо он знал, что она куноичи, либо уже видел ребёнка-солдата. — Простите, но вы не похожи на ребёнка-солдата, — нахмурившись, заметил высокий мужчина. Она пожала плечами. «Не вини себя, но не стоит судить о человеке по его внешности. Я слышала от Ируки-сенсея, что моему учителю было всего пять лет, когда он окончил Академию». Мужчина молчал, но на его лице было встревоженное выражение. Она предположила, что это было связано с тем, что он никогда не видел человека, которого с детства обучали быть ниндзя. Это было странно. В Странах Стихий такое было обычным делом, настолько обычным, что от 12-летнего ребёнка ожидали, что он будет ниндзя. — А вы двое? — настаивал капитан и, взглянув на своего помощника, продолжил: — Что заставило вас стать Охотниками? Леорио усмехнулся и отвернулся. «Я не скажу тебе почему». Должен ли я просто указать на то, что он управляет лодкой и что он может вышвырнуть нас за борт, если захочет? Было понятно, почему мужчина предпочитал держать это в секрете, но у капитана была причина для этих вопросов. Причина, которая ускользала от неё, но, тем не менее, была. — Я согласен с Риолео, — сказал Курапика спокойным, но напряжённым тоном. Леорио вздрогнул и указал пальцем на светловолосого мальчика. «Эй, ты должен правильно произносить моё имя! Оно Леорио, а не Риолео!» Напряжение заполнило комнату, и Нару посмотрел на капитана. Он выглядел почти раздраженным, и каракули его матроса прекратились, когда оба мужчины признали, что не ответят ему. Подождите секунду, они записывают то, что мы ему говорим? Это имело бы смысл, а также объясняло бы, почему его глаза сузились при этом комментарии. «Я мог бы уклониться от ответа правдоподобной ложью, — объяснил Курапика, не сводя глаз с капитана. — Но я считаю ложь грехом, равным жадности и столь же бесчестным. Я не могу заставить себя дать честный ответ тому, кого не знаю. Этот вопрос… слишком личный». Нару посмотрел на него. «Ты хочешь сказать, что наши с Гоном дела не личные? Потому что я думаю, что признание вслух в том, что он хочет знать, почему его отец бросил его ради работы, — это личное. Я не хотел признаваться в своих проблемах, но капитан может выгнать меня с этого корабля, если захочет». Оба мужчины моргнули и повернули головы к капитану, который молчал на протяжении всего разговора. Мужчина приподнял шляпу, и тёплая улыбка на его лице померкла, сменившись более тонкой и жестокой улыбкой. "Так ты понял это?" спросил капитан, и он продолжил. "Ты понял, что начался экзамен на охотника?" 12-летняя девочка моргнула, а Леорио и Курапика недоверчиво посмотрели на мужчину. «Ну, я не думала, что это началось, — призналась она. — Я просто подумала, что вы капитан и что у вас есть власть вышвырнуть нас с корабля, если мы вам не ответим. Но мне показалось странным, что вы собрали всех четверых участников, которые были в сознании, и расспрашивали их наедине о причине проведения экзамена». Курапика посмотрел на неё и выругался про себя. Ах, теперь он понял, что их допрос был странным. Что капитан специально выбрал их, а не остальных участников. Хотя мальчику не стоило винить себя за то, что он не понял этого раньше. Если бы не Какаши-сенсей и его постоянные наставления смотреть глубже, она, вероятно, не задавалась бы вопросом, что происходит. «Причина, по которой возник этот вопрос, заключается в том, что есть много людей, желающих получить лицензию охотника, — объяснил капитан, расхаживая взад-вперёд по комнате. — Их слишком много, чтобы сосчитать, так много, что не хватает экзаменаторов и времени, чтобы всех их проверить». Она кивнула. "Значит, им нужно, чтобы ты сократил численность?" — Да, — ответил он. — В данный момент один из моих моряков сообщает комитету, что большинство участников не прошли предварительный отбор. Твой шанс получить лицензию охотника зависит от меня. Таково было скрытое послание, которое он хотел донести, и Нару взглянула на двух мужчин. Было бы высокомерно с её стороны думать, что её ответ подтверждает её участие в этих экзаменах, но, по крайней мере, она попыталась дать ему ответ. 12-летняя девочка украдкой взглянула на двух мужчин. По лицам Курапики и Леорио стекали капли пота, и они обеспокоенно переглядывались. Наконец, светловолосый мальчик сделал шаг вперёд и глубоко вдохнул, словно набираясь смелости. — Я последний из клана Курта, — признался Курапика, и от её внимания не ускользнуло, что капитан дёрнул головой при упоминании названия клана мальчика. — Я хочу стать охотником, чтобы поймать Призрачную труппу. Девочка с усами нахмурилась. — Эм, а что такое «Призрачная труппа»? Это имя было довольно странным и почти жутким, как будто эти парни были призраками или что-то в этом роде. Я действительно надеюсь, что они не призраки. Одной мысли о том, что духи реальны, было достаточно, чтобы по ее спине пробежал холодок. Если бы духи были реальны, то они всегда преследовали бы ее из-за зверя внутри нее. «Это печально известная банда воров, — любезно объяснил капитан. — За их головы назначена награда, и большинство охотников дважды подумают, прежде чем отправиться за ними. Тот, кто пойдёт за ними, будет преследовать их смерть». Лицо Курапики ожесточилось. «Я понимаю, но они убили членов моего клана». Отлично, ещё один парень, который хочет отомстить. Горечь подступила к горлу, и боль в сердце снова усилилась, когда воспоминания нахлынули на неё. Эти воспоминания не давали ей покоя, как будто какая-то часть её хотела напомнить ей, что она почти не способна контролировать свои эмоции. Но ... она бы сделала это, потому что нужна была логика. Капитан поджал губы и спросил: «Разве ты не боишься смерти?» «Я не боюсь смерти, — заявил он с твёрдой решимостью. — Больше всего я боюсь, что моя ярость никогда не утихнет». Нару долго смотрела на него, пока Леорио разглядывал мальчика. Единственное, что она чувствовала, — это биение своего сердца, остатки кипящей, красной ярости после схватки с Саске и сильное желание насмехаться над мужчиной. Не боится смерти? Смерть ужасна. Как только человек умирает… Они никогда не смогут вернуться. — Будут ли члены вашей семьи рады, что вы идёте за опасной группировкой и безрассудно рискуете жизнью ради мести? — тихо спросила она, и все повернулись, чтобы посмотреть на неё. — Я не хочу осуждать, и то, что случилось с вашим кланом, трагично, и они заслуживают тюремного заключения за это преступление, но… Но месть не сделает тебя счастливой в долгосрочной перспективе, и если ты сосредоточишься только на своей ненависти, то навредишь себе. Нет, она не могла сказать ему эти слова. Это было личное. Слишком личное, и она не очень хорошо знала этого парня. Нет, ей лучше держать язык за зубами. — А что бы вы сделали на моём месте, если бы это была ваша семья? Она лишь промолчала и проигнорировала вопрос. Семья — это не то, что она знала. Это были незнакомые ей отношения, которые всегда были ей незнакомы. Всё время, пока она училась в Академии, она лишь наблюдала издалека, как все уходят со своими родителями. Это напомнило ей о том, насколько по-настоящему она была одинока. «Я не лучший человек, чтобы задавать такие вопросы, и по личным причинам…Я не буду говорить вам, почему я не лучший человек, чтобы задавать этот вопрос, — наконец ответила она. — Но я сомневаюсь, что ваша семья будет рада узнать, что вы причиняете себе боль, потому что считаете, что их убийцы должны умереть». Светловолосый мальчик ничего не сказал, но то, как он сжал кулаки, подсказало ей, что он недоволен её наблюдением. С её стороны было неправильно высказывать своё мнение о том, кому больно. Очень неправильно, но ещё неправильнее было молчать и не делиться своими мыслями по этому поводу, когда она стала свидетельницей последствий мести. Леорио откашлялся. «Так что, Курапика, если ты жаждешь мести, зачем тебе становиться Охотником? Для этого не обязательно быть Охотником». — Не будь таким глупым, каким кажешься, Риолео, — усмехнулся Курапика и покачал головой. — Есть места, куда ты не можешь попасть, информация, к которой нельзя получить доступ, и действия, которые нельзя совершить — если только ты не охотник, что, очевидно, не укладывается в твоём маленьком мозгу. Вена на лбу Леорио вздулась, и Нару практически слышал, как из его ушей вырывается пар. У меня действительно плохое предчувствие по этому поводу. Беспокойство закружилось, когда капитан сосредоточил свое внимание на последнем члене их крошечной группы. Член, который не объяснил, зачем он сдает экзамен. — А ты, Леорио? — спросил капитан, сделав большой глоток рома. — Почему ты хочешь стать Охотником? «Я хочу денег, много-много денег!» — взволнованно ответил самый старший из их группы, размахивая руками. «Деньги могут дать тебе всё! Назови, что угодно, и деньги это принесут». Курапика открыл рот, и Нару сделала глубокий вдох, прежде чем ударить ногой старшего мальчика. Раздался громкий крик боли. Все повернулись, чтобы посмотреть на неё, но девочка сосредоточила взгляд только на светловолосом мальчике, который смотрел на неё с недоверием. — Ты что, только что наступил на меня, Нару? — Курапика задрожал. «Судя по тому, что я вижу, ты отпускаешь язвительные комментарии в адрес Леорио, забывая его имя или каким-то образом унижая его, — Нару сделала паузу, чтобы они осознали её слова. — Хотя насилие — не выход, я также не хотела, чтобы Леорио сказал или сделал что-то столь же грубое, как то, что ты собирался сказать». Она потёрла затылок и смущённо улыбнулась. «Кроме того, люди склонны говорить обидные вещи, когда их оскорбляют, и вы можете себе представить, что Леорио скажет дальше, если вы его разозлите». Это была догадка, но в то же время это был её собственный опыт, который проявлялся в её поведении. Они с Саске ссорились, бесчисленное количество раз, потому что её друг говорил что-то, что причиняло ей боль. Как только он это делал, она наконец-то причиняла ему боль, потому что хотела, чтобы он понял, как жестоко с ней обращается. Это было неправильно, но они так реагировали. Оба мужчины переглянулись, хмыкнули и отвернулись от неё, но то, как они дрожали, вероятно, было признаком их смущения из-за собственного поведения. Она покачала головой и слегка улыбнулась капитану, прежде чем взглянуть на Гона. Мальчик был странно тих во время их разговора, как будто его не беспокоило произошедшее. Может быть, он с самого начала знал, что она вмешается, прежде чем кто-то скажет что-то, что обидит другого человека. Но более вероятным было то, что он не считал нужным вмешиваться в отношения этих двоих, и если это так, то она почти желала быть похожей на него. Я хотел бы не вспоминать о своих собственных ошибках. К сожалению, прошлое всегда так или иначе влияло на нее.

***

(День спустя) — То есть ты хочешь сказать, что капитан сказал, что мы должны двигаться в направлении, противоположном тому, что указано на карте, Гон? Нару почесала голову и уставилась на карту страны, прежде чем взглянуть на сияющего мальчика рядом с ней. Леорио, стоявший рядом с ней, постучал по карте, а Курапика продолжал изучать её. Хорошо, что они прошли испытание капитана, но ещё лучше, что Гон понравился этому человеку. Ещё одним важным событием стало то, что Гон согласился помочь им троим найти дорогу в город. "Ага", - ухмыльнулся Гон. Леорио поджал губы и спросил: «Но зачем нам туда ехать, если на карте указан другой путь? Я думаю, что нам четверым лучше всего поехать на экспрессе в Забан». Хотя мужчина был прав, нельзя отрицать, что капитан дал Гону подсказку. Огромную подсказку, если верить Нару, и это стоило обдумать. Глубоко вздохнув, она постучала пальцем по карте и посмотрела на автобус, в который садились люди. Большинство из них, возможно, находятся в одной лодке с ними. «Цифры слишком велики, чтобы их можно было сосчитать, настолько велики, что не хватает экзаменаторов, у которых было бы достаточно времени, чтобы оценить их все. Слова капитана эхом отдавались у неё в ушах. Она замерла и повернула голову, чтобы посмотреть на своих товарищей по команде. Они вчетвером прошли первый этап, но это не означало, что они были единственными, кто его прошёл. Я имею в виду, что если бы это было похоже на экзамены на Чунина, то им пришлось бы продолжать сокращать число участников, пока оно не стало бы приемлемым для них. Да, такая возможность была. «Они всё ещё сокращают численность», — предположила она, и трое мужчин моргнули. Курапика кивнул. «Это может объяснить подсказку, потому что они могли изменить карту». Леорио перевёл взгляд с одного на другого, посмотрел на Гона и медленно кивнул в знак согласия. Он поправил очки, крепче сжал чемодан и поднял его, прежде чем повернуться в сторону сосны. Нару слегка улыбнулась, сунув руки в карманы. — Хорошо, что ты не сопротивляешься, Леорио, — прощебетала Нару, подходя ближе к высокому мужчине. Он перевёл на неё взгляд, и девушка посмотрела на Гона, прежде чем перевести взгляд на людей, заходящих в автобус. — Я очень переживала, как бы убедить тебя, что нам нужно идти пешком. Он нахмурился. «Если они сокращают количество рейсов, то есть вероятность, что они что-то сделали с автобусом, верно?» "Скорее всего", - согласился Курапика. Они вчетвером молча шли по тропинке. На тропинке больше никого не было, но она слышала, как кто-то лёгкой поступью шёл за ними. Расстояние между ними составляло примерно 50 метров, плюс-минус, и если бы она судила по звуку, то сказала бы, что они идут позади, но слева. Что ж, пока они не нападают на нас, я не буду нападать на них. Она поморщилась и взглянула на Курапику и Гона. Ни один из них, казалось, не беспокоился и не замечал, что за ними кто-то следит. Быстрый взгляд на Леорио подсказал ей, что мужчина, как и остальные, не подозревал об их маленьком преследователе. Они шли три часа, прежде чем увидели потрескавшиеся, нависающие стены маленького городка. Должно быть, они пытались удержать что-то подальше от себя. Это было единственным объяснением стены, и только мысль об этом заставила ее задуматься. В конце концов, если бы там было опасное животное, ей пришлось бы бороться с ним. Если бы это было предварительным, то это было бы проще простого. "Почему ты решила воспользоваться информацией Гона?" Спросил ее Леорио, как только они вошли в городские ворота. Нару моргнула и склонила голову набок, глядя на мужчину. Он глубоко вздохнул и продолжил. "Вчера ты сказала, что не хочешь признаваться в своей проблеме и в том, насколько ты кажешься логичной ..." — Вы ожидали, что я не поверю этой информации? — предположила она. Он кивнул, и Нару тихо напевал себе под нос, пока они шли по пустым улицам города. Я думаю, что это довольно просто, если подумать. Если бы мужчина уделил время наблюдению за тем, как Гон и капитан общались во время поездки на лодке, он бы заметил, что капитан питает к нему определённую симпатию. — Капитану нравится Гон, — тихо объяснила Нару, когда шёпот и смех на заднем плане стали чуть громче. Достаточно громко, чтобы это было чуть громче шёпота, но недостаточно громко, чтобы остальные услышали. Она выдохнула. — Я думаю, он хочет, чтобы Гон добился успеха, поэтому я верю ему, когда он говорит, что нам нужно идти этим путём. Сунув руки поглубже в карманы, она осмотрела улицу перед ними. Она отличалась от других улиц. Все остальные улицы, которые они проходили, были чистыми, без единого клочка бумаги или чего-то подобного. Но на этой улице на полу валялся мусор. Запах крови здесь был сильнее, и это утомляло её. Что-то зашуршало на заднем плане, и вскоре из здания начали медленно выходить люди. Четверо мужчин остановились и посмотрели, как к ним приближается пожилая женщина. Каждый её шаг был целенаправленным и уверенным, как будто она была хозяйкой этого места. Громкие удары наполнили воздух, когда женщина постучала тростью по полу. «Пришло время вам пройти тест с двумя вариантами ответа». Я не подписывался на викторину! Это был не ее день.

***

— Значит, мы вчетвером задаём один вопрос? — спросил Леорио, когда старушка объяснила им правила игры. Нару неохотно кивнула и посмотрела на улыбающуюся пожилую женщину, прежде чем перевести взгляд на своих спутников. Игра казалась довольно простой, и не похоже было, что ей нужно что-то знать об этой части мира. Было приятно осознавать, что у неё есть три головы, которые помогут ей в этом. Темноволосый мужчина расслабил челюсть и ткнул пальцем в их светловолосую спутницу, когда та кивнула. «Это также означает, что я провалюсь, если Курапика испортит вопрос?» — Нет, — Гон улыбнулся и поднял палец. — Это значит, что мы должны вместе подумать над одним вопросом. Пусть мальчик сам найдёт что-нибудь хорошее в словах Леорио. "Это облегчает жизнь всем", - согласилась она. 12-летний мальчик просиял, словно солнце, и девочка поймала себя на том, что улыбается ему. Возможно, они общались не так часто, как ей хотелось бы, но нельзя было отрицать, что Гон умел располагать к себе. Это был замечательный навык. Потрясающий навык, потому что он означал, что старший мальчик мог подружиться с кем угодно. Позади них захрустел гравий, и Нару, повернув голову, увидела стоящего позади неё загорелого мужчину. На спине у него висели два меча, а на губах играла самоуверенная ухмылка, когда он смотрел на них. Он уверен в себе. Расслабленные плечи всегда были признаком уверенности. "Не возражаете, если я сыграю первым?" - спросил он их. Он хочет пойти первым? Она осмотрела его и перевела взгляд на пожилую женщину с непроницаемым лицом. По справедливости, они должны были идти первыми, но если она хотела сыграть в эту игру так, как делала бы на экзаменах в Чунин… — Давай, — она пожала плечами и жестом пригласила его идти впереди них. — Мы ведь не торопимся, ребята? Леорио и Курапика долго рассматривали её, прежде чем кивнуть. Гон лишь нахмурил брови, а затем небрежно пожал плечами, ничуть не обеспокоенный тем, что она приняла решение за них. Впрочем, она никогда не видела, чтобы мальчика что-то беспокоило во время их путешествия. Если бы это был простой экзамен, мы бы прошли его первыми, — подумала Нару, вонзая ноготь в ладонь, пока не потекла кровь. Эти экзамены были непростыми. Это стало ясно ей, когда капитан дал понять, что им нужно сократить количество участников. Одно неверное движение с их стороны — и они потеряют возможность получить лицензию. — Вот ваш вопрос, — объявила пожилая женщина, пристально глядя на мужчину. — Преступники взяли в плен вашу мать и вашу настоящую любовь. Вы можете спасти только одного из них. Кого бы вы выбрали? Если вы выберете свою мать, то должны сказать 1, а если вы выберете свою настоящую любовь, то скажите 2. Это сложная ситуация, и шиноби может быть вынужден сделать выбор. Она опустилась на землю и закрыла глаза. Это было непросто. Кто объективно важнее? Эти преступники что-то сделали им? А как же эмоциональная составляющая? Всё это нужно было учитывать. Это был не тот вопрос, который кто-то задавал.… "Один". Он что, совсем не думает, да? И как он может так быстро принимать решения? Отвращение охватило её, и она стиснула зубы, когда мужчина ухмыльнулся пожилой женщине. По дерзкому блеску в его глазах было ясно, что он неискренне ответил, что он ответил так, как, по его мнению, хотела женщина. От этого у нее заболел живот. "Почему?" - спросила пожилая женщина. Ухмылка мужчины стала шире. «Ты можешь найти другую настоящую любовь, но мать у тебя только одна». Ты правда думаешь, что это так просто. Слова готовы были сорваться с её губ, но она проглотила их и посмотрела на остальных. Курапика выглядел почти обеспокоенным, а Леорио покраснел. Вена на его лбу была заметнее, чем когда-либо, и он сжал кулаки, когда пожилая женщина направилась к остальным. Через несколько секунд женщина вернулась. На её лице ничего не отразилось, когда люди расступились, освобождая путь мужчине. Вы хотите сказать, что он прошёл мимо? Нет, это было невозможно. Даже шиноби не смог бы так быстро принять решение, имея столь ограниченный объём информации. Если бы это зависело от нее, она бы спасла обоих. — Вы можете идти, — наконец сказала женщина, и Нару увидел, как мужчина с улыбкой уходит от них. Они не произнесли ни слова. В воздухе слышался лишь слабый шорох одежды, и напряжение нарастало. Оно грозило задушить её, и не из-за того, насколько оно было пугающим. Нет, в этом напряжении не было ничего, что могло бы вызвать у неё чувство страха. Но оно было таким сильным, что его можно было разрезать тупым ножом. Леорио вдохнул и выдохнул, прежде чем ударить кулаком по земле. Образовалась небольшая трещина, а вокруг костяшки появился синяк, когда он прищурил зелёные глаза, глядя на женщину. «Что это за тест? На такой вопрос не может быть правильного или неправильного ответа, и никогда не было». Его крики эхом разносились в воздухе, пока Нару не убедилась, что люди из соседнего города могут их слышать. Она взглянула на пожилую женщину, а затем на Леорио. Высокий мужчина схватил свой чемодан с земли и, казалось, был готов уйти. Несмотря на его жадность, он на удивление чувствителен. Это было довольно странно, когда она задумалась об этом. Обычно люди, жадные до денег, не были такими чувствительными, но Леорио был тронут. — Если вы хотите пройти, то вам нужно идти по этому маршруту, — крикнула женщина Леорио, и мужчина остановился как вкопанный. — Если вы уйдёте, то можете забыть о своих правах. Этих слов было достаточно, чтобы Леорио щёлкнул каблуками. Медленно и раздражённо мужчина направился обратно к ним. Его хмурое лицо становилось всё более мрачным по мере того, как он тащился к пожилой женщине. Его хватка на чемодане стала ещё крепче, и на его руке начал проступать кровеносный сосуд. Это был лишь вопрос времени, когда мужчина сорвётся. Вопрос нескольких минут, когда он мог бы использовать этот чемодан и разбить его о голову женщины из-за того, как сильно он ненавидел этот тест. Но это отражает и реальную жизнь. Были времена, когда человеку приходилось принимать трудное решение. Трудное решение, которое разбило бы вам сердце, несмотря ни на что. Однажды ей, вероятно, придётся принять такое же решение в качестве Хокаге. — С этого момента я не потерплю никаких посторонних замечаний, — заявила женщина, и Нару дёрнула головой, увидев стальной взгляд, который пожилая дама направила на Курапику. — Если вы хотите пройти тест, то скажите «один», а если не хотите, то скажите «два». Курапика немедленно ответил. "Один". Это вызвало сердитый взгляд Леорио. Будет ли вопрос таким же? Даст ли она больше информации? Она надеялась, что да, потому что было трудно планировать, основываясь на таком малом количестве деталей. С учётом эмоциональной составляющей ответ мог быть любым, в то время как логическая составляющая требовала ответа, который был бы более важен для работы. Было трудно выбирать, имея очень мало информации, потому что что, если ей придётся спасать обоих? Если бы её попросили выбрать, ей было бы трудно принять решение. «Вот ваш вопрос!» — объявила женщина, подняв палец вверх. «Вашего сына и дочь похитили, и вам говорят, что вы можете вернуть только одного из них. Кого из детей вы выберете, чтобы вернуть? Если вы выберете дочь, то скажите «один». Если вы выберете сына, то скажите «два».» И то, и другое. Она не собиралась быть такой, как её умершие родители, и если бы ей пришлось выбирать, то она пожертвовала бы своей жизнью. Даже с помощью логики нельзя принять такое решение. Нару покачала головой и замерла, увидев, как Леорио направляется к одной из деревянных досок. Он поднял её и разломал на мелкие кусочки. "Три..." Леорио медленно приближался к женщине, словно свирепый хищник на охоте. "Двое..." Я должна остановить его, пока он не пожалел о том, что ударил пожилую женщину за то, что она выполняла свою работу! Она встала со своего места и посмотрела на мужчину. Было приятно и почти мило видеть, как сильно его беспокоили эти вопросы. По какой-то причине от этого знания у неё внутри стало тепло. Может быть, из-за того, как сильно его беспокоила эта мысль, как сильно он, казалось, переживал из-за несуществующих детей, и именно поэтому она должна была его остановить. Он никому не поможет, если решит причинить вред этой женщине. "Время вышло!" В тот момент, когда женщина произнесла эти слова, Леорио набросился на неё, как лев. Глубоко вздохнув, она бросилась к мужчине и вырвала доску из его рук. Отбросив доску в сторону, Нару другой рукой схватила Леорио за воротник рубашки и подняла его в воздух. Не колеблясь, она швырнула его на землю и едва вздрогнула, когда земля задрожала. Из-под мужчины появились большие трещины, которые тут же рассыпались в пыль. Раздался отчётливый треск, который эхом разнёсся в воздухе. Леорио застонал и заворчал, без сомнения, от боли в спине, прежде чем посмотреть на неё. Она вздрогнула и уставилась на морщинистую старуху перед ними, а затем прищурилась, глядя на мужчину. — Зачем ты это сделал, Нару? — закричал Леорио и поморщился, пытаясь сесть. "Женщина всего лишь выполняет свою работу, и ее не следует бить за то, что она выполняет свою работу", - мягко объяснила она. 12-летняя девочка хрустнула костяшками пальцев и уставилась на Гона, прежде чем снова посмотреть на Курапику, который вернул свое оружие в исходное положение. "Послушай, эти вопросы трудны, и если бы это зависело от меня, мы спасли бы обоих, но бывают моменты, когда ты должен принять решение". Это было решение, которое, как она надеялась, ей никогда не придется принимать.