Дурацкое дело нехитрое

      Как только за Анечкой закрылась дверь, Пашка махнул саксофоном и показал три растопыренных пальца: «прошу перерыв!»       Илья согласно кивнул раструбом тромбона, и выдал последнюю пару тактов «Серенады». Вытер пот со лба, проведя ладошкой себе до затылка, стряхнул капли с растопыренной веером кисти и устало скосил глаза на брата. Артём и Пётр тоже переглянулись, пожали плечами и уставились на Валерку, который призывно махал им смычком: «давайте сюда!»       За Валеркиной спиной уже нарисовалась Катюха, оставившая пустовать стойку с единственным посетителем, пожелавшим изрядно напиться. Изящный, не старый ещё мужчина с тёмными волнистыми волосами и лёгкой сединой, роняя капли на дорогой костюм, приложился к очередному бокалу коньяка и явно уже не нуждался в следующей порции.       Сегодня вечером в кафе никого, считай, не было: всё, наверное, отдыхали после мужского праздника, пришедшегося на пятницу. Поэтому Анечка и отпросилась на часик сходить к стоматологу, опасаясь за тёмное пятнышко, вылезшее на переднем резце.       Ксюша с Мариной к ним больше не заходили. Обе они вышли замуж и ждали детей. Аня смотрела на них, слишком явно завидуя и расстраиваясь до слёз, что они с Игорем не успели сделать ребёнка.       А Катюха прижилась у неё и дома, и на работе, подменяя то саму Анечку за стойкой, то обоих мальчишек своим озорным саксофоном. Она не чуралась никакой грязной работы, охотно мыла посуду, полы и окна, и, похоже, была полностью довольна своей жизнью. А больше всего – тем, что никто не смотрел косо ни на неё саму, ни на её любимую Анечку, ради которой она была готова на всё. И стирать, и готовить, и прибираться, и вести бухгалтерию, и заниматься закупками разных продуктов.       Даже Петька поддался её бесхитростному обаянию и готовности между делом шутливо заигрывать со всеми подряд – и обламывать, как только дело доходило до чего-то серьёзного. Вот и сейчас Катька моментально выскочила из-за стойки и тут же принялась массировать Валеркину шею и плечи своими короткими пальчиками, точно втягивая и выпуская когти. А тот сразу разомлел и чуть не закатил глаза от удовольствия.       – Общий сбор, – промурлыкал он тихонько, – объявляю открытым…        Артём удивлённо поднял брови:       – По какому поводу?       И правда: как отметить восьмое марта, они обговорили ещё на прошлой неделе. А пятого марта, в день смерти Игоря, кафе третий год подряд не работало. С утра в этот день все ехали на кладбище, а потом шли в кино и гулять по его любимому парку: кормить уток, болтать обо всём на свете и лопать мороженое. Делать то, что сам Игорь любил в жизни больше всего.       – У Ани скоро день рождения, – напомнил Пашка, подходя сбоку. Илья, встав напротив, тихонько кивнул и спросил:       – Пятого, да?       Петька наморщил нос и растерянно пробормотал:       – Да, но она его не отмечает…       Валерка благодарно потёрся об Катькину руку и проговорил, не открывая глаз:       – Спасибо, Катюша… Вот об этом, парни, я и хотел поговорить. Никто не против?       Он открыл один глаз и лукаво глянул на своего мужа: мол, ты не против, что меня тут руками трогают посторонние девушки? Тёма хмыкнул и подмигнул Кате: продолжай, не стесняйся! Раз моему благоверному нравится, то пуркуа бы и не па?       Та смущённо покраснела, брякнула: «Я всегда “за” любой кипеж!» – и упорхнула обратно за стойку, сверкнув босыми пятками в тапочках. Валерка вздохнул и с укором посмотрел на Тёму. Тот развёл руками: а я, мол, что могу сделать?       – И что ты предлагаешь? – поинтересовался Артём.       Валерка просто ответил:       – Устроить ей праздник. Настоящий, как в детстве. С тортом и подарками.       Петька кивнул, не оборачиваясь к портрету на стене:       – Только не здесь, – сказал он негромко. – Иначе она будет плакать.       – Может, сходим куда-нибудь вместе? – предположил Артём.       – В кафе или в ресторан? – серьёзно, по-взрослому осведомился Пашка.       – Давайте подумаем до завтра, – предложил Петька. – И над подарками тоже, идёт?       Артём и Валерка молча кивнули. Пашка пожал плечами и быстро глянул на брата.       – Хорошо, – согласился Илья и отошёл в сторону. Пашка проводил его спину долгим взглядом и опустил глаза в пол.