Талисман
7 июня 2025 г., 10:05
Йоичи вернулся из кухни с кружкой чая, бросил взгляд на компанию, раскинувшуюся кто на полу, кто на диванах, кто лицом в подушку.
— Ну что, — сказал он, садясь обратно. — Поиграем во что-нибудь, где можно не думать?
— То есть как всегда? — буркнул Рин.
— Не думать — это моё, — сказал Наги. — Я уже репетировал.
— У меня есть идея, — сказал Рео. — Одна из тех, где нужно играть четыре часа, не понимать, что происходит, но всё равно хотеть победить.
— Это ты сейчас о жизни? — уточнил Бачира.
— Талисман, — произнёс Рео с удовольствием. — Почти как D&D, только никто ничего не объясняет, и ты можешь превратиться в жабу.
— То есть меняется только название? — фыркнул Шидо.
— Там есть колдуньи, пиявки и смерть, — добавил Чигири. — Классика.
— Я — за, — сказал Бачира, вытягиваясь. — Хочу быть енотом с манией величия.
— Там нет енотов, — заметил Кайзер.
— Всё зависит от воображения, — сказал он и подмигнул Рину.
Рин проигнорировал.
— Кто будет раскладывать поле? — спросил Йоичи. — Если никто, я опять залью его чаем.
— Я, — сказал Кунигами. — Я уже чувствую, что стану паладином. И вы все будете в аду.
— Только если ты дойдёшь до конца, — напомнил Саэ. — А в этой игре выживает только маг с крысой.
— Или тот, кто украдёт у него карту, — добавил Карасу.
— Это не настольная игра, — подытожил Отоя. — Это сюжет для вечернего трэша.
— Тем лучше, — сказал Йоичи. — У нас именно такое настроение.
Он поставил кружку на край стола.
— Всё. Вперёд. Кто выжил в Coup — теперь выживает в Талисмане.
— Так, — сказал Рео, доставая коробку, — сначала выберем персонажей. Без споров. Или с дракой — но быстро.
— Рандом? — спросил Чигири.
— Рандом, — подтвердил Йоичи. — Потому что если я снова попаду в жреца, я уйду варить макароны.
Карточки начали летать из рук в руки. Кто-то сразу сдулся, кто-то выторговал себе замену.
— Я воин, — сказал Кунигами. — Всё честно. Мясо, броня, кулаки.
— Алхимик, — объявил Карасу. — Иронично. Буду превращать всех в золото и подавлять интеллектом.
— Я… сраный разбойник, — Отоя нахмурился. — Меня точно опять посадят.
— Прорицательница, — сказал Несс, аккуратно держась за карту, будто та его может укусить.
— Я — тролль, — с удовольствием сказал Шидо. — Это карма, и я в неё верю.
— О, идеально, — Саэ приподнял бровь. — Я — эльф. Хладнокровный, быстрый, смертельно красивый. Спасибо.
— Некромант, — сказал Рин. — Лучше бы был огнемёт, но и сойдёт.
— Я — менестрель, — выдохнул Бачира и заулыбался. — Я буду петь, убивать и улыбаться. Всё как в жизни.
— Паладин, — подтвердил Чигири. — Странно совпало. Но я не против.
— Я маг, — отозвался Кайзер, не глядя на остальных. — Как всегда.
— Я нищий, — вздохнул Наги. — Почему я?
— Потому что ты уже давно на полу, — сказал Рео. — А я — волшебник. Не лучший, но я хотя бы умею заговаривать зубы.
— Остался я, — сказал Йоичи. — И у меня… друид.
— Это метафора? — спросил Кайзер.
— Нет. Но если я превращусь в медведя — считай, ты первый.
— Я тебя люблю, — сказал Кайзер, не глядя.
— Это потому что ты знаешь, как работает друид.
Йоичи расставил фигурки на поле.
— Всё, поехали. Кубики, чары, разорванные души и час хаоса.
— Подождите, — сказал Бачира, — а кто первый ходит?
— Конечно же, тот, у кого меньше всего выжило персонажей за последние игры.
— Несс, — сказали все хором.
Несс только пожал плечами.
— Ладно. Пошли гибнуть с достоинством.
Несс кинул кубик. Три.
— Иду налево. Меньше шансов встретить монстра.
— Значит, больше шансов наткнуться на нас, — сказал Кайзер.
Несс сделал вид, что не услышал. Его прорицательница взяла карту приключения.
— “Ты встречаешь крестьянскую семью, просящую еды”.
— Я даю им немного из запасов, — сказал он.
— Серьёзно? — удивился Шидо. — Ты в игре про хаос играешь в доброту?
— Может, они вернутся, когда я буду на краю смерти.
— Или их сожрут раньше, — заметил Рин.
Следующим был Бачира. Его менестрель радостно запрыгал на поле. Он бросил кубик, встал на клетку с картой, вытянул:
— “Призрачный голос предлагает обменять твою душу на карту желания”.
— Я соглашаюсь, — сказал он, не раздумывая.
— Ты же даже не спросил, что будет, — Рин уставился на него.
— Я — менестрель. У меня одна жизнь, и она с балалайкой.
— Он сдохнет на третьем круге, — пробормотал Саэ.
— Но как красиво, — добавил Йоичи.
Рин бросил. Пять. Его некромант двинулся в сторону центра поля, не оглядываясь.
— Я сразу иду туда, где можно стать богом, — сказал он.
— Ты уже звучишь как злодей, — Бачира усмехнулся.
Рин не ответил. Только остановился на клетке, глянул на карту:
— “Ты находишь древний алтарь. Приноси жертву — получишь силу”.
Он сбросил заклинание.
— Увеличиваю магию. Дальше — вы все умрёте.
— Романтик, — заметил Бачира. — Можно я умру красиво?
Рин скосил на него взгляд. Быстро, но с откатом.
— Если не будешь раздражать, — пробормотал он.
— Тогда не получится.
Кайзер кинул кубик. Шесть. Его маг двинулся резко, словно поле было настоящим. Он вытянул карту:
— “Зеркальный двойник. Он атакует тебя твоим же заклинанием”.
— Прекрасно, — сказал Кайзер. — Сам себя и убью.
— А это уже ближе к правде, — усмехнулся Йоичи.
— Но красиво, — добавил Бачира.
— Вы все издеваетесь? — Кайзер прищурился. — Я просто хочу быть магом, который убьёт Рина.
— Очередь, — сказал Рин.
— Ты вообще не был на очереди, — парировал Кайзер.
— Всё, — вмешался Йоичи. — По очереди, по полю, по урону. У нас тут Талисман, а не драма на троих.
— А будет? — тихо спросил Бачира, глядя на Рина.
Тот ничего не ответил. Но рука с фигуркой задержалась на краю поля, чуть дольше обычного.
Чигири бросил кубик. Два. Его паладин сделал скромный шаг вперёд и встал на клетку с надписью «Храм испытаний».
— Ну конечно, — вздохнул он. — Не мог попасть на аптеку.
Карта: «Ты должен победить в бою духа справедливости. Или потеряешь силу».
— Я дерусь, — сказал Чигири и бросил кубики. — Ладно. Пока я на стороне добра.
— И это ненадолго, — отозвался Кунигами. — Я иду прямо на тебя. Если встретимся — извини.
— Мы и в реальности постоянно дерёмся, — заметил Чигири. — Только не кубиками.
— Кубиками безопаснее, — пробормотал Рео. — Иногда.
Саэ кинул. Пять. Его эльф вышел на лесную тропу, где попал на карту:
— “Ты встречаешь шамана. Он может увеличить твою ловкость — за взамен…”
Он поднял глаза:
— “…если согласишься временно потерять голос.”
— Что? — переспросил Шидо. — Ты? Потерять голос?
— На два круга. Ради ловкости.
Саэ задумался.
— Я согласен.
— Всё, — сказал Шидо. — Записываем. Саэ молчит два круга.
— Это в реальной жизни тоже работает? — спросил Карасу.
Саэ уже молчал. И подмигнул.
— Я испугался, — шепнул Наги. — Это было сексуально.
Рео кинул. Три. Его волшебник наткнулся на ловушку: «Ты теряешь один предмет».
— А у меня ещё и нет предметов! — воскликнул он. — Игра меня высмеяла.
— Добро пожаловать в мой мир, — сказал Наги.
Он кинул кубик. Один. Остался почти на месте. Карта: «Ты находишь старую шапку. Она делает тебя незаметным. Иногда.»
— Беру. Невидимка — это почти как спать.
Отоя бросил кубик, выпал шесть. Его разбойник влетел в клетку с чужим персонажем — Карасу.
— Ну, — сказал Отоя, — ты алхимик, я вор. Всё логично.
— Всё логично, — повторил Карасу. — Но попробуй украсть — и я превращу твою душу в чай.
— Я оспариваю! — закричал Отоя. — А, это не та игра?
— Нет, — ответил Йоичи.
— Ладно, тогда краду зелье. И убегаю.
— Как ты крадёшь и убегаешь на шесть? — удивился Бачира.
— Быстро.
Карасу только посмотрел на свою карту:
— Увидимся в аду, вор.
Шидо кинул — четыре. Его тролль наткнулся на карту: «Ты получаешь проклятие. Минус два к уму».
— У меня и так был ноль, — заявил он гордо. — Значит, я выхожу в минус и становлюсь философом.
— Или твиттером, — сказал Рео.
— Вижу, кто в восторге, — усмехнулся Шидо.
Остался Йоичи. Он кинул кубик, карта выпала: «Ты встречаешь странную фигуру в плаще. Она предлагает знание… или пощёчину».
Йоичи задумался.
— Я беру знание.
Он тянет карту: «Теперь ты знаешь, что один из игроков врет про свою роль».
Йоичи медленно перевёл взгляд на Кайзера. Потом — на Рина. Потом на Бачиру.
— Хреново знание, — сказал он. — Теперь я ничего не знаю.
— Менестрель напевает заклинание, — сказал Бачира, бросая кубик. — И выходит на клетку… с тобой, Рин.
— У тебя нет заклинаний, — сухо отозвался тот.
— Зато есть песня, — Бачира сделал пафосный жест. — “Ты — мой рок, ты — мой ад, ты — моя смерть на шестом ходу”.
— Меня тошнит, — отозвался Кайзер.
— Взаимно, — Рин чуть повернулся к Бачире. — Что ты хочешь?
— Украсть у тебя карту. Или душу. Что дашь.
— У меня нет души. И карту не отдам.
— Тогда я останусь рядом.
Рин отвёл глаза, бросил кубик.
— Я встречаю смерть. Отлично. Всё логично.
— Она — в белом, с балалайкой? — спросил Бачира.
Рин скривился.
— Нет. Она — с косой. И твоим голосом.
— Сексапильно, — прошептал кто-то, но Рин не расслышал.
Саэ уже снова мог говорить и подал голос с достоинством:
— Эта игра превращается в театр. Только с большими кубиками.
— Зато без режиссёра, — сказал Карасу.
— И без сценария, — добавил Чигири. — Никто не знает, куда это ведёт.
Йоичи кивнул.
— Ведёт к финалу. Потому что скоро кто-нибудь победит — или мы просто сдохнем в процессе.
Кайзер двинул фигурку вперёд. Его маг подошёл к центру.
— Я почти там, — сказал он. — Осталось пробиться через троих и проклятие.
— Как в жизни, — буркнул Йоичи.
— И опять ты в финале, — сказал Бачира, глядя на Рина. — Всегда тянешь до конца.
— А ты — всегда мешаешь.
— Зато ты живёшь.
— Пока, — добавил Рин и сбросил карту. Его некромант перешёл в финальный круг.
Йоичи вздохнул:
— Ладно. Один круг, и заканчиваем.
Они пошли по цепочке. Карты, враги, заклинания, то удача, то крах. Наги выпал из игры, Саэ прошёл через три смерти и остался. Шидо улетел в ад, но заявил, что “там весело”.
А когда последняя карта легла на стол, Рин — первым вошёл в корону. Победа.
— Как будто так и должно было быть, — сказал Бачира.
Рин не ответил. Но их взгляды пересеклись. Дольше, чем надо. Слишком ясно.
Йоичи сложил карты.
— Всё. Это был наш финал на сегодня.
— Не совсем, — сказал Бачира и встал. — У меня есть одна последняя карта. Личная.
Он посмотрел на Рина.
— Пойдём?
Рин промолчал, но встал.
И ушёл с ним в комнату.
Все промолчали.
— Я думаю, он выбрал “душу”, — сказал Отоя.
— Или “пощёчину”, — добавил Карасу.
— Главное — не “крестьянскую семью”, — пробормотал Несс.
Кайзер закатил глаза.
— В следующий раз — без магии. Я за мир, где можно всех убить на первом ходу.
Йоичи только улыбнулся и потянулся.
— А пока — отдых. Кто поставит чайник?
