Глава 15. Только без паники.
7 мая 2025 г., 17:52
Ладно, без паники.
Не было ничего страшного в том, чтобы прийти в дом чужого человека, чтобы поработать над школьным проектом. Никаких проблем.
Но почему-то Хонджун изводил себя. Он не любил ходить в гости к тем, с кем близко не общался и эта вынужденная мера выворачивала его наизнанку.
Пусть Сонхва и сказал, что родителей не будет дома, Хонджун снова покусал и без того истерзанные губы и поправил лямку кожаного рюкзака на плече.
Хонджун остановился напротив какого-то магазина и, нервничая, как барышня перед первым свиданием, взглянул на себя в отражение. Брендовый кардиган алого цвета поверх футболки, кеды в цвет, объемные джинсы. Хонджун закатил глаза. Зачем он, вообще, парился над одеждой? Нужно было идти в домашних спортивных штанах и толстовке. Хонджун любил стиль и всегда одевался по собственному вкусу, но сейчас для этого не было повода. Он шёл к однокласснику. На этом всё.
Хонджун закатил глаза и проверил по карте в телефоне направление. Повезло, что их дома находились относительно недалеко друг от друга. Всего десять минут пешком. Оказалось, даже район один. И как они раньше не пересекались? Или, может, он просто не замечал?
Хонджун снова посмотрел на пешеходную дорожку перед собой и тут в животе предательски заурчало. Да твою же мать, почему, каждый раз, когда они должны были увидеться с Сонхва, он забывал есть и оставался голодным?
Хонджун хлопнул себя по животу, нахмурился, свернул за угол и остановился напротив нужного дома. Ну всё, пришёл.
Твою ж мать, как же не хотелось ничего делать. Вот бы развернуться и пойти назад, притвориться больным, и дело с концом, но нельзя. Пересилив себя, Хонджун сделал пару шагов вперед и останавливается на крыльце, тянет руку и звонит в звонок, а затем слышит громкий лай собаки и усмехнулся. Да, это точно не шпиц.
За дверьми раздалось шипение: «Тише», а затем на пороге, открыв дверь, возник и сам Сонхва. За ним высунулась морда чёрного добермана. Собака посмотрела на Хонджуна, но гавкнула и не зарычала. Сонхва оглянулся на питомца, легко погладил по макушке, и снова улыбнулся Хонджуну.
Сонхва был такой уютный, домашний и красивый, в облегающей чёрной кофте и спортивных серых свободных штанах.
— Ну что, как тебе мой шпиц? — Сонхва улыбнулся, а затем взяв добермана за ошейник, слегка потянул того назад, освобождая проход. — Заходи, дома никого, кроме нас.
Хонджун широко улыбнулся и зашёл внутрь, тут же скидывая с себя кроссовки. Посмотрел сначала на пса, затем на Сонхва. Они были похожи настолько, словно слова «питомец похож на своего хозяина» обрели физическую форму.
— Очень милый шпиц, — Хонджун отодвинул кроссовки в сторону, окинул взглядом коридор, а затем посмотрел на Сонхва. — Как зовут?
— Лолли. Коротко — Ло, это девочка, — Сонхва нежно улыбнулся и посмотрел на собаку.
Грациозная, дисциплинированная и, судя по взгляду, очень умная.
Ло осмотрела Хонджуна, подошла к юноше и обнюхала. Лолли по-доброму смотрела на Хонджуна , совсем не рычала, а затем и вовсе уткнулась носом ему в ногу. Судя по всему, он ей понравился и это радовало.
— Ты ей понравился, — Сонхва, наблюдая за ними. усмехнулся. — Погладь её. Можно.
Хонджун тут же сел перед Лолли на корточки. Юноша сначала вытянул ладонь, чтобы доберман обнюхал его, и затем аккуратно провёл рукой по носу и к голове. Как только собака доверительно ткнулась ему в колено, Хонджун осмелел, широко улыбнулся и погладил собаку обеими руками.
— Ло, ты настоящая красавица, — Хонджун сбросил с плеча рюкзак в сторону, чтобы не мешался и склонил голову к плечу. — И такая ласковая, ну, что за прелесть.
Хонджун откровенно наслаждался моментом. Он любил животных и, при возможности, всегда тискал их. Даже у прохожих, когда они позволяли это сделать, а самое главное — это если питомец не против. У самого Хонджуна никого не было из-за аллергии отца и поэтому он только и может довольствоваться животными чужих и знакомых.
— Да, ты тоже мне очень нравишься, — Хонджун улыбается ещё шире, когда собака лезет к нему своим мокрым носом в лицо. — Ласковая девочка, тебе повезло, что и я тоже.
Хонджун тихо рассмеялся и поправил сползающий с плеча кардиган. Даже в сердце защемило от такой прекрасной картины.
Сонхва, чуть склонив голову, наблюдал за всем этим со стороны и улыбался. Обычно его собака реагировала на всех остро и с осторожностью, а тут мордой лезла в лицо Хонджуна.
Интересно… А ведь животные так тонко чувствуют людей. Значит ли это, что она чувствует доброту Хонджуна? Может, он действительно не такой плохой?
— Ладно, пойдём. Иначе я начну безбожно ревновать её к тебе, — Сонхва коснулся плеча Хонджуна и отошёл в сторону лестницы. — Нас ждёт много работы. Очень много. Потому что завтра я уезжаю на неделю.
— Что? — Хонджун удивлённо посмотрел на Сонхва, отвлекаясь от питомца и Ло воспользовавшись моментом, облизала его щёку. Хонджун не отстранился и даже слегка улыбнулся. — На неделю? Уже две недели прошло от проекта. У нас останется всего пара недель, чтобы закончить начатое, когда ты вернешься.
Хонджун со вздохом поднялся, и, схватив, рюкзак за лямки, снова посмотрел на добермана и ещё раз погладил Ло по голове.
— Ло, предлагаю наказать хозяина, — собака одобрительно гавкнула и Хонджун рассмеялся. Он поднял взгляд на Сонхва и игриво выгнул бровь. — Слышал? Мы в сговоре.
— Это всё родители. Нам нужно с Саном уехать на неделю по рабочим вопросам, — Сонхва жмет плечами, но поймал себя на ощущении, что уезжать категорически не хотелось, но Сонхва скидывал это на то, что теряется время на подготовку к проекту. Это ведь не из-за карих глаз напротив и кудрявой макушки, верно?
— Я сейчас точно начну ревновать, — Сонхва театрально надул губы и посмотрел сначала на Ло, а затем на Хонджуна. — Будем заниматься на расстоянии. Что ещё делать?
— Ладно, ладно, я не против, — Хонджун повёл носом в сторону, но не позволяет себе осматриваться вокруг и заглядывать в проходы, подходит к Сонхва. — Надеюсь, найдёшь на нас с проектом время в своем графике.
Хонджун сморщил нос и посмотрел Сонхва в глаза. Даже как-то грустно. Интересно, почему же?
Скорее всего, дело в том, что по большей степени придется в одиночку сидеть горбатиться над работой. Других объяснений у него не было.
Но взгляд ему отводить не хотелось, и сразу выбранная песня вспоминается. Кажется, Сонхва говорил, что она его любимая? Вот совпадение.
Конечно, он не скажет Сонхва, что выбрал.
Если придёт, то сам услышит. О выбранных песнях знали лишь Уён, Минги и остальные ребята из группы.
По правде говоря, когда он пришёл в класс, в котором учился Президент культуры школы, то там началось сумасшествие. Все сразу поняли зачем пришёл Хонджун и поднялись дикие вопли с расспросами.
Он всегда был таким популярным?
Хонджун как-то на это не обращал внимания.
Ханыль с радостью приняла их заявку, записала предварительные песни, сказала, что подробности мероприятия будут чуть позже и заодно порасспрашивала Хонджуна о Минги. И зачем он ей сдался? Бедный парень.
Так что теперь они официально должны будут выступить на мероприятии, а у Хонджуна до сих пор не укладывается в голове, что он согласился на подобную авантюру.
— Тогда давай сегодня постараемся сделать больше, — Хонджун пожал плечами. — Всё равно родителей твоих нет, и я живу рядом, так что могу задержаться. Идти недалеко.
Это что такое? С чего такое рвение к знаниям? Ким Хонджун совсем поехал кукушкой?
— Хорошо, — кивнул Сонхва. — Пойдем.
Они поднялись на второй этаж и прошли в комнату напротив лестницы. Хонджуну понравилась просторная спальня Сонхва. Комната была небольшой, в светло-серых тонах, с большой кроватью, застеленной бежевым пледом. Хонджун заметил шкаф с прозрачными дверцами, в котором стояли собранные фигурки лего, рабочий стол с лампой и шкаф-купе. Интересно. Сонхва не был похож на человека, увлекавшегося конструктором... На стуле висел школьный пиджак, все вещи лежали на своих местах, выдавая в хозяине привычку к организованности. У самого Хонджуна рабочий стол был похож на жертву нашествия кочевников. В комнате невероятно вкусно пахло свежестью и чем-то сладким. Тем, чем Сонхва пах обычно. А дверь из комнаты вела на небольшой собственный балкончик! Красота.
— Лего? — Хонджун бросил заинтересованный взгляд на Сонхва. — Мило.
— Это «Звёздные войны».
— Никогда не смотрел этот фильм.
Сонхва посмотрел на Хонджуна так, словно он сказал ему что-то оскорбительное.
— Это целая серия фильмов. Как можно было ни разу за всю жизнь не посмотреть «Звёздные войны»? — Сонхва очаровательно надул губы, и Хонджун на секунду замер, любуясь выражением лица юноши. Сонхва словно сошёл с картины какого-то знаменитого художника. Всё в нем было очаровательным и красивым. Мягкие волны тёмных волос, пухлые губы, карие глаза, манившие идти за собой, тонкие запястья и греховно тонкая талия. Если бы Хонджун мог, он держал бы Сонхва за талию всю оставшуюся жизнь... Хонджун сморгнул наваждение и едва не ущипнул себя за непозволительные мысли.
— Можем сесть на кровать или на пол, как тебе удобнее. Сегодня нам нужно будет достаточно интересный материал. Окунемся в страх близости, в токсичные отношения, в сценарии и паттерны, которые приводят людей к таким отношениям. То есть если до этого была теория, то сейчас больше бытовых ситуаций, встречающихся на каждом шагу.
Работать вместе с Сонхва было интересно. Каждую встречу они рассуждали на разные темы о любви, спорили, доказывали, но в итоге приходили у общему знаменателю. Всё это время они вели работу над теорией и собирали материал. Сейчас пришло время копать глубже и рассматривать более уникальные жизненные ситуации, нежели просто давать научные пояснения терминам. Какая терминология, если это просто жизнь? В жизни, сколько бы ты терминов ни знал, всё более неоднозначно и сложно.
Хонджун прошёл вперёд и бросил рюкзак в сторону на пол, ближе к кровати, осмотрелся и легко улыбнулся.
— Я так понимаю, ты уже все продумал, — Хонджун сел у кровати и облокотился на неё спиной.
Даже если Сонхва предложил ему сесть на кровать, Хонджун счёл дурным тоном принять это предложение, и не позволил бы себе этого. Они чужие люди.
Хонджун подогнул под себя ноги и продолжил осматриваться. Комната — воплощение Сонхва. Такая же собранная и даже в чем-то строгая, если не считать коллекцию лего. Он невольно снова посмотрел на Сонхва и улыбнулся.
— Так, ты тоже инициативу проявляй, — Сонхва театрально нахмурился и цокнул языком.
— Тц, посмотри, какой командир, — улыбнулся Хонджун. — Как скажешь.
— Хороший мальчик, — вырвалось у Сонхва, но затем он отвёл взгляд, отворачиваясь от Хонджуна.
Это что такое? Боже. Почему он иногда вёл себя как придурок рядом с Хонджуном?
— Сегодня рассуждения начнёшь ты. Я думал сыграть в психологическую игру. Моделировать ситуации и учится из них выходить, — Сонхва перебирал бумаги, чувствуя, как краснеет.
— Интересно, — Хонджун сложил ноги в позу лотоса и ухватился ладонями за ступни.
Интересно? Интересно?! Он только недавно обсуждал с Уёном и думал о том, как ему насрать на эту психологию. Что происходит?
— Не знал, что даже в психологии бывают игры, — Хонджун посмотрел на Сонхва, стоящего у стола.
Конечно, он не знал. Ему же плевать на психологию. Помнил ли еще Хонджун об этом? Ким Хонджун сказал Уёну и самому себе, что хотел бы поскорее избавиться от Сонхва, так почему сейчас он думал о том, что жалко, что Сонхва уезжает.
Хонджун чуть мотнул головой. Мысли чуть успокоились и Хонджун выдохнул.
Но тут Сонхва повернулся к Хонджуну, посмотрел на него сверху вниз, словно избегал взгляда и в этот момент мозг Хонджуна дал сбой. Его заклинило, в голове явно что-то задымилось, сломалось и закоротило.
— Ты пойдешь на фестиваль? — непроизвольно произнёс Хонджун.
Блядь. Стоп! Пожалуйста, остановись. Хонджун был готов умолять сам себя.
— А? — Сонхва удивленно вскинул брови.
Связь между психологией и фестивалем сомнительна, но ладно.
— А… Да, тот фестиваль. — Сонхва кивнул, задумчиво отводя взгляд.
В смысле «да»? Пак Сонхва не ходил на такие мероприятия. Сонхва даже не знал, когда будет проходить это фестиваль!
— Хочешь, чтоб я пришёл посмотреть? — Сонхва вновь посмотрел на Хонджуна.
Хотел ли Сонхва, чтобы Хонджун ответил «да»? Хотел… Но боялся признаться в этом даже себе.
Сонхва почувствовал, как загорелись щёки, и он вновь повернулся к Хонджуну спиной, делая вид, что забыл взять ручку. Но как только Сонхва развернулся, его глаза распахнулись в удивлении. Да что, мать его, такое сегодня происходило?!
— Хочу, — тут же отозвался Хонджун и отвернулся, чтобы достать из рюкзака бутылку воды.
В смысле «хочу»?! Хонджун же говорил, что ему не нравится Сонхва. Вообще. Совсем. Он хотел от него избавиться. Боже, почему так неловко?
Хонджун боялся, что он сейчас сольётся со своим красным кардиганом, чувствуя, как горят уши и щёки. Поэтому Хонджун не смотрел на Сонхва и пил воду, разглядывая стену справа от себя. Классная стена, правда, Ким Хонджун?
— Хорошо, приду, — Сонхва сжал губы.
В следующее мгновение они оба повернулись друг к другу, явно не ожидая этого. Так получилось, что они хотели посмотреть только мельком, но… И вот Сонхва и Хонджун уже смотрели друг другу в глаза, а сердце пропустило удар, заставив все органы упасть вниз, перевернуться, станцевать чечётку и вернуться назад.
Сонхва просто смотрел на Хонджуна, ухватившись руками за спиной за стол. И Хонджун тоже просто сидел и смотрел. Идиоты.
Сонхва было очень интересно, почему Хонджун хотел, чтоб тот пришел, но задать этот вопрос не решился. Иначе он точно упал бы в обморок от неловкости. И у кого теперь про этот фестиваль спрашивать? А вдруг там вообще дела важные. Ладно, он понимал, что придёт. Ему было интересно узнать, что сыграет Хонджун.
— Хорошо, — выдавил из себя Хонджун и потянулся на пол за крышкой. Не найдя её, Хонджун чуть опрокинул бутылку. Юноша опустил глаза и выругался себе под нос.
Наконец, справившись со злосчастной бутылкой, Хонджун закрыл её и отставил в сторону. Хонджун снова посмотрел на Сонхва и почувствовал, как внутри возникали какие-то странные чувства. Сердце так бешено колотилось в груди, что даже дыхание на мгновение сбилось. Хонджуну захотелось вдохнуть поглубже, чтобы убрать это странное ощущение.
— Что там насчёт проекта? Ты говорил про психологическую игру, — Хонджун прочистил горло.
Хонджун не мог отвести взгляда от глаз Сонхва, его словно притягивало магнитом. Может быть, Сонхва пытался его загипнотизировать? Ну и чушь…
— Да… Ты когда-нибудь хотел стать актёром? — Сонхва усмехнулся, смахивая чёлку, упавшую на глаза.
— Что? Я? Актёром? — Хонджун искренне не понимал, что происходит. Что за странные вопросы задавал Сонхва? Это уже игра началась? Боже, помогите.
— Нет, никогда не думал об этом. Мне это неинтересно, — Хонджун пожал плечами.
Сонхва не удивился такому ответу, поэтому просто улыбнулся и сел напротив Хонджуна, копируя его позу.
— В психологической практике есть игры, которые помогают максимально погрузиться в историю, смоделировать её, чтобы проанализировать, — медленно объяснял Сонхва, водя ручкой по тетради. — То есть мы буквально притворяемся парой, занимаем разные стороны и пытаемся проникнуться нашими героями, чтоб понять, почему они поступают так или иначе. Это учит эмпатии. Ты должен говорить так, как говорил бы твой герой. А в конце мы проанализируем всё это. Это и есть практика.
Стоп. Что? У него даже слова в голове перемешались. Притвориться парой для того, чтобы разобраться в теме по психологии… это что-то новенькое.
— Окей… вроде бы я тебя понял, — Хонджун прикусил губу. — Теперь понятно, почему ты меня об актёрстве спросил.
— Наша задача состоит в том, что провести диалог. Я думаю, начнём с тревожного и избегающего типа привязанности. Какую сторону ты хотел бы занять? Мне кажется, тебе будет полезно занять тревожную, поскольку ты сам избегающий тип, — Сонхва задумчиво прикусил губу. — А в конце мы поиграем в здоровые отношения.
Хонджун изучал Сонхва. Замечал, как тот слегка мялся, когда говорил о его типе привязанности. Он что-то до этого говорил на эту тему про Уёна. О том, что ему плевать на мнение Сонхва, на проект, на… сейчас уже не вспомнить. Хонджун только кивнул и согласился.
Почему? Хонджун правда не понимал.
— Да, хорошо, — Хонджун пожал плечами, поправил кардиган, и стянул рукава на ладони.
Сонхва искренне удивился, что Хонджун был сейчас таким покладистым и послушным, соглашался на всё.
— Давай представим такую ситуацию: допустим, я очень много работаю, а ты часто сидишь дома. Вынужден сидеть, потому что ухаживаешь за ребёнком. Из-за своей неуверенности и страха одиночества, ты подозреваешь меня в изменах. Согласен? — Сонхва посмотрел на Хонджуна.
— Какая комплексная задумка, — Хонджун удивлённо вскинул брови. — Ты заранее это подготовил?
Ему было искренне интересно. Хонджуна восхищал ум Сонхва. И то, как в глазах загорались звёзды Сонхва, когда дело касалось его интересов Хонджуна тоже восхищало.
— Нет… — Сонхва смущённо улыбнулся и отвёл взгляд. Почему-то он всегда стеснялся смотреть на Хонджуна дольше положенного.
— Наша задача вступить в конфликт и понять, почему оба себя так ведут. Какие сценарии за этим скрываются, что тревожит тебя, а что злит меня. Готов? — Сонхва глухо усмехнулся. — Может быть неловко, но это очень важно. Нам так легче будет защитить работу.
— Да, я готов. Не переживай об этом, — Хонджун подмигнул Сонхва.
Впервые в жизни ему было интересно учиться и узнавать что-то по школьной программе. Ну, по крайней мере, он не помнил, чтобы такое когда-то было. Значит, так оно и есть. Как просто оказалось его увлечь.
Хонджун облокотился на кровать и медленно моргает, думал, что будет говорить, но потом задумывается о том, что здесь нужно пустить все на самотек. Просто позволить себе вжиться в происходящее, чтобы из этого что-то получилось.
— Я могу выйти за дверь и зайти, будто бы возвращаюсь домой. Может, так будет легче? — Сонхва тихо рассмеялся.
— Не знаю, — Хонджун проследил взглядом за Сонхва. — Может, и сидя было бы нормально? Но давай так, раз ты уже встал.
Хонджун поднялся следом, поправил джинсы и футболку.
— Ну мы же хотим максимально вжиться в роль, — Сонхва хитро посмотрел на Хонджуна.
Хонджун закатил глаза, приподнимая уголки губ в улыбке, а затем кивнул Сонхва на дверь. Юноша цокнул языком и вышел.
Как только Сонхва пропал из поля зрения, в комнате наступила тишина. Так неловко, как бы они ни пытались сохранить серьезный вид. И одновременно с тем по-детски забавно.
Ведь такие игры, как и любые игры, учат нас многому. Человек сам по себе познает мир через игровой процесс. Поэтому Сонхва и выбрал такой формат. Он видел, как сложно Хонджуну давалась психология, поэтому и решил разбавить изучение именно такой постановкой. Потому что Сонхва хотелось, чтобы Хонджун разглядел в психологии по-своему интересную науку.
Дверь медленно открылась и на пороге вновь возник Сонхва. Он осмотрел комнату, сделав вид, что действительно только вернулся домой. Затем увидел Хонджуна и широко улыбнулся. Тем не менее, что-то было не так. У юноши уставший взгляд, чуть сгорбленная спина и слегка взъерошенные волосы.
— Привет, милый, — Сонхва зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. — Как день? Я снова задержался на работе.
Хонджун медленно моргнул и переключился. Взгляд стал стеклянным и недоверчивым, а руки сами по себе сложились на груди в защитном жесте.
— Привет, — сдержанно произнёс Хонджун. — Как мой день? Да так, ничего нового. Снова сидел и думал, пока Ынсу плакала и просилась к тебе, что ей сказать, что придумать. Хоть бы о ней подумал. Когда последний раз она видела тебя вечером? Ты дочь видишь только в выходные.
Хонджун раздражённо закатил глаза и спустя несколько секунд все же посмотрел на Сонхва.
— Задержался на работе… придумал бы что-то новенькое для разнообразия, может быть, я бы даже поверил, — Хонджун посмотрел на взъерошенные волосы Сонхва и поджал губы.
Сонхва тяжело вздохнул и отвёл взгляд.
— Но ведь это работа. Ты же понимаешь, что я не виноват? — Сонхва раздражённо всплеснул руками. — Я задерживаюсь, чтоб в конце месяца была нормальная зарплата. Думаешь, мне это нравится?
— Работа? А семья? — нахмурился Хонджун. — Как же удобно, всё спихивать на работу! — Хонджун взмахнул руками и сжал челюсти. — Да по тебе видно, что ты врёшь. Скажи честно, где ты был на самом деле.
— На работе, Джун. Я был на работе. Где я ещё могу быть в такое время? — Сонхва буравил Хонджуна взглядом. — На что ты намекаешь?
— Сонхва, а я и не знаю где ещё, посвяти меня? — он тяжело сглотнул. — Ты избегаешь нас. Это ведь очень хорошо видно. Ещё скажи, что жалеешь. Конечно же, как иначе. Надоели, заставляем тебя работать, уставать, — Хонджун отвёл взгляд и широко раскрыл глаза, а когда снова посмотрел на Сонхва, то глаза юноши заблестели, словно от непролитых слёз. — Хватит бегать вокруг да около. Просто скажи кто он и дело с концом.
— Джун, я устал от этих вечных подозрений. Я всего лишь стараюсь обеспечить семью. Но… Ты прав. Я избегаю, потому что я устал от вечных истерик. И вместо того, чтобы отдохнуть дома, мне приходится и здесь нервничать, — Сонхва нахмурился и сделал шаг назад. — Я больше не хочу говорить. Я хочу отдохнуть. Иди отвлекись.
— Конечно, давай, избегай этого разговора, — Хонджун усмехнулся и, покачав головой, нахмурился. — Легче всего отправить меня подальше от себя, ведь так? Зачем тогда это всё? Давай мы соберем вещи и уйдём, не будем мешать тебе отдыхать! — он учащённо задышал, по щеке скатилась слеза. Откуда она? Хонджун словно чувствовал схожесть с кем-то, но сейчас не мог подумать об этом.
— Ты думаешь, мне проще из-за того, что я сижу дома? Спрятался, как ты говоришь, в офисе и доволен, а я тут загибаюсь и вынужден отвечать на тысячи «почему» о том, почему папа больше не любит свою дочь и отводить подозрения, ведь она считает, что ты бросишь нас и больше не вернешься домой. Нравится? — Хонджун облизнул пересохшие губы и нервно застучал ногой по полу. — Не удивлюсь, если ты только этого и добиваешься.
— Я же сказал, что не хочу больше ничего обсуждать. Разве так сложно просто спокойно провести время вместе? Ты меня не слышишь? — Сонхва нахмурился ещё сильнее, а его руки сжались в кулаки. — Ты вообще не ценишь, что я делаю для семьи. Я устал. Хочу побыть один.
— Он устал, — Хонджун грустно усмехнулся, чувствуя, как сильнее злиться. — Конечно, наш работяга, который делает всё на пользу семьи. Ведь только ты стараешься, да? Это ты имеешь виду. Спасибо за обесценивание.
— Я даже не понимаю, что ты хочешь от меня. Сначала ты говоришь, что я тебе изменяю, теперь пытаешься упрекнуть в том, что я работаю. Так всё-таки… В чём я плохой? — Сонхва сложил руки на груди, закрываясь от Хонджуна. — Если ты не прекратишь сейчас же, я уйду из дома.
— Ты мне угрожаешь? — Хонджун тихо рассмеялся и прикрыл лицо рукой. — Ты заврался, Пак Сонхва. О работе я сейчас сказал только потому что ты начал намекать на то, что я ни черта не делаю, будучи дома. Так? Ты думаешь просто воспитывать ребёнка в одиночку? Конечно, уходи, — Хонджун махнул рукой на дверь. — Давай, давай. Только этого же ты и хотел. Иди к тому, кто тебя там ждёт. Где нет ни ребёнка, ни ревнивого мужа. Там спокойно и отдохнуть дадут и приласкают. Сказка.
— Блядь, Хонджун, у меня никого нет! Что ты придумываешь?! — буквально зарычал Сонхва. — Я ни разу не давал тебе повода. Какой же ты… Ты душишь меня. Я не хочу больше говорить. Это последнее предупреждение.
— Не смей кричать, Ынсу спит, — прошипел Хонджун. — Давай, разбуди дочь, пусть услышит, что ты угрожаешь мне тем, что бросишь нас. Уходи. Нет больше моих сил видеть тебя. Поступай так, как будет проще. Ведь ты только и делаешь, что убегаешь, прячешься и скрываешься, врешь. Иди. Мы справимся без тебя также, как и справлялись все это время.
— Хорошо, но потом не проси, чтобы я вернулся, — Сонхва кивнул и, раздраженно схватив свою сумку, вышел. Дверь хлопнула, словно финальная точка в их ссоре.
Прошло около полминуты. Сонхва вновь заглянул в комнату и зашёл обратно. Сонхва вздохнул и посмотрел на Хонджуна.
— Ну, как впечатления? — Сонхва подходит ближе и садится на пол, не отрывая взгляд от Хонджуна.
Хонджун развернулся следом. Юноша усмехнулся и, улыбнувшись, сел напротив Сонхва.
— Не думал, что так легко смогу вжиться в роль, — выдохнул Хонджун и приложил руку к груди. — У меня до сих пор сердце колотится.
И правда, ощущения были странными, но интересными.
Хонджун в очередной раз восхитился заинтересованностью Сонхва в деле и сам не заметил, как начал вникать, задаваться вопросами. Может быть, он лицемер? Уёну он сказал одно, но сейчас Хонджун понял, что его мнение точно отличалось от тех слов. Как же странно. Это путало, но он не хотел об этом сейчас думать. Хонджун улыбнулся Сонхва и отодвинул мысли на сторонние темы куда-то на дальние полки.
— Я был так удивлен тем, что ты пустил слезу. Это впечатляет, — Сонхва одобрительно улыбнулся.
Сонхва посмотрел на Хонджуна. Сейчас ему казалось, что Ким Хонджун невероятный и удивительный. И не скажешь, что две недели назад он вообще не хотел заниматься их проектом. Интересно, что сейчас чувствовал Хонджун, видя перед собой себя же?
— Как думаешь, почему твой герой себя так вёл? И что заставило моего героя хотеть убежать?
«Впечатляет». Тоже самое он хотел сказать и про Сонхва, но прикусил язык и не позволил себе этого сделать.
— М-м-м, сложно. Мой герой боялся остаться один, цеплялся к словам и придумывал то, чего нет, лишь бы объяснить самому себе свои страхи, найти им причины. — Хонджун постучал по подбородку и задумался, поскольку совсем не был уверен в том, что прав. — А твой испугался, решил избежать конфликта, вместо того, чтобы его решить и найти выход вместе. Выбрал самый простой исход… наверное.
— Дело в том, что твой герой на деле вообще не понимал, чего боится. Он подозревал своего супруга, потому что для тревожного типа привязанности это свойственно. Он боится, что ему найдут замену. В детстве, скорее всего, такого ребенка игнорировали во время ссор. И дети испытывают в этот момент те же чувства, что испытывают те, кто умирает и выделяются те же гормоны, представляешь? — Сонхва грустно усмехнулся, посмотрел на свои руки и продолжил:
— Тревожный тип очень ранимый. Они так ведут себя в ссорах, потому что пытаются от избегающих получить хоть какие-то эмоции. Увидеть, что им не все равно. Потому что эмоции для них это — любовь. Тревожному типу всегда важно внимание, чтоб их значимость подтверждали, но они делают это не со зла. Они просто глубоко раненные люди, но они действительно сильно любят. Так сильно, что это душит не только их, но и таких, как мой герой.
— Это… очень печально звучит, — Хонджун сжал губы в тонкую линию и отвёл взгляд в сторону.
«Найдут замену», забудут и перестанут любить. Перед глазами сразу возник знакомый образ друга. Хонджун подумал об Уёне, о себе. На мгновение стало даже как-то дурно, потому что это всё слишком похоже на них обоих.
Недавно, в одной из книг, что ему сказал прочитать Сонхва, Хонджун увидел строчку о том, что травмы притягиваются друг к другу.
Ему не хотелось верить в то, что они нашли с Уёном друг друга только поэтому. Он всегда любил и ценил Уёна. Снова он обо всём этом задумывался. Снова начинал думать о том, что противоречит сам себе. Хонджун просто запутался и не понимал, что чувствовал, что с ним происходило. Его тянуло куда-то очень сильным напором. Хонджун в растерянности хотел, чтобы кто-то распутал этот узел, но понимал, что никто, кроме него самого этого не сможет сделать.
— Мне даже понравилось, если честно, — чуть смущённо отозвался Хонджун.
— Я очень рад этому, — Сонхва улыбался и что-то записывал в тетрадь. — А вот мой герой… У него, скорее всего, гиперопекающие родители и он хочет сохранить свое личное пространство, которое у него когда-то отняли. Либо же… Он в далеком прошлом получил травму относительно доверия и решил, что больше такого не повторится. Поэтому не позволяет себе чувствовать, закрывается и тоже боится быть непонятым. У него чувства будто бы в режиме энергосбережения. Для него любой конфликт, что нормально в практике отношений, является красным сигналом, и он начинает обороняться не самым лучшим способом. Убегает.
Сонхва сделал ещё одну заметку и вновь посмотрел на Хонджуна.
— Теперь нам нужно разыграть сценку, где в отношениях здоровый тип привязанности. Ситуация та же самая, но они умеют разговаривать. Попробуем? Теперь ты приходишь домой, а я жду тебя.
Хонджун удивлённо посмотрел на Сонхва, но затем пожал плечами и кивнул.
— Хорошо, да, — Хонджун потянулся, наблюдая за тем, как Сонхва поднимался с пола.
