Сталь и сердце

Сэм Уитвики стоял на пороге небольшого дома в пригороде, глядя на пыльный двор и покосившийся забор. Солнце лениво клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие оранжевые тона. Дом был старым, с облупившейся белой краской и высокими потолками и дверными проёмами — специально выбранный, чтобы Бамблби мог комфортно заходить внутрь, не превращаясь в свой автомобильный облик. Хотя домом это было сложно назвать. Скорее большой ангар, в котором может жить человек. После войны с десептиконами жизнь стала другой. Тишина казалась непривычной, почти оглушительной после всех взрывов, криков и рева двигателей. Сэм глубоко вдохнул прохладный воздух и улыбнулся. Это был их новый старт. Рядом послышался знакомый гул трансформации. Бамблби, высокий и массивный, с жёлто-чёрной бронёй, блестящей в лучах заката, выпрямился во весь рост. Его оптика мягко светилась голубым, а движения были чуть неуклюжими, будто он всё ещё привыкал к мирной жизни. Голосовой модуль, который Рэтчет починил пару месяцев назад, теперь работал идеально, и Бамблби наслаждался возможностью говорить, а не полагаться на радио. — Сэм, малыш, это место… странное, — произнёс он, его голос был глубоким, с лёгким металлическим оттенком, но удивительно тёплым. — Почему оно такое маленькое?  Сэм повернулся к нему, засунув руки в карманы джинсов. Его тёмные волосы слегка растрепались от ветра, а в карих глазах мелькнула искренняя радость.  — Это называется "дом", Би. Здесь люди живут. Не всё же время в ангарах или на базах прятаться, — он пожал плечами. — И оно не маленькое, просто ты привык к огромным пространствам Кибертрона.  Бамблби наклонил голову, будто обдумывая слова. Его пальцы слегка шевельнулись, и он сделал шаг к крыльцу, осторожно, чтобы не продавить деревянные ступени.  — Дом… — повторил он задумчиво. — А что делают в "доме"?  — Живут, — Сэм хмыкнул, открывая дверь. — Едят, спят, смотрят телик. Иногда просто болтают. Заходи, покажу.  Внутри было скромно: очень большой потёртый диван, старый телевизор, кухня с деревянным столом. Высокие потолки делали пространство чуть менее тесным для автобота. Бамблби вошёл, пригнувшись под дверным косяком, и замер, осматриваясь.  — Это… уютно? — спросил он, и в его голосе чувствовалась неуверенность.  — Ага, уютно, — Сэм бросил ключи на стол и плюхнулся на диван. — Садись, если хочешь. Только осторожно, мебель не выдержит твоего веса.  Бамблби хмыкнул — звук был почти человеческим — и остался стоять, скрестив руки на груди.  — Я лучше постою, малыш. Не хочу ломать твой "дом".  Сэм усмехнулся, но в этот момент его телефон коротко завибрировал. Он вытащил его из кармана и замер, увидев сообщение:  «Эй, малыш, что такое кофе?» Сэм моргнул, потом медленно поднял взгляд на Бамблби, который смотрел на него с лёгкой улыбкой в оптике.  — Ты серьёзно? Ты только что это написал? — Сэм не сдержал смеха. — Би, ты стоишь в двух метрах от меня! Зачем писать?  — Рэтчет сказал, что это "человеческая штука". Хотел попробовать, — Бамблби пожал плечами, и его броня слегка звякнула. — Ну так что это? Кофе?  Сэм покачал головой, всё ещё посмеиваясь.  — Это напиток. Горячий, чёрный, пахнет как… ну, как энергия в жидком виде. Завтра покажу.  Бамблби кивнул, явно удовлетворённый ответом, и Сэм почувствовал тепло в груди. Эти маленькие моменты — такие простые, такие обыденные — значили больше, чем все битвы, которые они пережили вместе.  Но идиллия длилась недолго. Через час телефон снова завибрировал, на этот раз с голосом Оптимуса Прайма на том конце линии. Его низкий, властный тон был спокоен, но требовал внимания:  — Сэм, Бамблби. Завтра в полдень. Собрание автоботов. Нам нужно обсудить будущее.  Сэм вздохнул, бросив взгляд на Бамблби, который уже насторожился.  — Опять собрание? Мы же только начали отдыхать, — проворчал Сэм.  — Оптимус не отдыхает, малыш, — Бамблби подошёл ближе, положив тяжёлую руку ему на плечо. — И мы тоже. Это наш долг.  Сэм закатил глаза, но кивнул.  — Ладно, герой. Но после собрания — никаких миссий. Только ты, я и этот дом. Договорились? — Договорились, — Бамблби слегка сжал его плечо, и Сэм почувствовал, как его сердце забилось чуть быстрее.  Солнце уже село, и в доме царила уютная полутьма, нарушаемая только мягким светом лампы на столе. Сэм сидел на диване, лениво листая журнал о мотоциклах, а Бамблби стоял у окна, глядя на звёзды, которые начали проступать на тёмном небе. После их первого дня в новом доме между ними повисла лёгкая, но приятная тишина — та, что бывает, когда слова не нужны, чтобы чувствовать связь.  Бамблби вдруг повернулся, его оптика мигнула, и он сказал, нарушив молчание:  — Малыш, ты заметил, какие тут яркие звёзды? На Кибертроне такого не было.  Сэм поднял взгляд от журнала, слегка нахмурившись. Это был не первый раз, когда Бамблби называл его так, но сейчас он решил не пропускать это мимо ушей.  — Би, а почему ты всё время зовёшь меня "малыш"? — спросил он, отложив журнал на подушку. — Я же не ребёнок.  Бамблби наклонил голову, будто задумался, и его броня слегка звякнула, когда он скрестил руки. Его голос, глубокий и чуть металлический, стал мягче:  — Потому что ты маленький, Сэм. По сравнению со мной. И… — он замялся, подбирая слова, — ты важный. Как что-то, что нужно защищать.  Сэм моргнул, не ожидая такого ответа. Он встал с дивана и подошёл к Бамблби, глядя на него снизу вверх — действительно, разница в росте была огромной, но дело было не только в этом.  — Защищать? — переспросил он, скрестив руки в шутливой попытке казаться серьёзнее. — Я, между прочим, сражался с десептиконами. Не такой уж я и малыш.  Бамблби хмыкнул — звук был почти человеческим, с лёгкой насмешкой.  — Ты храбрый, малыш. Но всё равно маленький. И мне нравится так тебя называть. Это… как у вас, людей, говорят? Ласково?  Сэм почувствовал, как его щёки слегка покраснели, и отвёл взгляд, делая вид, что смотрит в окно.  — Ласково, значит, — пробормотал он, но уголки его губ дрогнули в улыбке. — Ладно, железяка, зови как хочешь. Только не при всех, а то Айронхайд будет ржать до конца дней.  — Айронхайд и так ржёт, — Бамблби шагнул ближе, положив тяжёлую руку ему на плечо. — Но я буду звать тебя так только когда мы одни. Договорились?  Сэм посмотрел на него, чувствуя тепло от этого прикосновения, и кивнул.  — Договорились, Би. Но если я начну звать тебя "большой", не удивляйся.  Бамблби рассмеялся — настоящий смех, глубокий и тёплый, который эхом отразился в комнате.  — Зови, Сэмми. Мне нравится, когда ты придумываешь что-то своё.  Сэм закатил глаза, но его улыбка стала шире. Он не стал признавать вслух, но это прозвище — "малыш" — начало ему нравиться. В нём было что-то личное, что-то, что связывало их сильнее, чем все битвы и миссии. И, может быть, это была ещё одна маленькая часть их "новой нормы".

***

Утро началось с запаха горелого масла. Сэм стоял на кухне, в одной руке сковородка, в другой лопатка, и смотрел на чёрный дым, поднимающийся к потолку. Бамблби, склонившись над плитой, пытался понять, что пошло не так. Его массивная фигура выглядела нелепо на маленькой кухне в этом большом ангаре, а жёлтые пластины брони блестели в утреннем свете, льющемся через окно.  — Малыш, я же сделал, как ты сказал! — голос Бамблби звучал почти обиженно. — Нагрел масло, положил эти… как их… яйца?  Сэм закашлялся от дыма, но не смог сдержать улыбку.  — Би, ты не просто "нагрел", ты превратил сковородку в вулкан! Надо было огонь убавить.  Бамблби выпрямился, держа в руках дымящуюся сковороду, и его оптика мигнула.  — Огонь? Это как энергия? Я думал, чем больше, тем лучше.  — Не в этом случае, — Сэм открыл окно, впуская свежий воздух. — Давай попробуем ещё раз. Смотри внимательно.  Он вытащил новую сковороду, налил немного масла и включил плиту на средний огонь. Бамблби наклонился ближе, его лицо — если можно так назвать металлическую маску с яркими глазами — было полно любопытства. Сэм разбил яйцо, и оно зашипело на сковороде, медленно превращаясь в аккуратную яичницу.  — Вот, видишь? Медленно и спокойно, — Сэм протянул лопатку Бамблби. — Теперь ты.  Бамблби взял лопатку с осторожностью, будто это было оружие, и неловко подцепил яйцо. Оно тут же развалилось, и он замер.  — Я сломал его, — сказал он тихо, почти виновато.  Сэм рассмеялся, хлопнув его по руке — насколько это было возможно с металлической поверхностью.  — Ничего страшного, Би. Это еда, а не трансформер. Попробуй ещё раз.  Второй заход был чуть лучше: яйцо осталось целым, хоть и выглядело как абстрактная картина. Бамблби гордо поднял сковороду, показывая своё творение.  — Это… нормально? — спросил он.  — Это шедевр, — Сэм подмигнул, и они оба рассмеялись.  Они сели за стол — Сэм на стуле, а Бамблби просто прислонился к стене, чтобы не раздавить мебель. Сэм откусил кусок яичницы и кивнул.  — Неплохо для первого раза. Завтра научу тебя делать тосты.  — Тосты? — Бамблби наклонил голову. — Это тоже еда?  — Ага. Хлеб, масло, немного огня. Просто, как ты любишь, — Сэм улыбнулся, глядя на него.  Бамблби молчал, но его оптика светилась чуть ярче. Он смотрел на Сэма так внимательно, будто пытался запомнить каждое слово, каждый жест.  — Ты странный, малыш, — сказал он наконец. — Учишь меня этим вещам. Зачем?  Сэм отложил вилку, задумавшись.  — Потому что ты мой друг, Би. И я хочу, чтобы ты понял, каково это — жить как человек. Не только сражаться, но и… просто быть.  Бамблби кивнул, и в его голосе появилась мягкость:  — Мне нравится быть с тобой, Сэм. Это… тепло.  Сэм почувствовал, как его щёки слегка покраснели, и быстро отвёл взгляд, делая вид, что сосредоточен на еде.  — Ну, это и есть человечность, — пробормотал он. — Тепло, хаос и подгоревшие яйца.  Бамблби хмыкнул, и они продолжили завтракать в уютной тишине. Но в какой-то момент Сэм поймал себя на том, что украдкой смотрит на своего друга. На то, как свет играет на его броне, как он аккуратно держит вилку, которую Сэм дал ему "просто попробовать подержать". И в груди Сэма что-то сжалось — не страх, не тревога, а что-то новое, чему он пока не мог дать имя. 

***

Собрание автоботов проходило на заброшенной военной базе в нескольких милях от города. Огромный ангар гудел от голосов и звука трансформаций. Оптимус Прайм стоял в центре, его массивная фигура возвышалась над всеми. Красные и синие пластины брони сияли, а голос гремел, как далёкий гром:  — Мы победили десептиконов, но наша миссия не окончена. Земля теперь наш дом, и мы должны защищать её. Сэм стоял рядом с Бамблби, чувствуя себя маленьким среди этих гигантов. Айронхайд, с его грубой манерой и вечным ворчанием, проверял пушки, а Джаз лениво крутил колесо в руках, напевая что-то из радио. Рэтчет, как всегда, возился с каким-то оборудованием, бормоча о "примитивных человеческих технологиях".  — Оптимус прав, — сказал Бамблби, глядя на лидера. — Мы нужны здесь, Сэм. — Знаю, — Сэм вздохнул. — Просто думал, что хоть немного поживём спокойно.  И тут Оптимус сделал шаг вперёд, подняв руку.  — У нас новый союзник. Уилджек, покажись.  Из тени ангара вышел ещё один автобот. Высокий, с серо-зелёной бронёй и острыми шипами на плечах, он выглядел как воин, привыкший к хаосу. Его оптика сверкала золотым, а голос был резким, с лёгким сарказмом:  — Привет, земляне и автоботы. Уилджек к вашим услугам. Оптимус вытащил меня из очередной передряги на Кибертроне.  Бамблби шагнул вперёд, явно заинтересованный.  — Ты сражался там? После войны? — спросил он.  — Ага, — Уилджек ухмыльнулся. — Десептиконы не сдаются так легко. У меня есть пара историй, если хочешь послушать.  Сэм заметил, как Бамблби кивнул, и его оптика загорелась. Они начали говорить — о битвах, о Кибертроне, о вещах, которые Сэм понимал лишь наполовину. И с каждой минутой он чувствовал, как что-то сжимается внутри. Уилджек был… слишком ярким. Слишком уверенным. И Бамблби явно был впечатлён.  — Эй, Би, — Сэм тронул его за руку. — Ты идёшь домой после этого, да?  — Конечно, Сэмми, — Бамблби повернулся к нему, но тут же снова посмотрел на Уилджека. — Только послушаю, что он скажет.  Сэм кивнул, но его улыбка вышла натянутой. Он отошёл к стене, скрестив руки, и стал наблюдать. Уилджек рассказывал что-то с широкими жестами, а Бамблби смеялся — настоящий смех, не радио-шум. И Сэм вдруг понял, что впервые за долгое время чувствует себя лишним.  — Что с тобой, парень? — Айронхайд подошёл, его голос был грубым, но не злым.  — Ничего, — буркнул Сэм.  — Врёшь, — Айронхайд ткнул его пальцем в плечо. — Ревнуешь, что ли?  — Я? К кому? — Сэм фыркнул, но щёки предательски покраснели.  — К новенькому, — Айронхайд кивнул на Уилджека. — Не переживай. Бамблби твой. Он всегда возвращается к тебе.  Сэм закатил глаза, но слова Айронхайда немного успокоили его. Он посмотрел на Бамблби, всё ещё болтающего с Уилджеком, и подумал, что, может, это просто глупости. Но укол в груди никуда не делся. 

***

Ночь опустилась на маленький городок, укутывая его в мягкий полумрак. В доме с высокими потолками горел тусклый свет настольной лампы, отбрасывая длинные тени на стены. Сэм сидел на диване, лениво листая каналы телевизора, но его мысли были где-то далеко. После собрания автоботов он не мог выкинуть из головы Уилджека — этого новенького, с его громким голосом и самоуверенной манерой держаться. А ещё больше его раздражало то, как Бамблби смотрел на него, будто тот был каким-то героем из легенд Кибертрона.  Сэм бросил пульт на подушку и потёр виски. «Это глупо,» — подумал он. Бамблби был его другом, его самым близким… чем-то. Он не мог точно подобрать слово, но знал, что Би всегда возвращался к нему. Так почему же этот Уилджек так его бесит?  Телефон завибрировал на столе, выдернув Сэма из размышлений. Он взял его и увидел сообщение:  «Малыш, Уилджек знает такие истории! Он рассказывал про битву у Красных пустошей. Ты бы слышал!» Сэм нахмурился, глядя на экран. Бамблби был где-то на улице — он сказал, что хочет "прогуляться", что для автобота означало покататься по пустым дорогам. Но теперь, похоже, он болтал с Уилджеком. Сэм стиснул зубы и напечатал ответ:  «Занят. Смотрю телик.» Он отправил сообщение и откинулся на спинку дивана, чувствуя, как внутри закипает что-то неприятное. Через минуту телефон снова ожил:  «Ты злишься, малыш? Что-то не так?» Сэм закатил глаза. Конечно, Бамблби заметил. Он всегда замечал, даже когда Сэм пытался это скрыть. Но сейчас ему не хотелось разбираться в своих чувствах — или признавать, что они вообще есть.  «Нет. Просто устал. Спокойной ночи, Би.» Он выключил телефон и бросил его на стол, надеясь, что это прекратит разговор. Но тишина в доме стала ещё тяжелее. Сэм встал, прошёлся до кухни и налил себе воды, пытаясь отвлечься. В голове крутился голос Уилджека — резкий, саркастичный, полный историй, которых у Сэма никогда не будет. Он не сражался на Кибертроне. Он не был автоботом. Он был просто человеком, который однажды случайно оказался в центре войны.  Через полчаса послышался знакомый гул двигателя. Бамблби вернулся. Дверь скрипнула, и он вошёл, пригнувшись под косяком. Его оптика мягко светилась в полумраке, и он сразу заметил Сэма, стоящего у окна с кружкой в руках.  — Малыш, ты не спал? — голос Бамблби был тёплым, но с лёгкой ноткой беспокойства.  — Не хотелось, — Сэм пожал плечами, не оборачиваясь. — Как твоя прогулка?  — Хорошо. Уилджек классный. Он знает столько всего, — Бамблби подошёл ближе, его шаги были тяжёлыми, но осторожными. — Хочешь, расскажу?  — Не особо, — Сэм поставил кружку на подоконник чуть резче, чем хотел. — Я не в настроении для историй про Красные пустоши или что там ещё.  Бамблби замолчал. Его оптика мигнула, и он скрестил руки, явно пытаясь понять, что происходит.  — Ты точно злишься, — сказал он наконец. — Почему?  — Я не злюсь, Би. Просто… — Сэм повернулся, глядя ему в лицо. — Забей. Это ерунда.  — Не ерунда, если ты так говоришь, — Бамблби шагнул вперёд, его голос стал мягче. — Скажи мне, малыш. Я хочу знать.  Сэм открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли. Что он мог сказать? «Мне не нравится, что ты болтаешь с этим Уилджеком»? Это звучало бы жалко. И всё же он чувствовал, как что-то внутри рвётся наружу — смесь обиды и чего-то более глубокого, чего он боялся назвать.  — Просто иди спать, Би, — сказал он тихо. — Или что вы, автоботы, делаете вместо сна.  Бамблби не двинулся с места. Он смотрел на Сэма, и в его молчании было больше вопросов, чем в словах. Наконец он кивнул.  — Ладно. Спокойной ночи, малыш.  Он ушёл в угол комнаты, где обычно "отдыхал", подключаясь к зарядке, которую Рэтчет смастерил для него. Сэм смотрел ему вслед, чувствуя себя ещё хуже, чем до этого. 

***

Днём городок ожил. На главной улице загудели машины, а в воздухе запахло свежескошенной травой. Сэм стоял у входа в дом-ангар, возясь с мотоциклом, который он купил на прошлой неделе. Это был старый "Харли", потрёпанный, но с характером. Ему нравилось копаться в железе — это отвлекало от мыслей.  Бамблби был рядом, в своём автомобильном облике — ярко-жёлтый Camaro с чёрными полосами. Он молчал, что было необычно, и Сэм чувствовал его взгляд, даже не видя оптики. После разговора между ними повисла странная неловкость, и Сэм не знал, как её разрядить.  — Эй, Би, подай мне ключ на 12, — крикнул он, вытирая руки тряпкой.  Капот Бамблби шевельнулся, и из бардачка вылетел гаечный ключ, приземлившись прямо в руку Сэма.  — Спасибо, — буркнул Сэм, возвращаясь к работе.  — Ты всё ещё злишься, — голос Бамблби раздался из динамиков, тихий, но настойчивый. — Я слышу это, малыш.  — Я не злюсь, — Сэм стукнул ключом по болту чуть сильнее, чем нужно. — Просто работаю.  Бамблби трансформировался, поднимаясь во весь рост. Он скрестил руки и наклонил голову, глядя на Сэма сверху вниз.  — Ты врёшь. Я знаю тебя, Сэм.  Сэм хотел огрызнуться, но тут на улице послышался рёв двигателя. Он поднял голову и увидел знакомый чёрный пикап, подъезжающий к дому. Дверь открылась, и из машины вышла Микаэла Бейнс. Её длинные тёмные волосы были собраны в небрежный хвост, а в руках она держала ящик с инструментами. Она выглядела так же, как раньше — уверенная, с лёгкой улыбкой, от которой у Сэма всегда замирало сердце. Они уже давно расстались, перестали испытывать чувства, но всё равно остались хорошими друзьями. — Сэм Уитвики, ты всё ещё жив? — крикнула она, подходя ближе.  — Микаэла? — Сэм выпрямился, вытирая руки о джинсы. — Что ты тут делаешь?  — Приехала по делам. Работаю с военными, помогаю чинить их рухлядь, — она поставила ящик на землю и обняла его. — А ты как?  — Нормально, — Сэм улыбнулся, обнимая её в ответ. — Рад тебя видеть.  — Привет, Бамблби! Бамблби молчал. Он стоял неподвижно, но его оптика сузилась, следя за каждым движением Микаэлы. Сэм заметил это краем глаза, но не придал значения.  — Странный он какой-то… Это твой новый проект? — Микаэла кивнула на мотоцикл. — Хочешь, помогу? Я всё ещё лучше тебя с железом.  — Ха, посмотрим, — Сэм подмигнул ей, и они начали болтать, как в старые времена.  Бамблби отошёл к гаражу, прислонившись к стене. Его пальцы слегка сжались, и он смотрел, как Сэм смеётся над шуткой Микаэлы. Что-то в этом зрелище заставило его процессоры загудеть чуть громче. Он не понимал, почему ему это не нравится. Микаэла была другом Сэма, частью их общей истории. Но её улыбка, её лёгкое прикосновение к плечу Сэма… это было слишком.  Вечером, когда Микаэла уехала, пообещав заглянуть завтра, Сэм вошёл в дом и нашёл Бамблби у окна. Тот стоял спиной, глядя на дорогу.  — Эй, Би, ты в порядке? — спросил Сэм, бросая куртку на диван.  — Да, — голос Бамблби был ровным, но холодным. — Она хорошая. Микаэла.  — Ага, она классная, — Сэм кивнул, не замечая напряжения. — Всегда была такой.  — Ты много смеялся с ней, — Бамблби повернулся, и его оптика встретилась с глазами Сэма. — Больше, чем со мной сегодня.  Сэм моргнул, не ожидая такого.  — Ты что, серьёзно? Это просто Микаэла, Би. Мы друзья.  — Друзья, — повторил Бамблби, и в его голосе мелькнула странная нотка. — Хорошо. Спокойной ночи, малыш.  Он ушёл к своей зарядке, оставив Сэма в недоумении. 

***

Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Сэм сидел на крыльце, глядя на пустую дорогу. Бамблби был где-то в поле за домом — Сэм слышал гул его двигателя, но не пошёл проверять. После вчерашнего разговора и ещё одного сегодняшнего визита Микаэлы между ними выросла стена, и Сэм не знал, как её сломать.  Наконец Бамблби вернулся. Он трансформировался и подошёл к крыльцу, остановившись в паре шагов от Сэма.  — Ты весь день молчишь, Сэм, — сказал он, скрестив руки. — Что не так?  — Это ты молчишь, — Сэм встал, глядя на него снизу вверх. — С тех пор, как Микаэла приехала, ты как будто в другой галактике.  — Я? — Бамблби шагнул ближе. — А ты? Ты весь день с ней болтал, смеялся, а меня будто не было! — Потому что она приехала в гости! — Сэм повысил голос. — А ты шатался с Уилджеком и писал мне про его дурацкие истории!  — Уилджек — мой товарищ! — Бамблби стукнул кулаком по перилам, и дерево треснуло. — А Микаэла… она смотрит на тебя так, будто ты её герой!  — О, да ладно тебе! — Сэм фыркнул. — Ты ревнуешь, что ли?  — Ревную? — Бамблби замер, его оптика мигнула. — А ты? Ты злишься из-за Уилджека! Я же вижу!  Сэм открыл рот, чтобы возразить, но замолчал. Он и правда злился. И ревновал. И ненавидел себя за это.  — Может, и злюсь, — сказал он наконец, глядя в сторону. — Но ты сам начал это, Би. Ты с ним как… не знаю, как будто он круче меня.  — А ты с ней как будто забыл, что я тут, — голос Бамблби стал тише, но в нём было больше боли, чем гнева. — Ты мой малыш, Сэм. Не её.  Сэм посмотрел на него, и что-то в его груди дрогнуло. Он шагнул вперёд и положил руку на броню Бамблби, чувствуя холод металла под пальцами.  — А ты мой, Би, — сказал он тихо. — Не Уилджека.  Они стояли так несколько секунд, глядя друг на друга. Закат освещал их лица, и напряжение медленно растворялось.  — Прости, малыш, — Бамблби опустил голову. — Я не хотел.  — И я, — Сэм улыбнулся. — Давай забудем?  — Давай, — Бамблби кивнул, и его оптика засияла чуть ярче. 

***

На следующий день Сэм решил навестить автоботов. База была шумной — Джаз гонял круги, Рэтчет ругался на сломанный сканер, а Айронхайд полировал свои пушки. Бамблби был там же, помогая Рэтчету, но держался чуть дальше от Сэма, будто проверяя, всё ли между ними нормально после вчера.  Сэм присел на ящик, наблюдая за работой. Но его мысли всё ещё крутились вокруг их спора. Он не знал, как назвать то, что чувствовал к Бамблби. Дружба? Да. Но было что-то ещё, что-то большее.  — Эй, парень, — Айронхайд подошёл, вытирая руки тряпкой. — Ты чего кислый?  — Я не кислый, — Сэм пожал плечами. — Просто думаю.  — Думает он, — Айронхайд фыркнул. — Вы с Бамблби вчера поругались, да?  Сэм удивлённо поднял взгляд.  — Откуда знаешь?  — Я не слепой, — Айронхайд ткнул его в плечо. — Он весь день на тебя косится, а ты сидишь тут и ныть начинаешь. Что стряслось?  — Да ничего особенного, — Сэм вздохнул. — Просто… Уилджек, Микаэла. Всё запуталось.  — Ревность, значит, — Айронхайд хмыкнул. — Слушай сюда, парень. Бамблби твой. И ты его. Так что не ной, а иди и поговори с ним.  — Поговорить? — Сэм усмехнулся. — Мы вчера вроде разобрались.  — Вроде — не значит точно, — Айронхайд скрестил руки. — Вы, люди, вечно всё усложняете. Скажи ему, что он тебе нужен, и дело с концом.  Сэм задумался. Может, Айронхайд прав? Он посмотрел на Бамблби, который как раз поднял голову и встретился с ним взглядом.  — Ладно, — Сэм встал. — Спасибо, старик.  — Не старик я, — буркнул Айронхайд, но в его голосе мелькнула улыбка.  Сэм подошёл к Бамблби, который тут же отложил инструмент.  — Малыш, ты в порядке? — спросил он.  — Ага, — Сэм кивнул. — Просто хотел сказать… ты мне нужен, Би. Без всяких Уилджеков и Микаэл. Просто ты.  Бамблби улыбнулся — не оптикой, а всем своим видом.  — И ты мне, Сэм. Всегда.