Просто скажи да

Лань Ванцзи услышал приближение Вэй Усяня раньше, чем увидел его, благодаря быстрым шагам по деревянному полу и возмущённым возгласам, которые становились всё громче. Лань Ванцзи закрыл глаза и тихо вздохнул, прежде чем закрыть книгу, которую читал, аккуратно положив её на стол перед собой, и повернул голову к дверям Библиотечного павильона, которые наконец распахнулись. Серебряные глаза встретились с золотыми. — Лань Чжань! Вэй Усянь оглядел библиотеку внимательным взглядом, затем метнулся внутрь, поспешно закрыв за собой двери, и, пробежав по полу, сел рядом с ним. Он был в беспорядке: одежда помята, волосы растрепаны. Лань Ванцзи особенно сильно проклинал прядь волос, которая зацепилась за его нижнюю губу и все никак не отцеплялась, пока он говорил. — Лань Чжань, я думаю, твой дядя пытается убить меня! Лань Ванцзи поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с собеседником, и нахмурился. Он знал, что Вэй Усянь сегодня остался с дядей, но считал это заявление маловероятным. В последнее время они неплохо ладили, и этот факт одновременно смущал и радовал его. Вэй Усянь невозмутимо продолжил: — Либо у него отклонение ци, либо он совершил ужасную ошибку, и я не знаю, что мне делать! Неистовые движения на мгновение прекратились, когда собеседник наклонился к нему. — Лань Чжань, — начал он низким дразнящим голосом, которого Лань Ванцзи одновременно боялся и желал, — ты ведь не рассказал своему дяде о моей недавней маленькой шутке, да? Я думал, что мы уже прошли через это, потому что, знаешь, мы друзья, и это действительно было очень забавно, и никто не пострадал, и ты тоже перегибаешь палку, рассказывая ему об этом. Мне потребовалась целая вечность, чтобы заставить Не-сюна доверить… — Вэй Ин, — перебил он, останавливая поток бессмыслицы, — Что случилось? Вэй Усянь швырнул книгу, которую держал в руках, на стол перед ними. Лань Ванцзи посмотрел на нее, а затем снова на Вэй Усяня. — Открой ее, — потребовал он, подходя ближе и опираясь руками на стол. Лань Ванцзи нахмурился, увидев его позу. Вэй Усянь встретился с ним взглядом, прежде чем закатить глаза и драматично вздохнуть. Однако, он откинулся назад и сел как положено. Лань Ванцзи снова сосредоточился на лежащей перед ним книге. Она была переплетена в привычном стиле других книг, которые можно было найти в библиотеке, и имела небольшой штамп Облачных Глубин в нижнем углу, что однозначно указывало на то, что это один из их текстов. Хотя на обложке книги не было названия, в ней, на первый взгляд, казалось, не было ничего откровенно плохого. Он открыл книгу и тут же сердито посмотрел на Вэй Усяня за то, что тот снова решил его разыграть. Он снова почувствовал, как краснеют его уши, когда его взгляд упал на изображение двух мужчин, тесно переплетенных в объятиях. — Видишь! Я не понимаю! — снова начал Вэй Усянь, откинувшись на спинку стула и постукивая по раскрытой книге, не позволяя Лань Ванцзи снова ее закрыть, — Он хотел отдать это мне? Если да, то почему… — Вэй Ин! Вэй Усянь усмехнулся, едва отстранившись от Лань Ванцзи. — Лань Чжань, не смотри на меня так! Я серьёзно! Я не пытаюсь снова тебя разыграть! Это твой дядя дал мне ее! Он вручил мне это с совершенно серьёзным видом и сказал, чтобы я прочитал ее самостоятельно и завтра вернулся с вопросами! Лань Ванцзи был склонен не верить известному обманщику, но заметил, с какой искренностью тот утверждал о своей невиновности, а также ужасно милую розовую пыльцу на его скулах. Он глубоко вздохнул и снова посмотрел на страницу. Это казалось странным выбором со стороны его дяди. — Лань Чжань, твой дядя — обрезанный рукав? Лань Ванцзи покачал головой и почувствовал, как в груди у него что-то сжалось. Он нахмурился, глядя на книгу, и начал просматривать написанное. — Тогда почему? — Это учебный текст, — ответил Лань Ванцзи, желая, чтобы этот разговор закончился как можно скорее. Каждое слово в этом разговоре было шагом вперед к признанию его собственных чувств к Вэй Усяню. Он не мог так поступить с ним. Он не мог вынести отвращение Вэй Усяня. — А? — Вэй Усянь снова наклонился и выхватил книгу из рук Лань Ванцзи. Он наблюдал, как Вэй Усянь с нескрываемым интересом листает страницы, и чувствовал, как у него краснеют уши, как кровь приливает к ним, горячо и быстро. Это была абсолютно неприемлемая ситуация. — Почему это находится в вашей библиотеке? Лань Ванцзи попытался успокоить свои чувства и подавить худшие из них. — У нас подобных много. Нам со старшим братом подарили их, когда мы достигли совершеннолетия. Они для двойного совершенствования. Дядя хотел, чтобы у нас была обширная база знаний. Лично он лишь бегло просмотрел их. И уже начал об этом жалеть. Было трудно достать эти тексты из Запретной Зоны Библиотеки, не привлекая внимания. Возможно, ему удастся убедить Вэй Усяня позволить вернуть эту книгу на место. — Значит, ты уже читал это и другие? — спросил Вэй Усянь с игривой ноткой в голосе, — Ах, и всё же ты так разволновался, когда я спрятал другую эротику в твоих стихах! Как подло с твоей стороны было разрывать ту книгу, когда ты ещё более бесстыжий, чем я! — Знаешь, это довольно интересно, — отстранённо сказал Вэй Усянь, возвращая внимание к чтению, — Я имею в виду, что мне не нравятся мужчины в этом смысле, так что не понимаю, зачем твой дядя дал мне это? Тяжёлое чувство, которое испытывал Лань Ванцзи, сменилось безнадёжной пустотой, быстро переросшей в жгучее чувство неловкости и стыда. Другой парень продолжал, не замечая, как буря бушует в душе Лань Ванцзи: — Я имею в виду, я ведь всегда флиртовал с девушками, верно? Откуда ему в голову вообще пришла такая идея? Разве он не должен был дать мне другие книги? Лань Ванцзи наблюдал за тем, как Вэй Усянь продолжал читать, ни разу не взглянув на него, и его болтовня постепенно становилась всё менее похожей на разглагольствования в адрес Лань Ванцзи и всё более похожей на разговор с самим собой. — Просто, знаешь, у всех иногда возникают такие мысли, верно? Знаешь, Лань Чжань, может, это твоя вина. Лань Ванцзи не знал, что можно так сильно испугаться из-за простых слов. Его сердце сжалось, он неожиданно для себя резко выдохнул. — Твой дядя, кажется, всегда знает, о чём я думаю, и, честно говоря, иногда я думал о том, как бы мне хотелось тебя поцеловать. Ты невероятно красив, Лань Чжань, ты знал об этом? Но я уверен, что все так думают… Самообладание Лань Ванцзи, которое держалось словно на тончайшей шёлковой нити, резко оборвалось. Лицо Вэй Усяня оказалось между его ладоней, и их губы соприкоснулись всего на мгновение. Он услышал вздох у своих губ и почувствовал, как руки легли ему на плечи, но не оттолкнули. Вместо этого он ощутил, как пальцы впиваются в ткань его одежд, когда он опустился на колени, нависая над Вэй Усянем, и продолжил целовать его губы, и, о, они были такими же мягкими, как он и представлял. Он заскользил руками по его подбородку, обхватил затылок парня и запустил пальцы в длинные чёрные пряди. Он отстранился всего на мгновение. Как раз достаточно времени, чтобы увидеть теплый румянец на щеках Вэй Усяня и то, как растрепались его волосы. Затем чужие руки оказались на его собственном лице, и Вэй Усянь ринулся вперед, снова соединив их губы. Лань Ванцзи даже слегка испугался, что может умереть от того, как сильно бьётся его сердце, но он ответил на поцелуй с таким же пылом, уперевшись руками в пол, чтобы не упасть, пока Вэй Усянь продолжал притягивать его к себе, откидываясь назад и издавая тихие довольные стоны. Довольно скоро Вэй Усянь оказался на полу, Лань Ванцзи склонился над ним, стоя на коленях, его рука лежала под головой парня, пытаясь защитить того от случайного удара об пол. Они оба целовались так, словно это было единственное, что поддерживало в них жизнь, их руки были полностью вне их зоны контроля и неустанно искали то, что заставляло их тела реагировать. Руки погружались в складки ткани, стремясь прикоснуться к телу. Вэй Усянь был невероятно тёплым. Лань Ванцзи ощутил его улыбку своими собственными губами. Он чувствовал, что сгорает изнутри. Лань Ванцзи почти ожидал, что в любой момент проснётся, смущённый и разочарованный. В последние дни это было не редкостью. Однако он был уверен, что его разум никогда бы не выдумал, как Вэй Усянь удовлетворённо мурлычет, когда он проводит пальцами по его щеке, или как он выгибается всем телом, когда Лань Ванцзи проникает языком ему в рот, или как он хихикает, когда Лань Ванцзи рычит в ответ. Его взгляд остановился на точке, спрятанной под изгибом нижней губы Вэй Усяня. Он слишком долго думал об этой родинке. Мысли о том, чтобы поцеловать ее и провести по ней пальцами, прежде чем скользнуть ими внутрь рта… Лань Ванцзи отогнал эти мысли и прикусил уголок его нижней губы, царапая зубами тёплую, мягкую плоть, прежде чем провести дорожку поцелуями по его подбородку и резко укусить между челюстью и шеей. — Ах, ах, Лань Чжань, что ты…ах! — Вэй Усянь вздрогнул в его объятиях, руки внезапно вцепились ему в талию и сильно сжали. Пока Лань Ванцзи осыпал резкими укусами и нежными поцелуями шею Вэй Усяня, тот вдруг разразился хихиканьем, выкрикивая: — Ты что, проголодался? Так сильно кусаешься! Ах, Лань Чжань! Он слегка отстранился, извиняясь долгим поцелуем. — Тебе не нравится? — его собственный голос прозвучал гораздо ниже, чем он ожидал, и он не упустил из виду дрожь, пробежавшую по телу Вэй Усяня от этого тона. — Ах-ха, — усмехнулся тот, подняв руку и нервно коснувшись лица Лань Ванцзи, — Ах, Лань Чжань, такой бесстыдный вопрос, я… ах! — Он снова укусил, — Прекрасно! Да! Мне это нравится. Так значит книга действительно предназначалась мне, Лань Чжань. Лань Ванцзи сжалился над ним, оторвав губы от шеи Вэй Усяня и склонился над его лицом, впитывая в себя каждую деталь этого вида. Глаза Вэй Усяня были скорее чёрными, чем серебристыми, и весело сияли, будто лунное затмение. Его волосы были в беспорядке, пряди выбились из причёски, растекаясь блеском по полу, как полночная река, и путались в руках Лань Ванцзи. Его шея была испещрена отметками, пестрыми, персиковыми и алыми, и Лань Ванцзи почувствовал, как в нём вспыхнули жаркие искры гордости и жадности. Лучше всего выглядели его губы, красные, блестящие, припухшие от поцелуев, слегка приоткрытые…и улыбающиеся. Всегда улыбающиеся. Лань Ванцзи мог смотреть на это бесконечно. — Иди сюда, — сказал Вэй Усянь и схватил Лань Ванцзи за одежды, притягивая к себе, чтобы тот полностью лёг на него, положив голову рядом со своей и уткнувшись в его шею. Они оба лежали в тишине, пока Лань Ванцзи пытался успокоить бешеное сердцебиение и насладиться близостью, просто обнимая Вэй Усяня и чувствуя, как тот обнимает его в ответ. Он вдохнул и закрыл глаза, наслаждаясь тёплым, чистым ароматом его волос. — Ладно, — выдохнул Вэй Усянь с улыбкой в голосе, — Видимо, мне могут нравиться мужчины, Лань Чжань. Но только ты, никто другой. Лань Ванцзи тихонько рассмеялся, забавляясь сильным чувством собственничества, охватившего его при этих словах, — Люблю тебя, — прошептал он в изгиб шеи Вэй Усяня, чуть крепче сжимая его бёдра, не в силах больше сдерживать эти слова. Он услышал резкий вздох рядом с собой, почувствовал, как быстро поднимается грудь под ним. — Лань Чжань, я… — Ванцзи! Вэй Усянь! — раздался резкий, язвительный окрик Лань Цижэня, повергнув их в ледяной ужас, — Встаньте с пола! Лань Ванцзи на полсекунды замер, прежде чем неуклюже подняться с пола и потянуть за собой Вэй Усяня. Они оба поспешно попытались привести в порядок свою одежду и встали по струнке перед разгневанным Лань Цижэнем. Лань Ванцзи крепко держал Вэй Усяня за руку, пока они стояли там. Казалось, что Вэй Усянь держит его так же крепко. — Вэй Усянь! — резко начал Лань Цижэнь, и Вэй Усянь, стоявший рядом с ним, выпрямился, прежде чем его дядя вздохнул и заметно сник, — Я дал тебе этот текст, чтобы ты прочитал его, а не для того, чтобы ты нашёл моего племянника и немедленно приступил к практическим занятиям! — его дядя небрежно указал на книгу, всё ещё лежавшую открытой на полу, куда её уронил Вэй Усянь. Они оба замерли, на долю секунды встретившись взглядами, и стало понятно, что Вэй Усяню явно не по себе. — Ванцзи, — сказал его дядя знакомым тоном. Он поднял глаза, чтобы встретиться со взглядом Лань Цижэня. Он пришел в ужас, узнав, что Сичэнь тоже был там, стоял прямо за спиной их дяди, сжав губы, явно сдерживая приступ веселья таким образом. Лань Ванцзи нахмурился, глядя на него. — Ванцзи, — снова попытался привлечь его внимание Лань Цижэнь, и Лань Ванцзи снова сосредоточился на нём. — Дядя, — спокойно ответил он. Лань Ванцзи решительно стоял, с тревогой ожидая, когда на них обрушится гнев его дяди. Лань Цижэнь снова вздохнул. — Вы оба не могли подождать ещё несколько дней, да? Они оба просто уставились на него. — Дядя? — начал Сичэнь, подходя к нему, — Возможно, тебе следует сообщить им хорошие новости сейчас? Дядя склонил голову в сторону Сичэня и кивнул. — Глава секты Цзян прибудет на этой неделе, чтобы официально подтвердить вашу помолвку. Наступило долгое молчание. Сердце Лань Ванцзи странно затрепетало. Он был уверен, что неправильно расслышал. — Наше что? — вырвалось у Вэй Усяня, и он крепче сжал руку Лань Ванцзи. Сичэнь широко улыбнулся им обоим. — Ваша помолвка. Дядя договаривался об этом с главой секты Цзян в течение последнего месяца. Он должен приехать через несколько дней, чтобы официально объявить об этом. Лань Ванцзи почувствовал, как его сердце пропустило удар. Надежда взлетела в его груди, согревая и трепеща, как крошечные птичьи крылышки. Напротив он наблюдал, как Вэй Усянь, казалось, перестал дышать. Его любимый споткнулся на ровном месте, словно ему было неловко стоять на ногах. Лань Ванцзи шагнул ближе, его свободная рука ухватила Вэй Усяня за локоть, удерживая его в вертикальном положении. — Вот почему вы дали мне эту книгу, — воскликнул Вэй Усянь, — Вы хотели, чтобы я знал, как… — он замолчал, на его лице отразился шок. Он попытался продолжить, взглянув на Лань Ванцзи, — …с… О. Судя по всему, Вэй Усянь мог испытывать смущение, о чём свидетельствовало то, что всё его лицо и шея покраснели, когда он понял, что внезапно не может смотреть ни на кого из них. Он услышал тихое: «Какого чёрта?», прошептанное рядом с ним, и Лань Ванцзи не мог не почувствовать лёгкое иррациональное удовлетворение от того, что Вэй Усянь наконец оказался в действительно неловкой ситуации. — Да, — прямо ответил Лань Цижэнь. Он перевёл взгляд с одного на другого, и Ванцзи особенно остро ощутил его взгляд, — Мы планировали рассказать вам обоим, как только прибудет глава секты Цзян. Очевидно, мне не стоило отдавать вам эту книгу сейчас. — К счастью, мы пришли за тобой, чтобы отвести на ужин, — добавил Сичэнь, выглядя слишком самодовольным. — Дядя, могу я поговорить с Вэй Ином наедине? — спросил Лань Ванцзи, игнорируя своего брата. — В порядке исключения, — Лань Цижэнь посмотрел на них обоих, — Мы будем по другую сторону двери. — он серьёзно посмотрел на них, — С этого момента у вас будут сопровождающие. — Хорошо, дядя. — Кажется, с сопровождающими перебор, — тихо проворчал Вэй Усянь, когда Лань Цижэнь и Сичэнь вышли из библиотеки, — Не то чтобы мы не могли себя контролировать. Лань Ванцзи смерил Вэй Усяня мрачным взглядом. Вэй Усянь с сомнением посмотрел на него и пробормотал: — Я исправлюсь. Повисло неловкое молчание. — Я был уверен, что он собирается меня убить. Почему ты не выглядишь удивленным? — Вэй Усянь то ли констатировал, то ли спросил, его взгляд метался по лицу Лань Ванцзи, словно в поисках чего-то, их руки всё ещё были сцеплены. — Я удивлен, — ответил он. Вэй Усянь задумчиво поджал губы, а Лань Ванцзи жадно следил за этим движением. Он протянул руку, словно хотел провести пальцем между ними, а затем притянул Вэй Ина к себе. — Послушай, — сказал он, прижимая ухо Вэй Усяня к своей груди, где он чувствовал, как бешено колотится его сердце от пьянящей смеси надежды и страха. Вэй Усянь выдохнул и пробормотал: — Так быстро, — подняв взгляд туда, где его по-прежнему встретило спокойное выражение лица Лань Ванцзи. Он отстранился, но не отступил, и они оба стояли слишком близко друг к другу. Лань Ванцзи тоже не отступил ни на шаг. — Но ты ведь не знал обо всем этом? Лань Ванцзи покачал головой, глядя на их руки. — Нет, но я… счастлив. Пауза. Он почувствовал, как рука Вэй Усяня слегка дрожит в его ладони. — Ты именно это имел в виду? Лань Ванцзи поднял голову. — До того, как ты, — Вэй Усянь запнулся, его глаза метались, словно трепещущие крылья бабочки, а щёки снова покраснели. Его голос понизился до шёпота, когда он наконец поднял взгляд, — Когда ты сказал, что любишь меня. — Мн. Взгляд Вэй Усяня ещё больше заискрился, — Я думаю, что, может быть, тоже… я имею в виду, что никогда раньше не влюблялся, так что не уверен, но ты мне очень нравишься, очень-очень, или как-то так, — бормотал Вэй Усянь, дёргая Лань Ванцзи за руку и повышая голос, — И я думаю, что хотел бы продолжать тебя целовать… на самом деле, знаешь что, ты только что получил мой первый поцелуй! Лань Чжань, тебе, вероятно, следует взять на себя некоторую ответственность! Лань Ванцзи снова поцеловал его. Долго, медленно и нежно, наслаждаясь каждым тихим звуком, который вырывал из своего возлюбленного. Он прижался ближе, сжимая руку Вэй Усяня в чуть болезненной хватке. Когда он отстранился, Вэй Усянь инстинктивно последовал за ним, придвигаясь всем телом, хлопая ресницами по его щеке. Вэй Усянь поцеловал его в ответ, прильнув к его губам и обняв Лань Ванцзи за плечи, прижимаясь к нему всем телом. Лань Ванцзи, переполненный невообразимой радостью, с бешено колотящимся сердцем, обхватил Вэй Усяня за талию, вцепившись в его одежды сзади и прижимаясь к нему изо всех сил. Негромкое бормотание голосов за дверью напугало их обоих. Они отстранились, но не разлепились, Вэй Усянь широко улыбался, а Лань Ванцзи чувствовал, как что-то похожее на улыбку трогает его губы. — Ах! — воскликнул Вэй Усянь, прижимаясь лбами и сталкиваясь носами, — Лань Чжань! Ты снова улыбаешься! — М-м-м, — ответил он, откинувшись назад и закрыв глаза, слегка прикусив край подбородка Вэй Усяня, отчего тот тихо вздохнул. — Ты ещё красивее, когда улыбаешься, — настаивал он, поворачивая к нему голову, и Лань Ванцзи снова заставил его замолчать, нежно поцеловав в последний раз. — Вэй Ин. Их взгляды встретились, между ними почти не было расстояния, серебристые глаза Вэй Усяня были едва различимы за пеленой ресниц. — Хм? Лань Ванцзи чувствовал, как гул от его слов отдается у него в груди: — Ты выйдешь за меня? — спросил Лань Ванцзи, не в силах скрыть надежду в голосе. Мягкий смех коснулся его губ: — Да. Никто из них не заметил довольной улыбки на губах Лань Цижэня, когда Сичэнь снова распахнул двери, разделяя их и приглашая всех на ужин.