Падший

— Я драконорождённый? — задал я тупой вопрос, как маленький ребёнок. — Да, — ответила Дельфина учтивым тоном, как будто нянечка в детском садике отвечает малышу на наивный вопрос. — А что это значит? — решил я идти до конца и стать прям дебилом в глазах Дельфины. — Это долгая история, давай поговорим в Ривервуде, там я тебе всё расскажу, — сказала она, подбирая свои меч и кинжал. — Ладно. Значит, ты не будешь на меня нападать и убивать? — спросил я её. — Нет, не буду. Ты тот, кто поможет нам в борьбе с драконами, — ответила она обыденно и, подойдя, вылечила меня магией, убрав царапину. — Ммм... Круто-круто, значит, буду приманкой и просто удирать от драконов, пока вы их убиваете? Ну, тоже своего рода помощь, — сказал я в шутку. — Нет, ты даже не представляешь, какой силой и потенциалом обладаешь, — не обращая внимания на моё веселье, сказала она. — Ладно, надеюсь, я пойму, когда ты всё мне объяснишь, а пока давай обчистим тут всё, — сказал я и начал мародерствовать. Зачарованный двуручный меч драугра военачальника я сразу забрал себе, на что Дельфина возражать не стала, сказав, что она не пользуется двуручным оружием и забрала у драугра только драконью табличку. Нашим легче, пора научиться сражаться двуручным оружием. Ну и тяжелый же этот меч, по сравнению с одноручным — по ощущениям раза в два тяжелее моего меча, а то и больше. Повесив меч за спину, к луку со стрелами, я обыскал сундук, обнаружив там топор с булавой, зачарованные сапоги с перчатками, вроде стальной шлем, ну и много-много монет. Мы с Дельфиной всё собрали в наши рюкзаки и пошли к выходу. Несмотря на гнетущую атмосферу пещеры, по которой мы шли, невозможно было оторваться от разглядывания завораживающе мрачных видов, которыми она была богата. Я впервые в своей жизни видел такие пещеры. В прошлом мире меня никогда не привлекали путешествия, как многих, да и здесь я не в восторге от всей этой приключенческой темы с риском для жизни, и, по-хорошему, если захотеть, можно просто с Гердур договориться и с ней жить. Никогда дорога приключений не манила меня. Но раз уж я попал в мир иной, и у меня здесь есть миссия, стоит рискнуть, выйти из зоны комфорта так сказать. Возможно, мне понравится вся эта суета и разнообразие. Путешествие по дивному миру Тамриэля обещает быть занимательным. Но, справедливости ради, стоит признать: есть вещи, которые меня привлекают: мечи, луки, драки и всё магическое и волшебное, пусть меня и пугает, но безумно манит и притягивает, по принципу «запретный плод сладок». Буду честен сам с собой, пусть меня и ужасает то, как много я поубивал и как именно это сделал, но мне понравился зашкаливающий адреналин в крови, понравилось быть на волоске от гибели, понравилось играться в «кошки-мышки» со смертью. Чувство азарта и риска опьяняет, особенно после того, как побеждаешь не одного и не двух, а несколько противников. Но и это пьянящее чувство стоит держать в узде, не давать волю эмоциям, всё-таки, надо решения принимать трезво и, обдумав все «за» и «против». Получается это у меня с переменным успехом, но учитывая то, что меня ждёт впереди, какие испытания ждут и какие решения придётся принимать, я должен получше разобраться в этом мире Скайрима и стать хладнокровнее. Ох, сколько же я убил человек за сегодня? Сколько вообще прошло времени? Почему и как я всё ещё стою на ногах? Слишком длинная пещера, помнится, в игре я выбирался намного быстрее. Ну, на то она и игра, а это жизнь. Словно услышав мои мысли, Дельфина, идущая впереди меня, остановилась. — Нам надо сделать привал, я валюсь с ног, да и тебе надо отдохнуть, — сказала она и пошла что-то колдовать. —Что ты делаешь? — спросил я с любопытством, внимательно изучая то, что она делает. — Я не буду стоять на стрёме, да и тебе не стоит чего-то ждать. Я расставляю магические руны, чтобы при приближении врага они взрывались и предупреждали нас, — объяснила Дельфина, заканчивая установку рун, — атеперь самое время поспать. Мы итак уже почти целый день блуждаем по гробнице, — сказала она и легла на землю, положив под голову свою сумку. — Целый день? Вот это я, конечно, потерял связь с внешним миром, — удивленно произнёс я, устраиваясь поудобнее для сна, — думал, сейчас только утро, и мы шли всю ночь. — Мда, действительно проблемы со временем, ты бы хоть часы прикупил, — сказала мне Дельфина и зевнула. — Есть часы??? — чуть ли не вскрикнул я, приподнимаясь на локтях. — Да, есть, а теперь спи, всё расскажу завтра, — сказала и уснула Дельфина. Немного ахуев от того, что здесь есть часы, я сразу же провалился в сон. Я, оказывается, чертовски устал. Проснулся я сам, вдоволь выспавшись и чувствуя прилив сил и бодрость. Сев, я посмотрел на Дельфину, которая спала у противоположной стены. Интересно, сколько времени прошло? Услышав моё шевеление, проснулась и Дельфина. — Доброе утро, или сколько там сейчас времени, — пробормотал я. — Твой организм тебе не врёт, сейчас утро, — сказала Дельфина, потягиваясь и зевая. — Ну, хорошо, — и повторил те же действия за ней. — Собирайся, скоро выходим, в Ривервуде будем к полудню, — приказным тоном сказала она, вставая со своего места и направляясь дальше по пещере, — раз ты довакин, в Ривервуде пробуду я не долго, а ты ещё меньше. Насколько я знаю, ты собирался идти в Вайтран через три недели, но планы придётся поменять, и ты должен уйти уже к концу этой недели. — Почему придётся поменять? И почему так рано уходить? — непонимающим тоном произнёс я. — Сейчас нет времени объяснять, сначала я тебе всё расскажу, а потом решим, что будем делать, — сказала она ускоряясь. — Воу-воу-воу, полегче, ты только два дня назад собиралась меня убить, а тут указываешь, что мне делать дальше? — съязвил я. — Именно: два дня назад я не знала, что ты способен помочь нам в борьбе с драконами, — сказала грубо Дельфина. — И не узнала бы, если бы я не попятился назад к стене, — указал я ей на её же косяк. — Да не переживай, больше нападать на тебя не буду, — с ехидной улыбкой сказала она, — если не будешь раздражать. — Да даже если и будешь нападать, только ради реванша, ведь я победил тебя в первый раз. Ты только из-за моей доброты выжила, — сказал я, подшучивая. — Да-да, смейся-смейся, — лишь ответила она. — Ну я же сказал: "хорошо смеётся тот, кто смеётся последним", — сказал я, никак не унимаясь, — а если быть серьёзным, спасибо, что не убила, и спасибо за то, что не помогала мне. Действительно получил бесценный опыт боя. — Если бы я знала, что ты довакин, я бы в жизни не позволила тебе столько драться с такими опасными противниками без значительного боевого опыта, — ответила она, — мы почти вышли, выход из пещеры недалеко. — Отлично, наконец-то подышу свежим воздухом, — словно услышав мои слова, завернув за угол, я почувствовал свежий ветерок. Мы вышли из пещеры и пошли по берегу реки. Сначала думали переплыть в том месте, где не слишком глубоко, но, немного порассуждав, отказались от этой идеи из-за нашего груза на плечах. Как и сказала Дельфина, до Ривервуда мы шли где-то полдня, я даже успел заметить огромное упавшее дерево, в стволе которого обычно хранился сундук. Обчистив его, мы пошли дальше под удивлённые вопросы Дельфины о том, как мне стало известно об этом. Я лишь сказал, что дерево показалось мне огромным и что там можно что-то спрятать, вот и решил заглянуть. В свою очередь, я расспрашивал Дельфину о травах, о магии, попросил совета в боях на одноручных мечах, про Ривервуд и лекарей, расспросил про дальнейшие планы. Если вкратце, то: травы мешать она умеет только по рецептам, которые у неё в логове, магии она научилась у Фаренгара и ещё одного мага из коллегии магов Винтерхолда, в бою на мечах главное хладнокровие и уверенность, в Ривервуде всё спокойно, но лекари очень мутные типы и про них надо узнать побольше, а планы в дальнейшем — начать убивать драконов. Точнее, научить меня и помочь начать убивать. Когда мы дошли до Ривервуда, деревня кипела жизнью, и мы, никому не сказав ни слова, прошли в таверну со всеми нашими вещами, в полном обмундировании и вооружении, под внимательные взгляды зевак. Попав к Дельфине в комнату, я тут же сбросил со спины рюкзак и плюхнулся на стул. — Мда уж, весёлое вышло приключение, — протянул я, разминая спину. — И не говори, было весело смотреть на то как тебя, вцепившегося в меч в пауке, сам же паук таскал из стороны в стороны, словно огромного клеща, — с усмешкой проговорила Дельфина. — Какая же ты мразь, — сказал я беззлобно и с улыбкой. — Ладно, иди помойся, у меня там в тазике вода есть тёплая, смой с себя пот, грязь и кровь, за вещами подойди к Оргнару, — сказала она, указывая на дверь сбоку. — Так он же в зале стоит и работает. — Ну, или можешь пойти к Гердур и у неё попросить, туда тебе идти с голой жопой, наверное, больше понравится, — сказала она и вышла из комнаты. Я долго ждать не стал и пошёл в указанную комнату. Это было что-то вроде маленькой баньки с печкой, тазиками и прочим. Такого в игре точно не было, а, задумавшись, я понимаю, что в игре в принципе-то и места не было, где можно было бы помыться, так что наличие подобной комнаты более чем логично. Сняв с себя броню и портки, я сначала помыл голову, а затем полностью голым залез в тазик с тёплой водой и окатил себя ею с ног до головы. Такого приятного ощущения я давно не испытывал. Домыв все свои части тела, я понюхал броню и, мягко говоря, остался не в восторге, и чистым сейчас её надевать не хотелось, так что я взял полотенце, завязал его на поясе и вышел к Оргнару, просить одежду. Наверное, странное зрелище было для посетителей таверны, когда к такому здоровяку, как Оргнар, вышел в одном полотенце дрыщеватый парень и попросил у него одежду, но на удивленные взгляды зевак мне было всё равно, пусть вообще домой пиздуют работать, хули они забыли в таверне средь бела дня, блять? Получив одежду от Оргнара, попросил его показать мне, как можно заменить воду в тазике чтобы помыть броню. Как и предполагалось, тут всё как в бане: воду можно было взять из огромной бочки, стоящей в углу, а вылить можно на улицу. Хорошенько почистив броню, я повесил ее сушиться в комнате Дельфины и напялил на себя одежду, которую мне принёс Оргнар. На моё удивление, одежда мне была в самый раз, и, подвернув рукава почти до локтя, как я делаю практически всегда, стал ждать Дельфину. Делать было нечего, так что я взял двуручный меч и решил рассмотреть его получше. Несмотря на то, что меч лежал в гробнице сотни лет, выглядел он более чем свежо. Не было множества царапин, лезвие острое, будто его только что заточили. Чтобы привести в порядок этот меч, надо было приложить немного усилий и, вуаля — будет как новенький. Вот умели же делать раньше вещи, а сейчас что? Одна хрень. Тьфу ты, Сталина на вас нет! Ой, это немного не из той оперы. Это всё шутки, конечно. Возможно, секрет сохранности меча в том, что он зачарован, магия, судя по-всему, укрепляет и оставляет его в сохранности на века. Прикоснувшись к лезвию пальцем лишь на мгновение, я почувствовал, как моё тело покрылось тонкой коркой льда. Ничего себе, вот это эффект от зачарованного оружия! Если во время боя на меня сможет воздействовать подобная хрень, то это меня сильно выбьет из колеи и моему противнику будет достаточно одной умной атаки, чтобы сразить меня. Но, благо, эффект быстро спадает, и лёд тает. Получается, зачарованные огнём орудия покрывают тело противника огнём, а зачарованные молнией — слабым током. Хотя, учитывая то, что есть самые разные камни душ, думаю, эффект от разных камней душ различается лишь силой воздействия. Например, если оружие зачарованное молнией и великим камнем душ, при столкновении с противником окажет более сильное воздействие на него и покроет его тело сильным током. Но пока это лишь моя гипотеза, правду я узнаю только тогда, когда переговорю с сильным магом или начну учёбу в коллегии магов Винтерхолда. — Вижу, одежда Оргнара тебе подходит, — сказала, войдя в комнату, Дельфина. — Наверное, просто со временем немного усела, — сказал я, сохраняя спокойствие. — Нам надо поговорить, — сказала она. — В твоей подсобке, в которую можно попасть через фальшпанель в шкафу, к которому ты идёшь? — сказал я, не отрываясь от своего дела, сохраняя спокойствие и напрягая Дельфину. — Откуда тебе известно про мою подсобку? — сказала настороженно Дельфина. — Думаю, это не важно, знаю и знаю, оттуда же, откуда знал, что ты одна из Клинков, — сказал я, укладывая свои мечи к своей сумке, подходя к шкафу с фальшпанелью и ожидая, пока она откроет его, — у всех у нас есть свои секреты. — Оставлю этот вопрос без ответа, — сказала она, подошла к шкафу, открыла шкаф, а затем и фальшпанель, открывая дверь вниз, — прошу дорогого гостя к столу, — сказала она напущенно учтивым тоном. — Благодарю, но пока я даже не понимаю, кто я, так что можешь без учтивости, выпендриваться пока нет смысла, — сказал я, пропуская её вперёд. — Учтивость и манеры присутствуют, значит есть с чем работать, — сказала она, будто пришла к какому-то выводу. Спустившись в подвал, я увидел полный боевой арсенал, химическую лабораторию и полный отдел зачарования в огромном помещении. Ничего общего с игровой коморкой. Высота помещения раза в полтора больше, чем в игре. Стены были отделаны деревянными досками, на полу каменное покрытие, помещение было скорее похоже на производственный цех, чем на подвал. — Это моё убежище, можешь брать всё что хочешь, — сказала Дельфина. — Вау, вот это я понимаю подземелье, — сказал я, оглядывая помещение. — Это мой скромный арсенал, собранный за годы моей деятельности, — сказала Дельфина, подходя к столу в центре помещения, — вот, возьми эту книгу, она про драконорожденных, там ты узнаешь все детали и подробности. А пока слушай внимательно. Расскажу сейчас в общих чертах всё основное, и расскажу про довакинов, и про дальнейшие планы, и про обстановку в Скайриме. — Я слушаю вас, Клинок-босс, — сказал я, подойдя к столу и рассматривая карту Скайрима. — На счёт довакина. Ты драконорожденный. Вкратце, это означает, что у тебя больше возможностей, чем у нас — обычных людей и магов — в общем и целом, весь такой избранный, поцелованный судьбой, короче, мудак, которому повезло. Ты потенциально сильнее физически и магически нас, у тебя есть дар Ту’ума, о нём можешь прочитать в книге. Это то, что ты поглотил у той стены в пещере, очень запутанная и непонятная вещь, которую тебе объяснят знающие люди в своё время, — сказала она, — на счёт обстановки в Скайриме. Сам знаешь, идёт гражданская война, что сильно мешает нашей борьбе с драконами. Очень всё подозрительно конечно в стане лекарей, я бы хотела немного побольше о них узнать, возможно, и до них мы доберемся со временем, но, как ты сам видел, лекари нам не друзья. Есть также враги в лице Талмора, которые везде суют свой нос, так что стоит быть всегда начеку. Важный момент вне политики: сейчас разошлись вампиры, мой знакомый, Изран, начинает собирать Стражу рассвета для борьбы с ними, возможно, в будущем мы и с ними посотрудничаем, а пока остерегайся вампиров. Если выживешь после схватки с ними — сразу постарайся найти зелье исцеления болезней, я не хочу, чтобы довакин был кровососом, а в остальном всё идёт своим чередом, — разъяснила мне Дельфина, — теперь перейдём к планам. В течение недели ты направишься в Вайтран, сейчас тебя великим воином не назовёшь, но без боевых навыков ты не сможешь противостоять драконам и прочим твоим недругам, поэтому ты присоединишься к Соратникам. — К Соратникам? — переспросил я, удивившись тому как совпали наши взгляды на дальнейшие планы. — Да, присоединившись к ним, ты сможешь обучаться и тренироваться рядом с одними из сильнейших воинов Скайрима. Да и выбираясь на их задания, ты наберёшься боевого опыта. Также в Вайтране тебя сможет обучить магии Фаренгар, придворный маг ярла, я с ним в хороших отношениях, думаю, он сможет тебе помочь освоить азы магии. — Хорошо, мне всё предельно ясно, — ответил я. — Отлично, я отдам тебе письма для Соратников и Фаренгара. В Вайтране сначала направься в Йоррваскр и поговори с предводителем Соратников, а уже после этого ступай в Драконий предел и поговори с Фаренгаром и ярлом, вдруг он захочет послушать твой рассказ про Хелген и дракона. — Понял, принял, обработал. — Ну и в конце моих нотаций, хочу тебя предостеречь: не говори никому о том, что ты довакин, по крайней мере, пока не станешь сильнее. Сейчас ты уязвим, и если недруги узнают о тебе, то ты станешь лёгкой мишенью. — Понимаю и лезть на рожон не собираюсь, — сказал я, соглашаясь с ней. — Отлично, значит, что-то в твоей голове есть, не всё потеряно, — сказала она, подшучивая. — Как смешно, ха-ха-ха. — Ага, очень. Ладно, по главным темам прошлись, из интересного, что я узнала после возвращения — все лекари покинули Ривервуд, никто не умер ни от какой болезни, всех больных вылечили, — задумчиво сказала Дельфина. — Ну, получается, они сделали то, ради чего ходят по деревням. Сделали свою работу и пошли дальше работать, — сказал я, не понимая причини её задумчивости. — Так-то да, но на улице я услышала от детей о том, что пропала их подруга, — попыталась она мне объяснить причины своей тревоги. — Родители что ли не доглядели? — В том то и дело, родители у той девочки погибли три-четыре года назад, сгорел дом, и из пожара смогла выбраться только она и их собака, с которой она была неразлучна. Я их к себе в таверну приютила, воспитанием заниматься мне не позволяла моя занятость, но на улице она не спала, я находила ей место в таверне для сна, кушала она то, что оставалось, а её собака оставалась на крыльце. Оргнар к ней сильно прикипел, относился как к младшей сестрёнке. И вот она ни с того ни с сего пропала. Стража говорит, что она могла куда угодно убежать, никто за ней не присматривал, так что никому она тут, по сути, была не нужна. А там, в лесу ее могли и волки, и медведь загрызть. — Но я чувствую, что ты хочешь сказать какое-то «но», — сказал я, настороженно просмотрев на свою собеседницу. — Да, но она не могла вот так просто уйти, никому ничего не сказав, так ещё и оставив своего пса. Больше всяких теорий и подозрений в ситуацию вносит тот факт, что она пропала именно в тот день, когда уехали лекари, по крайней мере, мне так сказали, — поделилась она мыслями и присела на стул задумавшись. Она же не имеет ввиду… О нет… Сука, я раньше об этом даже не задумывался… Я тоже присел на стул и ушёл в свои размышления. Они могут быть работорговцами. Могут быть какими-то психами, которые крадут людей для своих опытов и экспериментов. Или могут быть подобием компрачикосов, по сути то же самое, что и работорговцы, только эти ещё и уродуют детей для продажи их знатным людям в качестве шутов. Эх, Гуинплен… Сразу вспомнился роман Виктора Гюго «Человек, который смеётся». Неужели и в Тамриэле есть такие уебки и выблядки, которые уродуют детей, чтобы потом их продать?!?! Хотя, чего мне удивляться, даже если в прошлом мире такое было, то в этом мире, мне кажется, всё может быть куда жёстче, так как здесь есть магия, и простор для «фантазий» и «экспериментов» намного больше. Фу блять, противно даже представлять, на что способны психи-маги в этом мире. Возможно, это просто моё предвзятое отношение к лекарям и мои ошибочные предположения, но я обязан расследовать дела этих ублюдков. — Есть какие-то мысли по поводу лекарей? — спросил я обыденно, будто в голове моей нет никакого бурного размышления на счёт предположений, касающихся лекарей. — Пока не знаю, что и думать. Девочку я поищу сама, но за лекарями мы обязаны следить, пока не до них, — сказала Дельфина, вставая со стула, — надеюсь, тебе всё понятно по поводу того, что мы с тобой здесь обсудили? — Да. — Отлично, можешь идти, у меня всё. Книгу взять и прочесть не забудь, я приду к тебе сама, когда надо будет уходить из Ривервуда, — сказала она и пошла к столу в алхимической зоне помещения. — Хорошо, спасибо за помощь, — сказал я и пошел наверх по лестнице, прихватив с собой книгу. В комнате я аккуратно собрал все свои вещи в мешок, данный мне Дельфиной, и пошёл домой к Гердур. Оказавшись на улице, я был сильно удивлён тому факту, что уже стемнело и люди зажигали огни. В Ривервуде царила атмосфера умиротворения, было приятно прогуливаться по тихой улочке, освещенной огнями у домов. Придя к Гердур я увидел, как она готовила еду и что-то напевала себе под нос. Всё выглядело так по-домашнему, на мгновение я забылся и готов был бы здесь остаться навсегда. Но это моя проблема — слишком быстро я привязываюсь к тем, кто открывается мне и доверяет. Да и слишком сильно привязываюсь. Только ради того, чтобы научиться отпускать людей и не привязываться к ним, я должен уйти отсюда через несколько дней. Ебучая зона комфорта, ебучий я, излишне чувствительный и постоянно ищущий близкого мне человека. В будущем, если я не изменюсь, это сыграет со мной злую шутку. Я не считаю близких людей слабостью, наоборот: близкие люди всегда были для меня силой. Но сейчас на мне лежит намного больше ответственности, и чтобы с ней справится, я должен обособиться ото всех и полагаться лишь на себя. — Привет, можно войти? — сказал я, привлекая к себе внимания Гердур. — Ну привет, — сказала она каким-то злобным тоном, — ты уже вошёл, так что смысла спрашивать нет. Садись за стол, сейчас будет готова еда. А хотя нет, подожди, ты, наверное, у Дельфины поел, так что не голоден, можешь идти спать. К ней, — выдала гневную тираду Гердур. — Так, что случилось? Можешь объяснить? — спросил я удивленно. — «Ой, я весь такой из себя принципиальный, правильный, праведный, я стесняюсь смотреть на голых женщин, краснею при виде голой женской груди и вообще занимаюсь сексом только по любви», — гневно спародировала она меня, — зато блять, когда Дельфина позвала к себе в комнатку, так тут я сразу по пятам пошёл за ней, так ещё и сразу одежду скинул, что аж не постыдился полуголым выйти в таверну ко всем, ещё и везти себя как хозяин таверны и указывать работникам. Ну да, когда поимел хозяйку, можно и вести себя как хозяин, да? Вы же ни на какой Ветреный пик не ходили. Наверное, два дня ебались безудержно где-нибудь на природе, тьфу блять, — закончила она свой гневный монолог, и, плюнув, отвернулась от меня и продолжила нарезать овощи. — ХАХАХАХА, — я не смог сдержать смеха и звонко рассмеялся, на что получил злой взгляд Гердур. — Ах тебе ещё и смешно?! Сам ещё прикидывался порядочным, лестные слова мне говорил, «сиськи, говорит, у меня красивые, самые красивые, которые он видел на свете», какая же ты мразь, — сказала она, смотря на меня чуть ли не со слезами на глазах. — Мне смешно не потому, что я якобы тебя обманул, мне смешно от твоей ревности, причём необоснованной, — сказал я, смотря на неё как на маленького ребенка и умиляясь, — я не отказываюсь ни от одного своего слова, а ситуацию ты просто не так поняла. — Да ладно, ты даже домой сюда не пришёл после того как вернулся, сразу в таверну поскакал, — сказала она с обидой и недоверием. — Я пошёл к ней, потому что нужно было награбленное разделить между собой. Долго был у неё, потому что обсудили определенные детали, которые произошли на Ветреном пике. В таверну я полуголым вышел, потому что отмывался там, в умывальне, от грязи, крови и пота, а Оргнар мне одежду не дал и пришлось выходить и спрашивать, — объяснился я. — Получается, ты ни с кем не трахался? — с толикой надежды спросила Герудр. — Хах, нет конечно. Я тебе обещаю: если я соберусь когда-нибудь нарушить и пересмотреть свои принципы и ценности, то первым делом прибегу к тебе и обязательно лягу с тобой в постель. И не только лягу, — заверил я её. — Ну хорошо, — сказала она, улыбаясь, и шандарахнула меня по голове то ли метлой, то ли просто палкой. — Эу! За что? — вскрикнул я потирая голову. — За то, что сразу не пришёл и всё не рассказал! — А, да? Ну спасибо-спасибо. Кстати, это не всё. Я уйду в Вайтран уже на этой неделе, так что тебе осталось терпеть меня недолго, — сказал я, с некоторым сожалением, всё ещё стоя в дверях. — Понятно. Ну, я предполагала подобное развитие событий. Ну ничего, это будет лучше для меня, а то я совсем расслабилась за две недели, пока со мной рядом был мужчина. Честно, было приятно ощущать, что рядом есть кто-то, кто может тебя защитить, успокоить в нужный момент и поддержать, но, к сожалению, так будет и было невсегда, поэтому я должна быть сильной, жить одной — это мой путь... Так, чего-то я разоткровенничалась, проходи и садись кушать, — сказала она, вытерев немного прослезившиеся глаза. Смотря на неё такую — слабую и беззащитную — моё сердце разрывалось, но она была права: такова жизнь, я не могу остаться здесь, а рядом с ней вряд-ли кто-то будет, так что мы оба должны стать сильнее. — Спасибо за то, что не выгнала меня, — поблагодарил я её, чувствуя вину. — Не извиняйся, пусть ты и скоро уходишь, но, прежде чем ты уйдёшь, я вдоль и поперёк облапаю тебя, пока ты будешь спать, так что своё я получу, — сказал она привычно весёлым тоном, накрывая на стол. — Мда уж, я определенно буду по тебе скучать, — сказал я, присаживаясь за стол. — Ты погоди прощаться, вдруг ещё сдохнуть успеешь до того как уедешь, — пошутила Гердур, ставя передо мной тарелку с похлёбкой и рассмеялась, увидев мой странный удивленный взгляд, которым я смотрел то на неё, то на тарелку с едой, — не переживай, травить я тебя не собираюсь. — И на том спасибо, наверное, — ответил я и начал трапезу. Вечер прошёл в уютной, ламповой атмосфере: мы покушали, немного поспаринговались с одноручными мечами, затем просто поговорили о том, что произошло за последние дни и уснули. Большую часть следующего дня я уделил тренировке с двуручным мечом. С утра сходил наколол новую партию дров для Гердур на лесопилке в качестве разминки. После направился за оружием домой, и, прихватив с собой лук, стрелы, два одноручных меча и двуручный, решил уединиться неподалеку в лесу, чтобы никого не ранить во время тренировки. Интересно, а в Ривервуде бывает дождь? Я здесь уже две недели, а стоит ясная погода, без намёка на плохую. Я вышел из Ривервуда через ближайшие ворота, ведущие в сторону Хелгена. Пройдя лишь приблизительно двести метров в глубь леса, я вышел на полянку, где решил заняться своими тренировками. В первую очередь — разминка для всего тела, отжимания, скручивания на пресс разные, бёрпи, джампинг-джеки и прочая хрень, которой я занимался перед тренировками в том мире. Думаю, и здесь это лишним не будет. Разогрев свои мышцы, я решил перейти к тренировке суставов, а именно — самое время тренировать предплечья и хват. Вариантов, по-хорошему, много, но я решил всё-таки остановиться на тренировке по арнису — на мой взгляд, это лучшее из известных мне боевых искусств для схваток на одноручных мечах из-за быстрых и маневренных приемов, которые позволяют застать противника врасплох. Да и вряд ли кто-то в Скайриме знает о таком явлении, как филиппинские боевые искусства, и это может дать мне преимущество в бою: эффект неожиданности работает всегда безотказно. Стойка в планке на палках, череда ударов двумя мечами с двух рук, отработка удара с разворотом кисти, отработка блоков... Я тренировал удары до тех пор, пока мечи не вывалились из моих рук, потому что сводило мышцы. Выпив воды из фляжки, я приступил к тренировке ног. В ходе прошедших боев я понял свою главную слабость: я слишком медленный и не маневренный с точки зрения движения ног вовремя боя. Начав с маленьких прыжков на каждой из ног, я работал исключительно над прыгучестью и координацией: прыжки на одной ноге, на двух ногах в длину, высоту, в перерывах между прыжковыми подходами я делал растяжку. Под конец тренировки ног я уже валился, но смог сделать двадцать обычных приседаний. Всё тело болело, ноги уже сводило, но, выпив ещё воды из фляги, я пошёл за двуручным мечом. Я должен тренироваться больше, больше и ещё больше. Сейчас, когда моей целью является достичь вершины мира, я обязан делать невозможное и из раза в раз переступать через себя и преодолевать свои страхи. Если просмотры дунхуа меня чему-то и научили, так это тому, что если ты хочешь быть на вершине мира, ты должен выкладываться на двести процентов и сталкиваться с любыми трудностями и противниками, даже если противник сильнее тебя. Значит, пойду по пути Тан Сана и Лун Хаоченя и, надеюсь, дойду до своей цели. Только вот не хотелось бы умирать… Да и хрен с ним — была не была, хотя бы здесь оторвусь по полной. Как уже говорил ранее: если умирать, то с песней. Кстати, либо надо самому научиться играть на лютне и петь, либо научить здешних бардов играть мелодии из моего мира и петь песенки, ибо я тут без музыки совсем свихнусь. Надо будет найти себе барда, чтобы он мне в пути песенки пел. Пф, сравнение с Геральтом в голову пришло само собой. Ну, хватит сидеть и отдыхать, теперь надо потренироваться с двуручным мечом. Взяв двуручный меч в руки, я поднял его над головой, чтобы оценить тяжесть. На удивление, его было легко держать двумя руками. Несмотря на его внушительный вес, это был отлично сбалансированный меч. Я попробовал крутануть его пару раз через голову. Прекрасно. Несмотря на свою усталость, сбалансированный меч крутился в моих руках во время отработки выпадов и ударов так, будто это перышко, а не тяжелое орудие убийства, которое одним ударом может разрубить человека. Но меч всё равно был тяжелым, и мне необходимо было научиться управлять этим весом, чтобы при выполнении пируэтов в бою было легче им маневрировать и стремительно поражать врага. И снова я отрабатывал технику ударов до тех пор, пока мои руки не затряслись от изнеможения и я не выронил меч из рук. Посмотрев на свои руки, я увидел на ладонях грубые мозоли, а на предплечьях вздулись веды. Пора было заканчивать на сегодня тренировку. Но у меня ещё осталась тренировка с луком. Собравшись силами, я выпил оставшуюся воду из фляги и взял в руки лук и стрелу. Наложив стрелу на тетиву, я выстрелил в самое близкое ко мне дерево. Даже натягивать тетиву было больно: мышцы настолько устали и напряглись, что мне казалось, мышечные волокна вот-вот порвутся. Но я продолжал выпускать стрелы одну за другой, поражая ствол дерева, пытаясь игнорировать боль. С каждой новой выпущенной стрелой я пытался ускорить наложение на тетиву и сам выстрел с прицелом, чтобы увеличить свою скорострельность. Когда последняя стрела была выпущена, мышцы рук схватились в судорогах, и мое тело пронзила дикая боль. Я сразу же начал массировать окаменевшие мышцы и лишь через несколько мгновений мне полегчало. Да уж, это было больно, у меня аж глаза прослезились. Немного откиснув и придя в трезвый ум, я собрал свои вещи и поплёлся домой. Надо выспаться, чтобы мышцы восстановить и выпить много-много воды. Придя домой к Гердур, я лишь смог поесть и дойти до кровати, раздеться и уснуть, даже не укутавшись в шкуру. По-моему, меня кое-кто лапала, по крайней мере, я чувствовал прикосновения рук по всему телу. Хотя, возможно, это просто мой бред. Но если это правда, это же получается изнасилование! Но мне было приятно, так что пусть балуется. Хотя скорее всего это просто мой бред ибо никому я нахер не нужен. Последующие дни протекали по тому же сценарию: с утра работа, а затем тренировки до поздна, до изнеможения моих мышц и судорог мышечных волокон. Необходимо было закалить свой организм и привезти его в состояние стресса, чтоб мой организм физически ахуел, а также чтобы ахуел я сам, спрашивая себя «нахера я это делаю?» в конце каждой тренировки с судорогами в мышцах. Но всё это дало свои плоды: уже через несколько дней был виден прогресс, получилось отточить многие приемы арниса почти до автоматизма, я стал немного быстрее стрелять из лука, а двуручным мечом стало обращаться намного легче, да и я лучше понял технику обращения с ним. Как уже завелось, Дельфина приходит в самый неподходящий момент. Мы с Гердур сидели и смеялись с какой-то глупости, как в дом ворвалась Дельфина. От неожиданности я аж поперхнулся и начал дико кашлять. — Привет Гердур, — поприветствовала Дельфина хозяйку дома. — Привет Дельфина, — ответила ей Гердур, похлопывая меня по спине и посмеиваясь. — Эу, ты давай-ка не умирай, мне не нужно, чтобы доблестный довакин пал в смертном бою от руки своей слюны. Вот балады-то про тебя сложат! — сказала, издеваясь надо мной, Дельфина. — Довакин?! — вскрикнула Гердур, ударив меня сильнее по спине, —ты довакин?! — Да, я довакин, — сказал я откашлявшись. — Ох, мне, наверное, как -то кланяться надо да? Или вести себя по-другому с тобой, — заесуетилась Гердур. — Гердур, ничего такого не надо, зачем? У нас же вообще не такие взаимоотношения, — сказал я, успокаивая свою подругу, — да и зачем ты рассказала про то, что я довакин? Сама ж сказала никому не говорить, — обратился уже я к Дельфине. — Ну, я думала, что хоть Гердур-то ты скажешь, — сказала она с укором, а за ней и Гердур посмотрела на меня с осуждением. — Зачем? Если она будет знать о том, кто я такой, то будет в большей опасности, ты не думаешь об этом? — возразил я Дельфине. — В принципе, ты прав, — согласилась она через несколько секунд размышлений, — так что, Гердур, в целях твоей же безопасности, тебе лучше сохранить тайну Геранта. — Конечно, я бы итак никому об этом не сказала, — заверила она нас. — Отлично, а теперь ты, — сказала она, указывая на меня пальцем, — завтра утром ты направишься в Вайтран, приходи как проснёшься и соберёшься, я отдам тебе письма и отправлю в город. — Хорошо, как скажешь, — согласился я с ней, и она, просто кивнув, ушла. — Пошли спать, — сказал я Гердур и пошёл к кровати. Завтра будет долгий день. Вайтран, жди, я скоро буду.