Первый парень на селе

Солнце несчадно палило, а юная девушка лет пятнадцати по имени Муха ишла по деревне. Конец мая выдался на удивление очень жарким. Девушка дойдя по нужного дома услышала крики своих старых. Она нежно улыбнулась и открыла калитку и зашла. - Баб, дед, я приехала - сказала Муха подходя к веранде. - Внучка! - откуда-то с кухни крикнула Михайловна Михайловна выбежала на веранду, вытирая руки о передник, и, увидев внучку, радостно всплеснула руками: — Ох ты ж, блядь, Муха, да ты выросла-то как! — обняла её крепко, чуть не задушив в своём натиске. Дед, сидевший на крыльце с самокруткой, тоже оторвался от размышлений. — Ну, наконец-то! А то мы уже думали, хер дождёмся тебя! — буркнул он, но в глазах плясала искренняя радость. Муха рассмеялась, скинула рюкзак прямо у порога и вдохнула до боли знакомый запах дома — печёного хлеба, табака и чего-то ещё, родного. — Чё стоишь, как неприкаянная? Проходи в дом! Жарко пиздец как, с ума сойти можно! — бабка уже шустро металась по кухне, ставя на стол всё, чем могла угостить. — Баб, ты как ругаешься-то, а? — ухмыльнулась Муха, проходя в дом. — А хуле не ругаться? Радость-то какая, ебнуться аж можно! – хохотнула бабка, подсовывая ей тарелку с пирожками. Дед кивнул, подкуривая новую самокрутку. — Ну, давай, внучка, рассказывай, как там жизнь в городе, не надоело ещё? Муха с удовольствием откусила пирожок, сдёрнула с головы кепку и устало провела рукой по вспотевшему лбу. — Да если честно, надоела эта суета, дед. Всё бегут, торопятся, каждый на своей волне. Уроки, задания, какие-то идиотские собрания… — она закатила глаза. Дед хмыкнул, выдыхая сизый дым. — Город, он такой, душу высасывает, если не держать себя в руках. Тут у нас проще — встал с утра, хуйни не страдал, а делом занялся. — Ну да, — Муха усмехнулась. — Вон, я не успела зайти, а бабка уже стол ломится заставила. — А я чё? — бабка всплеснула руками. — Внучка с дороги, жрать, наверное, хочет, а не по городу вашей химией питаться. Муха довольно кивнула и потянулась за вторым пирожком. — Это точно, баб, твоим пирожкам никакой бургер не конкурент. — Да, конечно! — гордо хмыкнула Михайловна. — Они ж с душой сделаны, а не как там, на конвейере. Дед усмехнулся, постукивая пальцем по столу. — Так что давай, отдыхай, дыши свежим воздухом. Завтра сходим на рыбалку, а там, глядишь, и лето пойдёт как надо, без всей этой городской хероты. Муха откинулась на спинку стула и довольно зажмурилась. Вот оно — настоящее лето, настоящее тепло, настоящее счастье. - Не пойдёшь ты не куда! Прошлый раз ты ели дополз! Дед скривился, махнул рукой: — Да ладно тебе, бабка, чё ты паникуешь? Мы ж не на войну идём, а на рыбалку. — Да-да, нахер, знаю я твою рыбалку! — фыркнула Михайловна, уперев руки в бока. — Опять нажрётесь там, как свиньи, а потом еле домой дотопаете. Муха прыснула от смеха, глядя на насупленного деда. — Баб, ну чё ты? Мы ж культурно отдохнём! — Да-да, «культурно», — передразнила бабка. — В прошлый раз дед твой так «культурно» отдохнул, что я его с забора снимать пошла! — Да ебать, ну чё ты разоралась-то? Один раз было и то случайно! — «Случайно», ага! — бабка закатила глаза. — Так что сиди дома, никуда ты не пойдёшь! Дед тяжело вздохнул и покосился на внучку. — Ну вот, Муха, видишь, что творится? Старость не радость, даже выпить спокойно не дают… Муха рассмеялась, доедая пирожок. — Да ладно, дед, разберёмся. Главное, чтобы лето весёлым было! — Сначала картошка! А потом веселье! Дед закатил глаза и махнул рукой: — Ну началось, блядь! Опять ты со своей картошкой! — А кто ж её копать будет, ебаный рот? — бабка уперлась руками в бока. — Я, что ли? — А кто тут внучку отдыхать звал? — хитро прищурилась Муха, пряча улыбку. — Отдыхай, отдыхай, — буркнула бабка. — Только после картошки! Дед тяжело вздохнул, покуривая. — Ну ладно, Муха, влипли мы с тобой… Завтра с утра, сука, в поле, а потом уж можно и про отдых думать. — Да хрен с ней, с картошкой! — хмыкнула Муха. — Зато потом бабка от нас отстанет. — Может, ещё и чаю с вареньем нальёт, — кивнул дед. — Может быть, — бабка хитро прищурилась. — Если будете работать, а не пиздеть весь день. — Да будем-будем! — махнул рукой дед. — Всё, баб, хватит нудеть, давай лучше самогону плесни, чтобы завтра копалось веселее! — А вот хер тебе, а не самогон! — бабка звонко хлопнула по столу. — Встаёшь завтра с петухами и без всяких похмельных соплей! Дед тяжело вздохнул, а Муха только рассмеялась. Лето обещало быть интересным.