Призрачный шанс

Нил приходил каждую ночь. Эндрю так и не сказал врачам о нём. Возможно, в первый день он ещё сомневался — считал, что его сознание просто играет с ним жестокую шутку. Но затем прошла неделя. А потом ещё одна. И Нил всё так же появлялся у него в палате. Он не исчезал, не растворялся в воздухе, как Эндрю ожидал. Он вёл себя слишком… нормально. Как обычный человек. Разве что никогда не садился слишком близко. Никогда не трогал вещи Эндрю. Никогда не касался его. Иногда Нил даже забывался и делал какие-то привычные движения — например, собирался положить локти на стол или потянуться за ручкой, оставленной на тумбочке. Но каждый раз, когда он осознавал это, резко замирал. Словно боялся, что от одного случайного касания разрушится хрупкий баланс их странного существования. Эндрю мог бы спросить, что это значит. Но он не стал. Не потому, что его не интересовало. Просто он знал: Нил не скажет, если не захочет. Так зачем тратить слова впустую? Ночной разговор В одну из ночей, когда за окном стучал дождь, а Эндрю снова лежал, глядя в потолок, он услышал тихий голос: — Ты спишь? — Если бы спал, то не услышал бы тебя, — ответил он, не поворачивая головы. Нил тихо хмыкнул. — Логично. Несколько секунд была тишина. А потом Нил заговорил снова: — Как тебе тут? Эндрю моргнул. — В каком смысле? — Ну… Как здесь. — Ты сам сказал, что застрял в этой больнице, — напомнил ему Эндрю. — Да, но я не пациент. — В этом вся разница? — Возможно. Эндрю всё же повернул голову. Нил сидел на подоконнике, как всегда. Он выглядел расслабленным. Но Эндрю замечал детали. Слишком напряжённые пальцы, сжатые в замок. Тонкую морщинку у переносицы. Как будто он думал о чём-то, что не давало ему покоя. — Здесь скучно, — сказал Эндрю. Нил усмехнулся. — Скучно? — Что-то вроде. — Ты говоришь так, будто это обычный отель, а не психиатрическая клиника. — Какая разница? — Огромная. Эндрю пожал плечами. Он не видел разницы. Для него все больницы были одинаковыми. Все они пахли антисептиком и таблетками. Все они запирали людей внутри. — Ты когда-нибудь был в таких местах? — спросил он. Нил долго не отвечал. А потом тихо сказал: — Нет. Эндрю не стал спрашивать, врёт он или нет. Это не имело значения. Люди, которых нет Нил говорил о многом. О пациенте в соседней палате, который постоянно рассказывал истории о летающих тарелках. О медсестре, которая тайком таскала в палаты шоколад. О враче, который вечно носил нелепые галстуки. Иногда Эндрю слушал. Иногда просто молчал. Но Нил, похоже, не нуждался в ответах. Он говорил, потому что хотел говорить. И Эндрю не останавливал его. Потому что в этом тоже было что-то… знакомое. Как будто Нил говорил не с ним. А с пустотой. С кем-то, кого давно уже не было. И Эндрю, возможно, понимал это лучше, чем кто-либо другой. Потому что и сам когда-то делал то же самое. Огонь и тени Эндрю знал, что привидения не должны бояться чего-то. Но Нил боялся. Он не показывал этого явно, но однажды выдал себя. Это было, когда кто-то случайно выронил зажигалку в коридоре. Огонь вспыхнул на долю секунды. Совсем крошечный, почти безвредный. Но Нил отшатнулся так резко, что чуть не врезался в стену. Эндрю заметил, как напряглось его лицо. Как пальцы сжались в кулаки. Но он быстро взял себя в руки, и через секунду снова выглядел спокойно. Словно ничего не случилось. — Ты боишься огня, — констатировал Эндрю. Нил усмехнулся. — Я умер в этом здании. У тебя есть догадки, почему? Эндрю посмотрел на него. И вдруг вспомнил, что в его детстве тоже был один пожар. Он почти не помнил деталей. Помнил только панический страх, запах дыма и тепло, которое медленно сжимало его со всех сторон. Он не спрашивал, почему Нил умер в огне. Потому что знал: если он захочет, то сам расскажет. Но не сегодня. Касание Эндрю не верил в призраков. Но Нил был слишком реальным. В одну из ночей Эндрю протянул руку. Он не знал, зачем. Может, хотел проверить, существует ли он. Может, просто хотел убедиться, что не сходит с ума. Нил замер. Но не отстранился. Эндрю коснулся его запястья. И вместо пустоты ощутил тепло. Его пальцы не прошли сквозь кожу. Они чувствовали пульс, которого не должно было быть. Нил смотрел на него широко раскрытыми глазами. А потом вдруг резко вырвался и отступил назад. — Не делай так, — выдохнул он. Эндрю молча наблюдал за ним. Нил выглядел испуганным. Настоящим. Таким, каким не должен быть призрак. — Мне не нравится то, что это значит, — тихо сказал Нил. Эндрю не ответил. Он знал: что-то изменилось. Только пока не понимал — что именно.