Девственник

      За окном, не смолкая, лил кровавый дождь. Линь Цюши не мог уснуть. В маленьком домике с двумя кроватями было тесно, но с Жуань Наньчжу — или, если быть точным, с Чжу Мэн? — под боком было почти так же спокойно, как дома. И всë же они были за дверью, а потому сон не шëл.       Они сдвинули две кровати вместе и уже полчаса как легли спать, но всё же дождь за дверью действовал Линь Цюши на нервы. А тихое сопение Жуань Наньчжу под боком успокаивало. Так он и лежал, сбалансированный двумя противоборствующими силами.       — Линьлинь, — тихонько позвал его Жуань Наньчжу, — ты спишь?       Приглушëнный голос звучал уже не слишком по-девичьи — с другой стороны, в домике больше никого не было (по крайней мере, Линь Цюши на это надеялся).       — Пытаюсь.       — А ты никогда не боялся, что так и умрëшь за дверью… девственником?       От его серьëзного тона Линь Цюши не сдержался и прыснул со смеху. Вопрос не только был смешным, но и почти абсурдным — уж чего-чего, а переживания за свою невинность не шли ни в какое сравнение с переживаниями за свою жизнь. Почувствовав, как Жуань Наньчжу безуспешно накручивал его короткие волосы на изящный палец, Линь Цюши повернулся на бок и уставился прямо в лицо шефа:       — Скажи, как меня зовут, тогда и отвечу. Вдруг тварь подкралась?       Жуань Наньчжу отнëсся к задаче со всей не покидавшей его серьëзностью: закинул длинную ногу на его бедро, обхватил рукой за талию и крепко прижал к себе, вызывая шумный вздох. Даже в отблесках кровавого дождя шеф выглядел невероятно красивым, а на минуту Линь Цюши и вовсе позабыл, что перед ним должна была находиться Чжу Мэн.       — Цюши, — едва слышно выдохнул Жуань Наньчжу в самые губы и улыбнулся: — Так что, боишься?       — Нет, не боюсь, — с лëгким сердцем признался тот. — Уж если помру, об этом вряд ли спросят на том свете.       — А вот я боюсь, — неожиданно признался Жуань Наньчжу и закусил губу, внимательно разглядывая лицо напротив. — Но не за себя, а за тебя.       Мгновение, раскат грома, шорох платья… и Жуань Наньчжу оказался верхом на бëдрах Линь Цюши. Они не слишком переживали о чистоте постели, так что ложились спать прямо в одежде — кто знает, куда придëтся сорваться среди ночи. Жуань Наньчжу так и отправился в постель в своëм длинном платье с шелестящими юбками («В самом деле, более подходящего и тихого наряда для двери не нашлось», — сокрушался про себя Линь Цюши), а теперь сидел в нëм же, подхватывая ткань совершенно привычными движениями.       — Ты чего? — только и смог изумиться Линь Цюши полушëпотом.       — Я ведь уже сказал.       Жуань Наньчжу схватил руку Линь Цюши и засунул еë к себе под юбку, крепко прижав к тëплому мягкому бедру.       — Трогать девушек не так страшно, как ты представляешь, — сладким, но совсем не женским голосом проворковал Жуань Наньчжу.       — А своего шефа? — решился уточнить Линь Цюши.       — Думаю, его тоже.       Линь Цюши отчаянно пытался вспомнить, могла ли тварь за дверью пытаться совратить игрока. На ум не приходило даже вскользь брошенного намëка, а значит вывод был очевиден: шеф сошëл с ума! Но, быть может, потому, что сейчас они были за дверью, Линь Цюши не упал в обморок от изумления: за дверью Жуань Наньчжу и правда время от времени чудил. А женские платья и вовсе пагубно на него влияли, развращая мозг и раскрепощая тело.       Честное слово, Линь Цюши даже не знал, что ответить. Он не хотел и не собирался приставать ни к Жуань Наньчжу, ни к Чжу Мэн, а теперь выходило, что он приставал к обоим сразу. И всë это не вставая с постели! Пока добрые намерения метались в сознании Линь Цюши в поисках выхода из ситуации, Жуань Наньчжу очень отчëтливо заскользил бëдрами по его паху.       — Н-Наньчжу, — вздохнув, тихо позвал Линь Цюши, — ты же знаешь, что сейчас сидишь на моëм..?       — Не просто сижу, но и пытаюсь привести его в чувство, — нисколько не стесняясь, произнëс тот.       Вслед за очередным шелестом юбки Жуань Наньчжу устроился поудобнее. Глупо было отрицать — движения приятные! Даже в полутьме без труда удавалось разглядеть, с каким изяществом и грацией Жуань Наньчжу покачивал бëдрами, а длинные волосы, волнами спадающие на плечи и плоскую грудь, едва заметно покачивались в такт. Тем временем рука по-прежнему покоилась на его тëплом бедре, и Линь Цюши, заворожëнный открывшимся видом, едва заметил, как она без ведома хозяина заскользила выше.       — Ты же помнишь, что секс — это удовольствие для двоих? — самым безобидным тоном напомнил шеф, продолжая тянуть его за руку.       — Я вообще не уверен, что это удовольствие мне сейчас нужно… — Линь Цюши тщетно пытался протестовать.       Но у красноречивой «Чжу Мэн» и на это был готов ответ:       — О, ты просто не догадываешься.       И тогда Линь Цюши сдался. Он не особо видел, чего именно касалась его рука под длинной юбкой (даже не видел, как именно прижимался к нему промежностью Жуань Наньчжу), и всë же потянулся вперëд, туда, куда его так настойчиво завлекали. Кончики пальцев зацепились за резинку трусов. Мужских. Что же, сложно поспорить, что для мужского достоинства мужские же трусы были удобнее женских. Мысленно он порадовался хотя бы тому, что на шефе они в принципе были.       Собравшись с мыслями, он обхватил возбуждëнный член Жуань Наньчжу через ткань трусов и вздохнул:       — От того, что я тебе подрочу, девственником быть не перестану.       Неожиданно Жуань Наньчжу подался вперëд, упëрся руками по обе стороны от его головы и улыбнулся, не отводя взгляда:       — А что тогда ты должен сделать, чтобы перестать им быть?       Линь Цюши показательно отвернулся, совсем позабыв убрать руку. Длинные тëмные волосы покачивались вокруг его лица, отгораживая от всего, что могло происходить в домике.       — Говори, — упорствовал Жуань Наньчжу.       — Должно быть проникновение, — нехотя и уклончиво признался тот, понимая, что шеф буквально с него не слезет. И вдруг добавил, сам не представляя, зачем: — Хотя бы в меня.       — Ох, не разбрасывайся такими предложениями!       Линь Цюши вдруг отчëтливо ощутил, как запылали его щëки. И зачем он об этом сказал… Но, с другой стороны, ведь это правда! От того, что Жуань Наньчжу потрëтся об него промежностью, жестокая действительность не изменится и осознание девственности не растворится само по себе.       Шелестящая юбка вновь пришла в движение. «Господи, да сними ты еë уже», — подумалось Линь Цюши, однако он тут же прикусил язык. Какое-то время происходило не слишком понятно, что, а следом рука шефа вновь оказалась рядом с его головой. Скосив взгляд, Линь Цюши удалось разглядеть в чужой руке… трусы. Стараясь сохранять оптимистичный настрой, он тихо обрадовался тому, что его трусы были ещё на месте. И в тот же момент цепкие пальцы Жуань Наньчжу принялись расстёгивать молнию на его штанах.       Он лежал, словно поражённый громом. Что вообще сейчас происходило? Шеф в образе Чжу Мэн сидел на его бёдрах, тёрся об его член (а тот от одних этих движений неумолимо возбуждался), причём делал это уже без трусов, и теперь был преисполнен решимости пробраться и в его трусы. При этом рука Линь Цюши продолжала по привычке чуть поглаживать мягкое бедро и вот-вот готова была вновь обхватить чужое достоинство.       — Так и будешь молча смотреть с обалдевшим видом? — не слишком довольно произнёс Жуань Наньчжу, по-видимому, на секунду проникнувшись своим образом.       Слова возымели свой эффект. Опомнившись, точно от гипноза, Линь Цюши потянулся к руке, что уже расстегнула его брюки, и с силой дёрнул шефа на себя.       — Наньчжу, не издевайся надо мной, — прошептал он в склонившееся к нему лицо.       — Я абсолютно серьёзен.       — А что если в этой двери секс — это скрытое условие смерти? — Линь Цюши попытался прибегнуть к последнему аргументу.       Но Жуань Наньчжу даже глазом не моргнул:       — Тогда я умру счастливым.       Он совершенно его не слушал! Линь Цюши кое-как выпутался из коварной ловушки пышной юбки, схватил Жуань Наньчжу и повалил его рядом с собой.       — Прекрати, — сквозь сцепленные зубы прошипел Линь Цюши, вжимая того в кровать.       — Не хочу.       — А чего ты хочешь? Чтобы я возбудился? Поздравляю, у тебя получилось, и что мне, чёрт возьми, теперь с этим делать?       Он и сам не понимал, почему вдруг вышел из себя. Быть может, считал, что шеф и правда лишь дразнит его, как много раз прежде, но на этот раз всё ощущалось почти болезненным. Или сердился на самого себя от того, что посмел возбудиться от рук и бёдер ласкающего его шефа. Он-то считал, что мог сохранять хладнокровие в ответ на любую выходку Жуань Наньчжу за дверью, однако в этот раз тот превзошёл сам себя.       — Тише, тише, Цюши, — улыбнулся Жуань Наньчжу такой мягкой и тёплой улыбкой, что сердце невольно сжали тиски. — Я от своих слов не отказываюсь. Секс — это удовольствие для двоих, — повторил он, видимо, для большей убедительности.       Линь Цюши невольно ослабил хватку. Он мог поклясться, что никогда в целой жизни девственность не заботила его самого так, как сейчас заботила шефа.       — Если стесняешься, давай я отвернусь, — вдруг предложил Жуань Наньчжу и в самом деле перевернулся на другой бок. — Ну как, с Чжу Мэн проще?       — Вообще не проще, — признался Линь Цюши.       Однако обратно Жуань Наньчжу не повернулся. Даже не глядя, ему удалось накрыть рукой возбуждённый член Линь Цюши, вытащить его из трусов и, мягко поглаживая, прижаться бёдрами ближе.       — Я тебя испачкаю, — внезапно смутившись, произнёс Линь Цюши.       — Не волнуйся об этом.       Жуань Наньчжу ловко обхватил всю необъятную юбку и утащил её вперёд, тем самым… ох, тем самым показывая миру за дверью свой голый зад.       Линь Цюши лежал ни жив ни мёртв, не представляя, куда вообще может себя деть. От волнения колотящееся сердце неумолимо подступало к горлу — и в самом деле, ни одна тварь не могла выбить его из равновесия с той же лёгкостью, с какой это удавалось Жуань Наньчжу. В сложившейся ситуации ему оставалось лишь одно привычное действие: чуть податься вперёд и приобнять Жуань Наньчжу за талию, как делал это иногда перед сном. Однако в этот раз рука сама по себе потянулась ниже и обхватила его большой вставший член.       — Линьлинь! — с наигранным изумлением вздохнул шеф.       «Не говори ничего, — умолял про себя Линь Цюши, — не дразни меня, прошу, мне и так нелегко».       Вот только у Жуань Наньчжу имелись другие планы:       — Если тебя так волнует… кхм, проникновение, то сегодня ничем не смогу тебя порадовать, — совершенно спокойно заявил он. — Но могу предложить кое-что взамен.       Линь Цюши и опомниться не успел, как Жуань Наньчжу вплотную прижался к нему задницей и обхватил голыми бёдрами его член. На ходу меняя голос на девичий, Жуань Наньчжу продолжил:       — Я храню себя для своего любимого!       У Линь Цюши не оставалось душевных сил даже на то, чтобы сокрушаться раздвоением личности шефа.       Пока его рука очень осторожно ласкала головку Жуань Наньчжу, тот возобновил плавные покачивания бёдрами. Все мысли — здравые и не очень — тут же покинули Линь Цюши. Шеф был тёплым, даже горячим, таким мягким и так приятно обхватывал его одними лишь бёдрами, что на секунду Линь Цюши показалось, будто он и правда вошёл в него. Рука дрогнула, обхватывая его член крепче, и ускорилась, хотя Линь Цюши постарался быть таким же нежным.       С ума можно было сойти от того, что они творили, и никакая дверь не понадобилась бы. Не то чтобы Линь Цюши было с чем сравнивать, однако он мог поклясться, что Жуань Наньчжу так усиленно сжимал бёдра, что выходило слишком похоже на кое-что ещё. На секунду он задумался: «Тогда как приятно было бы и в самом деле двигаться внутри Наньчжу?» Отогнать и эту мысль уже не получилось. Конечно, ведь объект его самых живых фантазий самым однозначным образом сейчас двигался на его члене.       Не выдержав, Линь Цюши сильнее навалился на Жуань Наньчжу (а помогла ему в этом лишь хрупкая фигура Чжу Мэн), сжал его в одноруком объятии и, негромко вздохнув, принялся сам толкаться меж плотно сведённых бёдер.       — Цюши… — шеф звучал в самом деле изумлённо.       — Наньчжу, — выдохнул в ответ Линь Цюши. И повторил, словно желал удостовериться, что говорит именно с ним: — Наньчжу, прости. Но это очень приятно.       Поначалу он двигался медленно и осторожно, примеряясь и привыкая к новым ощущениям. Шеф шелестел юбкой, поправлял длинные волосы и подставлял с другой стороны свою ладонь, однако Линь Цюши отчётливо ощущал запах настоящего Жуань Наньчжу. Совсем такого же, как и за дверью. Опомнившись, он возобновил и ласки Жуань Наньчжу, скользил рукой уже увереннее, вспоминая, как удовлетворял сам себя, только в этот раз делал всё в десять раз нежнее.       Тихие стоны он топил в высоком худом плече. От шефа веяло теплом, так, что Линь Цюши вдруг очень сильно захотелось его поцеловать. И тщетно надеясь, что тот ничего не заметит, Линь Цюши отодвинул носом ворот платья и оставил сухой поцелуй на белом плече. Он продолжал толкаться между бёдер, то останавливался, чтобы перевести дыхание, то возобновлял толчки, иногда срываясь на такие резкие движения, что член выскальзывал.       У Жуань Наньчжу между ног всё было мокрым и липким от чужой естественной смазки. Но тот вжимался спиной в грудь Линь Цюши и не смел отодвинуться ни на миллиметр. Его ладонь накрыла чужую ладонь, помогая ласкать себя, и в такой позе они остались до самого конца: пока Линь Цюши, сжимая Жуань Наньчжу в своих объятиях и цепляясь губами за его плечо, не кончил на мягкие бёдра, тихонько и удивлённо постанывая.       «Ах да, — напомнил сам себе Линь Цюши в полузабытье, — ведь должно быть для двоих». Даже не до конца опомнившись, он возобновил движения рукой, ускоряясь по мере того, как Наньчжу принялся крепче вжиматься в его грудь. В маленьком домике зазвучали не только его стоны — и даже отнюдь не девичьи.       Да, их конспирация отправилась Каштану под хвост: чуткий слух Линь Цюши без труда уловил, как сквозь сцепленные зубы Жуань Наньчжу шептал его настоящее имя. Но ровно как и шеф на его поцелуй, который не мог не почувствовать, Линь Цюши ничего не сказал.       Он не останавливался до тех пор, пока Жуань Наньчжу не выгнулся, не задрожал в его руках и не излился в ласкающую его ладонь. И только после этого Линь Цюши вспомнил, что и сам только что кончил.       Отдышавшись, Жуань Наньчжу сообщил:       — В моём рюкзаке есть влажные салфетки.       — Зачем ты взял с собой влажные салфетки? — с недоверием переспросил Линь Цюши.       Но шеф уже растерял настроение отвечать на его глупые вопросы.       Красивое платье всё-таки оказалось испачкано, то и дело под пальцы попадали мокрые пятна. Линь Цюши молча вытирал изящные ноги шефа от своей спермы, между делом размышляя: а теперь он по-прежнему считался девственником? Или такой секс всё же считался?       Ответ узнать было не суждено.       К тому моменту, как они во второй раз улеглись в кровать, кровавый дождь за окном уже закончился. Из всех звуков вокруг остался лишь мирно сопящий шеф, вот только теперь столь отчётливый звук его дыхания навевал совсем иные ассоциации — куда более шумные и неприличные.       Линь Цюши улёгся рядом, привычно обнял его за талию, чуть погладил по спине. Вдруг особенно сильно захотелось поцеловать Жуань Наньчжу в висок — и воспользовавшись тем, что шеф спит, он всё же исполнил свою маленькую задумку. Совсем скоро они обязательно выберутся из-за двери. Что будет ждать их в реальности? Кто знает.