Исправить всё

Перепроводив Рейзорвинга на имплантацию чипа в клинике Ар-Мура, Минимус и Вирл отправляются на небольшую прогулку по ночному Иакону. И ничего, что час поздний, а кварталы вокруг не из лучших.

***

Когда уже сказал половину, самое трудное - довысказать то, что осталось. Минимус сквозь облако дыма посмотрел в единственную желтую оптику Вирла, по-гусиному наклонившегося: не то просто смотрит, не то сейчас клюнет... - Ты прав. Принимать к искре чужих преступников не в моем стиле, - даже слишком холодно подытожил он. - Давай... прогуляемся, что ли? Повторю, лично я не боюсь этих улиц и их обитателей. Они могли бы спуститься и по пожарной лестнице, но она выходила не в ту сторону, куда хотел идти Минимус. Поэтому он прошел обратно через ту же дверь, разве что вместо захлопнувшегося за ними операционного тракта свернул на боковую лестницу, и до ресепшена им сначала пришлось попетлять по первому этажу. Чем чаще посещаемы коридоры, тем более презентабельно они выглядели: узорчатое покрытие полов и стен, мягкие скамьи, журнальные столики... И глянцевые плакаты на стенах, очевидно профессиональные фотографии моделей из портфолио Ар-Мура. "Со времен Новы Прайма до наших дней - для Вас", гордо гласила надпись вдоль вестибюля. - Смотри, - Минимус вдруг указал на одну из фотографий, - это я. С фотографии убийственно мрачно глядел угольно-черный джип: настоящий бандит в шипах и заклепках, с тяжелыми кулаками и не менее тяжелыми пулеметами на предплечьях. - И это тоже я. Старый, чтобы не сказать старинный портрет высокого летуна. Скорее шаттл, чем джет, он сидел в полоборота на подушках, обняв одно колено руками и распушив многочисленные крылья и крылышки: наивная поза, но во взгляде застыл непроницаемый холод. - А это Доминус, - Минимус походя указал на портрет еще одного совершенно незнакомого, но совершенно гламурного и роскошного меха. Прогулка – это идея хорошая. Вирл, помедлив, кивнул и снова выпрямился, двинув плечами. — Я не боюсь тем более, — усмехнулся он. — Я вообще ничего не боюсь, ты знаешь. Он видел напряжение Минимуса. Все-таки, время для него тоже было необычным – в такое время все «хорошие боты» перезаряжаются на своих платформах, а Амбус как раз был из таких. Ну, в плане того, что он следил за режимом; а отправляться на задание ночью, проводить часы без сна ради какого-то важного дела... О котором, кажется, и говорить было трудно. Стоило лучше развеять его. Среди них двоих стоило быть только одному нервному индивиду, и уж лучше это будет он, чем Минимус. Вирлу на самом деле было глубоко плевать на внешний вид коридоров клиники. Ну убрано и убрано, обычное помещение... Зато фотографии его заинтересовали. Он даже притормозил у стены, засматриваясь на некоторые работы и издавая тихие смешки, если находил что-то забавное, но слова Минимуса... его удивили. — Да ты шутишь! — С нескрываемым весельем сказал вертолет, поднимая стабилизаторы и поддаваясь к фото ближе. — Ты был панком?! Самое логичное слово, которое ему пришло в голову, конечно. А вот следующее... заставило его оптику немного расшириться. — Ты? Летун? — Он невесомо провел кончиком когтя по картинке. — Как много корпусов у тебя было? Вирл сделал большой шаг за Минимусом, чтобы изогнуть шею и уставить на третий портрет. Доминус, значит... А у Амбусов, кажись, было много «темного прошлого». Во многих смыслах. — Я думал, ты можешь... хм.. — Вирл оборвался на полуслове. — Типо... носить только один тип брони. А ты мог бы быть огромным шаттлом, лететь по небу, а потом десантировать самого себя? Он воодушевленно щелкнул клешнями. - Нет, разумеется. Хуже... Мы были моделями. Невозможно было сказать, правда ли Минимус считает это худшим образом жизни, чем пресловутых "панков", или просто снова не справился с иронией. - Я не жил в этих корпусах, только фотографировался и выходил на показах. И нет, это немного не так работает, - терпеливо объяснил он, уже выходя на улицу. - Технически я могу вписаться почти в любой корпус, достаточно крупный или достаточно умно подогнанный. Это не причиняет мне дискомфорта. Алгоритмы трансформации ставит медик из своей базы данных, но я могу хранить их более одного; сейчас у меня три альтмода, по одному на корпус. Но, конечно, полноценно летать мне пришлось бы учиться заново, как любому новозажженному летуну: не движения, это тоже идет вместе с прошивкой, а правила поведения в воздушном пространстве и прочее подобное. Тогда я еще не умел водить корабли. Теперь, наверное, смог бы сходу кое-как летать, но это, конечно, совсем другое, чем за рулем безискрового шаттла, - размышлял он, на ходу задумчиво сцепив руки за спиной. - В любом случае, десантировать самого себя невозможно, - заключил он, - доспех не может лететь дальше самостоятельно, он просто расформируется на куски и пластины. Сброс внешнего доспеха - это экстренная мера, либо ошибка или повреждение в бою. Переулки перед клиникой все еще заполняла полутьма, освещенная только Луной-2... точнее, Гаррусом-10. Какие-то тени сновали в подворотнях, но уже не рисковали попадаться на вид двум бывалым бойцам, которым отчего-то вздумалось прогуляться в самое негостеприимное время: незадолго после полуночи. В отдельных окошках горели фиолетовые лампы и что-то не то выращивали, не то синтезировали. Облако дыма тянулось за Минимусом, как за земным пароходом; покурив еще немного, он убрал вейп в сабспейс и поднял взгляд в чистое ночное небо. Шагах в пятидесяти впереди маячил еще один теплый огонек: вход в полуподвал с тусклой, но узнаваемой вывеской-меню у входа. Местечко даже было отмечено на актуальной карте Иакона: геотег гордо гласил "Tapas Bar". Конечно, не маленькие закуски в земном стиле привлекали посетителей в столь поздний (ранний?) час - но хозяин хотя бы попытался создать приличный вид, да? Это же чего-то стоило? — Ааа....оооу, вот как. Протягивает вертушка задумчиво, проморгавшись жёлтым окуляром. Почему-то Вирл вдруг теряется где-то среди своих хаотичных и как многие на Лост Лайте говорят - всяк лишённых всякой логический цепочки мыслях. Он теряет нить разговора и подозрительно молча шагает следом, возможно просто тихо анализируя услышанное и произошедшее. Как бы там ни было, он так или иначе реагировал на окружение которое наталкивало на размышления даже такого психа как он. Надо же - он и Минимус шагают рядом абсолютно мирно и вовсе не принудительно, беседуя. Будто вертолёт почти и не раздражает того. Вирл не ожидал того, что именно он станет тем, кому Амбус расскажет что-то подобное. И вертушка кажется действительно умеет слушать. Бар. Бар возвращает его в реальность, и он оживает с прежним весельем, подняв антеннку на шлеме воодушевленно. Подскакивает ближе к Минимусу, сощурив окуляр хитренько так. — Эй эй, слушай, Амбус. А ты не угостишь меня чем-то сверхзаряженным? Я честно отдам, потом. Я обещаю молча слушать и вести себя хорошо! Минимус вовсе не удивился, что Вирл несколько... сдулся. Все же разговоры по душам не были сильной стороной ни одного из них. Поэтому они просто некоторое время шли в молчаливом согласии. Минимус первым прошел по узкой лесенке вниз, в бар. Помещение было обставлено просто, даже несколько дешево: яркие пластиковые табуреты у барной стойки, выложеной столь же вырвиглазными стеклянными прямоугольниками; прочие шкафчики и этажерки из того же пластика и жестяных листов, таким бы стоять на складе, а не в зале! Длинный стол, на скамью у которого опустился Минимус, был немножко липким на ощупь, и Минимус тут же протер его вынутой из сабспейса салфеткой. Зато набор бутылей и кег, как и выбор закусок в голографическом меню впечатляли! (Клавиши меню в центре стола были затыканы и истерты почти до неузнаваемости.) - Угощу, и можешь не отдавать, иначе какое это угощение? - пожал плечами Минимус. С деньгами у него теперь проблем не было, не то что в молодости. - А вот хорошо себя вести и не создавать проблем - да. Казалось бы, Минимусу стоило опасаться выпивать с Вирлом после того, как тот в самом начале полета Лост Лайта уже подсунул ему нуклеон, подпортив и репутацию, и топливную систему "Ультра Магнуса". Но именно тогда, спьяну, Минимус смог наконец озвучить себе и другим (то есть Вирлу) многое, что уже давно тяготило его. Выходка, которую в другой раз можно было бы посчитать за умышленное причинение вреда здоровью, напротив, помогла Минимусу сделать первый шаг к исцелению. - Заказывай, только не напивайся так, что не сможешь лететь, - совершенно серьезным тоном попросил он Вирля, но глаза его при этом улыбались. - Мне как всегда, - загадочно сказал он миниботу-официанту, подкатившему к ним на одном колесе. - Слабый энергонный шпритцер, - энергично закивал моноцикл, - prego, signores! - Это итальянский, - обреченно прошептал Минимус. - В испанском баре! - Я знаю, - так же заговорщически прошептал официант. Разговоры по душам для Вирла казались проявлением слабости с его стороны. Было ли так всегда, или с каких-то пор, но вертолёт не позволит себе подобного даже если вдруг кому-то это будет нужно. Тем более в присутствии Минимуса, всё того же Минимуса не смотря на все эти откровения. А вот Вирл заваливается следом в привычной наглой манере, и сразу же за стол - и плевать ему липко там или нет. Этот вертолёт мог и из лужи на улице прибухнуть, а на спор и чего хуже. — Ой, знаешь, как раз не собирался. Из меня нечего требовать, сам знаешь. Жмуря окуляр отвечает тот с некой наивной улыбкой в этом же окуляре. За то честно - денег у экс-рэкера нет, он вечно подстраивался к чужим тусовкам где можно было нажраться на халяву. И вытряхивать из него уже тоже нечего. А тот чудесный вечер вертушка помнит как одну из своих побед. Подумать только, самому Ульра Магнусу сумел залить топливные системы в одном из баров, подленько-гаденько подсунув один единый стаканчик. Ни о чём не жалеет, и обязательно это повторит. — Ну это как получится, дорогуша. И набирает он себе конечно же чуть ли не половину позиций из меню, дают - бери. Какое летать, скорее всего этот алкаш тут и будет отсыпаться после всего этого. Так, будто цель Вирла в жизни это или подорвать себя к чертям, или выжечь себе все топливные системы. За то какой счастливый за столом расселся, изящно уложив серво на серво. Ему остаётся только наблюдать за диалогом с официальном, Вирл ничего не понял! — За то я могу тебе предложить лучшие позиции из ме....а, оу. Даже так. А ты вижу не такой порядочный. "Мне как всегда" значит, да?) Да чего слабозаряженное берёшь - мне стыдно с тобою пить! Давай что-то покрепче. - Можно оставаться порядочным в любом окружении, - легко пожал плечами Минимус. - И верным привычкам. Даже в трущобах и на задворках. Мне нельзя выжигать себе процессор энгексом, я им вообще-то работаю! И вообще, пить, чтобы расслабиться - прямая дорожка в бездну. Минимус даже курил только безвредные ароматические смеси. Расслабляться он должен был научиться совершенно сам: разумеется, даже в вопросах отдыха он ставил себе крайне жесткие требования. А иногда процессор и корпус попросту сами решали, когда им отдыхать; нервное напряжение накапливалось и переливалось через край хотя бы разговорами. Как сейчас. - Вос, - сказал он, продолжая слишком давно прерванный разговор. - Не город, а меха. Он - Вос. Кто "он", Минимус не уточнял, но Вирл уже знал, что речь о Рейзорвинге. Вот он, ответ, почему Минимус беспокоился за какого-то "жесткого деса", как за собственного брата. Почему впутал его в ту же сеть, что раньше связывала только Минимуса и Доминуса с медиком Ар-Муром: как теперь знал Вирл, еще с самой молодости, да не где-то в благородном Амбустусе Минор, а в Тупиковом Квартале! - Мур обо всем догадался. Он знал Доминуса не хуже, чем меня, и видит сходство. Может, это какая-то моя блажь, и я за нее поплачусь, но пускай только я, а не вы все. Понимаешь? Только моя ответственность, моя опасность. Я хочу дать ему шанс. Сделать все правильно в этот раз. — Ой ой, ты такой правильный всегда что-ли!? Тц, да ничо тебе не будет, отвечаю. Вирл это знал. И он неосознанно - целенаправленно стремился к этой бездне, куда его толкала нездоровая повреждённая психика. Ещё в Тупике он пошел по лихой дорожке пьянства, драк и чего хуже. Магнусу ли не знать об этом всем, он сам когда-то вытащил Вирла з-за решетки с последним предупреждением и советом взяться за свою жизнь. Вскоре стол напоминал бар - какой только выпивки Вирл себе не набрал, и потерять средь всего этого свой стакан было слишком просто, покуда вертолёт заливался по самое не хочу, будто на скорость. Ну и счёт выставят Минимусу после этого вечера... Заливался аж до тех пор, покуда не услышал о Восе. — Вос. Вос это ж ..Вос!? Ты носишься с ДПП-шником. Удивительно. А ему повезло иметь рядом кого-то такого как ты. Вирл не выглядел шокированным. Кажется этот вертолёт пускай и был известен своими ядовитыми высказываниями выходящими за рамки морали и тактичности, но многие вещи не осуждал. И вновь заливается очередным стаканом сверхзаряженного, а после окуляр округливает любопытно, в оптику Минимуса заглядывает, мол продолжай, я хочу знать ещё. А сам по столу стелится, разлив что-то из не допитого стакана. Минимус не считал себя правильным, в последнее время - все меньше, и лишь стремился к идеалу. В его памяти еще свеж был разговор с Мердерсау об идеале как асимптоте, к которой бесконечно приближается математическая функция, так и не достигая. Минимус еще не смирился, но хотя бы думал об этом спокойно, без внутренних споров. Получив заказанный шпритцер, он придирчиво просмотрел меню и заказал еще - не сверхзаряженного, а вовсе закусок, которыми и славился этот бар. Еще со времен Экспансии у кибертронцев завелась манера перенимать не только внешний облик, но и культуру, и кухню других видов и народов. Далеко не все могли и хотели раздражать себе топливную систему чуждыми органическими соединениями, а вот от желающих попробовать новенькое и интересное отбоя не было. Минимус относился ко второму типу. Поэтому вслед за привычным шпритцером - "бедняцким шампанским" - официант поставил перед ним несколько мисочек и тарелочек с "тапас": тут были и небольшие бутербродики, и пронзенные шпажкой рулетики, и даже несколько устриц. Не имея доступа к дорогим, элитным ингридиентам, этот бар брал исключительно мастерством повара, виртуозно умевшего повторить внешний вид и "перевести на кибертронский" вкусы земной еды. Если задуматься, в колбасе начинала чувствоваться медь, в устрицах цезий и энергонное желе, а слюдяные крышечки этих устриц можно и нужно было сгрызть. Вирлю же, который заказывал вполовину наугад, и правда принесли целую батарею стаканов, стаканчиков и стаканищ. Вопреки всем правилам этикета и здравого смысла, вертолет заливал энергонное вино энгексом, и снова вином, какими-то фантазиями на тему мартини, мохито и Джек Дэниэлса, перемежая это многообразие пестрыми шотами. По сравнению со счетом за операцию Воса, разумеется, шедшую мимо всех страховых полисов, счет из бара терялся, как одинокий шпритцер среди стремительно пустеющих стаканов Вирла. Погрузившись в мысли, Минимус сосредоточенно грыз фальшивую устрицу вместе с "ракушкой" и действительно слегка упустил из виду свой бокал. - Да, - кивнул он. - "Вос" это должность, а не имя. То есть... и имя тоже, но не у всех. Уф! Я не знаю, сколько ты узнал, запомнил тогда. Но теперь точно можно, война закончилась. Доминус _был Восом_, одним из, это из-за него, - с каким-то надрывом попытался объяснить Минимус и устало вздохнул. - Повезло?.. - пробормотал он. - Ты думаешь?.. Этот парень добровольно отдает в мои руки свою геолокацию, аудио-видео-данные... Я бы не отдал. Не знаю. Он аккуратно обтер рот салфеткой и, сложив руки замочком, уткнулся в них лбом. - Я _хочу_ быть тем, с которым повезло. Которому можно доверить. Меня выбрали капитаном, Вирл, ты представляешь? А я сижу ночью в баре за полгалактики от них и жду бывшего ДЖДшника. Жду от него чего-то, чего так и не дождался с братом. Жду чего-то от _себя_. Ему нравился пьяный в стельку Магнус. Вирл находил это весёлым. Весёлым и забавным. Непоколебимый мистер порядок, спящий фейсплейтом в луже сверхзаряженного на столе. Вертушка не разбирал особо свои стаканы - ему по боку что заливать, как по боку и на этикет. Но внимательно следил за чужим стаканом. Да, ему хотелось это повторить, азарт и сверхзаряженное разгоняло энергон по телу, подталкивая на маленькую подлость. Не со зла, разумеется. И стоило Амбусу отвернуться, ловко и умело подменяет стакан на такой же по размеру, надпив так дабы осталось столько же, сколько было в стакане Минимуса. Тот же цвет и стакан, то же количество, на том же месте. А содержимое его стакана заливает себе, дабы не подозрительно было. Вертолёт и сам уже был в стельку да лежал на столе в ожидании, когда появятся силы влить новую порцию. Магнус твердил не напиваться до невозможности летать, но он ожидаемо напился. Какое летать, даже ходить не сможет. Заподозрит ли его Минимус, такого. — Знаешь...я бы тоже хотел, чтобы мне поверили. Отнажды. Абсолютно нетрезво бормочет он, царапая когтем клешни стол. Приутих, однако, слушает внимательнее чем когда либо, будто боясь нарушить чужую искренность. — Думаешь компенсировать то, что так и не сделал? Думаешь стать для него тем, кем не стал для своего брата? Я думал у тебя нет слабостей. - Я тебе _уже_ поверил. Поэтому ты сидишь здесь, - Минимус резко повернул голову к очевидно поплавленному Вирлу. Мда, на что он надеялся? Или у вертолетов все быстро усваивается, как у сикеров? В делах крепкой выпивки и летунов Минимус не сильно разбирался. Наверное, так, ведь он же не зря доверился Вирлу. И тот до сих пор вел себя прилично! И вообще, Вирл открыл матрицу, когда Минимус, напротив, не справился! И дело было вовсе не в полном отсутствии совести. Дело было именно в доверии - Родимуса к команде, команды друг к другу и каждого к самому себе. И все равно вопросы Вирла - на уже доверенные ему Минимусом зацепки - резали, словно ножом. Обычно Минимус не пил для храбрости, он был храбр и без выпивки, но сейчас не глядя взял и вылил в себя свой бокал... Точнее, тот, который посчитал своим. Минимус редко пил сверхзаряженное и потому плохо переносил его, а то, что оказалось в бокале, подействовало молниеносно и почти так же убойно, как в прошлый раз. Нет, топливная система не пострадала - только острота капитанского ума. Минимус тряхнул головой, медленно мигнул сначала одной оптикой, потом другой; хмурое ЭМ-поле, теперь с легким оттенком удивления, что до сих пор пряталось в границах корпуса, потихоньку расползалось на более привычный для "Ультра Магнуса" радиус, касаясь и Вирла. "Однако, я совсем отвык и меня быстро развозит. С одного бокала!" - мельком подумал Минимус. - Ха! У меня и нет слабостей... Ты до сих пор думаешь? Ты? - смешок получился деланый. Минимус крякнул, вытер усы и попытался закусить неожиданно крепкий шпритцер бутербродом. Не помогло. Но хоть вкусно! - Вирл... перестань издеваться! Я сплошная слабость в карнавальном костюме, и Доминус это видел. Я хотел обычной дружбы, или что там бывает у сиблингов, - жаловался Минимус. - А получал заботу, нет... Опеку. Сверху вниз. Мы бежали в Тупик, чтобы сами решать свою судьбу, и все равно всегда Доминус пытался решать мою! Я никак не мог выйти из его большой тени. Он во всем был лучше, умнее, сильнее - ученый, светский муж, а я! Минимус бессильно развел руками. - Я мог быть хорошим юристом, но при Доминусе я чувствовал себя самозванцем. Я хотел... уважения, - он искал выражения и вспомнил Медери, - признания. Похвалы. Все зря! Когда протягиваешь руку в приветствии... А тебе в нее кладут шаникс. У многих не было и такого, но мне... этого мало, - убито признался Минимус, как будто в крайней жадности и эгоизме. - Да, я даже в Тупике не голодал, он пристроил нас обоих, нашел Ар-Мура, нашел путь наверх нам троим. Наверное, так он и выражал свою любовь? Редко кто видел Магнуса плачущим, но Вирлю снова везло. Минимус промакнул оптики салфеткой, оставив на шевроне след красного соуса, и откинулся на спинку стула; вид у него был несколько отстраненный. - До нас модные показы на Кибертроне были вообще вещью чуждой, - зачем-то сказал он. - Каталоги, голограммы с примерами звездных клиентов, но не живые показы, кибертронцы просто не меняют броню так быстро, как другие расы! Ар-Мур еще раньше задумывался о подобном, но навесные панели и накладки не передают слаженного движения настоящей, трансформабельной брони на эндоскелете, в них не покажешь функцию всех модов, плавность движений и та страдает! А потом пришли мы. Доминус пришел с заказом на свой первый доспех, Ар-Мур выслушал его и сказал: "Эврика!" Вместе они революционировали кибертронскую модную сцену. Доспехи для показов делались под несколько типовых эндоскелетов разных альтмодов. Потом Доминус один раз попросил заменить его... А Мур _совершенно случайно_ уже готовил линейку доспехов-тяжеловесов. Совершенно случайно, - фыркнул Минимус. - Фото шаттла, которое ты видел в клинике, это оттуда. Впутали и меня, как миленького. Я испугался, но был даже рад наконец иметь хоть какую-то работу. Но Доминус никогда не был доволен, хотя максимальный доспех - единственное, в чем я превосхожу его: возможно, он завидовал мне. А я боялся его. И в результате потерял, потому что не увидел прямо под собственным носом, не почувствовал родную искру, мы слишком забыли друг друга... И он умер. Я мог остановить Хромдома, но не сделал этого. И до сих пор среди воскресших не видел Доминуса. Может, он слишком согрешил, может, ДЖД не воскреснет, я не разбираюсь в этом... Голос Минимуса становился все тише и тише, пока он будто вовсе не забыл, что собирался говорить, и уставился пустым взглядом куда-то чуть мимо желтой оптики Вирла. — Да не издевался я ... Ворчит он нетрезво, и заливает себе ещё стакан, будто сквозь силу. Выжженные топливные системы работали с каждым разом хуже. Да и Минимус в своих догадках прав - вертолёту набраться куда быстрее и легче, корпус у него не тяжёлый. За то травит он его тяжёлым топливом каждый раз. Вирл слышит чужой смешок, и сразу же пресекает попытку. — Неа, не умеешь ты сказать так, чтобы у меня аж в корме зачесалось. Учись ещё. А вот слова о заботе и дружбе его дезориентируют. Понятия казались простыми и понятными, но абсолютно абстрактными и незнакомыми. Вирл никогда не знал ничего из этого. Обычно вертолёт искал в компании других только мимолётное веселье, халявную выпивку и мелкие сомнительные радости жизни что заглушат разум. Дурная вертушка, что скачет бездумно, напрашиваясь на новые конфликты и приключения. Но сейчас лёжа на столе глядел на Минимуса, совсем другого Минимуса, и почему-то ему хочется сказать что-то не едко колкое... что-то, поддерживающее? Чего сам никогда не слышал, но видел между другими. Почему-то его искре не все равно. Экс-рэкер мысленно ругает себя за эту глупость и слабость. — Послушай. Сравнивая себя с другими, ты так и сгинешь в гонке и самотерзании. Тебе никогда не быть таким как Он, а Ему ни за что не стать Тобою! Тебя уважают, даже я ... всё таки если бы не ты, я бы сгнил за решеткой. Вирл отворачивается, ему слишком унизительно признавать нечто подобное. Тем не менее, этот вертолёт был тем, кто скажет правду о таких вещах. Вирл всегда говорил то, что нужно было услышать, а не то, что хотят услышать. Врал о себе, но никогда о других. Он бы тоже хотел прорыдаться. Но не мог. И никогда не сможет больше. Эмпурата отобрала у него эту возможность, сколько не напивайся. — Похвалы.. так вот почему ты такой весь, ммм, идеальный. Если в тебе не видят ничего ценного и достойного признания, ты не докажешь ничего, как себя не ломай. Им всегда будет мало. Ты потеряешь себя. А признания так и не получишь. Вирл глядит жёлтым окуляром в ответ, моргает несколько раз. — Ты лучшая версия себя, Минимус. Если тебя это подбодрит, то ты лучше таких как я, как минимум. - Я и не сравниваю. И не хочу, чтобы сравнивали! Я хочу, чтобы просто видели, сколько я уже сделал и делаю!.. За переживаниями Минимус совершенно пропустил похвалу. А ведь он тогда действительно проявил невиданную по меркам прошлого себя чуткость: осознал, что Вирл, пытаясь добить коматозного Спрингера, делал в корне неверное и преступное... Но не злонамеренно, напротив. Просто Вирл собственное отношение к жизни переносил на другого, которого уважал, не спрашивая - потому что не умел по-другому. Он тогда, как многие, вредил, пытаясь помочь. Теперь же ему, кажется, удалась помощь: неловкая, но искренняя. - Не знаю, не потерял ли я себя еще давно, - хмуро уточнил Минимус. - Скорее да, чем нет... После Магнуса точно. Я не знаю больше, кто я и кем должен быть. Сняв одну маску, примеряю новые и не узнаю себя в зеркале. Если это и правда лучшая версия - апгрейд - может, со временем начну узнавать. Минимус сморщился, крутя в пальцах вынутую из бокала оливку. С каких пор в его бокале была оливка? Это вообще его бокал? - И не сравнивай себя со мной, сделай милость. Это совершенно разные категории. Я не хочу быть лучше тебя, Вирл... Я хочу вместе становиться лучшими версиями, э-э, нас, я понятно изъясняюсь? Возможно, он повторял слова, уже прозвучавшие между ним и Мердерсау; возможно, он еще лишь хотел это сказать, ей или Рейзорвингу, особенно Рейзорвингу... Сейчас Минимус не мог даже вспомнить. Но сказанное было так важно ему, что он привстал и перегнулся через стол, вблизи заглядывая в мигающую оптику-фонарь распластавшегося Вирла. Вредить помогая. Вся жизнь Вирла так и выглядела - что бы он не делал и за что бы не брался с искренне благими помыслами, всё рассыпалось в пепел, и опять он стоял перед толпой врагом народа, вынужденный отбиваться от своих же товарищей словно загнанная в угол собака которая вдруг кого-то укусила. Так это или нет, но вертолёт давно и твёрдо верил в истину о том, что единственное на что он способен это нести ненависть и разрушение. Даже самому Праймусу неизвестно, что вообще держало его на стороне автоботов, от которых у него лишь значок на честплейте да одна из судимостей с понятными следами на психике. Изгнание сломало его окончательно, до необратимого настоящего. В тот вечер его не взяли с собой, назвав обузой да проблемой. В чуткость чужую он не верил, и искренне до сих пор не понимал с чего вдруг ему на голову свалился этот шанс, уж тем более от самого Магнуса. Ему ли не плевать на судьбу никудышнего додыхающего в ежедневных нападках других заключённого, одного из сотен. Он сразу же теряется в ответят Магнуса, судя по забегавшему окуляру, особо и не понимая, что он опять не так сказал, или всё так? Помогло? Нет? Процессоры настойчиво предлагали извернуться агрессией и вернуться к привычным перепалкам, но проблески здравого смысла твердили ему, что это худший из вариантов. Больная психика свыкшаяся с стрессовыми ситуациями, нападками и насилием теперь неосознанно во вред себе же искала того чего-то уже привычного. Вертолёт отворачивается от чужого пристального взгляда. — Тц, ну уж прости, сказал что запомнил из чужих диалогов. Обычно мехи говорят что-то из такого, чтобы помочь другим. Фыркнул он пытаясь казаться безразличным да заливая очередной стакан аж до жалостного хрипа выжженных топливных систем. Воцарилась напряжённая тишина. Вертолёт не понимал как себя вести в таких ситуациях и кажется сам не менее нетрезво раскис, расплываясь по столу не в состоянии даже приподняться. Немного подумав, всё же пробует дальше. — Без маски ТЫ это ТЫ, а с маской это ТЫ в маске. Вот и всё. Если проблема в зеркале - разбей его. На оливку поглядывает абсолютно спокойно. Ну влил же уже, поздно думать. Тем не менее, вертушка кукожится и отползает, не понимая чего это Минимус так уставился. — Пф, не сравниваю, как скажешь. Каждый скривится от сравнения со мною, согласен....Чего чего? Нас? Ненене, не приплетай меня в это. Я тут чисто чтобы нажраться за твой счёт и устроить драку где-то на поворотом развлечения во имя. На деле это должно было звучать как "Я не верю в что-то лучшее в себе, мне уже п**да, я просвета не вижу. ", но он слишком гордый чтобы такое сказать даже на нетрезвый процессор. "Вместе" для него незнакомо, рядом никогда никого не было и Вирл привык спиваться и тонуть в этом всем абсолютно свободно и безнаказанно, чужое всеобщее плевать стало для него поводом творить в своей пропащей жизни что угодно. У статуса худшего из худших есть свои привилегии. Так он себя уверял... — Разные мы, разные. Чертовски. Успокойся. Я даже не знаю как ты сидишь за этим столом с таким как я. Жуть, да?) Весело восклицает он, с какой-то привычной едкой ноткой. И в открытую предлагает ещё один стакан, а после валится под стол с грохотом, разлив несколько своих недопитых стаканов. — Шлак, пропало добро. Было бы у меня чем вылизать. И таки садится обратно кое как, цепляясь клешнями. - Ты не понял. Так я и думал, - отрывисто проговорил Минимус, не отстраняясь. - Я не считаю тебя хуже, Вирл. Богов нет, святых нет, есть только сломанные меха, и... Никогда не говори никогда. Он попытался перегнуться через стол вслед за упавшим Вирлом, не преуспел и, неловко плюхнувшись обратно на свою скамью, заглянул под стол уже со своей стороны. - Ага-а, выкарабкиваешься.. Ты всегда выкарабкаешься. Живучий, я знаю, - невпопад, но с явной симпатией пробормотал он и поднял вверх палец. - Официант! Счет! Нам больше не наливать. Ар-Мур еще не сообщил о конце операции, но Минимус потерял счет времени и смутно соображал, что лучше бы и ему, и Вирлу как следует проветриться, прежде чем сообщение все же придет, чтобы явиться в клинику если с жутким шлейфом перегара, то хотя бы не в дым пьяными. — А что ты с дурного хотел то? Отшучивается вертолёт и клешнёй машет угрожающе, поднимаясь весь измазанный в выпивке на которую глядит с тоской - а мог ведь влить в себя. И на стол обратно ложится в лужу шлемом, абсолютно уже не думая о своем виде и поведении - как будто трезвым особо думал. И плевать, что им скоро уже нужно идти в клинику, а чтобы привести себя в порядок есть максимум несколько часов. — Ой, было бы чему радоваться! Что не вытворю, всё равно прихожу в себя где-то на полу. Гадство. Уже напрочь не контролирует свой вокодер Вирл, да и речь его едва вяжется. По правде говоря, он ненавидел свою живучесть. Если бы не она, это всё давным давно закончилось бы. Но нет, приходится волочить своё существование дальше, ведь у него нет денег даже на клиники. Вдруг Вирл слышит слова Минимуса и аж оживает. — А мне наливать! Как это не наливать! Да куда ему наливать, его уже и так по видимому тошнит. Скукожился за столом весь, окуляр щурит как-то невесело. ______