Если взглянуть под другим углом...

Окончание съемок решено было отпраздновать всем коллективом. Бар уже заметно опустел. Голоса, что часами назад сливались в оглушающий гул, теперь звучали приглушенно, лениво, будто бы сами устали от долгого веселья. Кто-то смеялся за соседним столиком, но смех был уже не таким звонким. Мягкий свет ламп отражался в стакане перед Сарой. Она провела пальцем по краю, следя, как остатки алкоголя медленно скатываются по стенкам, и махом осушила бокал. Сегодня был хороший вечер. Теплый, шумный, полный дружеских подначек и радости от завершенного проекта. Ее коллеги, один за другим, откланялись, оставляя после себя лишь пустые бокалы и напоминание, что завтра — новый день. Но Сара не торопилась. — Хэй, ты идешь домой? — Лив подошла незаметно, вырвав ее из размышлений. — Думаю, я еще задержусь. — Сара постаралась изобразить расслабленную улыбку. Вышло не очень. — У тебя все в порядке? Ты выглядишь как-то… подавленно — в ее глазах отчетливо читалось беспокойство. — Да, все хорошо, не переживай. Просто хочу еще немного посидеть в одиночестве. Давно не выбиралась в такие заведения. — Сара приложила все усилия, чтобы сохранять маску беззаботности. Лив с сомнением посмотрела на нее, но все же промолчала. Помахав на прощание она направилась к выходу. Сара облегченно выдохнула и снова повернулась к барной стойке. — Еще один? — спросил бармен, протирая бокал. — Пожалуй да. На этот раз один к одному. Парень лишь кивнул и через несколько секунд поставил перед ней ром с колой. Она чувствовала себя странно… Полгода… Полгода общения, встреч, разговоров. Полгода, за которые Он стал кем-то важным. Она не знала, когда именно их насмешливые перепалки превратились в искренние разговоры. Когда поддержка стала чем-то естественным. Когда он стал тем, с кем хотелось делиться мыслями, страхами, переживаниями, мечтами… Сара покрутила стакан, наблюдая, как жидкость закрутилась в стекле. Было ли это дружбой? Или чем-то большим? Ответ пугал ее. Слишком многое могло измениться, если она ошибалась. Слишком многое могло сломаться… Но притворяться, что ничего не происходит, тоже становилось невыносимо. Она глубоко вдохнула, сделав глоток. Внутренний голос говорил, что нужно наконец честно разобраться в своих чувствах. Проблема была в том, что она и так знала ответ.

***

Уильямс, покачиваясь, вышла на улицу. Неоновая вывеска «Thirteen O’Clock» заслепила глаза. Она зажмурилась и тряхнула головой, стараясь прийти в себя. Когда светлые пятна перестали закрывать обзор, девушка нетвердой походкой двинулась прочь от бара. Холодный воздух немного прояснил сознание, но не избавил от ощущения лёгкой отрешённости. Праздник закончился, вечер, наполненный смехом и шумными разговорами, растворился в ночи, оставив после себя только гул в висках и съедающее чувство одиночества. Она не успела дойти до угла здания, как за спиной кто-то присвистнул. — Эй, красавица! Давай провожу тебя! Сара вздрогнула, но не остановилась. Не оборачиваясь, она ускорила шаг, затуманенное сознание забило тревогу. — Детка, стой, куда же ты? Я не кусаюсь! Голос был грубый, хрипловатый, с пьяными нотками, но в нём звучала настойчивость, от которой по коже побежали мурашки. Сердце забилось быстрее, выпрыгивая из груди. Просто идти дальше. Не реагировать. Но дыхание сбивалось, ноги казались ватными. Она споткнулась, но продолжила движение. Чёртовы каблуки не позволяли перейти на бег, а улица впереди выглядела пугающе пустой. Каждый шаг отдавался гулким эхом в висках. Позади послышались тяжелые шаги. Он идёт за ней. Сара резко свернула в переулок, надеясь, что пьяный незнакомец оставит ее в покое, но шаги не прекратились. Он не просто следовал за ней — он сокращал дистанцию. Напористо. Неумолимо. Словно хищник, загоняющий жертву в угол. — Ну чего ты убегаешь, куколка? Мы ведь только встретились! — в его голосе скользнула издевка. Нет, он не отстанет. Сара сжала кулаки. Воздуха не хватало. Спокойно. Без паники. Он просто пьян. Если не показывать страх, он потеряет интерес. Однако тело предательски не слушалось. Дыхание сбилось, руки дрожали, внутри всё похолодело от нагнетающего чувства угрозы. Прежде чем она успела придумать, что сказать, её резко схватили за локоть и рывком развернули. Сальный хищный взгляд скользнул по лицу девушки, а затем опустился ниже. Он оскалился в чем-то наподобие улыбки. — Оставь меня в покое! — она дёрнулась, но хватка только усилилась. Грубые пальцы вонзились в кожу, оставляя синяки ещё до того, как она успела осознать боль. Незнакомец толкнул ее, прижимая к стене. — Да ладно тебе, сладенькая. — Он навалился на неё всем телом, горячее дыхание обдало кожу. Запах перегара, пота и чего-то приторно-сладкого ударил в нос, вызывая приступ тошноты. — Не строй из себя недотрогу. Я ведь просто хочу немного поболтать, познакомиться ближе. Опьянение полностью исчезло, сменяясь липким чувством страха. Сара попыталась оттолкнуть его, но он был слишком силён. В груди нарастала паника. Сердце грохотало. Она ощущала себя затравленным зверем, попавшим в ловушку. — Отпусти! — голос предательски задрожал. Она извивалась, ударила его локтем, но он схватил её за плечи, сильнее впечатав в стену. Нет. Нет, нет, нет! Его тело прижалось к ней, тяжёлое, жёсткое. Оставляя мерзкое ощущение липкости на коже. Чужая рука скользнула по бедру, задирая юбку, и больно сжалась на ягодице. Губы оставили фиолетовый след на шее. Отвратительный, влажный. Клеймо. Нечто, что останется даже после того, как он уйдёт. — Как ты пахнешь… прямо хочется попробовать. Грудь сдавило, дыхание оборвалось. Сара вновь отчаянно забилась, пытаясь вырваться. Его ухмылка стала шире. Грязная, самодовольная. Он резко рванул рубашку и его рука забралась под порванную ткань, грубо лапая. Он будто не замечал ее попыток освободиться, одно колено скользнуло между её ног. Всё внутри сжалось в чистый, всепоглощающий ужас. Она была бессильна против него. Нет спасения. Нет выхода. Только темнота. Только липкий страх, забивающий каждую клетку и мерзкие касания, которые не забыть, от которых не отмыться. Холод пробрал до костей. Паника захлестнула, сдавила грудь, превращая воздух в вязкую, удушающую субстанцию. Всё. Это всё. Он сильнее. Она не выберется. И внутри что-то сломалось… Тело застыло в ужасе, а мысли спутались в беспомощной попытке придумать, что делать дальше. Сознание пыталось отключиться, спрятаться в темноте, где его не достанет эта реальность И вдруг… Что-то изменилось. Воздух вокруг них сгустился, улицу окутала тревожная, давящая тишина. Лампа уличного фонаря замигала. Мужчина замер, его пальцы дрогнули. — Что за… — начал он, но договорить не успел. Свет фонаря заслонила тень. Она не просто увеличивалась — она извивалась, принимая неестественную, зловещую форму. Из неё проступали очертания силуэта, излучающего угрозу. В следующее мгновение, отдаваясь эхом, воздух прорезал жесткий голос. — Я бы на твоём месте отпустил её. Голос раздался прямо за спиной нападавшего — низкий, хищный, спокойный. Незнакомец обернулся, но не успел даже разглядеть говорившего. Его резко отбросило назад, словно невидимой силой. Сара едва успела вдохнуть, когда тело, удерживавшее её, исчезло. Она не сразу поняла, что произошло. Всё, что она увидела — фигуру, отбрасывающую длинную тень под уличным фонарём. Голос вновь прозвучал в тишине, наполненный ледяной угрозой и плохо скрываемой яростью: — Ты совершил ошибку. И теперь ты всю жизнь будешь расплачиваться за нее. А теперь — вон! На лице мужчины застыла гримаса ужаса. Он попытался встать, но зацепился за свою же ногу и снова упал. Наконец, сумев подняться, он, спотыкаясь, кинулся наутек. Джарет бросился к Саре, на ходу снимая свою накидку и завернул девушку в нее, скрывая порванную рубашку. — Ты в порядке? — в его голосе слышалась тревога. Он окинул ее взглядом, замечая следы на шее. Желваки заходили. — Вот ублюдок! Пусть бежит, это ненадолго. Гоблины займутся этим уродом. Он пожалеет, что на свет родился! — в глазах плескалась ярость. Сару трясло. Колени подогнулись. Она медленно осела на землю и зарыдала. Джарет опустился на колени рядом с ней и крепко обнял, гладя по волосам, стараясь успокоить. — Шшш. Тихо, тихо, сокровище. Все хорошо, я тут. Я с тобой. Больше никто не посмеет обидеть тебя. — он трепетно прижимал ее к себе, желая спрятать от всего мира. — Он… он почти… — выдохнула она, но не смогла договорить, судорожно всхлипнув. — Но не смог, — твёрдо ответил Джарет. — Я здесь. Он качнул её в лёгком ритме, успокаивая, баюкая, как ребёнка. Тонкие пальцы прошлись по её волосам, нежно убрали прилипшие к лицу пряди, чуть дольше задержавшись у виска, как будто стирая призрачный след чужого прикосновения. — Ты в безопасности, Сара, — сказал он наконец, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть ей в глаза. — И ты всегда будешь в безопасности рядом со мной. Джарет ещё несколько секунд держал её в своих объятиях, позволяя слезам вылиться вместе со страхом. Он тихо поглаживал её волосы, рисуя успокаивающие узоры на спине, пока дыхание девушки не стало чуть ровнее. — Нам пора уходить отсюда, Сара, — мягко, но настойчиво произнёс он, склонившись к её уху. Она кивнула, не поднимая головы. Её тело казалось чужим, ватным, лишённым сил. Сара попробовала встать, но ноги всё ещё дрожали. Она пошатнулась и Джарет сразу подхватил её, позволив опереться на него. Когда он осторожно разжал объятия, ей показалось, что она снова провалится в темноту паники. Он почувствовал это. Его руки остались на её плечах, крепко, но бережно придерживая. Затем одна ладонь соскользнула вниз, обхватывая её под коленями. В следующую секунду Сара ощутила, как земля ушла из-под ног, и она оказалась у него на руках. — Джарет… — её голос сорвался, слишком слабый, пропитанный остатками испуга. — Тише, — его тон был бескомпромиссным, но в нём звучала забота. — Ты вряд ли сможешь сейчас идти. Она не стала спорить. Просто уткнулась лицом в его плечо, впитывая тепло ткани и запах ночного ветра, смешанного с чем-то неуловимым, почти магическим. Джарет двинулся вперёд, шагая уверенно, словно его вовсе не тяготил её вес. Его плащ окутывал её, защищая от прохладного ночного воздуха, от мира, от всего, что только что произошло. Сара не заметила, когда улица начала казаться размытой, не могла сказать, сколько времени прошло. Она лишь ощущала покачивание его шагов и тепло его рук. Мир словно дрожал, звуки города растворялись, их поглощала тишина, наполненная чем-то древним, необъяснимым. Границы реальности смазывались, превращаясь в пустоту. Сара чувствовала, как воздух становится гуще, насыщеннее, будто они шагали не по улице, а по самому полотну реальности, а Джарет уверенно прокладывал им путь сквозь его ткань. — Всё хорошо, Сара, — снова повторил он, но уже тише, скорее для неё самой. Девушка едва слышно выдохнула, сжимая ткань его рубашки. Последний шаг — и вот уже под ногами не уличный асфальт, а мягкий ковёр, стены переулка исчезли, уступая место тёплому полумраку её квартиры. Джарет бережно опустил ее на диван и отступил. Сара слабо сжала пальцы на ткани его накидки. Она чувствовала, как дрожь медленно возвращается. Страх, что оставался глубже, чем просто следы пережитого ужаса, всё ещё сжимал грудь. Он уйдёт. Останется лишь пустая квартира, тёмные окна и эхо мерзких прикосновений того пьяного мужчины. Нет… — Останься, пожалуйста — голос прозвучал хрипло, почти шёпотом, в нем сквозило отчаяние. Сара подняла взгляд, в её глазах отражался страх, но не только от пережитого. Это был страх одиночества, страх того, что реальность сомкнётся вокруг неё, обрушится шквалом отвратительных воспоминаний. Он смотрел на неё долго, изучающе, но без обычной насмешки или той игривой хитрости, что всегда скрывалась в его взгляде. Теперь в нем была только мягкость и забота. — Я никуда не уйду, — спокойно ответил он. Голос его прозвучал уверенно, словно клятва. Сара слабо кивнула, будто подтверждая, что услышала. Джарет плавно опустился рядом. Он медленно, почти осторожно, обнял её, позволяя её голове найти покой у себя на плече. Его пальцы скользнули по её волосам, гладя их с лёгкостью, от которой к горлу подкатил ком. Сара рвано втянула воздух, вдыхая запах его рубахи. По щекам снова покатились слезы. Джарет молча протянул руку и кончиками пальцев бережно стёр их, задержавшись у её скулы. Его прикосновение было лёгким, почти невесомым, словно он боялся причинить ей ещё больше боли. Тепло его рук, мерное дыхание, усталость, что подкралась к ней, когда страх ослабил хватку — всё это убаюкивало. Она попыталась что-то сказать, но язык не слушался. Джарет только крепче прижал её к себе, едва заметно покачивая, и тёплый бархат его голоса разлился в тишине: — Спи, Сара. Я здесь. И впервые за долгую, пугающую ночь она позволила себе провалиться в темноту.

***

Джарет не смыкал глаз. Сара спала беспокойно, её пальцы то сжимались, то разжимались, дыхание временами сбивалось, губы чуть шевелились, выдавливая слова, которых он не мог разобрать. Даже во сне она судорожно всхлипывала, а из глаз катились слезы. Он лишь крепче прижимал ее к себе, шепча слова успокоения. Каждый раз, когда она начинала дрожать, сжимаясь в комок, он едва ощутимо касался её лба, и кошмары развеивались, словно дым. Но не уходило другое. Глухая ярость. На того человека. На себя. Он должен был быть рядом. Должен был остановить это раньше. Должен быть не позволить этому случиться. Но прошлого не изменить. Он видел, как она сломалась, как страх цеплялся за неё, оставляя следы даже сейчас, когда она спала. Джарет сжал челюсти, но лишь на секунду. Потом снова посмотрел на неё — такую уязвимую, но всё же цепляющуюся за него, даже во сне. Мысли крутились, отравляя разум, но он не позволял себе терять бдительность. Сара должна была спать спокойно. И он стоял на страже её снов, отгоняя всё, что могло её потревожить.

***

Занялся рассвет. Сара просыпалась медленно, словно поднималась из глубокой, вязкой темноты. Тело казалось тяжёлым, будто налитым свинцом. Голова гудела, а глаза опухли. Пришлось приложить усилие, чтобы их открыть. Только одно ощущение оставалось неизменным. Тепло. Она по-прежнему чувствовала его тепло рядом. Сара медленно повернула голову, наткнувшись на взгляд разных глаз. Он всё ещё был здесь. Его объятия дарили чувство спокойствия и защищенности. С ним она в безопасности. — Джарет… — девушка запнулась, внимательно осматривая его. Он выглядел измученным. Лицо бледнее обычного, под глазами залегли темные круги, а во взгляде все еще сквозили тревога и что-то еще, что сложно было считать. — Ты не спал, — произнесла она скорее утверждая, нежели спрашивая. — Не мог. — Я… Я не поблагодарила тебя вчера… Спасибо… — она замялась, — страшно думать, что бы могло произойти, если бы ты не… Джарет не дал ей договорить. — Прости. — он отвёл взгляд в сторону Сара непонимающе смотрела на него. — Если бы я пришёл раньше… — его голос был низким, срывающимся, но он все же взял себя в руки. — Я не уберёг тебя… — Ты не мог знать… — Я чувствовал, что что-то не так. Что-то тянуло меня к тебе, но я… — он резко замолчал, будто сказал больше, чем собирался, но, собравшись с мыслями продолжил — Когда он на тебя напал… Я… Я боялся, что не смогу защитить, не успею. И мне было страшно видеть, как ты страдала. Я боялся, что потеряю тебя... — Но все же ты успел. — тихо ответила она. Повисла звенящая тишина. Джарет нарушил ее, решаясь сказать то, что слишком давно было на сердце, то, что нельзя было скрывать дольше, ибо жизнь слишком хрупка и скоротечна. Он нежно взял ее руку в свою. — Сара… Я хочу, чтобы ты знала… Ты перевернула мой мир. И я не могу представить жизнь без твоего света, без твоего сердцебиения, без тебя. Когда мир вокруг меня глух, темен и хаотичен, ты — как мелодия, которая наполняет пространство спокойствием, гармонией. Ты — то, что заставляет всё вокруг иметь смысл… Ты стала моей музыкой… Сара смотрела на него, и её сердце сжалось от тепла, которое исходило от этих слов. Он говорил так, как никогда не говорил раньше, будто они оба преодолели долгий путь, чтобы дойти до этого момента. Она медленно протянула руку и положила на его грудь, чувствуя под пальцами стук его сердца. Она не знала, как выразить свои чувства, как показать Джарету, на сколько он для нее важен. Потому лишь прошептала: — А ты стал моей… В комнате стало тише, словно мир затаил дыхание. Неверие в его взгляде уступило место надежде и счастью. И тогда Джарет, не торопясь, бережно провёл пальцами по её щеке, будто спрашивая разрешения, читая ответ в ее глазах. Джарет медленно наклонился к ней, его губы мягко коснулись её. Сара закрыла глаза, растворяясь в этом поцелуе, который был не просто жестом, а настоящим признанием.

Я на все готов для тебя…

Даже сдвинуть звезды?

Даже сдвинуть звезды…

Когда воздуха перестало хватать, они нехотя разорвали поцелуй. Джарет прижался лбом к ее лбу. — Я всегда буду рядом, Сара. Это все, что она хотела услышать…

As the pain sweeps through

Makes no sense for you

Every thrill is gone

Wasn't too much fun at all

But I'll be there for you

As the world falls down…

***

10 лет — долгий срок. Меняется жизнь, мировосприятие, отношение к прошлому. Но иногда… Иногда ожидание стоит того… Фильм они все же досмотрели…