Я вижу тебя

      Два огромных зверя вцепились в шерсти друг друга, оставляя когтями рваные раны на ребрах, что потом будут больно саднить. Ярость вокруг них нарастает с каждой секундой, что заставляет всех присутствующих отойти ближе к кромке леса, чтобы не попасть под лапу случайно. Черный и рыжий цвета мелькают перед глазами, отбрасывая в стороны бордовые пятна крови, перемешиваются в непонятное рычащее что-то, что пугает до трясущихся ног и озноба по всему телу. Колени подгибаются, не удерживая такого напряжения, и роняют испуганного и явно непонимающего происходящее омегу на землю, заставляя опираться на такие же слабые руки. Он не может отвести взгляд, просто не может. Хочет зажмуриться, развернуться и убежать далеко отсюда, спрятаться где-нибудь в чаще и тихо плакать от пронзающего страха и ошеломляющей правды, что открылась перед ним в столь неподходящий момент. Он и раньше знал о существовании таких видов на планете, не зря же в детстве взрослые про них сказки рассказывали. Да еще и в таких подробностях, будто сами были свидетелями подобных происшествий. Будто были их героями и просто повествовали свою историю, только от третьего лица. Но увидеть вживую такое зрелище требует стальных нервов и совсем других обстоятельств, явно не во время церемонии признания, что в себе должна нести тихую надежду и пульсирующую в глубинах соединяющихся сердец любовь, потом пылающих синим пламенем разгоревшихся чувств. Эта церемония должна была тихо пройти, как одинокий вечер, уносящий за собой некомфортные разговоры, слезы на стянувшихся в боли щеках, улыбки, предназначенные конкретному человеку. Он и представить не мог, что одно его действие повлечет за собой таких масштабов проблему, приносящую неудобство и, более того, панику окружающим людям. Страх за их жизни, за жизни их родных. За жизни тех, кто сцепился в схватке и буквально сейчас вырывают шерстяные клоки у друг друга в порыве идеально изогнуться и прогрызть глотку врагу.       Эти почерневшие в порыве страшной ярости, затаенной злобы, глаза, что пытаются одним своим взором убить, сжечь на месте, чтобы даже пепла не осталось. Черного волка отбрасывают в рядом стоящую ель сильным ударом по ребрам, что тот сдавленно скулит от пронзившей все тело боли. Страшно смотреть и понимать, кого сейчас откинуло, кто лежит у векового дерева и пытается встать на в момент подкосившиеся лапы. Ему нельзя проигрывать, он не позволит забрать дорогого ему человека, даже если придется тоже умереть. Главное, чтобы его маленький, сжавшийся сейчас в страхе омега не пострадал. Нужно встать и спасти свою луну.       Огромная лиса облизывается голодно, смотрит на сжавшегося омегу, что всем нутром чувствует текущую по нему липкую массу, будто клейкое желе, которое обертывает его как конфету, заворачивая в желаемую упаковку. Жуткий холод заставляет даже кости звенеть под этим взглядом, который приклеивает к месту без шанса побега. Все конечности будто атрофировались и перестали отвечать на сигналы мозга о надвигающейся опасности. Как так произошло, что он стал героем такой истории, о которой раньше только сказки читал? Почему это случилось именно с ним? Что его ждет дальше? Как ему сейчас поступить?       Односельчане не смеют подойти и закрыть собой долгожданного гостя, желанного жениха, неродного сына, хотя тело уже рвется встать перед парнем и получить удар вместо любимого всеми парнишки. Чимин уже навзрыд ревет, царапает отросшими когтями кожу супруга, что всеми силами сдерживает свою бестию, даже если сам с собой борется из последних сил, чтобы не разорвать одежду и не вклиниться в бой молодых оборотней, лишь бы защитить ценное создание.       В миг перед окоченевшим телом омеги встаёт массивный чёрный волк, у которого уже шерсть дыбом встала от наэлектризованной атмосферы, топает лапой и угрожающе рычит на приближающегося монстра. С бока в области рёбер капает кровь, липнет к шерсти, марая её своей краской. Хвост в некоторых частях ободран, жилистые лапы мелко дрожат от превышающего норму адреналина в крови. Он закрывает своего избранника, предназначенного и подаренного ему самой луной, что сейчас непрестанно следит за её последователем. Этот волк стоит китайской стеной перед угрозой жизни своему возлюбленному, что сейчас от переизбытка эмоций даже с места сдвинуться не может. Конечно, он боится, и даже очень. Какого в моменте узнать настоящую личность своего бывшего партнёра и друга детства, который, оказывается, еще и питал возвышенные чувства к нему, да до такой степени, что признался на церемонии создания пар, буквально, бракосочетания, изъявляя желание стать полноценным спутником жизни, а не просто мальчишкой из соседского дома. Не при таких обстоятельствах Чон хотел признаться, открыться этому лучу солнца, что освещал каждое его утро своей мягкой улыбкой, что угощал своими печеньками, когда бы их ни приготовил. Что так нежно и осторожно зарывался в его смоляную шерсть, принимая его просто за волка из ближнего леса. Ах, эти легкие прикосновения, утопающие в жестких волосках, успокаивающие и очищающие разум, возвышающие над землей и укладывающие в теплые руки. Как приятно. Даже сейчас эти прикосновения ощущаются так ярко, будто это происходит наяву. - Чонгук…       Плач за спиной отрезвляет волка, что становится вмиг серьезнее и начинает наступать на вставшего перед ним врага, грозно рыча в знак предупреждения. Кровь кипит в жилах, взгляд проясняется и позволяет оценить обстановку, чтобы найти способ прижать этого лиса к земле и заставить отступить. Но лис на то и считают хитрыми, у них с детства развито тактическое мышление, это помогает в бою с противниками. Иначе не началась бы эта битва. Ведь Мин Хо изначально на это рассчитывал, знал правила церемонии и использовал их по полной, чтобы показать свою возвышенность над грязными волками. Но одно он, все-таки, не учел. Разгоревшиеся чувства между двумя существами очень сильно влияют на эмоциональный фон, что за собой ведет, бывает, безбашенные действия.       Чон твердо ступает по земле, роет ее своими лапами, надвигается на облизывающегося лиса, предвкушая последний бой. Этот рыжий комок шерсти рассчитывает на победу в битве и войне, но ни того, ни другого ему не заполучить. Альфа отстоит своего омегу и жизнь подле него. Не оставить тихо иссыхать в чужих грубых объятиях, которые шипами проходились бы по нежной гладкой коже, поцелованной солнцем. Волк собирает всю злость, любовь, силу в себе и срывается с места, поваливая лиса на землю. Шокированное от внезапной атаки существо пытается вырваться, царапает острыми когтями лицо и уши, пытается закрыть самое слабое место на своем теле, но массивная лапа прижимает морду к земле, а сильные челюсти в миг смыкаются на открывшейся шее лиса, что от боли пищит, переходя на булькающие звуки из горла. Бездыханное тело ослабевает и оседает на землю, умершими глазами смотря на причину своей гибели. Но долго туше смотреть не позволяет черная лапа, что опускает веки и толчком отбрасывает лиса с центра поляны.       Он отстоял свои чувства, свою пару, что сама выбрала его, что пошла навстречу и откликнулась на зов его сердца. Чон не мог предать такой поступок. Не мог предать полученное доверие, он был обязан победить в этой схватке. И он победил. Гордо встал посреди поляны и взвыл на свидетеля этой битвы, знаменуя кончину врага.

Чонгук победил ради своего омеги