Я вижу тебя

      Вся поляна взвыла за своим альфой. Героем, что показал свою силу и возможность защитить свою омегу, выстоял в смертельной схватке и вышел победителем. Мистер Кан с улыбкой облегчения смотрел на Чона, что гордо стоял по середине поляны, пока белое светило в небе разгоняло облака, чтобы показать темное покрывало, усыпанное мириадами звезд, как ознаменование наступления ясных дней. Напряженная атмосфера рассеивается с помощью мощного ветра, что заставляет горячие тела оборотней, особенно участников церемонии, слегка поежиться. Вроде, все прошло, больше нет угрозы жизни, можно выдохнуть и продолжить празднование. Однако надрывный плач Чимина и холодные тихие мольбы в сторону одного существа заставляют вернуться в реальность и напрячься всем волчьим телом аж до наэлектризованной шерсти. - Тэхен-и, мальчик мой... открой глазки, прошу... - Слёзно умолял омега семьи Чон, приподняв упавшего без сознания Кима и уложив голову себе на колени.       Омега лежал безвольной куклой в руках старшего, пока вокруг собирались односельчане, чтобы посмотреть, что случилось с любимым всей деревней человеком. Да, для него шок оказаться среди старых знакомых, что буквально были второй семьей, растили и воспитывали наравне с родителями, и узнать о другой их ипостаси. О той, про которую сами же взрослые ему рассказывали все детство омеги, представляя это в виде сказки и легенд местных лесов. Ярко обрисовывали облики старейших легенд, которое, в итоге, оказались просто завуалированной под слоем непрозрачной воды правдой, что в днк еще при зачатии передавалась из поколения в поколение, дошла до наших дней и тихо живет в отдалении, не показываясь на глаза. Если Минхо оказался оборотнем, сколько же еще таких за пределами деревни и таких родных зеленых лесов, что всегда просто обдували маленького омегу своими ветрами, поднимая легким потоком вьющиеся на концах пряди волос. Прятали от старших, когда те норовили вновь провести лекцию о хорошем поведении, от Чона, когда они играли в прятки, от могучих ураганов, что обходили поселение, оставаясь только на колышущихся верхушках деревьев. Сколько еще таких, как Чонгук, разбросано по всей планете, как они приспособились к жизни среди тех, кто об их природе даже не догадывается. Как справляются со своими вторыми сущностями, которые в силу дикой натуры, скорее всего, рвутся на свободу. Как можно было скрывать такую важную информацию столько лет? Он буквально шесть лет был в паре с оборотнем, уму не постижимо.       Тэхен и представить не мог, что человек, которому он когда-то отдавал лучшее, что у него есть, любил без остатка и менялся подстать, окажется и внутри и снаружи лисом. Опасным хищником, что обведет вокруг пальца, да так, что ты сам не поймешь, как и когда тебя провели. Запутаешься, будешь сомневаться в себе, что и случилось с Кимом за последние три года, как он только съехался с Минхо. Незаметные манипуляции, на которые словно зачарованный омега отвечал смирением и принятием, сам того не понимая, истощал себя в угоду мужчине рядом, чтобы тому было "не стыдно похвастаться таким бриллиантом".       А сейчас и... он. Мальчишка из детских воспоминаний, первой возвышенной любви, первых мокрых и стыдных фантазий. Чон был маленьким миром безопасности и тепла для омеги, забытой частью пазла, что никак не находилась, будто специально пряталась от жалких попыток Кима восстановить картину своей жизни, когда в четырехместной комнате детдома он собирал себя по кусочкам, чтобы не свихнуться от всего случившегося лишь за несколько часов. От осознания, что он больше и не коснется мягкой кожи папы, не ухватится за шероховатые пальцы отца, не запрыгнет на спину дедушке в попытке напугать. От понимания, что больше не вернется в теплую уютную Свою комнату, в которой хранились альбомы, рисунки маленького омеги, в частности, с любимым "кроликом" из дома недалеко, что так полюбился сердцу и душе. Чонгук был его путеводной звездой, стрелкой компаса, без которой омега бы просто встал на месте и тихонько рушился, развеваясь пеплом по холодному ветру города, пропахшего выхлопными газами. Чонгук, которому Тэхен вновь доверился, сразу открыл душу, как только увидел за калиткой в тот вечер, когда пришел на барбекю к семье Чон. Когда сел рядом за стол, незаметно вдыхая чарующий и, как раньше, успокаивающий аромат травы после дождя. Когда не отстранился при объятиях в поддержке, а прижался сильнее, будто пытаясь слиться воедино, чтобы никогда не отлипать и не ощущать больше холод со всех четырех сторон света, еще сверху и снизу в придачу. Но ведь он не испугался Чона, он просто... был шокирован. Он ведь звал альфу, когда тот сражался, вернул на поле боя просто своим зовом утонувшего в воспоминаниях Чонгука. Значит, омега принял сущность младшего, просто... - Чимин, ты слишком громко думаешь. - Отвлек от нахлынувших мыслей старшего омегу мистер Кан. - Отнесите Тэхен-и в его дом, ему нужно отдохнуть после такого стресса       Чимин быстро кивает и мягко придерживает голову Кима, пока Хосок поднимает на руки ослабшее тело. Нужно уложить в постель, проверить на жар, окутать теплом и ждать, когда проснется, чтобы все объяснить. Не хочется терять этого ребенка во второй раз. Все помнят, как было больно ждать возвращение всеми любимой семьи Ким, больнее было осознавать после прошедшего из уст в уста рассказа Тэхена, что добрые старики не вернутся больше. Не то, что в эту деревню. В этот мир. И сейчас единственный член семьи, что спустя столько лет и пережитых трудностей вернулся к ним, также находится на грани. Все это понимают. Всем страшно. Проснется и уедет. Испугается. Ладно, жители деревни со временем переживут трагедию, но Черный волк, что сейчас с тихим скулежом плетется за своими родителями, пытаясь хотя бы кончика стопы человека коснуться мокрым носом, не переживет утрату. Он стойко ждал десять лет, отвергал признания, когда почти все омеги заглядывались на подросшего альфу. Холил и лелеял воспоминания о светлом душой омеге, несколько раз убегал в лес искать следы после исчезновения всей семьи, выл на луну от отчаяния, что жители деревни подушками уши прикрывали, чтобы не слышать раздирающий душу вой сородича. Он не переживет разлуку. Во второй раз. Вот, кому по-настоящему страшно.

Но все ведь будет хорошо. Да?