Приятная

Глава 5.

Три года спустя.

    — Александр, подумай об этом. Если ты не пойдёшь на сделку с нами, нам придётся принять меры. Ты можешь лишиться территорий, — сказал тучный мужчина по имени Сильванус Селвин, глава мафии северо-западных территорий Лондона. — Господа, кажется, вы меня не совсем правильно поняли, — Александр встал с кресла, глядя на мужчин с холодной решимостью. — Я не позволю провозить эту дрянь через свои земли. А если попробуете — пожалеете. На этом попрошу вас покинуть мой кабинет. Трое мужчин молча поднялись и направились к выходу. — Через год, думаю, ты изменишь своё мнение, — добавил один из них на прощание. Все трое вышли, оставив Александра в одиночестве. Вздохнув, Александр повернул голову к дивану в углу кабинета и уставился на него тяжелым, пронизывающим взглядом. — Что думаешь? — спросил он, не отводя глаз от пустой мебели. В этот момент чары рассеялись, и на диване появилась девушка. Она сидела вальяжно, закинув одну руку на спинку дивана, вторую — на подлокотник. Ноги были перекинуты одна на другую. Она тоже смотрела прямо на Александра. На ней была винного цвета блузка и чёрные брюки. — Не думаю, что они прямо сейчас решатся на что-то. Но план на случай непредвиденного — не помешает. Кто знает, на что они готовы пойти, лишь бы провозить наркотики через наши земли, — спокойно сказала Гермиона. — Да, ты права. Не хотят везти груз в обход — боятся, что их накроют авроры или магловская полиция. А расходы для них и так слишком высокие. Роули и Кэрроу дают разрешения, но даже им это дорого обходится, — размышлял Александр вслух. — Если они соберут Совет и захотят начать войну за территории, мы можем не выстоять. Нас слишком мало, — холодно заключила Гермиона. — Надо что-то решать заранее. — Ты слышала? Год у нас есть. Они не будут устраивать войну сразу — у Селвина траур. Его отец, бывший глава, умер недавно. Пока он в статусе “нового короля” — им не до войны, — пояснил Александр. — Григорий Крам следит за границами. Пока он там, они не дернутся.   И правда, семья Крамов вместе с Виктором перебралась в Лондон три года назад и присоединилась к семье. Они стали хранителями границ на юго-западе, непосредственно рядом с территориями Селвина. Лондон был разделён на пять частей. Северо-западом управлял Селвин, северо-востоком — Роули. Центральную часть контролировали Кэрроу, юго-восток принадлежал Малфоям. Александр же владел юго-западной территорией. Внутри семьи территории также распределялись между доверенными людьми. Гермиона узнала обо всём этом после окончания школы, когда встала по правую руку Александра. Она начала участвовать в делах, но так, чтобы никто об этом не знал. На заседаниях появлялась под чарами маскировки, на приёмы — либо под оборотным зельем, либо не появлялась вовсе. Александр тщательно скрывал её — своё секретное оружие, способное по команде уничтожить любого. Что она и делала. Гермиона стала опасной и беспощадной. Пытала и убивала. Самое страшное — ей это начинало нравиться. Убивала, конечно, только тех, кто этого заслуживал. Только когда кто-то пытался вторгнуться на их территорию или навредить семье. Александр скрывал её не просто так — если бы главы мафий узнали, какими способами он добивается информации и кто именно за этим стоит, охота на неё началась бы немедленно. Такую фигуру захотели бы стереть с доски. Ведь именно она похищала, выбивала сведения, ломала волю. За три года Гермиона стала в этом искусна. Но все, кто видел её лицо — умирали. Никто не мог выдать, кто скрывается за чарами и масками. Александр боялся потерять территории. Сбор информации приносил плоды. Александр был доволен результатами. Он начал одобрять её действия, уважать её. Стал смотреть на Гермиону не просто как на инструмент — а как на равную. Вот так недавно Александр узнал от неё нечто важное. Гермиона собрала информацию, и её анимагические способности оказались крайне полезны. Превращаясь в красивую сойку, она могла проникать куда угодно и узнавать всё, что было нужно. Так она выяснила, что Люциус Малфой уже давно тяжело болен. Проклятие, наложенное на него какой-то обиженной женщиной, оказалось смертельным. Снять его она не успела — умерла. Люциусу оставался максимум год. А значит, вскоре его место займёт наследник — Драко Малфой. За Малфоем Гермиона тоже следила. Как и за Тео. И за остальными. Присматривала. Иногда в облике сойки подлетала к Тео совсем близко. Он замечал её, и, кажется, догадывался, кто это. Потому что всегда улыбался — и это грело душу. Но вскоре она прекратила свои вылеты — по приказу Александра. — И что ты предлагаешь? Сидеть и ждать год? — спросила Гермиона, вставая с дивана и направляясь к бару налить себе виски. — Конечно, нет. Я подумаю над этим. А пока — свободна, — ответил Александр, усаживаясь в кресло.

* * *

    Гермиона сидела в саду. Уже два года она была консильери. Но об этом знали только члены семьи. Никто больше. Лиз была в бешенстве, когда узнала. С тех пор она не разговаривала с Александром и не приезжала в поместье. Для всех остальных Гермиона просто исчезла. Она будто бы растворилась в воздухе. Первые месяцы после Турнира Трёх Волшебников она ещё переписывалась и созванивалась с Джинни и Пэнси. Один раз даже встретились. Но Александр узнал и заставил разорвать все связи. Через знакомых Гермиона пустила слух, что умерла от драконьей оспы. Несколько писем от Джинни приходили с надеждой выяснить, правда ли это. Гермиона не отвечала — возвращала письма обратно. Сменила номер телефона. Теперь она могла только наблюдать со стороны. Но и это длилось недолго. Уже два года она не видела никого. Даже издалека. Она осталась одна в огромном мире. Эмиль с Оливией обосновались в Америке и учились на колдомедиков. Жили полной жизнью. Писали, как знакомились с людьми, ходили на свидания. Оливия завела роман, но он быстро закончился — жених оказался уродом и поднял на неё руку. Эмиль же жил легко, крутил романы один за другим, не останавливаясь ни на ком. У Гермионы не было и этого. В восемнадцать она познакомилась с одним маглом. Несколько раз встретились, несколько раз переспали — и всё. Он вскоре женился. А она знала, что сама — никогда.    Она понимала, что Александр готовит её на место главы. А эта участь не оставляет шанса на семью. Люди в их кругу боятся заводить детей и жен — слишком велика угроза. Слабость. И если кто-то всё же решается, то только на свой страх и риск. Гермиона смирилась. Просто жила дальше. Но была ещё одна проблема. Она — девушка. Когда она сядет во главу стола, другие главы не одобрят этого. Они будут делать всё, чтобы её свергнуть. Но она не позволит отобрать то, что по праву принадлежит ей. К этому Александр готовил её всю жизнь. Были и светлые моменты. Год назад Гермиона в одной из старых кладовых нашла портрет своей матери. Перенесла его к себе в комнату. По ночам сидела напротив и смотрела. Портрет так и не заговорил. Но видеть мать было достаточно. Она рассказывала ей обо всём: куда ездила, что видела. Гермиона много путешествовала — добывала информацию и людей за границей. Посещала красивейшие уголки мира. И каждый раз делилась этим с портретом. Мать слушала её, улыбалась с холста. И Гермиона была счастлива. Хоть так у неё был кто-то родной.   

* * *

  Прошло две недели после разговора в кабинете, и Александр позвал Гермиону, чтобы выдать новое задание. Гермиона прошла в его кабинет на третьем этаже. (В поместье их было два — второй располагался на первом этаже и предназначался для заседаний.) Она поднялась по лестнице, постучала в дверь и вошла. Александр заметно постарел за последние годы. Работа была нервной: появились морщины, взгляд потускнел. Но в нём всё ещё горело желание править территориями и расширять семью. Он сидел в кресле и пил огневиски. Заметив Гермиону, встал, подошёл к бару, налил второй стакан и протянул его девушке. Гермиона сделала глоток и устроилась в кресле для посетителей, пока Александр снова сел напротив. — Имя? — коротко спросила она, глядя ему в глаза. Он хмыкнул и улыбнулся. Она никогда не тратила время зря. Всё чётко и по делу. — Так не терпится начать? — усмехнулся он. — Да знаешь… Не калечила никого давно, не убивала. Задница уже болит от сидения на месте, — с сарказмом бросила Гермиона. Александр громко рассмеялся, откинул голову назад, выдохнул и снова посмотрел на неё. — Всё очень славно. Малфой, — сказал он уже серьёзным тоном. Глаза Гермионы расширились, на лице промелькнуло удивление. — Разве ты не можешь просто пригласить его к себе на разговор, как главу семьи? — спросила она спокойно, покачивая ногой. Нервничала. — Мне нужен не Люциус. Малфой-младший, — сказал Александр. Брови Гермионы взлетели вверх. — И зачем же тебе понадобился этот хорёк? — хмыкнула она. — Вот приведёшь — и узнаешь. Даже сможешь немного повеселиться, — проговорил Александр с заманчивой интонацией.     Гермиона ждала этого момента. В мыслях она давно мечтала отомстить — за унижения, за издевательства, за ту боль, что он причинил. За его выходку с директором. Она хотела, чтобы он почувствовал то же самое. Хотела доставить эту боль ему. Этот трус, который однажды едва не задушил её... Теперь она задушит его. Эти мысли начали приходить совсем недавно. После того, как она нашла Каркарова у него дома… и разорвала его спину хлыстом. От ран он умер у неё на глазах, и она впервые за долгое время почувствовала лёгкость. Освобождение. Тогда она поклялась — отомстит каждому, кто когда-либо сделал ей больно. Вернее, одному. — Хорошо. К вечеру он будет у тебя, — сказала Гермиона, допивая виски. Она встала и направилась к выходу из кабинета. На улице она превратилась в сойку с ярко-синими перьями и полетела в сторону поместья Малфоев. Через полчаса она уже была на месте. Сидя на подоконнике открытого окна его кабинета, Гермиона наблюдала за ним, затаившись. В этот момент зазвонил телефон. Она напрягла слух. — Привет. — Да, всё в силе. — Давай в магловском ресторане «Luck»... где-то... — он посмотрел на наручные часы, — в пять вечера. — До встречи. Он сбросил звонок и с усталым вздохом опустился в кресло. Какая удача. Даже ждать долго не пришлось, чтобы выяснить что-то стоящее, — подумала Гермиона, взмахнула крыльями и улетела прочь. Дома она переоделась в красивое шёлковое изумрудное платье выше колена с треугольным вырезом декольте. Рукава-фонарики мягко легли на плечи, а сборка по бокам создаёт элегантные складки, подчёркивая фигуру и округлые бёдра. Чёрная сумочка на серебряной цепочке висела на плече. На шее — чокер, инкрустированный алмазными стразами. На ногах — чёрные лодочки на высоком каблуке. Поправив сумочку, она вложила в неё пистолет с патронами, заряженными сильным снотворным, и три склянки с антидотами — всегда брала про запас. Палочку спрятала в портупее, прикреплённой к середине бедра. Туда же присоединились несколько ножей. Наложив чары иллюзии, она превратилась в жгучую брюнетку с длинными, роскошными волосами. Волны аккуратной укладки подчёркивали эффектный образ. Красотка. Взяв с туалетного столика ещё одну склянку, она последний раз взглянула в зеркало, затем на часы — и вышла из комнаты.

Blondie - Call me

Сев за руль чёрной тонированной машины Mercedes AMG GT67, Гермиона выехала с территории поместья и пересекла скрывающий барьер. Она вынырнула в магловский Лондон. Внутри машины пахло настоящей кожей, а сама она мягко скользила по трассе. Мотор гудел, приятно щекоча слух. Включив музыку, Гермиона подхватила слова любимой песни и, подпев певице, мчалась к месту встречи. Пролетев уже несколько красных светофоров, она ловила настоящий кайф. На машину были наложены чары, скрывающие её от глаз маглов — они попросту её не замечали. Кроме того, автомобиль был защищён чарами от столкновений и любых внешних помех. На высокой скорости она вывернула руль, и с эффектным разворотом машину слегка занесло. Сердце билось быстрее. Гермиона обожала автомобили. Девис научил её всему, что знал сам — и она каждый раз вспоминала его с благодарностью, ловя азарт в каждом повороте.     Подъехав к ресторану, Гермиона взглянула на часы. 17:20. Идеально. Специально зайдёт чуть позже, чтобы эффект был ярче. Припарковав машину, она достала из сумочки склянку с прозрачной, слегка блестящей жидкостью. Зелье вейл — на основе собственных волос. Выпей и прикоснись к мужчине — он будет очарован тобой и пойдёт хоть на край света. Выпив зелье, Гермиона вышла из машины и уверенной походкой направилась к ресторану. На входе дорман — тот самый, что открывает двери для гостей — открыл перед ней дверь, слегка поклонившись. Она кивнула и вошла внутрь. Хостес с вежливой улыбкой поприветствовала её и провела к столику. И тут Гермиона заметила его. Он изменился. Сильно. Вместо худощавого мальчишки перед ней сидел мужчина. Широкоплечий, высокий, мужественный. Рубашка обтягивала накачанные руки. Лицо — взрослое, фарфоровой бледности. На губах — лёгкая полуулыбка, пока он общался с официанткой. Длинные пальцы с проступающими венами двигались лениво, но уверенно. Несколько верхних пуговиц были расстёгнуты, открывая сильную шею с перекатывающимся адамовым яблоком. Сексуальный. Платиновые волосы небрежно зачесаны назад, но несколько прядей падали на лоб. Виски и затылок выбриты подчёркнуто стильно — брутально и дерзко. Официантка краснела от его реплик, отводила взгляд и улыбалась. Вот же лис… Напротив него сидел… Тео. Чёрт. Только не он.    Со спины его было трудно разглядеть. Темно-синий костюм сидел безупречно. Широкая, прямая спина. Кудрявые волосы мягко закручивались в кольца. Он заметно повзрослел. Прошло два года с их последней встречи. Гермиона прошла к своему столику и села так, чтобы Малфой её точно увидел. Конечно, зелье вейлы уже вступило в силу. Она бросила быстрый взгляд в сторону зала и заметила уборную — удачное направление. Медленно направляясь к ней, она сделала вид, будто спотыкается — и "случайно" схватилась за плечо Малфоя. Он среагировал мгновенно, перехватил её за талию и не дал упасть. — Простите, я оступилась… — мило пролепетала она, как будто смущённая. Глаза Малфоя чуть расширились, губы расплылись в улыбке — слишком обворожительной. — С вами всё в порядке? Вы не ушиблись? — спросил он тем самым голосом… Сука, каким же заманчивым голосом. — Нет, всё хорошо. Спасибо. — Она убрала руку, но он почему-то не спешил отпускать её талию. Тео прокашлялся. Лёгкий знак — и Малфой нехотя разжал пальцы. Гермиона пошла дальше, чувствуя на себе его взгляд. Чары сработали. Через пять минут она вернулась к своему столику и, будто невзначай, стрельнула в его сторону глазками. Он не отрывал от неё взгляда. Видимо, принял это за сигнал: они с Тео поднялись и направились к ней. Гермиона изучала меню, делая вид, что не замечает их, пока мужчины не подошли вплотную. — Извините, не возражаете, если мы присоединимся? — спросил Малфой, вежливо, с той самой притягательной полуулыбкой. Гермиона подняла взгляд и встретилась с их глазами. Один — спокойный и серьёзный. Тео. Второй — чёрт возьми, всё такой же опасно красивый. Но он — цель. — Конечно, присаживайтесь. — Улыбнулась, элегантно махнув рукой на свободные места. Они сели напротив. Официант тут же подошёл. Мужчины заказали по стакану виски, Гермиона — бокал вина.   — Почему вы здесь одна в такой день? — поинтересовался блондин, пока брюнет внимательно изучал её взглядом. — Я собираюсь на вечеринку, — сладко улыбнулась Гермиона. — И решила перекусить перед тем, как начнётся веселье. — Почти не соврала. Вечеринка действительно будет… только для неё. - А вы..? — Простите нас, мы не представились, — сказал блондин. — Меня зовут Кристиан. «Ну конечно. Учит жизнь. Не называть настоящее имя — правило номер один.» — А это Алекс, — кивнул он в сторону Тео. — А как зовут прекрасную леди? — Даниэла, — с лёгкостью соврала Гермиона. — Очень приятно. А вы? Что здесь делаете в такой день? — Взаимно, — вежливо кивнул Малфой, а Тео продолжал молчать, не отрывая от неё взгляда. — Мы по рабочим вопросам, но всё уже улажено. — Чудесно! — оживлённо сказала Гермиона, будто действительно радовалась. Они заказали по салату. Разговор быстро завязался — в основном с Малфоем. Говорили о хобби, работе, жизни. Конечно, врали оба. — Я не работаю, — игриво сообщила Гермиона. — Помогаю в родительском благотворительном фонде по защите исчезающих видов животных. Мы спасаем малайских тапиров и магических попугаев, страдающих от эмоционального выгорания. — Она весело рассмеялась, а внутри подумала, что в другой жизни, может быть, и занялась бы этим всерьёз. — А ты? Чем занимаешься? — Я сын главы опасной мафии, — серьёзно ответил он. Гермиона замерла. Брови взметнулись вверх. Глаза округлились. И тут он рассмеялся. — Шучу. Продаю автомобили. А Те.....Алекс — мой партнёр. — Последние слова он сказал быстро, почти споткнувшись о них. «Оговорочка…» — отметила про себя Гермиона, но виду не подала. Лицо — маска полного безразличия. Она посмотрела на время. Подняла запястье. Тео тоже глянул — и тут его взгляд задержался. Серебряный браслет с надписью «Ми» — тот самый, что он подарил ей перед её отъездом. Его выражение изменилось на долю секунды. Гермиона мысленно выругалась. Но виду не подала. Быстро опустила руку и с деланной лёгкостью заговорила: — Слушайте, мне уже пора. Вечеринка не ждёт. — Она улыбнулась и игриво приподняла брови. — Не хотите составить мне компанию? Мои друзья сегодня устраивают «белую вечеринку». Обещаю: будет весело. Или как минимум… запоминающе. — Но ты почему-то в изумрудном, — сказал Драко, очаровательно улыбаясь и проводя по её наряду взглядом, от которого хотелось сбросить одежду просто из уважения к собеседнику. — Не люблю подчиняться правилам, знаешь, — Гермиона одарила его игривой улыбкой и чуть наклонилась, открывая более откровенный вид на декольте. Малфой уставился на неё так, будто вот-вот начнёт облизываться, как кот на сметану. И... Вспышка. — Конечно, почему бы и нет. Правда, Алекс? — обернулся к Тео Малфой, не сводя глаз с Гермионы. — Кхм... да... можем сходить, — с замешательством пробормотал Тео. Они рассчитались, галантно открыли перед «Даниэлой» дверь, и втроём вышли из ресторана. — Я на машине. Вон она, — сказала Гермиона, указывая пальцем на чёрный Mercedes. Лица парней вытянулись. Они прошли к авто. Гермиона села за руль и сразу поставила сумочку на пассажирское сиденье — чтобы никто туда не сел. Парни устроились на заднем сидении. Пока они размещались, Гермиона вытащила из сумочки пистолет с дротиками-снотворным и аккуратно положила его в отсек слева от себя. В зеркале заднего вида она убедилась — всё как надо: Малфой справа, Тео позади неё. Сначала — хорёк. Повернув голову, она ослепительно улыбнулась Малфою. Тот, засмотревшись, даже дышать забыл. Этого было достаточно. Щелчок. Дротик вылетел, вонзился точно в шею. Секунда — и Драко отключился. Резко развернув пистолет, она направила его на Тео, который смотрел в окно. Услышав движение, он обернулся. Его взгляд упал на безжизненное тело Малфоя, затем — на Гермиону. — Миона? — голос его дрогнул. Он узнал. — Прости, Тео. Выстрел. Тео спал.

* * *

    Проезжая по улицам Лондона, Гермиона время от времени посматривала в зеркало заднего вида на мужчин, мирно спящих на заднем сиденье. Взгляд упал на Малфоя. Его лицо было расслаблено. В таком состоянии он был чертовски красив. Сукин сын. Волосы упали на лоб и глаза. Сука. Блять. Нет. Задание. Сегодня это красивое лицо немного попортится. Знакомое чувство предвкушения — тепло разлилось по груди, опускаясь в солнечное сплетение. Надавив на газ, Гермиона услышала, как мотор взревел, и машина понеслась по трассе к поместью. Проехав скрывающий барьер, на горизонте появилось родовое поместье Грейнджеров. Большой, величественный особняк из белого камня с множеством колонн. Огромные окна и тёмная крыша эстетично контрастировали. На выступах с двух сторон сидели каменные саламандры с высоко поднятыми головами, устремлёнными в небо. Вся территория утопала в зелени: аккуратный газон, ровные изгороди, белокаменные дорожки между кустарниками — всё соединялось с главной аллеей, ведущей к парадной двери. Подъехав к высоким воротам с видеокамерами, Гермиона не сбавила скорость. Ворота открылись автоматически. Она проехала мимо охраны, не останавливаясь, и въехала прямо в гараж. Останавливаться было нельзя. В машине — Тео. Втягивать его в это она не собиралась. Снотворное было сильное, он будет спать ещё пару часов. Как только всё будет закончено — она его увезёт. Гермиона вышла из машины и обошла её сбоку, остановившись у двери, за которой сидел Драко. Она надела ему на глаза чёрную повязку. Достав палочку, откинула его тело вперёд, завела руки за спину и прошептала: — Инкарцеро. Верёвки туго затянулись на его запястьях. Гермиона вытащила тело из машины с помощью заклинания левитации. Захлопнула дверь, ещё раз взглянула на Тео — он всё ещё крепко спал. Убедившись в этом, направилась к выходу. Гаражные двери автоматически закрылись. Прошла мимо охраны у главного входа и вошла в поместье. Тела Малфоя не касалась — левитировала его перед собой, как груз. Подойдя к кабинету Александра на первом этаже, опустила его чуть ниже, чтобы было удобнее. Из сумочки достала склянку с антидотом. Грубо зажав пальцами его щёки, влила зелье ему в рот, затем зажала рот рукой и нос — чтобы проглотил. Он зашевелился. Мышцы дёрнулись. — Мммм… блять, — прохрипел он. Очнулся. Сняв заклинание левитации, Гермиона позволила телу Малфоя упасть. Он глухо охнул, ударившись спиной об пол с высоты почти в метр. — Какого хрена? — грубо выругался он, но, конечно, ответа не получил. Перевернув его на живот, Гермиона схватила за связанные руки и резко подняла с пола. — Что за чёрт?! Довольно усмехнувшись, она распахнула дверь в кабинет и, не слишком деликатно, толкнула Малфоя вперёд. Он рухнул на колени прямо перед Александром. — Мистия! — с одобрением воскликнул тот, увидев Гермиону и пленника. Мистия. Так называл её Александр. Так звали древнегреческих наёмников — тех, кто не знал страха. Александр восхищался их отвагой, силой, безупречной дисциплиной. Такой для него была Гермиона. — Как всегда, превосходная работа! — с воодушевлением произнёс он. — Шесть вечера, а задание уже выполнено. Я думал, потребуется больше времени. И, кстати, отличный способ... — с намёком добавил он, имея в виду ещё не снятую иллюзию. Нацепив дерзкую улыбку, Гермиона чуть поклонилась. При посторонних она всегда выражала уважение. Таков был этикет. — Какого, блять, хуя здесь происходит?! — завёлся Малфой, делая попытку встать, но Гермиона тут же прижала его к полу, надавив рукой на плечо и уперев колено между лопаток. Александр, только теперь обратив внимание на гостя, встал из кресла и взглянул на него. Повязка всё ещё скрывала лицо Малфоя. — Наш долгожданный гость. Ну же, Мистия, зачем же так грубо? Проведи его к креслу и сними с него оковы. Думаю, мы вполне сможем пообщаться мирно, — сказал он хрипловатым голосом. Гермиона схватила Драко за руки, подняла с колен, игнорируя поток его ругательств, и усадила в кресло. Стянула повязку с глаз, сняла заклинание. Освобождённый, он сразу вскочил, щурясь от света, и уставился на Александра. — Какого хуя?! — выкрикнул он, кипя от ярости. — Ну же, мистер Малфой, прошу вас, успокойтесь. Мы просто поговорим. Ваш отец уже получил письмо и знает, где вы находитесь. Он скоро будет здесь, — спокойно произнёс Александр, вновь опускаясь в кресло. Гермиона нахмурилась. Она не понимала, зачем Александр позвал сюда ещё и Люциуса Малфоя. С одним — её целью — она вполне справилась бы сама. А ещё нужно было незаметно вытащить Тео. Пока никто не узнал, что он вообще здесь. Она прошла к креслу, в котором сидел Александр, и остановилась справа от него. Выпрямив спину, расправив плечи, она гордо подняла подбородок. Завела руки за спину и сцепила пальцы на предплечьях. Строгая, собранная. Почти статуя. Драко зыркнул на неё. И, узнав в силуэте ту самую женщину, что водила его за нос — красивую, сексуальную, опасную — закипел. — Стерва! — процедил он сквозь зубы. Гермиона в ответ подарила ему самую опасную и коварную из своих ухмылок. Она просто блистала — холодной, колючей уверенностью, сводящей с ума. — Мистия всего лишь выполняла приказ, — мягко, почти по-отечески, произнёс Александр. — Не стоит так грубо, мистер Малфой. — Зачем вам мой отец? — спросил Драко, уже чуть спокойнее. Он поднял ментальный щит — Гермиона это почувствовала сразу, когда попыталась заглянуть в его мысли и натолкнулась на плотную стену. — Всё узнаешь, сынок, — произнёс Александр, слегка усмехнувшись. — Он уже на территории. А пока… Мистия, разве прилично продолжать скрываться за масками? Он не отводил взгляда от Драко, но лёгким движением головы дал понять, что обращается к ней. Гермиона не стала спорить. Она и сама ждала этого момента. Того самого. Последнего аккорда. Торжества. В уголках губ заиграла улыбка. Глаза сверкнули, в них вспыхнул огонь. Внутри неё что-то плясало, будто тысячи теней, рвущихся наружу. Она взмахнула рукой возле лица — иллюзия начала плавиться, таять, стекать с неё, как тонкая вуаль. Драко следил за каждым миллиметром, который обнажала реальность. Сначала исчезли волосы, потом — черты лица. Брови его расправились. Глаза расширились, как будто он увидел призрак. Сердце застучало, резко, в бешеном темпе, в ушах зазвенела кровь. Кулаки сжались — и Гермиона могла поклясться, что услышала, как у него скрипнули зубы от напряжения. Он не моргал. Он не дышал. Он просто смотрел. А потом, когда иллюзия исчезла полностью, и перед ним предстала настоящая Гермиона, он произнёс: — Грейнджер?!