Narn Dirhaval

512 г.   Эльфы-моряки с острова уже неделю хвалились своим очередным рейдом далеко на север побережья. Похоже, лорд Кирдан рассчитал правильно — если уж Моргот так потратил свои силы, пока сокрушал Гондолин, на другие места Белерианда у него поначалу будет куда меньше сил — и стоит этим воспользоваться. А нынче утром подошла еще одна ладья с Балара — и Дирхаваль, прослышав, что вроде бы с баларскими приплыли и какие-то эльфы, спасенные ими на берегу, двинулся к пристани. Кто знает, кто мог им встретиться? Он еще от входа в дом моряков, как показалось, услышал среди голосов что-то знакомое — и ускорил шаг. Неужели и у него, как у многих в этой земле у моря, есть надежда увидеть хоть кого-то из давних знакомых? Новоприбывших можно было отличить от моряков, пусть Дирхаваль и мало кого из них знал, по повадке — одежда у них, похоже, была уже баларская, а вот озирались они явно с непривычкой к этому месту. Нескольких эльфов он явно видел впервые, двое показались смутно знакомыми, но понять, кто же это, он еще не мог, — и тут, уже в компании двух баларских, узнал Линтира, оживленно с ними беседующего, и понял, что узнал не сразу — тот выглядел, как ни странно это сказать про эльфа, словно постаревшим. И еще до того, как Дирхаваль, у которого перехватило дыхание, окликнул его, тот поднял глаза и улыбнулся. Дирхаваль протянул руки в ответ, понимая, что сказать все равно еще почти ничего не может: — Линтир. А… — Дирхаваль, — откликнулся негромко и радостно Линтир. — Живой! Нас вот — спасли… — Он вздохнул и прикрыл глаза. — Эрхен погиб. Там, на берегу. Идти не хотел, сказал — прикроет нас, если что, до берега, а нас орки догнали… — «Прикроет»! — вступил в разговор один из моряков. — Этот нолдо? Да он их перебил! Мы вернулись, понять не могли, как он еще живой…. копьем его, почти у сердца…а он еще оскалился так, и сказал ему вот — тихо, но я слышал: «Не печалься, у Мандоса лучше, чем у Моргота!» Вес-селый…. Дирхаваль по прежнему не мог ничего сказать, и отчетливо понимал — он и этот рассказ словно видел своими глазами, но в его историю это не войдет — просто останется с ним. Он стоял, крепко сжимая Линтира за руки. Кто-то еще из Фалатрим тронул эльфа за плечо. — Ты вот, может, не знаешь, кто перед тобой тут стоит. Это же Дирхаваль Хадоринг, он сказание про Турина складывает, а какую часть до конца сложит — запишет и рассказывает…. ты скажи, — повернулся он к Дирхавалю, — как будешь опять рассказывать, — мы приплывем опять. — Я…. скажу к вечеру, я… — начал Дирхаваль, и тут понял, что легче всего ему будет сказать сейчас не о себе. — Это ведь он — указал он на Линтира, — он мне первым сказал, что я сложу это сказание. С тех пор и пытаюсь… И пока Фалатрим обернулись уже к Линтиру, сам направился к выходу. Он сидел у моря довольно долго, то ли думая, то ли вспоминая. И только какое-то время спустя заметил, что Линтир тоже сидит рядом. А чтобы заговорить, им понадобилось еще какое-то время…