Домработница для Хайтани

      — Отвезёшь её по этому адресу. Если понадобится, заедешь ещё на этот. Башкой отвечаешь за неё, — негромко, но угрожающе приказал Риндо водителю, передавая ему адрес клиники и адрес домработницы, пока Ран по-джентельменски помогал Т/и сесть в чёрный автомобиль представительского класса.              — Есть, — отчеканил водитель и повёз Т/ф в указанное место.              Братья взглядом проводили уезжающую машину и скрылись в особняке.              — Чё со жмуром делать будем? — нарушил тишину Риндо, когда они поднялись на третий этаж. — Вонять же скоро начнёт.              — Угу, — подтвердил Ран, открывая балкон, где распластался труп мужчины средних лет со свёрнутой шеей. — Как насчёт пираньи?              — Да ну, возни дохера, — отклонил предложение младший, потирая задумчиво подбородок.              Старший согласно кивнул. Смесь серной кислоты и перекиси водорода, также известная как «раствор пираньи», хоть и надёжный способ бесследного уничтожения тел, но отчасти трудоёмкий и требующий определённой подготовки и сноровки.              — Тогда предлагаю по старинке скормить свиньям.              Свинья — животное всеядное. Шестнадцать голодных свиней всего за восемь минут не оставят от расчленённой девяностокилограммовой человеческой туши и следа, чем издавна пользуются криминальные элементы, чтобы избавляться от трупов. Свинки с фермы в небольшой деревушке близ Токио слопали уже не один десяток тонн людей, которыми их угощают «добрые» дяденьки из Бонтена, коим через подставных людей и принадлежит эта ферма.       

***

      Пока мёртвое тело молодого мужчины растерзанное на части бензопилами Хайтани скармливали свиньям, Т/и проводила время с матерью. Совсем скоро к дамам присоединился Сота. Когда время визита подошло к концу, дети покинули палату женщины и пошли к парковке клиники. Чёрный автомобиль, который Кудо увидел ещё когда приехал, заставил его насторожиться, хотя он и не понимал, почему, ведь подобные автомобили около этой клиники не были редкостью.              — Т/и, ты сегодня без машины же? — спросил Сота, останавливаясь с подругой, чтобы поговорить. — Я что-то не увидел твою машину на парковке. Давай я тебя домой отвезу.              — Да я сегодня не дома ночую, — чувствуя некоторую неловкость ответила Т/и. — Меня попросили остаться сегодня у нанимателей, с утра раннего работа предстоит. Даже сюда привёз водитель хозяйский, обратно тоже с ним. — Девушка кивнула в сторону подозрительного авто, из которого вышел статный человек в строгом чёрном костюме, — А вон и он, кстати.              Кудо почувствовал небольшой укол ревности, но тут же мысленно осадил себя, зная, что, пока подруга озадачена заботами о матери, она ни на кого не посмотрит.              — Даже та-а-ак, — шутя, протянул он, и легонько по-дружески пихнул Т/и в бок локтем. – И часто он тебя так подвозит? Пригласишь на свадьбу?              Т/ф с укоризной посмотрела на друга и покачала головой.              — Ну давай ты ещё сваху включи, — девушка дала Соте лёгкий щелбан, на который он лишь слегка посмеялся.              — А ты от ответа не уходи!              — Первый раз так подвозит. И, надеюсь, последний.              — Может, не последний? — с улыбкой продолжал подтрунивать Сота.              — Нет, — категорично ответила Т/и. — Ну всё, я побежала, неудобно человека ещё ждать заставлять. Пока-пока! — девушка, попрощалась с другом и удалилась в сторону водителя.              Кудо легко вздохнул, глядя вслед подруге и пошёл к своему автомобилю. Сев в него, он проводил тяжёлым взглядом уезжающее чёрное авто.              — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — молодой мужчина стал биться головой об рулевое колесо. — Не так всё надо было сказать! Ну какой я идиот! — Сота откинулся на спинку сиденья и просмотрел в потолок. — Может, не последний? — передразнил он сам себя. — А вдруг это сигнал, что водила к ней приставал? Ну что я за тупорез-то такой?! — парень тяжко вздохнул и запустил двигатель машины. — Надо будет расспросить Т/и.       

***

      Заехав по просьбе Т/ф на второй адрес, к ней домой, водитель повёз девушку обратно в особняк братьев Хайтани. Сами братья уже избавились от трупа незадачливого делового партнёра и ожидали в гостиной домработницу, буднично обсуждая за игрой в приставку предстоящие переговоры через несколько месяцев в итальянском городе Палермо.              — Хитрое, конечно, итальяшки условие поставили: переговоры на их территории, — ухмыльнулся Риндо, откидываясь на спинку дивана. — Боятся су́чки. Хм, или сами чё-то мутят?              — Боятся, — с такой же ухмылкой подтвердил Ран, сидящий рядом с братом. — Кроты донесли, что у семейства Лорети после того, как старый глава скопытился, всё по пизде идёт. Наследнички собачатся, нет ни единого мнения, ни единого главы.              — Всё нам на руку, хах!              — Кротов, кстати, надо будет зачистить.              — Зачистим. Моччи сказал, недели за три до визита чистильщика пошлёт.              — Ну норм.              Послышался звук открывающейся входной двери, мужчины отвлеклись от игры, синхронно повернули голову в сторону прихожей и невольно улыбнулись, завидев Т/и. Не каждый день им доводится видеть домработницу в обычной одежде — джинсах и просторном свитере.              Девушка, проходя в гостиную под неотрывным взором нанимателей, бросила взгляд на настенные часы. Время было всего десять вечера. По меркам тех, чьё бодрствование проходит в основном ночью, день только начался. Однако Т/ф решила предпринять попытку уложить своих господ спать.              — Быть может, имеет смысл лечь спать уже сейчас? Встреча в девять, я вас в семь начну будить. Пораньше ляжете, выспитесь, — предложила девушка, присаживаясь в кресло рядом с диваном, на котором сидели наниматели.              — А ты нам сказку расскажешь? — подперев голову рукой, с кошачьей улыбкой спросил Ран.              — И колыбельную! — подыграл ему Риндо.              Т/и чуть растерялась. Она хоть и понимала, что братцы шутят, однако знала, что это могли быть и не шутки.              — Ну, если сказка и колыбельная помогут вам скорее уснуть, то конечно, — улыбнулась девушка.              «Мама обычно говорит, — промелькнула мысль у Т/и, — что мужчины не взрослеют, а только притворяются взрослыми. Но я думала, это она только про Соту».              — Кстати, спать ложись в гостевой с нами на этаже, — дал указание Риндо.              — Но ведь в комнате персонала есть кровать, — возразила Т/ф, на что получила два раздражённых вздоха.              Ран слегка отсел от брата и приглашающе похлопал ладонью по дивану между ним и Риндо. Домработница исполнила невербальный приказ и села между Хайтани.              — Вот ведь упрямая, — старший положил ладонь на щёку Т/и и повернул её голову на себя. — Предлагаешь ей как лучше, а она…              Младший умостил подбородок на плечо Т/ф.              — Т/и-шечка, — прозвучало над ушком девушки. К подобной манере своих хозяев домработница уже стала привыкать, однако ещё не привыкла сполна. — Ты нам не доверяешь?              — Доверяю, — Т/и в панике очень хотелось отвести взгляд, но делать этого не стоило, что она отлично понимала.              — А зачем тогда себя так нехорошо ведёшь? — Ран погладил большим пальцем девичью скулу, глядя во встревоженные глазки. — Зачем споришь?              Т/и всё же отвела взгляд, виновато его опустив. На многие предложения Хайтани, всякий раз находила аргументы для отказа. Однако эти аргументы были в итоге напрасны, ведь братья всё равно настаивали на своём.              — Мне не хочется доставлять неудобств, — оправдалась Т/ф, нервно теребя рукав свитера.              — Твои препирания нас ранят в самое сердце, — с притворной печалью произнёс Ран и приобнял домработницу за талию. — Мы ведь с тобой друзья, малышка?              — Друзья, — ответил за неё Риндо, пристроившись щекой на плечике Т/и. – Мы тебе только хорошего желаем, а ты, — он сделал небольшую паузу, подбирая цензурный синоним, — вредничаешь.              — Я… — Т/и замялась, чуть сжавшись от дискомфорта. — Я поняла свою ошибку, исправлюсь.              — Вот и отлично! — похвалил Хайтани-младший домработницу, и братья отпустили её. Она еле заметно выдохнула с облегчением, но не тут-то было. – А теперь… — парень подхватил Т/и на руки и с возгласом: — Кто последний, тот лох и слушает сказку вторым! — побежал на второй этаж, не отпуская из рук от неожиданности крепко вцепившуюся в него девушку.              — Эй! А ну стоять! — со смехом Хайтани-старший рванул за братом.             

***

      Около двух часов ночи Ран проснулся и, почувствовав желание покурить, пошёл на балкон второго этажа. По пути он заглянул в одну из гостевых комнат, где безмятежно спала Т/и. Буквально пять минут назад так же сделал и Риндо. Пару минут полюбовавшись спящей красавицей, мужчина прикрыл дверь комнаты и, выйдя на балкон, увидел там брата.              — Братан? — Риндо обернулся на шаги позади, стряхивая сигаретный пепел. — Чё не спишь?              — Не спится, — закуривая, ответил Ран и облокотился о перила. — А ты чё?              — То же самое.              Молчаливо глядя в освещённый огнями города ночной горизонт, мужчины выкурили ещё по паре сигарет. Хоть они друг друга и превосходно чувствовали на ментальном уровне, рано или поздно им предстояло поговорить о девушке, что уже третий месяц не даёт покоя их прогнившим душам. Октябрьская прохладная ночь, проходящая не так, как обычно, а в спокойствии и тишине, располагала к беседе. Однако беседа выдалась короткой, ведь они оба знали её исход.              — Я на Т/и запал, — признался Риндо и сделал очередную затяжку. — Сильно.              — Знаю, брат. Абсолютно та же хуйня, — ответил Ран, задумчиво глядя на тлеющую между пальцев сигарету.              Повисла небольшая пауза.              — И чё будем делать? — затушив в стоящей на парапете пепельнице сигарету, задал риторический вопрос младший. Ответ на него он и так знал.              Хайтани, конечно же, давно могли взять силой Т/и, но на неё у молодых якудза были особые планы. Неприкосновенность их домработницы вкупе с её характером распаляли охотничий азарт. Им, с юных лет привыкшим, что девушки сами готовы падать в их руки и вешаются к ним на шею, было интересно медленно, хищно и коварно добиваться расположения милой, но неподатливой девицы.              — Пока оставим, всё, как есть. Куда она от нас денется, — Ран ядовито ухмыльнулся, брат ему в ответ ухмыльнулся так же.              — Ага. А если начнёт брыкаться, просто купим её у Кингё.              Агентство домашнего персонала не только предоставляло работников, но и торговало людьми, и объектами продажи нередко становились их же сотрудники. Кому-то не хотелось расставаться с сотрудником по эгоистическим причинам, кто-то покупал себе донора, кто-то двойника, кто-то игрушку себе по вкусу. Агентство поставляло товар своим клиентам под любые требования, а Бонтен их прикрывал. Однако, банда уже нацелилась на присвоение компании.              — И лучше к тому времени отжать Кингё целиком, — продолжил свою мысль Риндо.              – Оомори на грани из-за махинаций Фудзивары и уже к куче банков за кредитами обратился, всю охрану обновил. К нам ссыт обращаться, сучёныш.              — Правильно делает.              Т/и на новом месте спала не так крепко, как дома, поэтому запоздало, но всё же почувствовав, что дверь в комнату открывалась, проснулась. Потерев сонно глазки, девушка подошла к двери и, услышав негромкие голоса, вышла в коридор. Подойдя к балкону, Т/ф негромко окликнула хозяев дома.              — Господа, вам ведь вставать утром рано. Или хоть тёпленькое что-то наденьте, холодно ведь.              Мужчины обернулись на её голос и окинули взглядом милое, сонное, слегка растрёпанное создание в фланелевой пижаме и мягких тапочках. Выглядела Т/и не так эффектно, как обильно накрашенные и днём, и ночью девушки в кружевном белье и ажурных чулках, но цепляла что-то глубоко в душе. Хотя нельзя отрицать, что кружевное бельё или пеньюар, шёлковый халат в пол и домашние туфельки с пушком Т/и чертовски подошли бы.              — Уже докуриваем и идём спать, — с улыбкой проговорил Ран и потушил о пепельницу сигарету. Т/и хотела сразу же опустошить её, но Хайтани лёгким движением руки спихнул оную с парапета балкона. Пепельница упала прямиком в куст низкорослой туи. — Иори уберёт. А нам пора, тут реально дубак. Пойдём, Т/и-шечка!