Ты — моя тайная война

В Актовом зале, залитом утренним светом, пробивавшимся через витражи, кипела жизнь. На столах, уставленных тыквенным соком, свежими круассанами и дымящимися омлетами, отражались блики парящих свечей. Над гриффиндорским столом парил Почти Безголовый Ник, шутливо пролетая сквозь вазы с фруктами, а у слизеринцев в тени арочных сводов перешёптывался Кровавый Барон, его цепь зловеще позванивала. Совиный гул смешивался с гомоном студентов, разрывая утреннюю тишину. Беллатриса Блэк, сидевшая за слизеринским столом, вцепилась в пергамент расписания. Её лицо исказила гримаса ярости, когда она прочла: — Магловедение?! — Её крик заставил замолчать даже сов. Она швырнула кубок с тыквенным соком на стол, брызги попали на Андромеду, которая залилась смехом, словно это была лучшая шутка в мире. — Ты с ума сошла? Это же просто предмет! — Андромеда вытерла рукав, её глаза блестели от издёвки. Лицо Беллы побелело, как мрамор. Она сжала кулаки так, что костяшки побелели, и разорвала расписание в клочья: — Чистокровная ведьма не станет изучать маггловскую грязь! Ты позоришь семью! Андромеда лишь подняла учебник магловедения, демонстративно листая страницы со схемами «паровых двигателей»: — Может, ты боишься, что магглы умнее нас? Слизеринцы заулюлюкали. Эйвери, сидевший рядом с Люциусом Малфоем, ехидно подтолкнул его: — Ставлю пять кнатов, что Белла взорвёт кабинет до звонка! — Беру, — пробурчал Люциус, но его взгляд скользил не на Беллу, а на Андромеду. Семья прочила ему Нарциссу, но средняя сестра... Её дерзкая улыбка, огонь в глазах — это сводило с ума. Над столом проплыл призрак профессора Бинса, бормоча о Битве при Босуорте, но его голос утонул в крике Беллы: — Магглы — паразиты! Их «науки» — жалкие потуги слабаков! Андромеда, словно в ответ, достала из сумки маггловскую ручку и начала что-то рисовать на салфетке. Белла взревела, хватая нож, но в этот момент с гриффиндорского стола донёсся взрыв хохота — Джеймс и Сириус запустили в воздух жаб-вонючек, начинённых веселящим газом. Зал погрузился в хаос. *** Толпа перед кабинетом магловедения гудела, когда Беллатриса в ярости вцепилась в горло сестре. — Ещё одно слово о магглах — и я вырву твой язык вместе с корнем! — её голос звенел, как лезвие. В этот момент горячая ладонь легла ей на плечо — влажная, будто профессор только что мыла руки, но с неожиданной силой сжала. — Мисс...? — раздался вопрос прямо у уха. Беллатриса резко обернулась, ещё не видя лица, уже огрызаясь: — Блэк! — выпалила она, её пальцы всё ещё впивались в мантию Андромеды. И только потом подняла взгляд. Мир остановился. Перед ней стояла незнакомка — высокая, с влажными золотистыми волосами, собранными в небрежный узел. Капли воды скатывались по её длинной шее, исчезая за расстёгнутым воротником строгого, но слишком хорошо сидящего тёмно-зелёного платья. — Профессор Ларошфуко, — представилась женщина всем присутствующим, её голос с лёгким французским акцентом разлился по коридору, как тёплый мёд. — Ваш новый преподаватель магловедения. Но только Беллатриса увидела, как губы профессора — полные, без помады, но влажные, будто только что облизаннные — изогнулись в особой улыбке, только для неё. И тогда тело Беллатрисы взбунтовалось. Грудь стала тяжёлой, соски затвердели и заныли, яростно трясь о ткань рубашки. Между ног вспыхнуло так резко, что она непроизвольно сжала бёдра, чувствуя, как влажные трусики прилипают к коже. Внутри всё сжалось в болезненно-сладком ожидании, будто тысячи мурашек побежали к самому животу, а ладони стали предательски влажными. — Кажется, мисс Блэк уже горит желанием... изучать, — профессор намеренно сделала паузу, её пальцы слегка сжали плечо Беллатрисы, ногти впились в кожу ровно настолько, чтобы остались следы. Андромеда фыркнула где-то рядом, но Беллатриса уже не слышала ничего — только бешеный стук собственного сердца и этот проклятый французский акцент, который теперь навсегда поселился у неё в голове. Профессор отпустила её плечо, но перед этим — только Беллатриса почувствовала это — провела большим пальцем по обнажённой ключице. — До урока, mes élèves, — громко сказала она, но глазами обещала Беллатрисе совсем другое. И когда профессор скрылась в кабинете, Беллатриса Блэк, никогда не знавшая смущения, обнаружила, что её ладони влажные, дыхание сбилось, а между ног предательски мокро. Беллатриса растолкала всех и первой ворвалась в кабинет, её чёрные мантийные полы взметнулись, как крылья разгневанной вороны. Она плюхнулась за первую парту, намеренно громко хлопнув учебником по столу. Андромеда замерла в дверях, брови взлетели к волосам. — Ты... села впереди? — прошептала Нарцисса, пугливо озираясь. Их трио всегда пряталось на задних рядах. — Заткнись, — Беллатриса даже не повернула голову, её пальцы впились в дерево парты, когда профессор Ларошфуко вошла, стуча каблуками по полу. Меда робко потянулась к соседнему месту, но сестра резко цыкнула, не отрывая горящего взгляда от высокой фигуры у доски. Профессор расстёгивала мантию, обнажая плотно облегающее платье изумрудного бархата, и Беллатриса почувствовала, как в горле пересыхает. Андромеда пригнулась к её уху, губы растянулись в хищной улыбке: — Никогда не видела красивых женщин? — её горячее дыхание обожгло ухо. — Неужто всё идёт не по твоему холодному плану, мисс "Я всегда сверху"? Беллатриса рванулась вверх, опрокидывая скамью, но Андромеда уже метнулась к последним рядам, смеясь. Профессор обернулась, её глаза — два осколка льда — скользнули по Белле, затем по убегающей Андромеде. — Садитесь, мисс Блэк, — голос звучал мягко, но в нём звенела сталь. — Или вам нужно... особое задание? Её пальцы медленно провели по корешку учебника, ноготь зацепился за страницу, будто собираясь перелистнуть что-то запретное. Беллатриса сглотнула ком в горле и опустилась на место, чувствуя, как между ног предательски пульсирует. Где-то сзади хихикнули. Кабинет замер, когда профессор подняла руку. — Сегодня, — её губы изогнулись, — мы изучим маггловские... инструменты. Она щёлкнула пальцами, и на столах материализовались странные металлические предметы. Беллатриса нахмурилась, разглядывая блестящие цилиндры с кнопками. — Это... — профессор взяла один, длинный и тонкий, запустила пальцами по его длине, — называется "фонарик". Магглы используют его, когда им нужно... исследовать тёмные места. Её взгляд упал на Беллатрису. — Мисс Блэк, продемонстрируйте классу, как включается этот прибор. Беллатриса потянулась за предметом, но профессор резко одернула руку. — Нет-нет, — она наклонилась так близко, что Белла почувствовала запах её духов — жасмин и тёмный шоколад, — сначала теория. Вы должны... нажать нужную кнопку. Её холодный палец коснулся внутренней стороны запястья Беллатрисы, скользнул вверх по рукаву. — Сильно. Долго. Пока не загорится... свет. Беллатриса сглотнула. Где-то сзади Эйвери закашлялся. — Попробуйте, — профессор сунула ей фонарик, их пальцы соприкоснулись. И Беллатриса Блэк, никогда не знавшая страха, дрожащей рукой нажала кнопку. Луч света ударил в потолок. — Bravo, — прошептала профессор, и её губы почти коснулись уха Беллатрисы, — теперь вы знаете, как магглы... освещают свои тайны. Андромеда склонилась к Нарциссе: — Бьюсь об заклад, она впервые в жизни держит в руках что-то, что не собирается сломать. Беллатриса сжала фонарик так, что пальцы побелели. Но не выбросила в окно. Не потому что не хотела. А потому что профессор Ларошфуко положила руку ей на бедро под столом. Кабинет магловедения замер, когда профессор Ларошфуко провела пальцем по странице учебника, оставляя на пергаменте влажный след. — Следующее устройство, — её губы изогнулись в улыбке, — магглы называют «граммофон». Оно воспроизводит звуки. Беллатриса сидела, сжимая бёдра, чувствуя, как горячая ладонь профессора медленно скользит по её бедру под столом. — Может, кто-то... Её слова прервал громкий хлопок. Дверь кабинета с треском распахнулась, впуская облако розового дыма. — Простите за опоздание, профессор! — рявкнул Сириус Блэк, влетая в класс верхом на швабре, обмотанной блестящей лентой. За ним вкатился Джеймс Поттер, нелепо размахивая маггловским зонтиком, из которого сыпались искры. — Мы принесли наглядные пособия! — крикнул он, швыряя в центр класса какой-то металлический предмет. Предмет ударился об пол с оглушительным звоном и... БА-БАХ! Взрыв разноцветных конфетти заполнил комнату. С потолка посыпались живые лягушки. — Что за чёрт... — начала профессор, но её голос потонул в хаосе. Сириус, ухмыляясь, швырнул в Андромеду горсть блесток, которые тут же превратились в крошечных дракончиков. — Десять очков Гриффиндору за креативность! — орал Джеймс, прыгая на парте. Беллатриса вскочила, готовая наброситься на них, но профессор Ларошфуко резко схватила её за запястье. — Не двигайтесь, — прошипела она, прижимая ладонь Беллатрисы к своему бедру. В этот момент Питер Петтигрю, красный как рак, случайно опрокинул банку с какими-то зелёными червяками. — Ой... — пискнул он. Черви ожили, вытянулись в метровых змей и ринулись к первому ряду. Нарцисса вскрикнула и запрыгнула на парту. — Это же ядовитые огненные черви! — завопил кто-то с задних рядов. Класс превратился в ад. Люциус Малфой пытался отбиться от дракончиков-блесток зонтиком. Андромеда хохотала, швыряя в Сириуса чернильницами. Римус Люпин спокойно сидел и делал заметки, будто ничего не происходит. Профессор Ларошфуко взмахнула палочкой — и все замерли. — Достаточно. Её голос прозвучал тихо, но все сразу замолчали. — Мистер Поттер, мистер Блэк... — её глаза сверкнули. — Вы только что заработали себе месяц уборки совиных вольеров. Джеймс открыл рот, но профессор продолжила: — А теперь все — на выход. Урок окончен. Беллатриса, всё ещё дрожа от прикосновений профессора, медленно поднялась. — Вы... — начала она, но профессор прервала её, шепча на ухо: — Мой кабинет. В полночь. Принесёте конспекты. И когда Беллатриса выходила, она услышала, как Сириус шепчет Джеймсу: — Ставлю десять кнатов, она его всё равно взорвёт. Но впервые в жизни Беллатриса Блэк не хотела ничего взрывать. Она хотела совсем другого.