Бессонница

Крис пил чай, но вкус его почти не чувствовал. Тёплый пар поднимался над чашкой, но перед глазами плыло что-то другое – не кухня, не стол, не Нэлан. Прошлое. Оно внезапно накрыло его, будто кто-то сорвал невидимую завесу, которую он так старательно поддерживал. — Котёнок, иди сюда. Тёплый голос матери. Он чувствовал её руки, когда она взъерошивала его волосы, смеялась, обнимала, словно хотела защитить от всего мира. А потом… её не стало. Резкий звон телефона. Голос отца, глухой и сломленный. «Несчастный случай». Крис помнил, как стоял перед дверью их дома, всё ещё надеясь, что мама вот-вот вернётся. Но вместо неё возвращался только он. Пьяный. С пустым, мёртвым взглядом. — Тебя вообще не должно было быть. Первый удар. Боль в плече, потом по лицу. Горячий след на коже, глухой звук, от которого звенело в ушах. «Ты – просто обуза». Крис зажмурился, ладони дрожали. В груди будто снова поселился тот самый ребёнок, который тогда стоял в углу, боясь пошевелиться. — Крис. Чей-то голос прорвался сквозь мрак. Настоящее? — Крис, посмотри на меня. Он медленно открыл глаза. Нэлан. Тот сидел перед ним, нахмурившись, но в его взгляде не было ни жалости, ни осуждения. Только… обеспокоенность. Крис понял, что сжимает чашку так, что пальцы побелели. Чай внутри уже остыл. — Что-то случилось? Голос был тихим, но настойчивым. Крис резко вдохнул, но не смог удержать дрожь в руках. Грудь сдавило, внутри всё ещё эхом отдавались голоса прошлого, и что-то сломалось. Слёзы хлынули сами, неожиданно. — Чёрт… — прошептал он, сжимая пальцы. Нэлан не двинулся, но смотрел внимательно. — Ты можешь просто… выплеснуть это, — тихо сказал он. Крис сжал зубы, пытаясь подавить рыдания, но больше не мог. Всё внутри надломилось, слишком сильно, слишком глубоко. Он закрыл лицо руками, наконец позволив себе разрыдаться.