Игра Богов. Появление новых звёзд

Судьбы брата и сестры,

Словно две яркие звезды,

Переплетутся меж собой в созвездие

И дадут врагам своим достойное возмездие.

Спасут несчастную душу от смерти одинокой

И народ смиренный от войны жестокой.

Да будет так.

***

      — Эйден, иди сюда! Я тут кое-что нашла!       — Сейчас, Мелисса, уже иду…       Это был прекрасный солнечный день в небольшом уединённом домике семьи Лонгреев, который находился неподалёку от северо-западной окраины провинции Бэффилгам. Солнце сияло яркими лучами и заливало этот мир своим светом, словно окутывая его в тёплые объятия. По небу медленно плыли редкие перистые облака, дополняя его незамысловатыми узорами. Вокруг домика простирались холмистые лесостепи, редкие изумрудные деревья которых легко и непринуждённо качались и шелестели миллионами своих листочков от нежного, прохладного ветерка, время от времени появлявшегося здесь.       — Так что ты тут нашла? — черноволосый, довольно высокий парень по имени Эйден спешно подбежал к сестре, ища глазами предмет, привлёкший её внимание. Одетый в тёмное пальто и такие же тёмные штаны, он казался несколько угрюмым.       — Вот, смотри! — милая и нежная с виду девочка Мелисса с длинными, слегка волнистыми блондинистыми волосами, носившая простенькое белое платье, с сияющим энтузиазмом в глазах указала пальцем на большой, облитый солнечным светом камень посреди поля.       — Но разве тут что-то есть? — Эйден был в недоумении, что Мелисса позвала его только ради того, чтобы посмотреть на какой-то голый булыжник. С вопросительным взглядом он повернул голову к ней в ожидании её объяснений.       — Ты что, совсем не видишь, что ли? — возмутившись, девочка ухватила его за рукав и потащила поближе к камню, чтобы тот наконец смог увидеть то, что её так обрадовало.       — Ну что? Теперь-то видно всё? — она снова показала на булыжник. Эйден ещё раз вгляделся в камень, в его текстуру с разноцветными вкраплениями множества пород и минералов… И наконец-то разглядел на нём что-то, не свойственное обычному камню (а точнее, кого-то).       — Погоди, это змея, что ли?       — Да, змея! Ты всё-таки увидел! — от внезапного наплыва радости Мелисса чуть не подпрыгнула. Она улыбнулась, и её улыбка была настолько тёплой и лучезарной, что даже уголки губ серьёзного Эйдена начали приподниматься сами по себе.       — Ну хорошо, ты нашла змею… А что дальше? — но парень улыбался недолго. Его рациональность поставила в тупик всю детскую радость сестры. Кажется, сейчас ему не было дела до каких-то змей, лежавших на камнях. — Вроде бы и пятнадцать лет уже, а всё равно как ребенок временами.       — А ты вот слишком нудный для своих девятнадцати, прямо как дед! — возмутилась Мелисса в ответ. — Давай ты перестанешь ворчать, и мы подойдём к змейке поближе. Мелисса уже собралась пуститься в пляс навстречу к отдыхавшему животному, но Эйден ей этого не позволил, резко схватив за плечо.       — Лучше не стоит. Я читал, что здесь водятся ядовитые гадюки, и думаю, что это она и есть,       — его лицо вмиг стало обеспокоенным. На нём можно было прочитать, что пришла пора возвращаться домой, а не на змей пялиться, а уж тем более подходить к ним.       — Ядовитая, говоришь?.. — услышав это, Мелисса взгрустнула, но солнечная жизнерадостность вернулась к ней весьма скоро. — Ну и ладно, тогда пойдём обратно.       Вместе брат с сестрой спокойным шагом пошли к своему дому, обсуждая по пути всякие разные темы… Ну, не совсем спокойным. Это Эйден шёл вперёд в размеренном темпе, а вот Мелисса скакала вокруг него, как ужаленная, выкрикивая возгласы счастья и беспорядочно размахивая руками, но терпеливый юноша уже давно успел привыкнуть к подобным её выходкам.       Солнце продолжало умывать их лица своим ярким светом, а ветер нежно продувал через волосы, слегка развевая их. Вокруг до сих пор тихо шелестели деревья, кусты и трава — всё это создавало на душе невероятно приятное, даже сладкое ощущение полной свободы.       Эйден и Мелисса благополучно дошли до дома, возле которого стояла старенькая белая беседка, заросшая плющом. Они сели в эту беседку и чуть раскачали её, и та с громким скрипом нехотя начала двигаться. Их взору открывалась широкая долина, что расстилалась внизу, ведь сам домик находился на высоком холме. В этой долине они сумели разглядеть множество пёстрых цветов и кустарников: зелёных, жёлтых, красных и прочих. Они также увидели вдалеке речку, синева которой переливалась на солнце так, словно в ней текла не вода, а блестящие бриллианты. Ещё дальше этой речки лесостепь уже шла на подъём, резко переходя в скалистые горы, закрывавшие собой весь остальной мир, что лежал за ними.       — Слушай, Эйден, а ты не знаешь, что находится за теми горами? Просто за всю жизнь здесь мы успели побывать в самых разных местах… Но вот по ту сторону гор — никогда.       — Честно, я и сам не знаю. Родители никогда не рассказывали о тех местах. Может быть, там просто нет ничего особенного?       — Да не может быть! Я уверена, что там тоже есть свой мир, по-своему красивый!.. — Мелисса в моменте поникла головой и о чём-то призадумалась. — …Надеюсь, что рано или поздно мы сможем туда попасть.       — Да, я был бы тоже не против там оказаться. Но пока что будем довольствоваться тем, что есть у нас сейчас.       Дальше разговор не продолжился — девочка с юношей, наслаждаясь пейзажами, ненароком расплылись в умиротворении. Убаюкиваясь в качавшейся беседке, они словно растворились в мире вокруг, более всего ощущая гармонию с ним в тот миг. Не хотелось думать ни о чём, кроме как о красоте жизни и её ценности… Уже наступал вечер. Солнце катилось к горизонту, краснея на глазах. Небо тоже изменилось вслед за солнцем, окрасившись в персиковый цвет. Воздух охладел, а ветерок постепенно утихал и в конце концов вовсе сошёл на нет.       — Эйден! Мелисса! Идите сюда — будем вместе ужин готовить! — из окна дома вдруг донёсся взрослый женский голос, прервавший всю медитацию. Брату с сестрой пришлось скорее вылезать из своих мечтаний и спешить домой.       Зайдя внутрь, они первым делом встретили расположившуюся на стене напротив семейную коллекцию: полки, обставленные различными диковинками, фотографиями, фигурками и прочим. Да, здесь не имелось каких-то изысканных убранств, но даже эти на первый взгляд незначительные вещички вносили свой драгоценный вклад в общий интерьер.       Дальше Мелисса и Эйден направились налево — к кухне. Эта светлая комната была куда просторнее, чем тот же коридор и по сути являлась слиянием двух отдельных комнат — обеденной и самой кухни. В самом её конце, у столешницы с газовой плитой и стояла женщина, чей крик послышался с окна ранее— мать семейства Лонгреев по имени Элис. Она носила чёрное каре и сейчас была одета в кухонный фартук с цветочными рисунками. На вид Элис казалась не уж очень старой, но и не сказать, что прям молодой — около сорока лет или чуть больше.       — О, вы уже пришли! Подходите сюда, и мы начнём, — повернувшись к своим детям, она приветливым жестом подозвала их к себе.       — А что ты хочешь приготовить? — поинтересовалась Мелисса.       — Ваш любимый пирог с корицей и ирисками.       — Правда?! — небесные глаза Мелиссы прямо-таки засияли восторгом от услышанного.       — Чистая правда! Решила сегодня побаловать вас таким вот праздником.       — Кстати, а где папа? — спросил вдруг Эйден.       — Либо дневником своим занимается, либо пишет письмо одному нашему другу, — ответила Элис, попутно обыскивая кухонные шкафчики на нужные ингредиенты.       — Другу? Тёте Мэри что ли?       — Нет, это другой. Мы с ним давно уже не виделись, и он недавно снова объявился и прислал письмо.       — Надеюсь, он наведается к нам, — добавила Мелисса.       — Этого я пока что сказать не могу, — Элис наконец достала всё необходимое для выпекания пирога, после чего объявила:       — Ну всё, поговорили и хватит. Самое время заняться готовкой!       Следующий час эта троица трудилась на кухне не покладая рук, усердно стараясь над приготовлением пирога и вкладывая в него всю свою душу. Когда блюдо было готово, дом наполнился бесподобным сладким ароматом, вызвавшим у Эйдена с Мелиссой большой прилив аппетита. Не терпелось скорее отведать получившегося шедевра кулинарии, но сначала надо было засервировать стол в обеденной. Разложив тарелки и прочие приборы, Элис громко позвала мужа:       — Кристиан, мы уже приготовили ужин! Ты там скоро?       — Да, уже иду!.. — из глубины дома послышался мужской голос. По нему было понятно, что человек не придал большого значения вопросу.       Прошло ещё пару минут. Все остальные уже сидели за столом, а Кристиан всё не появлялся. Элис, не стерпев ожидания, вдруг гневно рявкнула:       — Крис, а ну быстро сюда!!!       Ответа теперь долго ждать не пришлось. В обеденную почти моментально прискочил высокий стройный мужчина с утончёнными чертами лица. Его каштановые волосы были весьма короткими, а на лице присутствовала небольшая растительность в виде маленьких усиков и бородки. Мужчина носил круглые очки и был одет в бежевый домашний халат.       — З-звала? — встревоженно спросил Кристиан, со страхом глядя на жену.       — Ну конечно! Садись к нам, а то уже всё остыло, — ответила ему Элис, указав на стул рядом. Муж без раздумий уселся туда.       Семья Лонгреев вновь собралась вместе, и всё ради того, чтобы отпраздновать своё счастье — жизнь в этом поистине прекрасном мире. Сегодня их небольшой праздник отметился в мирной и тёплой обстановке за вкуснейшим пирогом, которым каждый смог вдоволь насладиться. И без того уютная атмосфера подкрепилась забавными, милыми беседами, что вызывали у сидевших за столом простиравшиеся даже вне дома возгласы радости.       Когда они закончили трапезу, на улице уже давно стемнело и пришла пора заняться всякими домашними делами: кто-то разбирался с бытовой рутиной, кто-то отдыхал за чтением книг, а кто-то и вовсе был занят письмом у себя в комнате… Затем, спустя ещё какое-то время, подошёл момент, когда нужно было готовиться ко сну. Эйден и Мелисса, почувствовав дремоту, легли каждый в свою кровать, находившиеся в одной общей спальне. Перед тем, как заснуть, они напоследок обратились друг к другу:       — Спокойной ночи, Эйден! — вымолвила Мелисса, поднеся руку к горевшему ночнику.       — Ага… И тебе... — Эйден зевнул и перевалился на другой бок, укрывшись одеялом.       Свет в комнате, как и во всём доме, погас, и Лонгреи легли спать, отдавшись объятиям сладких грёз… Вот так и прошёл ещё один спокойный день этой милой семьи, коих у неё было уже бесчисленное множество.