Кто кого?

      Оля стояла посередине готического зала и нервно крутила в руках конверт, где находилась фотография Сони. После просмотра испытания она поставила ей восьмёрку, о чём уже давно пожалела, ведь и так на испытании её знатно затопили, и оценок от других коллег можно тоже высоких не ждать.       — Все по местам, сейчас начинаем! — оповестила съёмочная группа.       Экстрасенсы начали неспешно вставать на свои места, пока Оля всё ещё пилила тревожным взглядом конверт с карточками. Знакомый аромат, проносившийся мимо, заставил её поднять голову. Егорова подмигнула стоящей в растерянности Ольге, а затем гордо зашагала мимо.       Всю съёмку Якубович не находила себе места: её буквально сводил с ума образ Сони. Пока Софья переживала за то, как её оценят, Оля просто изнывала от взгляда на прикрытые тонкими чёрными колготками ноги Егоровой. В свете ламп зала они невероятно красиво переливались и блестели. Так и хотелось провести по ним пальцами, пока руки не исчезнут под неприлично короткими шортами.       — Голосуйте за своих фаворитов на сайте ТНТ, ну а мы с вами увидимся на следующей неделе! — закончил выпуск Башаров.       Съёмочная группа убедилась в том, что им всё нравится, и, наконец, отпустила ужасно уставших экстрасенсов.       Оля нагнала Соню по пути в гримёрку:       — Не обижаешься за восьмёрку? — виновато спросила девушка.       — Да всё в порядке, это явно не самая плохая оценка, которую я получила за сегодня, — с усмешкой ответила Софья.       Девушки зашли в гримёрку Егоровой.       — Жесть как устала сегодня, — жалуется Соня, затягиваясь айкосом.       — Иди ко мне, — приглашает Якубович, которая уже удобно устроилась на диване.       Ольга усаживает девушку к себе на колени, проводит по ногам подушечками пальцев. Софья притягивается для поцелуя, обвивая Олину попу шею одной рукой, откладывая второй электронную сигарету. Та же, нежно отвечая на поцелуй, осторожно тянется рукой к замку на очаровательной кофточке Сони.       — Даже не думай меня раздеть, — разрывая поцелуй, злится Егорова.       — Сонечка, это невозможно, я слишком долго ждала, — шепчет Якубович, расстёгивая замок.       — Я тебя убью, — она всё же сдаётся.       Софья стягивает с себя верхнюю часть одежды, садясь на колени Оли уже к ней лицом.       Любовная ведьма наклоняется к её шее, плавно проводит языком, касается губами, оставляя небольшой засос, на что получает возмущённое шипение. Но это её ничуть не смущает — она невозмутимо продолжает.       Соне надоедает сидеть без дела, она заводит руки за спину любимой, но застёжки там не находит:       — Где у тебя эта штука расстёгивается?       — Это боди, — ухмыляется Оля.       Ей смешно, а у Егоровой от этого ещё больше крышу сносит. Отвлекая поцелуем, она укладывает Якубович на спину, оказываясь сверху. Стягивает с неё юбку, наконец добираясь до желаемого.       — Сонь, быстрее, — жалобно стонет Оля, снимая с себя боди самостоятельно.       Софья аккуратно стягивает чёрные кружевные с ног девушки, проводит пальцем по клитору. Ольга шумно выдыхает, запускает свои коготочки в волосы городской ведьмы.       Егорова долго не мешкает — вставляет сразу два, толкает глубже, получая в ответ сдавленный стон: громе нельзя, услышат. Она водит всё быстрее, зрачки Оли всё шире, а волосы Сони сжимаются в руке всё сильнее. Не сбавляя темпа, она наклоняется, целует, размазывая помаду по всему лицу.       Стоны становятся на несколько тонов выше и ощутимо громче, она уже не может их контролировать.       — Сонечка, — произносит на выдохе, кончает.       Егорова кладёт голову ей на грудь, пока та продолжает перебирать волосы на её голове.       — Как так получилось, что весь готзал облизывалась на тебя я, а в итоге трахнула меня ты? — ответа она, конечно же, не получает: Соня лишь смеётся ей в ответ.       Вдруг в комнате становится светлее, обе поворачивают голову в сторону приоткрытой двери.       — Девочки, — начинает Краснов, но при виде них смущённо отворачивается. — Там такси приехало…       Обе заливаются звонким хохотом.       — Мы сейчас выйдем, Тём.