Пепел и Сахар

Глава 8: Зеркала Души и Маски Прошлого — Расскажи, Малфой, — тихо попросил Стэн. — Расскажи мне все. Драко глубоко вздохнул, чувствуя, как слова, которые он так долго держал в себе, наконец, находят выход. Он начал свой рассказ с того мрачного года, когда Хогвартс стал полем битвы, а он — заложником обстоятельств и собственных страхов. Он говорил о давлении, о страхе за свою семью, об ужасе перед Темным Лордом. Он упомянул Дамблдора, Снейпа и тот роковой вечер на Астрономической башне, опуская детали, которые до сих пор терзали его совесть. Затем он перешел к последствиям войны, к всеобщему недоверию и ненависти, которые преследовали бывших Пожирателей Смерти. Он объяснил свое решение покинуть Англию, сменить внешность с помощью сложной трансфигурации и жить под чужим именем в континентальной Европе, вдали от постоянных напоминаний о прошлом. — Я хотел исчезнуть, Стэн, — признался Драко, глядя в сторону окна, за которым все еще моросил дождь. — Стать кем-то другим, где никто не знал бы моего настоящего имени и моей истории. Стэн молча слушал, хмуря брови. Когда Драко закончил свой рассказ о побеге и новой жизни, он спросил: — Но зачем тебе понадобилось скрывать свое лицо? Неужели все было настолько плохо? — Хуже, чем ты можешь себе представить, — ответил Драко. — Моя фамилия была клеймом. Куда бы я ни пошел, я видел в глазах людей страх и ненависть. Трансфигурация дала мне шанс на анонимность, на новую жизнь, пусть и построенную на лжи. Наступила долгая пауза. Стэн переваривал услышанное, его взгляд скользил по лицу Драко, пытаясь увидеть за привычной маской того самого надменного слизеринца, которого он знал когда-то. — И Клэр… — медленно произнес Стэн, его глаза внезапно прояснились, словно он что-то вспомнил. — Та рыжеволосая девушка из бара, верно? Ты познакомился с ней, когда приезжал в Лондон несколько лет назад. Кажется, ты тогда назвался… Нейтаном Бэнксом, если я не ошибаюсь. Драко вздрогнул от неожиданности. Он совсем забыл об этой детали. — Да, это был я, — подтвердил Драко. — Ты тогда работал барменом в том заведении. Ты и познакомил нас. Стэн кивнул, задумчиво почесывая подбородок. — Точно. Нейтан. Я помню ее. Милая девушка. Мы иногда болтаем с ней.Что с ней тогда случилось? Драко снова почувствовал, как болезненная вина сдавливает ему грудь. — Когда Пожиратели Смерти ворвались в Лондон… — начал он, его голос дрогнул. — Было много хаоса, нападений на магглов. Я… я боялся за нее. Беллатрисса была… непредсказуема. Чтобы защитить Клэр, я… я стер ей память. Обливиэйтом. Чтобы она не помнила меня, не знала о моем мире. Чтобы она была в безопасности. Глаза Стэна расширились от ужаса и изумления. — Ты что сделал? Ты стер ей память? Но зачем? Она же… она ничего не знала о нашем мире! — Именно поэтому! — воскликнул Драко с отчаянием. — Если бы они узнали, что она связана со мной… Беллатрисса бы ее убила. Без колебаний. Это был единственный способ ее защитить. Стэн покачал головой, не в силах поверить услышанному. — И теперь она… она тебя не помнит? Ты видел ее сегодня… и она тебя не узнала? — Нет, — тихо ответил Драко. — Для нее я просто незнакомый прохожий. И это… это правильно. Она в безопасности. Но видеть ее… видеть ее и знать, что она меня не помнит, что я стер часть ее жизни… это тяжело. Стэн долго молчал, глядя на Драко с сочувствием и каким-то новым пониманием. Он, кажется, начал видеть за маской надменного аристократа сломленного человека, несущего тяжкое бремя своих прошлых ошибок и вынужденных жертв. — Ты… ты любил ее, да? — наконец спросил Стэн. Драко отвел взгляд. — Я… я не знаю, что это было, Стэн. Что-то другое. Она была как луч света в той тьме. Напоминанием о том, что существует другой мир, свободный от ненависти и войны. И я отнял у нее это воспоминание. Дождь за окном усилился, барабаня по стеклу, словно оплакивая утраченные воспоминания и несбывшиеся надежды. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь мерным стуком капель. — Что ты теперь собираешься делать, Драко? — тихо спросил Стэн. Драко посмотрел на него. Впервые за долгое время он почувствовал не осуждение, а сочувствие. Возможно, этот неожиданный разговор со старым школьным приятелем действительно стал первым шагом к исцелению. — Я не знаю, Стэн, — честно признался Драко. — Я просто… хотел, чтобы кто-то знал правду. Знал, кем я был, кем стал и что на самом деле произошло. Спасибо, что выслушал. Он поднялся, чувствуя себя немного легче, словно часть тяжелого груза была сброшена. Прошлое нельзя было изменить, но, возможно, теперь он сможет нести его бремя немного легче, зная, что хотя бы один человек знает правду о тенях его прошлого.