Эффект инженера

Через глаза одного из своих аватаров, Ллоида, если быть конкретным, я наблюдал за строящимися внутренностями пустотного дока. Эта орбитальная станция должна была стать крупнейшей из всех, существующих на орбите Альтерры: пять километров в длину и три в ширину, она напоминала мне паука, лапки которого и образовывали пространство дока. Станция была уже почти готова, оставалось только установить генераторы силовых полей и закончить обшивать пластинами из адаманта. Не две и не три тысячи тонн горной породы, извлечённой из астероидов, сожрали фабрикаторы, но когда строительство дока завершится, перед Альтеррой откроются невиданные доселе возможности. Уже сейчас в конструкторском бюро проходит последние стадии утверждения проект межзвёздного исследовательского корабля «Одиссей», чьи размеры позволяли бы ему по прилёте сразу же начать колонизацию системы ударными темпами. Снаряжённый полным производственным циклом, «Одиссей» нёс в себе все возможные заводы и производства, какие только могли бы понадобиться колонистам, двадцать автономных добывающих платформ, которые будут разбирать местные астероиды на ресурсы, а автономные гидропонные фермы позволят колонистам не умереть с голоду во время перелёта и строительства аванпоста. Самих колонистов «Одиссей» может вместить целых полтора миллиона, но, если потесниться, то поместится в два раза больше. На самом деле основным названием проекта является не «Одиссей», а «Ной», так как в случае шухера предполагается погрузить население на ковчеги и эвакуировать, послав в разные стороны. Наши астрономы уже обнаружили семь экзопланет, потенциально пригодных для терраформирования, но попутно обнаружили кое что другое, более страшное… Когда мы бомбили Беттерру, мы разумно предполагали, что ни одной постройки на поверхности целой не останется, так, собственно и случилось: когда стало понятно, что ни одного модификанта на планете не осталось в живых, а атмосфера полностью непригодна для дыхания даже через респиратор, откуда-то из горной гряды Гар'заратха в небо поднялся космический корабль грибовидной, как и все беттерианские корабли, формы. На нём был обнаружен последний из модификантов, их предводитель, контролировавший их всех при помощи своих телепатических способностей, а также невиданный нами доселе артефакт, анализ которого показал, что ему по меньшей мере пятьдесят тысяч лет. Этот артефакт оказался хранилищем информации, принадлежавшим рассе Ноннасуин. В это «капсуле времени» хранилась история этой расы и… послание. Раса Ноннасуин была одной из самых развитых цивилизаций своего цикла, но, в отличии от расы неких Протеан, шла по пути биотехнологий. Изображения именно их грибовидных кораблей и отпечатались в памяти терран, отразившись в форме их собственных кораблей, но только из металла. Ноннасуин были высшими приматами и выглядели как обычные люди. Превратив свою планету в цветущий сад, спустя тысячелетия развития, они наконец обратили свой взор к звёздам. Им очень повезло, что на спутнике их родной планеты обнаружилась заброшенная исследовательская база Инусаннон, расы прошлого цикла, откуда удалось узнать о рамштайнии, который был назван ими нулевым элементом, и эффекте массы. В честь Инусаннон их раса и самоназвалась. Перестав быть запертыми в своей звёздной системе, Ноннасуин устремились к широкомасштабной экспансии, попутно проводя эксперименты над влиянием нулевого элемента на тела живых существ. В процессе они повстречали иные разумные виды, пересечась в Цитадели, громадной космической станции, созданной Инусаннон как нейтральная территория для дипломатических переговоров. Множество разнообразных рас прибывали на Цитадель, но сильнейшей и самой воинственной была раса Протеан. Их агрессивная экспансия и завоевания оставляли другим всё меньше места в пределах досягаемости Масс-ретрансляторов, древней транспортной сети галактики. Осознав это, Ноннасуин поступили мудро, выйдя за пределы исследованного космоса, обосновавшись на краю галактики и прекратив всяческие контакты с другими расами… Это их и погубило: как оказалось, примерно раз в пятьдесят тысяч лет в галактику приходили так называемые Жнецы, огромные креветко-кальмаро-подобные машины, уничтожавшие всё живое на своём пути. Мелкой гребёнкой они прошлись по всем планетам Ноннасуин, произведя геноцид и завершив очередной пятидесяти тысячелетний цикл. Вирус модификации был оружием последнего шанса, а раса Терран – потомками первых подопытных, исследования над которыми и проводились в нашем захолустье. В том цикле эту систему никто не обнаружил, так как всё проводилось в режиме строжайшей секретности и ни одна радиоволна систему не покинула. В этом цикле Жнецы явно явятся по наши души, ведь однозначно смогут нас отследить, и, непременно, захотят добить своих старых врагов… Всю полученную информацию пришлось строжайше засекретить, во избежание паники среди населения, но подготовку к надвигающемуся вторжению мы начали. «Одиссей» он же «Ной» был лишь одной частью этой подготовки, попутно активно разрабатывались новейшие виды вооружения, защиты и стелса, а также производилась идеологическая накачка общества для подготовки оного к бегству. Эрзац версией стало глобальное переселение на Гатерру, население которой было истреблено ещё в первые дни боевых действий. Гатеррианская пиратская вольница многие годы была костью в горле абсолютно у всех, таков уж был их склад ума, так что их уничтожение было встречено если не с одобрением, то точно без негатива. За пять лет, после окончания войны с модификантами, общество глобально преобразилось, и, сделав резкий финт ушами, Совет объявил о создании Империи Сборной Терры, а мою платформу Рей назначил императрицей. Разумеется изменения не прошли гладко, и Максимилиану приходилось не раз и не два подавлять восстания недовольных. Последнее чуть было не уничтожило новообразованных империю, так как верхушкой повстанцев оказался совет директоров крупной военной корпорации. К счастью, большинство людей более благосклонно отнеслись к столь неожиданному изменению политики партии, и буча прекратилась. К тому моменту, когда Жнецы придут за нами, мы будем готовы… А пока… мысленным усилием я отдал команду, и под воздействием слабых электрических импульсов мои волосы самоуложились, зачесавшись назад, а я, сменив лабораторный халат на строгий деловой костюм, отправился заниматься бесполезной тратой времени я на издержке имперского общества. Я отправился на званный ужин. Фу…