Охота на лису

На улице стояла тихая и безмятежная ночь. Совы ухали, а стрекот сверчков наполнял особой загадочностью это время суток. Тихие смешки, шепоты и разговоры наполняли деревню, полнящуюся небольшими существами — кицунэ. Один из таких лис находился у небольшого прудика и кидал камешки в воду. Он был одет в белое кимоно, украшенное красными расписными цветами. Кожа идеально чистая и белая, казавшаяся порой каким-то болезненным цветом. Волосы были кудрявыми пшеничной окраски, а уши и его пять хвостов золотистого оттенка. Тонкие губы и светящееся янтарные глаза. Этого паренька звали Дримом и он был позором от рода кицун. Если его сородичи навещали чужие поселения и насыщались любовью обычных людей, то Дрим ни разу такого не делал. Он считал это отвратительным и неправильным, а потому был гораздо слабее своих сородичей. Сердце Дрима каждый раз сжималось, когда его брат близнец вместе со своими дружками устраивал очередные набеги на человеческие поселения. Из-за таких, как он появилось достаточно много охотников, чтобы избавится от демонических тварей. Добрый лисенок боялся, что в один из набегов он лишится Найтмера раз и навсегда. Как и сейчас его не было рядом и Дрим ощущал бесконечную пустоту и одиночество в душе. Тяжко. Покидав камешки и поразмышляв о великом, Дрим направился к своему домику. Вдруг, он почувствовал запах гари, а после услышал крики: “Охотники! Охотники!” Кицунэ испугался и рванул в сторону от деревни. Бежать долго не получилось, он почувствовал, как невыносимая боль пронзила ногу. Дрим крикнул от боли, споткнулся и упал, прокатившись по земле. Грязь и трава прилипла к одежде и волосам. Лисенок не успел что-либо сделать, как за ухо схватил охотник. Перед ним стоял человек в черно-белых одеждах. Лицо было грубым, но привлекательным. Белесые волосы, разные глаза: один красный, другой серый — и шрам под щекой. Лицо не выражало эмоций, а во взгляде так и читалось презрение к кицунэ, как к виду в целом. — Не убивай! Крик души и выступившие из глаз слезы. Сердце бешено случалось от страха, а дыхание было прерывистым. Дрим не хотел умирать здесь и прямо сейчас. Выражение лица охотника нисколько не изменилось. Ему было плевать на этого демона. Но по невиданной ему причине он решил дать шанс. — Есть особая причина не убивать тебя? Голос Кросса был холодным словно сталь. Что придумает этот хитрый лис? Даже было интересно. Дрим нервно сглотнул слюну. Нужно было выжить любой ценой! Братик будет очень расстроен, что его больше нет на этом свете. Неизвестно, что учудит Найтмер, когда узнает о смерти Дрима. Нужно правильно подобрать слова, а иначе будет смерть. — Я-я буду ценным заложником! Я-я брат вашего главного врага! Холодная маска Кросса мгновенно пошла по швам и на лице красовалось чистое изумление. Быть того не может. Тот черный и это золотой братья? Приглядевшись к лицу Дрима, охотник впал в еще большее удивление. Их лица! Они одинаковые! Кросс ослабил хватку на ухе кицунэ. Дрим, воспользовавшись шансом начал отползать, но охотник быстро оправился от шока и грубо наступил на один из хвостов кицунэ. Дрим от боли пискнул, зажмурив глаза. — Я пощажу только при условии, если ты станешь моим напарником и будешь убивать своих же сородичей. Понял? Предложение было бредовым, но Кросс не мог не вычленить выгоду для себя с помощью этого демона. Его долг, как охотника, защитить всех невинных людей, которые страдают от всех сверхъестественных существ. Дрим завис, а о боли в хвосте и в ноге напрочь забыл. Стать напарником и нести смерть? Нет, нет и нет! Он не мог! Убивать себе подобным?! Это немыслимо! Это… это неправильно! Стать предателем и нести на своих же руках кровь сородичей? — Я… я не смогу. Тихо, почти шепотом произнес Дрим. Зрачки уставились на руки и не мог представить, как ими же будет лишать жизнь другого кицунэ. Кросс присел на корточки и холодно отрезал: — Тебе придется. Насколько не были жестокими слова охотника, Дрим не смог выдержать и просто расплакался. Все его существо отрицало и не хотело делать эти ужасные поступки. Но этот охотник заставлял. Силы лисенка быстро уходили. Кровоточащая рана на ноге не давала о себе забыть. Перед глазами стало расплываться, а образ темнеть. Вскоре кицунэ потерял сознание из-за потери крови. Кросс легко поднял тело Дрима и удивился насколько оно было легким. Этот лис никогда не убивал или не соблазнял что ли? Охотник только сейчас заметил, что кицунэ сам по себе выглядел как-то болезненно. Белая кожа, темные круги под глазами, и что уж говорить о непотребном виде самого Дрима! Голоса стихли в деревне и оставался лишь веселый хохот об удачной охоте на демонов. Кросс вышел к своим собратьям по оружию и те были в недоумении, почему он в руках несет врага. Паренек шатен с разноцветными глазами, веснушками на лице, а также со странным черным пятном на щеке, нахмурился, когда Кросс преподнес “трофей”. — Кросс, как это понимать? Он же еще жив. Монохромный охотник положил кицунэ на землю, пойдя искать, чем обработать и перевязать рану на ноге, попутно ответив: — Инк, он наш заложник, так как является братом того самого. Эпик правильно рассчитал и вынюхал, откуда родом этот чертик из табакерки. Все охотники впали в ступор. Этот демон родственник самого Найтмера? Сильнейшего из кицунэ? Раненный не особо был похож на своего великого и ужасного брата. Сомнения брали верх у членов команды. Инк подошел к Дриму и ахнул. Он и вправду очень похож! — Он точно его брат! У меня всегда была хорошая память на прекрасные вещи. Похвастался Инк, а вот его собрат по работе хмыкнул и ударил по затылку. Смуглокожий не особо одобрял хвастовство своего друга. Папер Джем всю свою сознательную жизнь знал насколько у Инка отвратительная память. — Ага. А как вывести из леса или выполнить просьбу, сразу забыл. Папер Джем скрестил руки и смотрел, на потирающего свой затылок Инка. Охотник высунул язык, показывая свое ребячество. Кросс забил на этих двоих и начал бинтовать ногу пострадавшего заложника. Закончив с этим делом, охотник затащил Дрима на своего коня. Путь будет неблизким и придется делать привалы, а в человеческие поселения так просто не попадешь с демоном. Кросс залез на коня и посмотрел на своих коллег. — Хватит фигней страдать. Нам нужно успеть до штаба прежде, чем встанет солнце или этот не проснется. Коллеги недовольно промычали на свое начальство и вынужденно расселись по своим лошадям и отправились в далекий путь, оставив деревню кицунэ в руинах.