(НЕ) Волшебное кафе Три орешка. Уён

Мизансцена в комнате отдыха выглядела следующим образом: Сан сидел на диване рядом с Уёном, одной рукой крепко обнимал его за плечи, другой гладил стремительно расползающееся черное пятно на руке Уёна. Уён просто непонимающе хлопал глазами. Ёсан и Чонхо — парень не представился, но Уён для себя решил, что это все-таки он — стояли в углу и о чем-то шептались. Второй незнакомец продолжал на столе свои странные приготовления. Он уже расстелил белую ткань, поставил и зажег белые и красные свечи, расставил небольшие пиалы с рисом, фруктами и стопки с алкоголем, а также курильницу с благовониями. Все это с абсолютно невозмутимым выражением лица он вытаскивал из своей сумки. Следом из бездонной котомки появились две таблички с надписями “жених” и “невеста”, небольшая соломенная кукла, одетая в традиционный корейский свадебный наряд жениха, и какая-то бумажка с текстом на ханмуне*. — Значит, слушай сюда, принцесса, — закончив приготовления, парень обернулся к Уёну, — я сейчас буквально в двух словах обрисую, что к чему, а то я смотрю, никто не сподобился тебя просветить. Ты слушаешь и не перебиваешь, а все вопросы задаёшь своему благоверному после ритуала. Уён с стуком захлопнул рот, потому что, во-первых, сказали вопросов не задавать, хотя он уже собирался, а во-вторых, при слове “благоверный” он смутился и опять покраснел. — Меня зовут Хонджун, я мудан — шаман. Меня сюда притащили, против моей воли, — взгляд в сторону Чонхо, — чтобы помочь тебе отделаться от мименгви. Судя по всему, ты не очень силен в нашей мифологии, поэтому я поясню. Мименгви — это злые духи, которыми становятся души людей, погибших неестественной смертью, или холостяки, не оставившие потомства. Эти духи считаются опасными и неупокоенными, так как они не смогли завершить свой жизненный путь должным образом. В частности, тебя угораздило вляпаться в духа умершей незамужней девушки. Она выбрала тебя и стала преследовать, пытаясь сделать своей парой. Это она приходила к тебе во снах, насылала на тебя всякие невзгоды — ты же заметил, как резко возросло количество различных неприятностей в последнее время? — и пыталась напасть в образе черного ворона. Царапина на твоей руке — это ее метка. Как только чернота расползется по всему твоему телу, тебя поглотит Тьма, и ты станешь вечным спутником призрачной невесты. Уён скосил взгляд на руку, которая стала уже полностью черной. Вообще, все, что рассказывал Хонджун, звучало как полный бред, однако происходило с Уёном на самом деле. Если бы не Сан, сидящий рядом и обнимающий его, Уён уже давно скатился бы в безобразную истерику, настолько жутким и сюрреалистичным было все происходящее вокруг. А Хонджун продолжал. — Сейчас я проведу свадебный ритуал и женю мименгви вот на этой кукле, — он ткнул пальцем в соломенную куклу в традиционном свадебном наряде. — С помощью заклинаний я призову сюда духа, прочитаю брачный контракт, совершу еще парочку магических штучек, и потом, если все пройдет хорошо, мы закопаем куклу на перекрестке. — Почему просто не выкинуть или не сжечь куклу? Почему надо закопать и именно на перекрестке? — Уён все-таки не смог удержаться от вопросов. — Тебе досталась особенно агрессивная тетка, поэтому надо закопать кулу на перекрестке, чтобы мименгви навсегда потеряла дорогу к тебе. Ну, если ни у кого больше нет вопросов, предлагаю начинать. Жалобы и благодарности в конце.