Лорд поневоле

Повсюду разносятся взрывы, сопровождаемые криками детей и взрослых. Мимо пролетают лучи заклинаний, но волшебникам, которые стоят друг напротив друга, нет до этого никакого дела. Волдеморт заливался смехом, запрокинув голову к небу. Темным волшебником завладел привкус предстоящей победы, потому что совсем скоро его главный враг умрет. Вдоволь насмеявшись, змееподобное существо отвлеклось от созерцания предрассветного неба, которое, как он думал, было предзнаменованием его триумфа и началом ЕГО правления всей магической Британией. Волдеморт перевел взгляд алых глаз на своего противника. Гарри Поттер, Мальчик-который-выжил, держался за бок, и тяжело дышал. Но взгляда не отвел. — Какой упрямый мальчик, — прошипел темный волшебник, с интересом ученого рассматривая Поттера. Кажется, он уже мысленно препарировал гриффиндорца. — Всё ещё стоишь, несмотря на пронизывающую тебя боль. Помнится мне, на четвертом курсе ты избежал дуэли со мной. Во время битвы в Отделе Тайн за тебя вступился Альбус Дамблдор, в том году ты просто заперся в Хогвартсе, а в этом убежал из Малфой-мэнора, так и не дождавшись меня. Однако, — Волдеморт театрально поднял палец вверх и улыбнулся во все тридцать два зуба. — В этот раз тебе не сбежать. Живым из этого круга выйдет только сильнейший! — Надо же, а где россказни про то, какой ты весь из себя крутой и сильный? Том, я тебя не узнаю. Ты где-то по пути башкой ударился, и эти мысли вылетели из твоей головы? Или ты просто страдаешь старческим маразмом? — хмыкнул Поттер. В мыслях у него билась только одна мысль: «Надо дать Герми и Рону больше времени, чтобы обезопасить детей». Пожиратели напали раньше, чем золотое трио планировало. Детей вывести не успели. Ради этого приходится сейчас кривляться и, преодолевая боль в раненом боку, тянуть время. Нужно дождаться сигнала. Просто дождаться сигнала от друзей, а там будь что будет. — Мальчишка! — зашипел Лорд, и выпустил первое заклинание. Гарри, слегка наклонил голову в сторону, и луч заклинания пролетел мимо, разбиваясь о невидимый щит вокруг двух волшебников. — Томми, может быть тебя к окулисту записать? Очки выпишут, или линзы, или капли для глаз. Зрение тоже ведь уже подводит, не так ли? — Гарри успешно увернулся ещё от двух лучей, и присел на одно колено, чтобы отдышаться. Шум вокруг начал утихать, и к Волдеморту подошли два пожирателя смерти в масках и плащах. О чем они там шептались, было не понятно и не очень интересно на самом деле. А вот фейерверк в виде льва, который разрывает змею в клочья, очень обрадовал мальчика. Его друзья справились. Теперь можно вступать в дуэль с этим монстром. — Так вот оно что, Поттер, — Волдеморт обернулся обратно к своему оппоненту, не переставая при этом жутко улыбаться. — Ты специально тянул время, чтобы дать своим друзьям сбежать. Но бесполезно. Я их найду, и буду медленно убивать. — Хватит болтать, давай закончим всё это. — с этими словами гриффиндорец встал в боевую стойку, и уверено направил палочку в сторону темного волшебника. Крестражи уничтожены, так что эта дуэль станет для кого-то из них последней. Вокруг них уже собрались, кажется, все пожиратели смерти, и настороженно наблюдали за происходящим. Первое заклинание сорвалось с палочки Лорда, но мальчик успел отскочить и послал в ответ какое-то родовое Блэковское проклятие. Он сам точно не знал, как он вообще запомнил эти проклятия, если только пару раз мельком прочитал о них в библиотеке на площади Гриммо, но решил целиком и полностью отдаться своей интуиции. В ход шли все известные и не очень проклятия, иногда чередуясь с простенькими заклинаниями. И всё невербально. Волдеморт в какой-то момент даже опешил от того, что «Мессия Света» имеет подобные знания и, более того, не стесняется их использовать на практике, и чуть не пропустил аваду в лоб. — Ты серьезно? — спросил темный волшебник. — Это было бы иронично. — пожал плечами подросток, и с невероятной скоростью начал осыпать Темного Лорда проклятиями. Мужчина кое-как успевал отбиваться и просто уходить в сторону. Когда Волдеморт психанул, и с помощью левиосы поднял мальчишку вверх, то сам того не подозревая, открылся и дал ему отличную возможность убить себя. Понял свою ошибку старший волшебник только тогда, когда его намертво спеленало веревками обычного инкарцеро. Поттер рухнул на землю и больно ударился копчиком, но быстро поднялся на ноги, и посмотрел в алые глаза. — Кошмарной ночи, Том, и гадких снов. Чтоб тебя на том свете дементоры драли. — с этими словами гриффиндорец направил палочку на своего оппонента, и прошептал «Авада Кедавра» с победной ухмылкой. Зеленый луч врезался в тело темного волшебника, и он начал постепенно превращаться в пепел. Бузинная палочка привлекла внимание героя. Она как будто звала его. Не особо соображая, Гарри поднял её и засунул в кобуру на поясе. Потом разберется. Измученный, обессиленный и просто злой Поттер сел на землю рядом с развеивающимся ужасом Британии, и тупо смотрел на небо. Защитный контур непонятного круга, в котором и бились два волшебника, ярко вспыхнул и исчез, словно его и не было. Пожиратели, которые до этого толпились вокруг, быстро кивнули головой и стали покидать поле битвы. — Гарри, о Мерлин, ты справился! Ты как, где болит? — Гермиона крутилась около своего друга, а слезы текли из её глаз без остановки. — Гарри, дружище, давай помогу встать. Тебе надо к колдомедику! — суетился Рон. Уизли помог своему другу подняться и повел его в сторону школы. — Всех детей спасли? — спросил Гарри. — Да, с первого по четвертый курс затолкали в гостиные их факультетов и заблокировали входы. Никто из пожирателей не смог туда проникнуть. Ученики пятых курсов и старше отбивались со всеми остальными взрослыми. — ответила Гермиона, помогая Рону поддерживать Гарри, чтобы тот не упал. — Вы такие молодцы… — прошептал Поттер, и начал заваливаться назад. Последнее, что он слышал, были крики Гермионы и Рона. *** Очнулся Гарри, как не странно, на площади Гриммо, 12. В своей спальне. — Слава Мерлину ты очнулся. — к ещё ничего не соображающему мальчику подбежала Гермиона, и придирчиво его осмотрела. — Я сейчас пойду, позову колдомедика, чтобы тебя осмотрели. Прости, что хозяйничаем в твоем доме без твоего согласия, но тебе пока лучше полежать. Гермиона вылетела из комнаты, прикрыв за собой дверь. Через пару секунд дверь опять открылась, и в дверном проеме появилась сначала рыжая макушка, а потом и лицо Рона. — Гарри, не пугай нас так больше! Ты два дня был в отключке, Гермиона уже собиралась проклясть колдомедика и нового найти, — сказал рыжий, присаживаясь на край кровати, внимательно рассматривая Поттера. — Ну, ты как? — По ощущениям по мне пробежалось стадо гиппогрифов. Дважды. — честно ответил Гарри хриплым голосом. Рон тут же наколдовал стакан воды, и заботливо приподнял друга, чтобы осторожно напоить его. — Спасибо, Рон. — Тебе спасибо, что выжил и спас всех нас. — вздохнул Уизли. — Завтра начинаются суды над пожирателями смерти. Тебе прилетело приглашение от министра. — Я обязательно пойду, спасибо что предупредил. — Может быть, сначала лучше отдохнуть? — встревоженно спросил Уизли, но Поттер лишь отмахнулся. — Надо покончить с этим. Потом можно будет отдохнуть. Рон вздохнул, но согласился. В этот момент в комнату ворвалась Гермиона, на буксире таща за собой колдомедика. После обследования колдомедик прописал постельный режим и курс зелий, который обязательно надо пропить. Когда Рон вышел проводить врача до камина, Гарри поставил Гермиону перед фактом, что завтра они идут на суд над пожирателями. Гриффиндорка нехотя, но дала свое согласие при условии, что потом Гарри будет больше отдыхать. *** Зал Визенгамонта был переполнен. Атмосфера звенела от напряжения. Победа над Волдемортом была свежа в памяти каждого, но раны, нанесенные войной, еще кровоточили. На возвышении восседал временный глава Визенгамонта, Кингсли Шеклболт, его лицо было серьезным и утомленным. Поттер честно старался не уснуть во время слушания в Визенгамонте. Парень был уставшим и всё ещё не отошедшим от недавних событий. Но слушал обвинения внимательно, и оспаривал совсем бредовые. Кажется, министерство хотело навешать на бывших пожирателей смерти все свои незакрытые дела. И ещё пополнить казну за их счет. Когда дело дошло до Малфоев, то гриффиндорец твердо встал на их сторону, и отклонял почти всё. Нехотя, но судья снял с этой семьи многие обвинения, не забыв при этом выписать штраф. Поттер не замечал благодарных взглядов и кивков со стороны бывших пожирателей. Единственной целью было добиться правосудия. Ну, и не уснуть стоя за трибуной. По окончании заседания бедного героя окружили журналисты, ослепляя его вспышками камер. Рон с Гермионой в этот момент были рядом, так что быстро прикрыли своего друга и молча прорвались сквозь эту толпу. *** — Это просто издевательство! — сокрушалась Гермиона, сидя в кресле около камина и попивая горячий чай. Подростки закрылись на площади Гриммо, 12, и обсуждали сегодняшнее заседание. — Хорошо, что ты, Гарри, там был. Без твоего вмешательства, абсолютно всех пожирателей обвинили бы во всех смертных грехах, и навешали им свои незавершенные дела! — Так они же заслужили это. — нахмурился Рон. — Они должны получить наказание в соответствии с тем, какое преступление они совершили! Да, большая часть пожирателей преступники, они убивали всё живое, но это не значит, что можно за их счет повысить статистику раскрытых преступлений! — не унималась Грейнджер. — Ладно, я понял твой посыл, извини. — потупился Рон, и перевел взволнованный взгляд на Гарри. Поттер как молчал после объявления заседания закрытым, так и молчит до сих пор. — Гарри, ты как? — спросила не менее обеспокоенная девушка, и заглянула в глаза друга. — Устал. Спать хочу. Вы тоже сильно не засиживайтесь, нам всем надо отдохнуть. — ответил Гарри, в один глоток осушая содержимое своей кружки. — Кричер, убери мою кружку и выдели моим друзьям комнату, если ты ещё этого не сделал. — Эм, друг, мы не останемся у тебя сегодня. Нам нужно возвращаться в Нору… Мама переживает. — О, тогда ладно. Приходите когда захотите. Я открою вам камин. — Гарри без особого энтузиазма попрощался с друзьями и направился к себе. — Я боюсь за него. — сказала Гермиона, провожая Поттера взглядом. — Я тоже. Но, Герм, ему, как и всем нам, нужно время. Единственное, чем мы можем помочь, это просто быть рядом. — Ты прав, Рон. Я просто переживаю. *** Лето пролетело быстро. Для Гарри, по крайней мере. Гриффиндорец засел в библиотеке и почти не выходил оттуда. Даже попросил домовика приносить ему еду туда. Мальчик усердно учился. Вальбурга всё настаивала на том, чтобы обратиться в банк и сделать проверку крови. Разумеется, дом слушался нового хозяина беспрекословно, так что и проверка, вроде как, не нужна, но женщина настаивала. Ещё и недовольно сверкала глазами, при этом плотно поджимая губы, когда получала очередной отказ. — Леди Вальбурга, зачем мне нужна проверка крови? Я и так знаю, чей я сын. Кричер вон тоже признает во мне хозяина, дом слушается. Объясните на пальцах особенно тупым гриффиндуркам. Желательно простым языком. — не выдержав напора женщины, Поттер захлопнул книгу которую читал, и перевел раздраженный взгляд на портрет. Вальбурга сразу же подобрела и улыбнулась. — Чтобы принять кольцо главы Рода, Гарри. Перед принятием рода нужно обязательно пройти проверку. Вдруг ещё что-нибудь всплывет. Может быть, какие-нибудь ещё рода. — портрет женщины как-то подозрительно мечтательно закрыл глаза и предвкушающе улыбнулся. — Нет, спасибо. Дайте мне годик нормально доучиться в Хогвартсе, а уже после выпуска схожу в Гринготтс. Статус наследника любого из родов меня вполне устраивает. — ответил гриффиндорец, и демонстративно закрылся книгой, намекая на окончание разговора. Портрету Вальбурги оставалось только покачать головой и печально вздохнуть. *** — Гарри, нужно было сходить в банк на проверку. И принять род Поттеров и Блэков. — качала головой Гермиона, сидя напротив Поттера. — Да, дружище. Ты бы сейчас возвращался Лордом в школу, и у тебя было бы гораздо больше преимуществ! — согласился со своей возлюбленной Уизли, но получил легкий подзатыльник от девушки. — Рон, ты только о преимуществах и думаешь! — возмутилась она. — Ну а что? — Нет, ребята. Если бы я принял хотя бы один род, и стал главой, мне пришлось бы работать. Много и усердно. Мы и так с первого курса попадаем во всякие передряги, и я почти не прочувствовал школьной жизни. Хочу хотя бы этот год провести нормально, — Гарри откинулся на спинку дивана, и посмотрел в окно поезда. — После выпуска и проверку пройду, и кольцо приму, и стану работать на благо своего рода. Сейчас мой организм и мозги хотят тишины и спокойствия. Рон с Гермионой переглянулись, и одновременно протянули руки в сторону Гарри. Тот, недолго думая, сел между ними и позволил себя обнять с двух сторон. — Мудрое решение, на самом деле. — поддержала Грейнджер, поглаживая Поттера по спине. — Мы в любом случае тебя поддержим, друг. — вторил ей Уизли. — Спасибо. — искренне поблагодарил Поттер, и прикрыл глаза. Как же ему повезло с друзьями! *** В этом году поступало очень мало первокурсников. На гриффиндор поступило всего десять малышей. На рэйвенкло и хаффлпафф распределилось по восемь человек, а на слизерин только шесть. Вообще факультет слизерина сейчас едва насчитывал тридцать человек. Что удивительно, все дети пожирателей смерти вернулись в полном составе, в то время как большую часть остальных слизеринцев либо перевели на домашнее обучение, либо отправили в другую школу. Преподавателей тоже не хватало. Практически всех толковых волшебников, которые смогли бы временно заменить некоторых преподавателей, убили. Те, кто остался в живых, отправили помогать с восстановлением министерства. Золотое трио заметило, с какой злобой их гриффиндорцы смотрят в сторону слизерина. И всем троим стало жутко. Дети пожирателей, даже если они и носили метку, были невиновны. Они не убивали никого, не пытали. Просто так сложились обстоятельства. Переглянувшись, друзья одновременно кивнули друг другу, и решили сразу после ужина провести беседу со своими львятами. *** Гарри не знал, куда спрятаться. Слизеринцы постоянно ходили за ним. Все. С первого по специальный восьмой курс. Рон с Гермионой сначала насторожились, потом расслабились, а потом и вовсе подшучивали над героем. — Они так тебя благодарят за то, что не побоялся публично за них заступиться, когда половина гриффиндора направила на них палочки. Теперь вот ходят за тобой, чтобы в случае чего помочь. — сказал Рон, и придвинул к себе ближе кружку с чаем. — Это напрягает. — ответил Гарри и тяжело вздохнул, почувствовав на себе чужой пристальный взгляд. Поттер, особо не задумываясь, поднял голову и уставился на стол слизерина. Драко Малфой, как обычно, вздрогнул и отвернулся, нервно теребя рукава рубашки. Остальные слизеринцы тоже глянули в сторону избранного, и опустили головы. — Ты не пробовал с ними поговорить? — спросила Гермиона. — Я пытался, но они убегают прежде, чем я к ним успеваю подойти. — Гарри прикрыл глаза и напрягся ещё сильнее. Он внезапно почувствовал, как его со слизеринцами связывают тонкие золотые нити. Резко распахнув свои зеленые глаза, мальчик снова посмотрел на слизеринцев и, скорее интуитивно, потянул за одну из таких нитей. Теодор Нотт побледнел, кружка выпала из его дрожащей руки, разливая содержимое на стол, а сам слизеринец в панике посмотрел на Поттера. Остальные змейки тоже запаниковали, и перевели на героя полные ужаса глаза. — Гарри, что ты сделал? — прошептала Грейнджер, отследив реакцию стола змей. — Сначала спрошу у них, потом расскажу. — Поттер прищурил глаза, так и не спуская взгляда со слизеринцев. — Помощь нужна? — спросил Уизли. — Нет. Я сначала сам всё узнаю. Если что-то будет непонятно и мне потребуется ваша помощь, я сообщу. — Хорошо, будем ждать. — Гермиона покачала головой, но согласилась. Это касается Гарри и слизеринцев. Разумеется, они с Роном переживают и всегда готовы оказать поддержку и помощь другу, но сейчас не совсем тот случай. — Не знаю, что ты делаешь, но прекрати. Ещё немного, и все остальные ученики начнут обращать внимание, что происходит что-то не то. Ты только недавно смог отбить у всех учеников любое желание навредить слизеринцам. Макгонагалл уже настороженно поглядывает на змей. — прошептал Рон. — Директор Макгонагалл. — одновременно поправили рыжика Гарри с Гермионой и рассмеялись от их синхронности. Уизли закатил глаза, но улыбнулся. — Прости, не подумал. — Гарри прикрыл глаза, успокаиваясь. Слизеринцы тем временем выдохнули и начали перешептываться. *** День прошел как обычно. Слизеринцы по-прежнему хвостиком ходили за Гарри, но уже слишком близко не подходили. И всякий раз, когда они пересекались взглядом с героем, то они начинали трястись и отводить взгляд. Такая реакция была непонятна золотому трио, но Рон с Гермионой передали инициативу Гарри со всем разобраться. После ужина Поттер сказал, что пойдет караулить змей около их гостиной, и ушел самым первым. Мальчик завернул за угол и активировал мантию-невидимку. Подойдя к входу в их гостиную, он прислонился к стене и начал ждать. Все ученики с первого по четвертый курс зашли внутрь, но тех, кто носил метку пожирателя смерти, не было. Поттер постоял ещё час, и пошел на поиски «потеряшек». Ответы ему нужны сейчас, а слизеринцев нет. Вспомнив про непонятную связь, Гарри выматерился на парселтанге. Какой он идиот, раз раньше не вспомнил об этом. Сосредоточившись, мальчик аккуратно выбрал одну из нитей, и посмотрел, куда она ведет. Странно, но нить уходила далеко за пределы Хогвартса. Немного подумав, мальчик решил прогуляться до опушки запретного леса и обратно. Надо было прочистить мозги. Ждать слизеринцев ещё дольше не хотелось, поэтому прогулка казалась самым верным решением. Пройдя мимо домика Хагрида, всё также под мантией-невидимкой, Поттер ушел дальше, чем планировал изначально. Ему нравилась мрачная атмосфера леса, его тишина и одиночество. Здесь, среди древних деревьев и таинственных теней, он чувствовал себя немного спокойнее, словно мог спрятаться от всего мира. Он долго бродил по лесу, пока не наткнулся на небольшую поляну, окруженную вековыми дубами. Там паслись фестралы — крылатые кони, которых могли видеть только те, кто видели смерть. Гарри испытывал к этим существам необъяснимую симпатию. Он часто приходил к ним, чувствуя какое-то родство, общее понимание боли и утраты. Он понимал их. Гарри деактивировал мантию, и прошел к этим удивительным существам. Фестралы не испугались. Они с готовностью подставляли свои головы для поглаживаний, и издавали звуки, отдаленно похожие на урчание. Уставший от бесконечных раздумий и навязчивого внимания, Гарри прислонился к теплому, костлявому боку одного из фестралов и вскоре уснул, убаюканный тихим шелестом листьев и запахом земли и магии. *** Проснулся Гарри от легкого прикосновения к плечу. Лениво открыв глаза, Гарри обомлел. Над ним склонился Антонин Долохов, один из самых опасных и жестоких Пожирателей Смерти. Он был худым, с изможденным лицом, и его глаза, несмотря на страх, молили о помощи. Немного скосив взгляд вправо, мальчик увидел ещё шесть фигур, закутанные в черные плащи. На лицах красовались маски пожирателей смерти. — Милорд, — прошептал Долохов, его голос дрожал. — Мы… мы пришли просить о снисхождении. — Снисхождении? После всего, что вы сделали? — Гарри нахмурился и резко сел, облокотившись на дерево спиной. Гриффиндорец с вызовом посмотрел на пожирателя. Долохов поежился под пристальным взглядом глаз, цвета смертельного заклинания, но продолжил говорить. — Милорд, наша магия исчезает. Мы умираем. Все, оставшиеся в живых пожиратели смерти, находятся в Вашей власти, господин. — Антонин склонился ещё ниже к земле. — Подожди минутку, — Гарри рывком поднялся с земли и слова застряли в горле. Пожиратели смерти затряслись, как осиновый лист, и начали что-то умоляюще бормотать. Кажется, они съежились ещё больше. — Долохов, объясни подробнее, какого Мордреда тут происходит? Поттер смог взять себя в руки, но последнюю фразу практически прошипел. Мужчины вздрогнули, но не посмели поднять взгляд. — На финальной битве наш бывший… господин, активировал особый круг, из которого должен был выйти лишь один победитель. Победитель получает всё. Имущество, магию, Род, вассалов… Вы победили, и получили нас. — Долохов постарался говорить уверенно, но на некоторых местах его голос дрожал. — Но без нашего Лорда мы умираем. Медленно и мучительно. — Умираете? — переспросил Гарри, не понимая. — Магия, — объяснил кто-то из толпы пожирателей, которые не стремились подойти ближе. — Темная Метка связывает нас. Без магии нашего Лорда она высасывает из нас жизнь. Мы чувствуем, как угасаем каждый день. Гарри слушал молча, перебирая пальцами густую гриву фестрала. Существо довольно заурчало в ответ, прижимаясь головой к его плечу. Гарри чувствовал его тепло, его спокойствие, и это помогало ему хоть немного успокоиться. Молчание затягивалось, а пожиратели начали нервничать. — Моя магия нужна вам для жизни? — спросил мальчик. — Да, Милорд. Нам нужен тактильный контакт с вами, чтобы мы могли выжить. Просим Вас о снисхождении. Мы просто хотим жить. — ответил Долохов. Он посмотрел на склоненные головы Пожирателей Смерти. Их отчаяние было ощутимым. Он долго молчал, обдумывая ситуацию. Он помнил, как тяжело было ему после смерти Сириуса, как он чувствовал себя потерянным и опустошенным. Он не мог просто позволить этим людям умереть, какими бы ужасными ни были их деяния. — Мне надо подумать. Ситуация… необычная. В глазах Пожирателей Смерти вспыхнула надежда. Они подняли головы, не веря своим ушам. Они одновременно вздохнули, и быстро, ползучим движением, приблизились к Гарри, не вставая с колен. От неожиданной перемены спокойствия, в руках Поттера материализовалась бузинная палочка, и из неё вылетело парализующее заклинание, которое угодило в кого-то из мужчин. Пожиратели замерли. — Умоляем, Милорд, мы просто хотим прикоснуться к вам, чтобы ощутить магию. — практически проскулил один из пожирателей. — Мы так давно не колдовали. — вторил ему другой пожиратель. Поттер сжал зубы, но кивнул, разрешая им коснуться себя. Фестрал, который всё это время стоял позади мальчика, ободряюще толкнул Гарри в плечо, выражая всю свою поддержку. Гриффиндорец расслабился, и погладил это необыкновенное существо по морде. Когда контакт с пожирателями стал невыносим для Гарри, он вышел из своеобразного полукруга, который образовали старшие волшебники вокруг него. Стоило отметить, что Долохов стал выглядеть лучше после тактильного контакта. Как там обстояли дела с остальными, Поттер не знал, потому что на них по-прежнему были надеты маски. Кинув взгляд на всё ещё парализованного пожирателя, мальчика кольнула совесть. Он снял заклинание и прикоснулся к открытой шее мужчины. Мужчина, пошатываясь, поднялся с колен, благодаря Поттера взглядом. Наверное. — Хорошо, — произнес Гарри, стараясь придать голосу уверенности, хотя внутри все еще бушевал хаос. — На сегодня все. Я свяжусь с вами через слизеринцев, когда приму решение. С этими словами Гарри развернулся и быстрым шагом направился в сторону замка. Фестрал шел рядом, оберегая его от возможных опасностей. Пожиратели молча проводили его взглядом, пока он не скрылся из виду. *** Когда фигура Гарри исчезла в лесной чаще, Пожиратели Смерти облегченно выдохнули. Тишина, повисшая в воздухе, казалась оглушительной после напряженной встречи. — Ну и что мы об этом думаем? — нарушил молчание Долохов, оглядывая своих соратников. Лица скрывали маски, но по движениям и жестам можно было понять, что каждый из них пребывал в состоянии глубокой задумчивости. — Не знаю, как вы, а я поверить не могу, что сам Гарри Поттер стал нашим Господином, — проговорил, наконец, Август Руквуд, нервно поправляя рукав мантии. — Еще до первого падения бывшего Лорда я пытал его родителей, а теперь… — А теперь он держит нас на коротком поводке, — закончил за него Рудольфус Лестрейндж, злобно сплюнув на землю. — И делает это, заметьте, из жалости! Ненавижу эту слащавую гриффиндорскую доброту! — Не забывайте, что эта «доброта» спасает нам жизни, — вмешался Теодор Нотт-старший, пытаясь утихомирить разгоряченных товарищей. — Без Поттера мы бы уже давно сгнили в Азкабане или иссохли от потери магии. — И что же это получается? — возмутился Лестрейндж. — Мы, бывшие Пожиратели Смерти, должны плясать под дудку этого мальчишки? Выполнять его приказы, каяться в грехах и помогать всяким маглам и грязнокровкам?! — А разве у нас есть выбор? — резонно заметил Долохов. — Мы связаны с ним магически. Если мы ослушаемся его, то умрем. Так что лучше уж притвориться покорными овечками, чем отправиться на тот свет. — Легко сказать, — проворчал Руквуд. — А как же наша честь? Наша гордость? Мы же Пожиратели Смерти! — Честь? Гордость? — усмехнулся Долохов. — Много ли чести и гордости осталось у людей, которые потеряли своего прошлого Лорда и склонились перед его врагом? Давайте будем реалистами, господа. Мы — лишь тени прошлого, жалкие остатки былой славы. И если Поттер готов дать нам второй шанс, то мы должны им воспользоваться. — Второй шанс, говоришь? — прошипел Лестрейндж. — А что, если этот Поттер просто играет с нами? Что, если он хочет использовать нас в своих целях, а потом выбросить, как старую тряпку? — Возможно, — согласился Долохов. — Но мы не можем это узнать, пока не попробуем. К тому же, я заметил кое-что интересное. — И что же? — заинтересовался Нотт. — Этот мальчишка, — Долохов сделал паузу, — он силен, очень силен. И, кажется, он сам еще не осознает всей своей силы. Он обладает огромным потенциалом, который, если его правильно направить… — …может сделать его новым Темным Лордом? — закончил за него Лестрейндж, с плохо скрываемым энтузиазмом. Долохов не ответил, лишь загадочно улыбнулся. — В любом случае, — сказал он, — нам стоит присмотреться к нему повнимательнее. Понять, что им движет, каковы его истинные цели. И тогда, возможно, мы сможем извлечь из этой ситуации максимум выгоды для себя. Пожиратели Смерти молча согласились. В их глазах загорелся огонек надежды, смешанный с хитростью и коварством. Они еще не знали, что ждет их впереди, но они были готовы играть по новым правилам. Готовы служить Гарри Поттеру, но при этом не забывать о своих собственных интересах. *** Гарри ввалился в гриффиндорскую гостиную под утро, совершенно разбитый и с трудом сдерживая зевоту. Рон и Гермиона ждали его у камина, обеспокоенно глядя на друга. — Где ты был? Мы чуть с ума не сошли! — взволнованно воскликнула Гермиона, вскакивая с кресла. — С фестралами, — отмахнулся Гарри, плюхаясь в свободное кресло. — Слушайте, мне надо вам кое-что рассказать. Он поведал им о встрече с Долоховым и другими Пожирателями, о проклятии, связывающем их с ним, и о том, что без его магии они медленно умирают. Рон побледнел, Гермиона ахнула, прикрыв рот рукой. — Это… это ужасно, Гарри! Что ты собираешься делать? — спросила Гермиона, в ее голосе звучала тревога. — Я не знаю. Я должен подумать. Они просят о помощи. О прощении. Но как я могу простить тех, кто причинил столько боли? — Гарри провел рукой по волосам, чувствуя, как на него давит груз ответственности. — Гарри, это не твоя вина, — Рон положил руку ему на плечо. — Они сами сделали свой выбор. Они заслужили то, что с ними происходит. — Но они же умирают, Рон. Медленной, мучительной смертью. Я видел их страх, их отчаяние. Я не знаю, правильно ли будет просто отвернуться. — Это сложный выбор, Гарри, — Гермиона задумчиво нахмурилась. — С одной стороны, они совершили ужасные преступления, и справедливо, что они несут за них последствия. С другой стороны… если ты действительно можешь им помочь, если от тебя зависит их жизнь, то может быть… ты должен попробовать. — Попробовать что? Простить их? Забыть все, что они сделали? Я не уверен, что смогу, — Гарри покачал головой. — Не обязательно прощать. Но, возможно, можно найти какой-то компромисс, — предложила Гермиона. — Что-то, что позволит им выжить, но при этом не позволит им снова причинять вред. Следующие несколько дней прошли в мучительных раздумьях. Гарри, Рон и Гермиона перебрали все возможные варианты, взвешивая все «за» и «против». Гарри мучился чувством вины и ответственности, Рон злился на Пожирателей, а Гермиона пыталась найти рациональное решение. Тем временем слизеринцы в Хогвартсе бросали на Гарри полные надежды взгляды. Они перешептывались между собой, гадая, какое решение примет Мальчик-который-выжил. С каждым днем промедления они становились все нервознее. Каждая минута была дорога для них. От Поттера зависели жизни сотен магов и родственников слизеринцев. Атмосфера в школе накалялась. Слизеринцы, обычно надменные и самоуверенные, выглядели затравленными и испуганными. На пятый день молчания, взвесив все «за» и «против», Гарри после ужина спустился в гостиную Слизерина. Он чувствовал себя так, словно идет на казнь, но понимал, что тянуть больше нельзя. Он должен принять решение, каким бы трудным оно ни было. В задумчивости Гарри не заметил, как открыл дверь без пароля. Слизеринцы в шоке замерли, глядя на вошедшего Поттера. В гостиной воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием дров в камине. Драко Малфой, который обычно сидел в центре компании, вскочил на ноги, с тревогой глядя на Гарри. — Я помогу вам, — тихо произнес Гарри, нарушая тишину. Волна облегчения прокатилась по гостиной. Слизеринцы выдохнули. Драко, Пэнси, Теодор и Блейз, стоявшие ближе всех к Гарри, переглянулись. — Правда? — с надеждой спросил Драко, его серые глаза блестели от волнения. — Да, — кивнул Гарри. — Мы… мы можем отправиться прямо сейчас, Милорд? — робко спросил Блейз. — Чем скорее, тем лучше. Гарри нахмурился от слова «Милорд», но промолчал. Он понимал их спешку. — Хорошо, — Гарри мысленно проверил наличие у себя мантии-невидимки, бузинной палочки и воскрешающего камня. Убедившись, что все на месте, он кивнул. — Пошли. Драко, Пэнси, Теодор и Блейз, словно по команде, окружили Гарри, и повели его прочь из гостиной, а затем и из Хогвартса. Остановились они только на опушке запретного леса, достаточно далеко от школы. Драко протянул ему цепочку от серебряного кулона в виде змеи. — Это портключ. Он перенесет нас в убежище, — пояснил Драко. Гарри взял цепочку и кивнул. — Держитесь крепче, — предупредил Драко, и активировал портключ. Гарри почувствовал резкий рывок в животе и головокружение. Мир вокруг него поплыл, и он потерял ориентацию в пространстве. Через несколько секунд рывок прекратился, и Гарри почувствовал твердую землю под ногами. Они стояли на заброшенной поляне, окруженной густым лесом. В воздухе витал запах сырости и запустения. Вдалеке виднелось полуразрушенное здание, наполовину скрытое в зарослях. — Где мы? — спросил Гарри, оглядываясь по сторонам. — Это… это одно из старых убежищ, — ответил Теодор. — Здесь безопасно. Они пару минут стояли, приходя в себя после перемещения. Затем, молча, двинулись к зданию. Чем ближе они подходили, тем более удручающим становился вид. Стены были покрыты трещинами, окна разбиты, а крыша местами обвалилась. У входа их встретил Рудольфус Лестрейндж. Его лицо было осунувшимся и изможденным, а глаза горели фанатичным блеском. Увидев Гарри, он опустился на одно колено и склонил голову. — Милорд, — прохрипел он. — Мы ждали вас. Гарри поморщился, но промолчал. — Проводи нас к остальным, — приказал Гарри. Рудольфус послушно поднялся и провел их вглубь здания. Они прошли по темным, сырым коридорам, мимо обшарпанных комнат, где когда-то, вероятно, жили Пожиратели Смерти. Атмосфера была угнетающей и зловещей. Наконец, они подошли к большой комнате, освещенной лишь несколькими тусклыми свечами. В комнате сидели остальные Пожиратели Смерти. Они выглядели еще хуже, чем Долохов. Их лица были серыми и изможденными, а глаза потухшими. Увидев Гарри, они медленно поднялись на ноги, и склонили головы в безмолвном приветствии.