Глава 2. Золотая роза
3 апреля 2025 г., 15:00
Эвр придирчиво оглядела себя в зеркало и, довольная результатом, кивнула своему отражению. Черный цвет ее волос отлично гармонировал с красно-золотой блузкой а-ля кимоно, и пусть воткнутые в пучок шпильки натирали ей кожу, ради дела она могла и немного потерпеть.
— Эвр, я открываю магазин! — позвала ее миссис Чао.
— Уже иду! — откликнулась она и, в последний раз оправив блузку, поспешила в торговый зал.
Стояло начало октября, а значит, приближался день рождения Майкрофта. Эвр не могла точно сказать, когда старший брат последний раз его отмечал (возможно, это было еще в средней школе, когда она была слишком маленькой, чтобы многое запомнить), но подарки они с Шерлоком ему дарили исправно. Точнее, Шерлок вручал свой подарок в сам день рождения, а Эвр обычно ограничивалась открыткой спустя три дня. И не потому, что она не любила Майкрофта и ничего не хотела ему дарить, а потому, что его собственное равнодушие гасило в ней всякий энтузиазм. Тем не менее, эта бесславная традиция угнетала Эвр, и в этом году она решительно настроилась положить ей конец. Поэтому-то она и устроилась на работу, чтобы на вырученные деньги купить брату достойный подарок.
Конечно, с ее образованием Эвр могла рассчитывать на престижное место, подобное тому, что она оставила во время болезни Шерлока, однако ее врожденное стремление к противоречиям восприняло бы это как уступку легчайшему из возможных вариантов, что для Эвр было неприемлемо. При всех своих академических дарованиях, она была лишена карьерных амбиций и хотела не столько зарабатывать много денег, сколько повидать мир. Поэтому она и подалась в Нью-Йорк, навстречу приключениям, и то обстоятельство, что они закончились весьма плачевно (о чем Эвр предпочитала не вспоминать), не слишком навредило ее энтузиазму. Так что, вместо того, чтобы подыскать себе постоянное место работы, она ограничилась временным трудоустройством в небольшом, но весьма живописном магазинчике Чайнатауна. Его хозяйка, миссис Чао, торговала специями, приправами и чаем, а также сувенирными позолоченными кошками, машущими механическими лапами и пользующимися большим спросом у туристов. В обязанности Эвр входили раскладка товаров, обслуживание покупателей и болтовня о китайской истории и традициях с посетителями, которым хотелось поговорить на эту тему (здесь как нельзя кстати пригодились ее познания, приобретенные в Кембридже).
Дополнительным бонусом трудоустройства у миссис Чао являлась возможность периодически перекидываться парой слов с ее сыном Марком. Тот был очень серьезным и работал в лаборатории по исследованию каких-то биологических вещей, но занудой его назвать было нельзя. Эвр импонировало, с какой деликатной предупредительностью он относился к своей матери, и нравилось, что он не кичился собственным умом и вообще не пытался играть не подходящую ему роль, как это делали некоторые ее знакомые парни. Конечно, она понимала, что флиртовать с ним было нехорошо по отношению к миссис Чао, но удержаться от этого было непросто.
Ее рабочий день длился до пяти часов вечера, и по его окончании Эвр планировала немного прогуляться (они с Шерлоком договорились вместе поужинать, но его репетиция заканчивалась только в семь, и ей нужно было чем-то себя занять). Работа ассистентом продавца была делом утомительным, но Эвр все равно нравилось это занятие. Ей было интересно наблюдать за посетителями, подмечать особенности их поведения и манеры речи, спекулировать насчет того, откуда они приехали, где успели побывать в Лондоне, и что вообще подвигло их заглянуть в лавку с забавными кошками.
— До завтра, миссис Чао! — звонко попрощалась Эвр с хозяйкой, после того как закрыла кассу и переоделась в подсобке. Та с улыбкой помахала ей рукой, и Эвр вышла на оживленную вечернюю улицу, где столкнулась с Марком.
— Привет! — поздоровалась она. — Что-то ты сегодня поздно.
— На работе задержался… — пробормотал Марк. Эвр заметила, что его явно что-то беспокоило. Ему была свойственна сдержанность, но сегодня ему не удавалось скрыть свои эмоции.
— Что тебя тревожит? — нахмурилась Эвр. — Я могу помочь?
Марк посмотрел на нее отстраненным взглядом, будто она была прозрачной, и медленно помотал головой.
— Сомневаюсь. А впрочем… — их глаза встретились, и Эвр пробрал холодок. У него был такой вид, словно он ее оценивал, прикидывая, может ли он ей доверять, и ощущение было не слишком приятным.
— Не хочешь пройтись? — предложил вдруг Марк. Беспокойство ушло из его взгляда, и теперь он выглядел как обычно.
— Я… — эта пропозиция сбила Эвр с толку. Неужели она его заинтересовала?
«Не будь дурехой, — одернула она себя. — Почему бы тебе его не заинтересовать? То, что он не привык демонстрировать эмоции, еще не значит, что он ничего не чувствует. Он же не Майкрофт», — саркастично добавила она, а вслух сказала:
— Давай. Я, правда, договорилась встретиться с братом в семь, но еще почти два часа…
— Не бойся, я не отниму у тебя так много времени.
Они медленно пошли по улице, украшенной разноцветными фонариками. Марк задумчиво приподнял голову, словно желая разглядеть в небе ему одному видимую птицу, и произнес:
— Знаешь, Эвр, у меня завтра день рождения.
— О, — только и сказала она. Конечно, Эвр этого не знала. Миссис Чао не имела привычки говорить с ней на личные темы. Впрочем, сейчас Эвр припомнила, что сегодня хозяйка лавки была в особенно приподнятом настроении. Наверное, думала о том, какой сюрприз устроит сыну на день рождения.
— Это… Это очень здорово, — выдавила Эвр. Так, теперь ей срочно нужно придумать, что ему подарить! И как назло, уже вечер, и все магазины скоро закроются!
— Это просто день рождения, — проговорил Марк. В его голосе Эвр различила печаль. Не зная, что сказать, она предпочла промолчать, ожидая, когда он сам перейдет к делу. К его чести, Марк не стал с этим тянуть.
— Я приготовил небольшой подарок для моей матери, — он остановился и бережно достал из внутреннего кармана пиджака небольшой бумажный сверток. Когда он развернул его, Эвр увидела золотую розу на длинном прочном стебле.
— Какая красота… — прошептала она. — Я не знала, что в Китае существует традиция дарить подарки родителям на свой день рождения, — со стыдом признала она.
— Это никак не связано с традицией, — тихо сказал Марк. — Я просто хочу, чтобы мама получила эту розу. Поэтому я хотел попросить тебя передать ей этот подарок. Если, конечно, тебя это не затруднит.
— Попросить меня? — растерянно повторила Эвр. — Но почему ты сам ей это не подаришь?
Марк слегка повел плечами, не сводя глаз с золотого цветка в своих руках.
— Я могу задержаться на работе, — сказал он. — Так ты поможешь мне, Эвр? — он спокойно на нее посмотрел.
Эвр стало неловко за свою медлительность, и она поспешила кивнуть.
— Ну, хорошо. Конечно, я передам миссис Чао твой подарок. Уверена, он очень ей понравится.
— Ты очень добра, Эвр, — улыбнулся Марк. Он завернул розу и подал сверток Эвр. Та аккуратно положила его в сумку.
— Не буду больше отнимать у тебя время, — сказал Марк.
— Ты не отнимаешь — я и так хотела прогуляться… — пробормотала Эвр. Она поняла, что испытала легкое разочарование оттого, что их прогулка оказалась столь короткой. Видимо, она и правда дуреха — решила, что может ему понравиться… Словно прочитав ее мысли, Марк виновато улыбнулся, собираясь возвращаться в магазин, но вдруг остановился и со своей привычной серьезностью сказал:
— Тебе очень повезло, Эвр. Я всегда завидовал тем, у кого есть братья и сестры. Это большое сокровище.
— Скорее кладезь вечных ссор и противоречий, — со скепсисом ответила она, но смутилась, увидев грусть в его глазах.
— Прости, — сглотнула она. — Я сказала, не подумав…
— Тебе не за что извиняться, Эвр. Я понимаю, сколь непростыми могут быть взаимоотношения между братьями и сестрами. И все-таки я верю в то, что они являются великим даром, достойным того, чтобы его ценили.
Эвр ничего не ответила. Она вспомнила строгий взгляд Майкрофта, казалось, осуждавший ее за сам факт ее существования, и решила не развивать эту тему. В Китае было другое отношение к институту семьи, и Марк может воспринять ее возражения как проявление непочтительности. А ей не хотелось ссориться с таким хорошим человеком.
— Что ж, спасибо тебе за твои слова, — сказала она. — До завтра.
Марк еле заметно кивнул в знак прощанья, и Эвр возобновила свой путь к ближайшей автобусной остановке.
***
Следующим утром во время завтрака Шерлок изъявил желание включить телевизор. — Вчера приходили журналисты, — пояснил он, садясь за стол. — Снимали репетицию. Вроде бы нас должны показать в ролике, посвященном предстоящим культурным событиям. — Ну вот — ты становишься знаменитостью, — одобрительно покивала Эвр, намазывая тост джемом. Майкрофт, что с момента ее возвращения завтракал в полном молчании, слегка опустил свою утреннюю газету, чтобы лучше видеть телевизор. — Я всего лишь мелькну в кадре, сестренка, не более, — он нажал кнопку нужного канала на пульте и прибавил звук. Как раз начался выпуск новостей, и они увидели Чайнатаун. — … где сегодня утром было найдено обгоревшее тело, — прозвучал закадровый голос диктора. — По предварительным данным, погибший — местный житель Марк Чао, работавший в институте биохимических исследований… Эвр уронила на стол чашку. На ее стенке осталась трещина, а кофе темным пятном разлился по гладкой поверхности стола. — Что?.. — прохрипела она. Майкрофт нахмурился и опустил газету еще ниже. Шерлок с недоумением посмотрел на сестру. — Чао? — повторил он. — Так ведь зовут хозяйку лавки, в которой… — он побелел. — Так ты его знала?.. Эвр сглотнула. Аппетит испарился, и от вида еды ее затошнило. Она почувствовала, как по спине у нее потек холодный пот. На экране телевизора все еще мелькали изображения знакомого квартала, оцепленного полицией. Этого не может быть… Марк жив, она точно знает. Он попросил ее подарить розу его матери, у него сегодня день рождения… — Простите, — пробормотала она и поспешно вышла из кухни. Сил подняться к себе не было, поэтому Эвр прошла в оранжерею и прилегла на диванчик, свернувшись калачиком. Ее била мелкая дрожь, а перед глазами у нее стояло спокойное лицо Марка. Его больше нет. Его больше нет. Шерлок и Майкрофт дали ей немного времени, но не оставили ее одну. Шерлок подошел к ней и сел на край диванчика; Майкрофт, верный себе, остановился чуть поодаль. — Мне очень жаль, — тихо сказал Шерлок. — Это ужасная трагедия. Эвр медленно села и обхватила голову руками. — Не понимаю, как это могло случиться… — прошептала она. — Кому понадобилось убивать его таким жестоким способом?.. — она всхлипнула. Шерлок и Майкрофт обменялись тревожными взглядами. — Может быть, стоит позвонить Лестрейду? — предложил средний Холмс. — Он наверняка будет знать что-то конкретное. Майкрофт явно не был в этом уверен. — Сомневаюсь. Судя по всему, это было спланированное убийство. Тот, кто по какой-то причине желал смерти биохимику, скорее всего, позаботился о том, чтобы замести следы. — Так что же, полиция закроет на это глаза? — в голосе Эвр зазвенела злость. Она вскинула голову и решительно посмотрела на братьев. — Шерлок прав — я звоню Грегу. Если он что-то знает, я поеду к нему прямо сейчас и все выясню, — она встала, намереваясь пойти на кухню за телефоном. — А как же миссис Чао? — тихо спросил Шерлок. Эвр остановилась. К горлу подкатил комок, а глаза заслезились. Не оборачиваясь, она прошептала: — Я… Я поеду к ней, но позже, — сделав глубокий вдох, она напомнила себе, что у нее есть цель, и что ей нужно держаться ее, если она хочет справиться с этой внезапной болью. — Когда я узнаю, что случилось с ее сыном, я поеду к ней, и пусть я не смогу утешить ее, я хотя бы принесу ей правду.***
— Я не знал, что ты была знакома с этим мистером Чао, — сказал Грег, жестом приглашая Эвр сесть на стул напротив его письменного стола. — Я подрабатываю в лавке его матери, — коротко пояснила она. Пока она ехала на такси в Скотланд-Ярд, она сумела кое-как прийти в себя, и теперь даже ее голос не выдавал ее эмоций (по крайней мере, Эвр очень на это надеялась). — Ты подрабатываешь в лавке? — Лестрейд наморщил лоб. — Но я… — У Майкрофта день рождения, и я хотела найти временную работу, чтобы накопить денег и в кое-то веки сделать ему нормальный подарок, — нетерпеливо произнесла Эвр. — Но это все не имеет к делу никакого отношения. — Ты права, не имеет, — согласился Грег. Судя по его несколько задумчивому виду, факт временного трудоустройства Эвр в лавке миссис Чао заставил его прийти к определенным выводам, но у младшей Холмс не было времени на эти ненужные спекуляции. — Так что же? — поторопила она инспектора. — У вас уже есть версии? Грег сделал неопределенный жест рукой. — Судя по его характеристике, мистер Чао был образцовым гражданином и хорошим человеком. Так что если он и перешел дорогу кому-то, кто не просто убил его, но и сжег его тело, след преступника, как мне кажется, стоит искать в сфере его профессиональных интересов. — То есть, ты считаешь, его могли убить из-за того, чем он занимался? — нахмурилась Эвр. — Пока это лишь гипотеза, — пожал плечами Грег. — Нам нужно собрать побольше улик… О, а вот и Стелла. Дверь в его кабинет была слегка приоткрыта, и инспектор Хопкинс, увидев Эвр, задержалась на пороге. — Мисс Холмс, — промолвила она. — Вы пришли по делу мисс Рейнольдс? — Нет, я по делу мистера Чао. Он был… моим знакомым. — Вот как? — Стелла прошла в кабинет. — Когда вы видели его в последний раз? — Вчера, — Эвр заерзала на месте. Разумеется, ей было нечего скрывать, но только сейчас она поняла, что ее показания могли быть использованы следствием для установления лмчности преступника. — Около пяти вечера. Он пришел в лавку своей матери, а я как раз уходила домой. Мы немного прогулялись, и он… — Эвр сглотнула. — Он попросил меня кое-что ей передать. — Что? — сразу же спросила Стелла. — Подарок. Золотая роза на стебле, что-то вроде украшения. Инспекторы переглянулись. — Почему он сам не передал ей этот подарок? — Грег посмотрел на Эвр. — Он хотел сделать это сегодня, в свой… в свой день рождения, — ей снова стало трудно говорить. — Сказал, что… что может задержаться на работе, и попросил меня об одолжении. — Мы можем взглянуть на эту розу? — спросила Стелла. Эвр бережно достала пакет из сумки и подала его инспектору. — Ты хочешь отправить ее на экспертизу? — обратился Грег к Стелле, когда та надела перчатки и аккуратно вытащила из пакета золотое украшение. — Нет, — она покачала головой. — Я считаю, нам стоит самим его изучить. — В смысле? — Эвр с тревогой перевела взгляд с Грега на Стеллу. — Вы что, хотите сказать, что Марк оставил какое-то послание? — Мисс Холмс, ваш знакомый работал в институте биохимических исследований, — Стелла убрала розу в пакет и стянула перчатки. — А вы ведь помните, какое событие пережил весь мир несколько лет назад? — Эпидемия? — сразу же догадалась Эвр. — Но я не понимаю — он что, работал над вакциной? Но зачем тогда кому-то его убивать? Стелла посмотрела на Грега, как бы предлагая ему ответить на этот вопрос. Лестрейд устало вздохнул. — У нас есть все основания полагать, что с мистером Чао несколько раз связывались лица, готовые предоставить ему вознаграждение за информацию как о самой вакцине, так и о вирусе, против которого она была создана. И мотивы у них были отнюдь не благородные. — Только не говорите, что они хотели создать биологическое оружие… — выдавила Эвр. — Биологическое, химическое — какое душе угодно, — мрачно сказала Стелла. — По всей видимости, мистер Чао отказался с ними сотрудничать, за что и поплатился. — Так вот в чем заключается ваша версия! — воскликнула Эвр. — Но если вы правы… — Пока это лишь рабочая гипотеза, — поправил ее Грег. — Нам нужны доказательства. Но даже если мы их найдем… Не факт, что это приведет к поимке преступника. — Это еще почему? — возмутилась Эвр. — Потому что такие люди умеют уходить от ответственности, — хмыкнула Стелла. — У них наверняка есть покровители, а это значит, что мы ничего не добьемся. — Поверить не могу! — Эвр вскочила на ноги. — И вы что, просто так это оставите? Грег с сожалением на нее посмотрел. — Порой даже правосудие оказывается бессильно, Эвр. Это будет не первый случай. И далеко не последний. — Скажи это миссис Чао, — зло бросила Эвр и, не прощаясь, вышла из кабинета.***
Сегодня лавка с сувенирными кошками была закрыта. При взгляде на задернутые плотными шторами окна у Эвр упало сердце. Какая трагедия — потерять единственного сына в день его рождения. Эвр точно знала: будь она на месте миссис Чао, она бы этого не пережила. Эвр обогнула здание и подошла к черному входу. Чао жили над магазином, и она позвонила в звонок их квартиры. К ее удивлению, миссис Чао ответила ей без промедления, и выглядела она почти спокойно. — Эвр, — она ласково ей улыбнулась. — Прости, но сегодня мы не работаем. — Я знаю, я… — Эвр запнулась. Она никогда раньше никому не приносила соболезнования, и не знала, как это делается. — Миссис Чао, мне так жаль… — Я знаю, дорогая, — она взяла ее ладони в свои и слегка их сжала. — И я надеюсь, ты простишь меня, если я сегодня побуду в одиночестве, — в ее глазах появилась боль. — Да, конечно… — пробормотала Эвр. Миссис Чао улыбнулась ей, и она поняла: самое время уходить. Но ей казалось очень важным сказать еще кое-что — иначе она подвела бы Марка, доверившего ей важную миссию. — Миссис Чао, Марк… то есть, ваш сын, он… Он передал мне кое-что для вас, — Эвр почувствовала, что краснеет — наверное, говорить об этом сейчас все-таки было очень неделикатно. — Но этот подарок, он… его пока забрали полицейские, на экспертизу, а Марк так хотел, чтобы вы его получили… Миссис Чао приподняла ладонь, мягко прерывая ее неуклюжие объяснения. — Я все понимаю, Эвр, и я благодарю тебя за твою заботу. Но что бы ни хотел передать мне Марк, он сам был лучшим подарком в моей жизни. И я никогда этого не забуду, — изменив своей выдержке, она быстро смахнула подступающие слезы. — Конечно, миссис Чао, — прошептала Эвр. Хозяйка еще раз улыбнулась ей сквозь боль и закрыла дверь.***
Из-за временного закрытия лавки Эвр осталась без дела, поэтому следующим утром она встала поздно. Ей не хотелось встречаться за завтраком с братьями, да и переживания того проклятого дня сделали свое дело, поэтому, приняв с вечера успокоительное, она позволила себе как следует выспаться. Сидя в одиночестве за кухонным столом, Эвр без всякого аппетита жевала невкусные овсяные хлопья (Майкрофт, не будучи поклонником этого утреннего блюда, всегда покупал самые неаппетитные из них) и читала дурацкий роман об одной из жен Генриха VIII (телевизор она не включала, чтобы попусту не бередить свою рану). Уже когда она закончила завтракать, ей позвонил Грег. — Слушай, ты не могла бы приехать в участок? — после какого-то слишком напряженного приветствия спросил он. От нехорошего предчувствия у Эвр зашевелились волосы на затылке. — Что случилось? — выдохнула она. — Вы что-то узнали? — Ты приезжай, если можешь, — будто пропустив ее слова мимо ушей, сказал Лестрейд. — Чем скорее, тем лучше. Дорога до Скотланд-Ярда превратилась для Эвр в одно из самых мучительных ожиданий в ее жизни. Мириады самых невероятных ужасов промелькнули у нее перед глазами за это время, но даже ее развитая фантазия не подготовила Эвр к встрече с Грегом и Стеллой. Когда она увидела выражения их лиц, она сразу же поняла: дело Марка можно считать закрытым. — Что?.. — Эвр с усилием вытолкнула из себя это слово. В кое-то веки ей оказалось очень тяжело говорить, словно она заболела тяжелой формой ангины. — Что вы узнали? Стелла плотно закрыла за ней дверь. Грег усталым жестом пригласил Эвр сесть, но она помотала головой и осталась стоять. — Мы исследовали розу, которую передал тебе мистер Чао, — тихо сказал Грег. — И нашли в ней это, — он положил на стол маленькую флешку. — Что там? — во рту у Эвр стало сухо, как в пустыне. — Улики? Стелла кивнула и с сожалением в голосе сказала: — Улики, которыми нам не дадут воспользоваться. — Что? — Эвр не заметила, как вскрикнула, и Грег с беспокойством посмотрел на дверь, будто ожидая, что в кабинет в любую секунду кто-то ворвется и арестует их всех. Стелла, словно не заметив возгласа Эвр, негромко продолжила: — Все так, как мы и предполагали. Марку Чао поступали предложения от разных лиц. Некоторые из них связаны с контрабандой оружием. А некоторые… — она сделала паузу. — Некоторые сотрудничают с правительствами крупных держав. В том числе с нашим. — И что? — воскликнула Эвр. — Как это помешает вам вычислить преступника? — Эвр, не будь ребенком, — терпеливо произнес Грег. — Ты же понимаешь, что есть расследования, которым не дают хода. Если мы обнародуем эту информацию, мы рискуем спровоцировать грандиозный скандал. Под ударом окажутся не только все коллеги Чао и его мать, но и мы со Стеллой. Газетчики раздуют из этого аферу века, и на нас набросятся все, кто упомянут в материалах этой флешки. В итоге мы ничего не добьемся и все потеряем. — Но… — пролепетала Эвр. Никогда еще она не чувствовала себя такой беспомощной. Даже когда Шерлок лечился от зависимости. Тогда она хотя бы могла верить в счастливый (хоть в какой-то степени) исход, а теперь ей оставалось лишь опустить руки и сдаться. И хуже всего было то, что она понимала, что Грег и Стелла правы. Каких бы высот ни достигло человечество в развитии правосудия, личные интересы сильных мира сего и вопросы политической целесообразности слишком часто побеждали благие намерения и желание добиться справедливости. — И что вы будете делать? — проронила она, кивком головы указав на флешку. — Просто… выбросите это? — Такими вопросами занимается наше начальство, — сказал Грег. — Но да, я думаю, что… гхм, эти материалы уничтожат. — Понятно, — Эвр шмыгнула носом и, стараясь не смотреть им в глаза, спросила: — Могу я хотя бы получить обратно розу? — Конечно, — печально подтвердила Стелла.***
— Мне очень жаль, — промолвил Шерлок. Был вечер, и трое Холмсов собрались за ужином. Майкрофт пришел с работы раньше и приготовил пасту. Эвр любила это блюдо, но сегодня бесцельно ковырялась в тарелке, отдавая себе отчет в том, что вряд ли съест хотя бы кусочек. — Да, мне тоже, — хмуро сказала она. Майкрофт соболезнований не выразил, да и зачем он бы стал это делать? Он ведь был госслужащим, а значит, представлял тех людей, из-за которых смерть Марка останется безнаказанной. И теперь он как ни в чем не бывало сидел за этим столом и методично поглощал свои мерзкие макароны, и по его лицу было понятно, что он думает обо всем этом деле. — Давай, скажи уже, — Эвр бросила вилку на тарелку, и немелодичный звон заставил обоих ее братьев вздрогнуть. Шерлок с непониманием посмотрел на сестру, что буравила взглядом Майкрофта. Старший из Холмсов оставался невозмутим. — Что ты хочешь услышать? — спокойно спросил он. — Ну не знаю, это ты мне скажи! — скопившиеся за последние несколько дней негативные эмоции нуждались в выходе, и Эвр почти перешла на крик. — Наверное, ты считаешь, что я зря из-за этого переживаю? Что такова суровая жизнь, в которой мы все живем? Что Марк получил по заслугам??! Майкрофт слегка покраснел. — Я так не считаю, — ровным голосом сказал он. — Но если ты действительно интересуешься моим мнением на сей счет, я могу сказать следующее: он определенно перешел дорогу не тем людям, и у него не хватило ума выйти из этой ситуации. Ему следовало бы быть лучше подготовленным к подобным осложнениям, раз он работал в учреждении, занимающемся столь деликатными вопросами. — Да как ты смеешь?! — взревела Эвр. — Как ты смеешь обвинять его в том, что он сам виновен в своей смерти?! — Я никого ни в чем не обвиняю, — с нажимом возразил ей Майкрофт. — Я всего лишь хочу, чтобы ты наконец-то сняла розовые очки и поняла, в каком мире мы живем. Его проблемы не решаются одним лишь чувством справедливости и благородным стремлением во что бы то ни стало следовать моральному кодексу. Твой друг, по всей видимости, так этого и не понял. Так не повторяй же его ошибок. Майкрофт смотрел на нее таким спокойным взглядом, что на один безумный миг Эвр захотелось его убить. Наваждение прошло в следующую секунду, и, едва не своротив свой стул, она выскочила из-за стола и выбежала с кухни. Огорченный их перепалкой Шерлок хотел было ее остановить, но потом решил, что сейчас ей лучше побыть одной.***
— Еще раз большое спасибо за твою работу, Эвр. Мне будет тебя не хватать, — миссис Чао улыбнулась ей по-доброму и так же приветливо, как в тот день, когда они познакомились. Словно не было в ее жизни этой ужасной потери, словно все было совсем так, как прежде, и золотая роза на изящном прямом стебле не стала последним подарком от ее безвременно ушедшего сына. — Мне вас тоже, миссис Чао, — промолвила Эвр. На душе у нее было тяжело. Она заработала достаточно денег для достойного подарка, но теперь у нее не было никакого настроения его покупать. Если Майкрофт до сих пор считает ее маленькой дурочкой, он наверняка со снисхождением отнесется к любому ее подарку, а этого она не вынесет. Невольно ей вспомнились слова Марка о братьях и сестрах, и ей стало стыдно. Он считал даром то, что порой казалось ей обузой. Что ни говори — что имеем, не храним… Эвр вдруг захотелось поскорее попрощаться с миссис Чао, словно воспоминания о вчерашней ссоре с Майкрофтом могли каким-то образом ее оскорбить. — Что ж, раз так, я пойду, — Эвр повернулась к выходу из лавки, но миссис Чао остановила ее. — Эвр, погоди, пожалуйста. Я хочу кое-что подарить тебе на память, — она зашла за прилавок и вернулась с толстым прямоугольным свертком. — Что вы, миссис Чао, вы вовсе… — запротестовала было Эвр, но хозяйка мягко прервала ее возражения. — Нет, дорогая, я настаиваю. Эта книга принадлежала Марку, и я думаю, что он был бы не против, если бы она была у тебя. Эвр с неловким видом развернула сверток, и ее взору предстало старое издание «Троецарствия». — Большое спасибо, — тронутая этим подарком, поблагодарила она. — Я… Я никогда не забуду вашего сына, миссис Чао, обещаю. — Я знаю, дорогая, — она улыбнулась ей доброй, но печальной улыбкой, и на прощанье еще раз сжала ее ладонь. Возвращаясь домой тем вечером, Эвр поняла, что все-таки нашла подарок на день рождения Майкрофту. И что-то подсказывало ей, что Марк согласился бы с ее решением.
