Cherchez un homme

1. Потоп. Третий день учёбы шел скучно. Но кто же мог предположить, что его разбавит весельем какой-то девятиклассник из С класса. Первым уроком у Минхо была физика. За окном уже начинает светлеть, мрак сходит с небес и забирает за собой звезды, оставляя лишь солнце на посту. Лино вместе со своими одноклассниками и глаз разомкнуть не могут, чтобы отойти ото сна нужно время. Но некоторым это и не нужно. Для некоторых личностей ночной просмотр сериала важней, чем сон, но сон важнее чем учеба. Так что, захрапеть прямо на деревянной парте проще простого. В классе сидит учитель, но даже она качается из стороны в сторону. Видимо она тоже всю ночь и глаз сомкнуть не могла из-за множества тетрадей и работы. Хван Йеджи вяло встает с своего учительского кресла и выходит лениво в середину класса. Дает волю зевку и начинает свой урок. — Что же, ребята, сегодня у нас уже третий день учебный. Надеюсь, вы уже начинаете приходить в форму. Напоминаю, — выделила она последнее слово, — ваше неподобающие поведение, как на прошлом уроке, в этот раз я не прощу. Хотите порезвиться – выходите в коридор. Девушка вновь зевнула, прикрыв рот, и поправила волосы, осмотрев класс. — Ли Минхо и Феликс, We’re waking up, и начинаем учиться, — на эти слова отреагировал лишь Феликс. — Ли Минхо, он что, уснул? — девушка начала достаточно большими шагами пробираться к последней парте чтобы разбудить парня. — Ёнбок, щелкни своему соседу по парте. Учительница встала над душой Минхо, а после того, как он наконец поднял свою голову и ударился об подбородок девушки своим затылком, Йеджи вновь зашумела своими каблуками, не обратив внимания на боль в подбородке. — Итак, я предполагаю, что ты всю ночь учил мой предмет и готов рассказать его на пять с плюсом, верно? — Йеджи скрестила руки на груди. — Хочу начать этот урок с проверки домашнего задания. Итак, скажите же мне, Ли Минхо, что такое механическое движение. — Механичес.. — не договорил Лино, как из коридора послышался гром. Звук напоминал какое-то падение, и падение чего-то поистине тяжелого Кто-то что-то разбил. Что-то очень тяжелое, возможно, это были воздухоочистители. Здесь часто бегают ученики начальных классов и даже старшеклассники. Вполне возможна такая ситуация. Хван Йеджи попросила вести себя тихо и вышла за дверь, видимо, чтобы подсечь хулигана. Но тишины, что было ожидаемо, не было. Те, кто сидел около двери, подглядывали через щель. «Там походу унитаз взорвали», — крикнули они и встали на шухер. Из мужского туалета хлестала вода фонтаном, а Йеджи, по видимому, пыталась остановить течь. Кто же этот смелый? Так еще и такой длиноногий. Спустя время туда забежал директор, а Йеджи вынесла оттуда какого-то парнишку. Белая кофта была в красных пятнах, а сам юноша по видимому лежал без сознания. Десятый класс, что наблюдал за этим сумбуром, вновь зашумел как пчелиный рой. «А она на него штаны натягивала все это время?», «Он что, своим говном трубу засорил?» и тому подобные словечки летали в стенах четыреста пятого кабинета. И никого не смущало то, что этот парень пострадал. Из всех этих возгласов выделился лишь О Сынмин, который крикнул: «так это же Хан Джисон из девятого С!». Минхо окончательно пробудился от сна, услышав знакомое имя. Раньше он учился с этим парнем, они хорошо общались, до того момента, пока Хана не оставили на второй год. Мурашки пробежали по коже, а в голове лишь одно: с Хан Джисоном что-то случилось. Он всегда был спокойным парнем, так что, специально что-то сделать не мог. — Там Хан Джисон. — Что случилось вообще? — Он в туалете что-то набедокурил. Может раковину сломал или ещё чего. Вода льёт как не в себя, — сообщил Хо. — Же-есть, — протянул Ликс. Но много времени зацикливать на этом Минхо не мог. Скорее всего сейчас Йеджи вернётся и продолжит вести урок, ведь чинить имущество школы не ее обязанность. Так что Хо продолжил поглощать каждый миллиметр учебника. И он был прав. Учительница вернулась, только не за тем, чтобы проводить урок. Она схватила телефон и вновь велела вести себя тихо. Девушка мигом выскочила из кабинета и пропала из виду. Что же там такого серьезного произошло? Минхо должен это узнать, но не сейчас. Позже он обязательно свяжется с Хан Джисоном. 2. Созвоны. Учебная часть дня прошла достаточно быстро. Минхо не успел моргнуть, как уже очутился дома и, заварив чай, сел за кухонный стол, чтобы попить свой любимый чёрный с малиной. За окном чудесная погода, нежный ветер и теплое солнце, греющее людей. Главное, это тишина. Парень живёт в деревне, а здесь крайне редко появляются какие-либо машины, вызывающие уйму шума. Люди изредка вызывают гул, так что побыть в тишине здесь можно без проблем. Минхо делает первый глоток и набирает на телефоне номер Хан Джисона. На экране всплывает фотография этого парнишки и различные базовые кнопки: выключение звука, динамик, контакты, отключение звонка и другие. Потом парень делает еще один глоток чая, и затем идут гудки. Они такие ровные, словно метроном стучащий под музыку. — Привет, Хан Джисон. Я Минхо, помнишь меня? — Как же я мог забыть, дружище! Так давно не болтали, как ты? — Я то в порядке. Сегодня ты помог мне получше подготовиться к физике. Говорят, что ты унитаз сломал. Это был ты? — Почему унитаз то сразу? Не унитаз, я раковину сломал, — вспоминал Хан. — А я то тебе чем помог? — Хван Йеджи же твоя классная руководительница, верно? — Да. — Так вот на момент когда ты буянил у меня была физика у нее. Она ушла разбираться, — вдруг выдержал паузу Хо, но продолжил. — А ты зачем это сделал то? — Я шел по коридору и почувствовал приход панической атаки. Ну и оно как-то само, понимаешь? — А я и забыл про твои приступы. Ты как вообще? Не пострадал? — Не сильно. Отделался ушибами и царапинами всего-то. — Как ты вообще это сделал? — не прекращал удивляться Минхо. — Чтобы сломать раковину нужно иметь бицепсы не меньше чем у Чанбина. — Намек на то что я дрыщ? — Нет, вовсе нет. Просто… — Я упал на нее, — моментально Ли почувствовал эту боль по всему телу. — Там же кафель, а-ай, мне самому больно от слов только стало. Чувак, ты попал походу. — Н-да, а как физика? — Да я на пять рассказал по итогу, прикинь. В жизни никогда не понимал физику, а тут такое чудо. Правда, значение механического движения я так и не понял. — Да у меня так же, я даже на второй год остался, но все равно программу за девятый класс не понял. Эти теплые разговоры согревали сердца обоих парней. Какое счастье, что связь не была потеряна, Минхо знал, что Джисон очень хороший парень. По характеру он просто солнце, а в общении приятный собеседник. С ним не соскучишься уж точно, ведь шуток и анекдотов у него на запасе еще много. В общем, весельчак компании, но в то же время лютый социофоб. С незнакомыми ему людьми находится неприятно, даже страшно, ведь им доверять настоящего себя не может, а они прямо как лес. Страшный, густой и жуткий, еще и смотрят со всех сторон свысока. Друзья совсем другие. Они для него буквально семья. От своей у него практически ничего не осталось, он живет с тетей по маминой линии. Ее зовут Жизель. Она полноценно обеспечивает его, справляется без мужской сильной руки и опоры. Хан всегда восхищался ей и продолжает это делать до сих пор. Жизель сильная женщина, независимая, сказать что она феминистка нельзя, но даже без мужчины рядом она справляется отлично. Ей хватает Джисона, который очень любит ее. Воспитывать детей будто у нее в крови. Она относится к своему любимому мальчику со всей своей материнской любовью. Да, он не ее сын, но за эти годы стал более, чем просто родным. Он стал сыном. Зная об этом, Минхо не мог представить, какого ему быть без родителей? Отец ушел от матери Хана, когда ему было лет пять, а мать умерла, на тот момент, когда Джисону было четырнадцать лет всего то. И вот с четырнадцати лет он живет с тётушкой Жизель. Вначале было непривычно, как рассказывал сам парень, но потом привык. Полюбил свою новую маму и теперь готов стать для нее опорой. Да, ее опорой должен быть ее муж, а не сын, но судьба не дала ей юношу. Поэтому Хан пообещал себе, что будет помогать ей финансово и по дому, да обещание свое сдержал.

•••

После окончания звонка Минхо сидел пару минут сложа руки, а в голове была суматоха. Он пытался осмыслить произошедшее. Паническая атака. Падение. Разбитая раковина. Какой кошмар. Не дай Бог кому-то оказаться в подобной ситуации. Но Хан смеется. Он всегда переворачивает все серьезное в шутку. Не говорит о проблемах в серьез, но если речь заходит о проблемах кого-то из его друзей, то парень сразу же унимает своего ребенка внутри и становится до жути серьезным. Правильно ли это? Минхо сомневается. Нельзя так просто относится к своим чувствам и переживаниям. Минхо думал об этом, пытался осмыслить все от лица Джисона, но придти к разрешению этого вопроса так и не смог. Да и лезть в чужое дело сильно не хотел, поэтому отбросил все мысли на потом и, набрав на телефоне нужный номер, стал смотреть на выплевшую надпись «Хван Хёнджин». Когда собеседник Хо поднял трубку, на обратной стороне послышался радостный голос «алло!», но единственное что сказал Хван, было «я позже перезвоню». И он перезвонил. — Привет, Хо-я, включи камеру, — попросил Хван. — Не хочу. — Но я очень хочу. — Перехочешь. — Какой грубый, — надулся Хёнджин. — Ну включи. Ты же такой красивый. — Хёнджин, не начинай. — Ну Хо, я хочу посмотреть на тебя. Давно не виделись. — Мы буквально вчера с тобой виделись, Хван. — Но я соскучился, — не унимался Хёнджин, и Минхо все же включил камеру. — Так бы сразу. Как дела? — Все в порядке. У меня для тебя история есть, — прочистил горло Минхо. — Я весь во внимании. — Сегодня в школе мой бывший одноклассник раковину сломал. — Он там что у тебя, двести килограммов ярости? — Да нет, у него была паническая атака, и он как-то свалился на это бедную раковину. Говорит что в щепки разьебал ее, прикинь. — Ну ничего себе ты за словечки какие знаешь. — Иди в зад. Тебя только это смутило? — Нет. Каким образом он должен был упасть, чтобы разломать раковину, к тому же в щепки? — Так я тоже удивлен. У него точно паническая атака была, а не конвульсии? — Ты у меня это спрашиваешь? — Это все очень странно. К тому же он дрыщ. — Еще и дрыщ! Же-есть, — Хёнджин замолчал но позже резко продолжил. — Ко мне сейчас клиент должен прийти, вечером перезвоню, как все дела закончатся. Спасибо что позвонил. — Хорошо, Хён, удачи! — и Минхо сбросил звонок. Надежда в то что он перезвонит расплывалась в воздухе, и Минхо, забив на это, подошел к кухонному гарнитуру заваривать очередную кружку черного чая с малиной. Сейчас он с лёгкостью получит передозировку этого чудо напитка, но зато будет счастлив. Настроение становится лучше от одной только мысли о чае, а в венах бурлит вечное желание и жажда.

•••

Кристофер подходит к Феликсу и нежно обхватывает его талию руками, прижимая к себе, крепко-крепко, не отпуская. Ёнбок в свою очередь тоже обхватывает спину Чана, вставая на цыпочки. Их разница в возрасте не была критичной, но Феликс все равно по какой-то причине вставал на уровень Чана, видимо, именно так он чувствует себя комфортнее. Стена по близости так и говорила, «подойдите ко мне!», это парни и сделали. Ёнбок не сильно ударился спиной об стенку, но врезался в нее. В это время его руки полезли на плечи старшего, а ноги тут же приняли прежнее и привычное для всех положение. Крис слегка склонил голову над младшим и чуть приблизился. Позже прошептал «люблю тебя», и аккуратно дотронулся своими губами до чужих. Феликс ответил на это. Он вздрогнул, но тут же почувствовал, как Чан ещё сильнее прижимает того к себе, словно обнимая маленького котенка. Его руки были теплыми, словно горячий костёр под ночным небом и белыми как снег звездами. Этот жест каждый раз успокаивал в стрессовой ситуации, а при подобных ласках рассказывал о всей любви между двумя подростками. Черт, да Крису не нужны какие-то там буквы, ему хватит обычного движения, малейшего, чтобы сказать что безумно влюблен. Раздался тихий чмок, это Чан отстранился чтобы сделать вздох, а Феликс смотрит до жути влюбленными глазами, скользит с глаз на губы и с губ на глаза. После они снова встречаются в одном поцелуе. Крис знает, его нежность очень любит ласки. Не любит резкость, грубость и жадничество. Поэтому Чан целует с любовью, сладкий привкус только что выпитого кофе даёт о себе знать. Крис мягко и так легко сминает губы Ликса, позже переходя на одну из них. Он ласкает нижнюю часть уст Феликса, чувствуя, как Ёнбок старательно повторяет за старшим. Идёт разговор между двумя подростками, что умеют любить. Не то, что взрослые. Они по уши в проблемах, а их единственная близость, словно электростатика. Между Бан Чаном и Ликсом никаких пошлостей, а из неё лишь только шутки да картавый флирт. Крис целует так, словно хочет поведать о чем-то. О какой-то нежной истории, он бережно держит в своих губах губы Ёнбока, поглаживая его плечи. Бок так же не спеша аккомпанирует их влажный поцелуй, закрыв глаза в наслаждении. Чан вновь отстранился, в это время Бок вытер слюну с губ рукавом, улыбаясь «собеседнику». Но старший этого не сделал. Он влажными губами дотронулся до шеи Ёнбока, оставляя там лишь мокрый след. Феликс вновь вздрогнул. Крис одной рукой убрал с ключицы младшего кофту, после снова приблизился, поцеловав безумно жаждущую поцелуя ключицу. Ёнбок трогал локти Криса и шептал на ушко ему «люблю, люблю, люблю». Такие сладкие слова, в которых нуждаются многие. После того, как Чан отстранился и оставил влажные следы на шее младшего высыхать, Ликс прижался к Крису крепко-крепко, ведь знает, что сейчас на места нежных поцелуев подует ветер и ему станет холодно. Чан в свою очередь обхватил маленькое тельце Ёнбока, будто бы укрывая от опасности. Атмосфера была комфортной. Приятный свет окутывал кухню и между влюбленными возникло молчание. Они были счастливыми, самыми что ни на есть счастливыми. Но это молчание перебило уведомление. Феликс отступает чуть назад, достает телефон и начинает зачитывать: — Минхо погулять предлагает. — Замечательно, скажи, сейчас будем, — и Крис целует того в нос, оставляя влажный след. Енбок быстрым движением набирает на клавиатуре из букв слова, выстраивая предложение. Оно гласило, чтобы тот позвал Чонина и пришел в назначенное место, указанное ранее Минхо. Ответа долго ждать не пришлось. Лино тем же мигом ответил, но на этот раз непрочитанное уведомление никого не интересовало. Собравшись, парни вышли из дома, ступив на прохладную землю. Да, на улице было достаточно тепло, но этого еще мало для того, чтобы ходить в одних футболках. Ветер сдувает с пути все свои преграды. Листья опадают на землю и блуждают по городу. Некоторые сваливаются в канализационный сток, сток с чьим-то внесёнными жизнями и угнетающими мечтами. Сразу при встрече парни начинают заводить разговоры о не щадящем далеке и безграничном будущем. Сигареты истлевают так же быстро, как и время. Их дым отнимает слишком многое. Отнимает часы жизни, порой даже недели, месяца, зачастую даже года. Но ведь одному Богу дано знать, сколько тебе осталось. Главное, чтобы никто не знал, чтобы никто не догадался. Ведь в мире ином наше настоящее предназначение и будущее, здесь мы всего-то гости потерянного времени и разрушения. Грустные разговоры сходят на нет только тогда, когда Чан вспоминает о Хёнджине. — А что у тебя с тем мужиком? — С каким? — А у тебя их много? Как-то звали его ещё… — Крис выдержал паузу в раздумии. — Хён какой-то. — Так ты про него, — вспомнил Хо. — Да все в порядке, вечером собирается мне позвонить. А что? — Думаю, на сколько его хватит, с малолетками дружить. — Вполне хватит. — Поматросит и бросит. Будет смешно, если еще влюбишься. — Я не гей, — закатил глаза Минхо. — В отличие от некоторых. — Да ну что ты, — с улыбкой произнес Чан. — Сердцем пятнадцатилетнего парнишки не руководит мозг, пубертат, и ничего более, — вновь затянулся Крис. — Само сердце даже не в силах остановить твое глупое поведение. — Тогда и вам с Феликсом не светит светлое будущее. — У нас с ним теплые отношения двух подростков, в которых никто не сделает никому больно. Нам друг от друга нужны настоящие чувства, а двадцати летнему мужчине не нужна честность, любовь и искренность. Ему нужно твое тело, Минхо. Открой глаза. — Ты делаешь выводы с нихуя. — А ты совершаешь тупые поступки. Будь ты адекватом, не стал бы вообще обращаться к какому-то там хакеру за помощью, придурок. Да это одно дело, другое, начать с ним, сука, общение! Зачем? — Это мое дело! Чан, не лезь туда, куда тебя не просят! — Будь умнее, тебя учишь, а ты? Можешь проявить хочу грамм своего безграничного ума, — Чан не просто говорил, он ругался. — Не веди себя так, словно ты мой отец. Я сам в силах подумать за себя и решить, как будет лучше! — Если тебя изнасилуют и убьют в подвале, то я не виноват. Я не прибегу к тебе на помощь даже! — Ну и не приходи, тебя будто просит кто-то! — Сам ведь будешь жалеть о сказанном. Просто хотел попросить тебя быть умным и аккуратным рядом с ним, а ты разводишь. Самостоятельный нашелся. И после этого последняя нервная клетка Минхо лопнула, брызнула, оставив за собой лишь мокрый след. Лино психанул и убежал домой, а по щекам текли соленные капли надежды на что-то хорошее. Он еще не зависим, но совсем скоро. Феликс уже было собрался бежать, но его схватил за руку Чан, который не дал ему это сделать. — Пусть подумает и расставит все по местам. Я против его дружбы с тем мужиком, потому что волнуюсь. Опасно. — Это его дело, — отзывается Чонин. — Вам не понять меня. Я чувствую обязанность за этого человека, не смогу я просто взять и потерять его, из-за какого-то пустяка. — Тебе нужно просто узнать Хёнджина получше. Может он не такой уж и плохой человек. — предложил Феликс. — Его стоит рассмотреть, но я боюсь, что Минхо откроется ему слишком рано. Опасно, понимаете? — Нет, — вдруг отреагировал Чонин. — Хорошо-хорошо, я попробую наладить к нему отношение, подружимся может, — закатил Чан глаза. Но за Минхо бежать никто не стал. Пусть пойдет, успокоится и, как настроится, позвонит. Ему нужно уединение. И это правда. Минхо забежал домой и, зайдя в свою комнату, сразу же устремил свой взгляд на кровать, которую он будет просиживать ещё час, может больше, если уснет. И он уснул. Только не на час, и не на два. Он проснулся в двенадцать часов ночи от звонка, и это был Хёнджин, который все же перезвонил. Он перезвонил. — Ало? — сонно ответил Минхо. — Она уехала.. — заплаканным голосом ответил Хёнджин. — Кто она? — Ты спишь? — Спал. Эта Коала уехала? — Да. Я только что ее проводил. Теперь я и не знаю когда мы сможем с ней встретиться. — Ни… — не договорил Хо. — Не хочешь встретиться? Хёнджин молча кивнул, но только после понял, что собеседник его не видит. — Хочу. — Тогда я собираюсь. Ты скоро приедешь? — Думаю, да. Подходи к остановке. Ли Минхо сбросил звонок и подбежал к шкафу. После взглянул на себя в зеркало и подумал, а зачем ему это вообще? И без того хорошо одет. Полюбоваться на себя обязательный пункт, который был выполнен безупречно. Он схватил с собой все самое нужное, сигареты, зажигалку, ключи и телефон, практически разряженный, но зато теперь Минхо имеет хоть какое-то средство для связи. Все это дело он раскидал по карманам черных джинс. На шее висели наушники, которые никогда не были разряженными. Они марки JBL, их батарея очень хорошая и достаточно емкая. Но главное это их звук. Минхо ценитель прекрасного и качественного. Ли нацепил на ноги черные кеды, уже все изорванные, поношенные. Но в этом и была вся их суть. В них Мин чувствовал каждый камушек, но не просто, он наступал на них всей своей подростковой душой. На них красовались различные рисунки, надписи, сделанные Чонином, Ликсом и Крисом. Эти кеды были для него памятью, а у этой памяти уже даже свое имя есть. Маым Ккум. Переводится как мечта души. Левый звали Маым, а правый Ккум. Подойдя к остановке, что носила название «роучер», Минхо заметил подъезжающую к нему машину черного цвета. Она объехала остановку и припарковалась за ней, после чего из салона вышли парни. Два парня со знакомыми лицами. — Привет, — крутил на пальце ключи Сынмин, протягивая правую руку. Но не тут то было. На Минхо набросился другой юноша, что крепко прижался к телу подростка. Он немного дрожал от пролитых слез, а Минхо лишь обхватил тело Хёнджина, осознавая, что он не пройдёт по той же дороге из слез Хвана, да и свои не проронит. Ли просто был уверен в этом. Хотя даже то, что за свои шестнадцать лет он ни разу не вступал в отношения и не вступит в дальнейшем. Да и, если вступит, не факт, что удачно. — Мы только что с вокзала. Мы проводили Лию. Теперь её ждёт новая жизнь, а этому светит одно, куча бессонных ночей и сопли в подушку, — парень достал сигарету и затянулся. — Он был зависим. — Он по прежнему зависим, — выпустил дым Сынмин. — Ну хватит реветь, Хёнджин, — обратился Минхо. — Она будет счастлива, и ты тоже не должен волноваться по этому поводу. — Я уже скучаю. Я не могу отпустить её вот так просто, — вдруг ответил Хёнджин. — Ты должен, и у тебя не спрашивали, можешь ли, — ввязался Сынмин. — Пойдём присядем? — вдруг спросил Минхо. И все молча согласились. Минхо повёл рыдающего Хвана под крышу остановки, а сзади шел Мин, который гладил того по спине. Вот же глупый. Как можно быть настолько привязанным к человеку. Наверное даже Лиа настолько сильно не была расстроена. Минхо достаёт из кармана мятую пачку Чапман Ред и зажигалку с котом, которого он нарисовал сам. Держа губами табачное изделие, парень пытался поджечь конец сигареты, а позже, выпустив дым потоком мыслей и эскапизма, бросил взгляд на несчастного друга. Минхо с большим удовольствием его утешит, крепко прижмет к себе и расскажет о чем-нибудь, но было бы хорошо самому прибраться в своём внутреннем мире. Голова забита их разницей в возрасте. Но ведь он ничего не делает такого, верно? Все правильно и без лишних действий, но объятья… это всего лишь объятья, но ведь они даже для них слишком мало знакомы. Что дальше? Поцелуи, потом переспят? Нет, Минхо так не поступит. Он не даст подобному случиться с ним. — Дай сигарету, Минхо. — Ты же не куришь, — и Ли достал из пачки последнюю, счастливую. — Но иногда можно, ведь так? — Эй, а от моих всегда отказываешься! — вдруг возмутился Сынмин. — Да твои парламент аква курить невозможно! — Ну я же курю, — вновь затянулся Сынмин и подул в лицо Хёнджину. — Придурок, — стал размахивать руками Хван, что вызвало улыбку у парня с брекетами. По крыше барабанил дождь. Ночь только расцветала и расцветали души парней. Они уединялись под укрытием и согревали друг друга не только пеплом сигарет. Тушили их об кеды и снова зажгли в друг друге новые огни. Но самое важное, что Хёнджин смог вынести из этой прогулки, не всегда Лие обязательно быть рядом, чтобы он мог быть счасливым. — Ну все, хватит глотать сопли, — вдруг поднялся с места Хван. И после этих слов все забыли о печали. 3. Интимный коды. Хёнджин с серьёзным лицом лазит по различным вкладкам на своём компьютере, что-то печатает и задумчиво смотрит в экран. Где-то допущена ошибка. Но где, Хван понять не может. На звонке висит Сынмин, который так же как и он пытается взломать сайт с порнографией своего знакомого. — Я не знаю, кого он там так сильно обидел, чтобы ему создали отдельный сайт с его нюдсами, так ещё и не один, — вдруг отвлёкся Хёнджин. — Да там история долгая. — Слушай, ну задница у него зачетная, — вновь перебил тишину Хван. — Фу, Хёнджин, — рассмеялся Сынмин. — Кто бы сомневался в нем. — Слушай, я тут в коде ошибку допустил, найти не могу. Поможешь? — перевернул камеру на экран Хёнджин. Сынмин внимательно осмотрел каждую букву, цифру и запятую, а позже, достаточно быстро найдя недостающий элемент, выдал: — Я тебе кучу раз повторял, проверяй знаки препинания. Ты пропустил точку, где, не скажу, — серьёзно ответил Мин, а позже вскрикнул. — Бинго! Я зашёл на сайт. — Иди ты в пень, Ким Сынмин, — отреагировал Хёнджин. — Спасибо. На это Ким лишь отправил воздушный поцелуй, на который Хёнджин не обратил внимания. Позже юноша со сверкающем взглядом взглянул на значок загрузки и позже на высветившийся полный доступ к сайту с парнем, который носил имя Со Чанбин. Хван сразу же стал удалять весь материал, который уже был опубликован на этом сайте и запретил доступ другим лицам, помимо себя. Повисло молчание, а позже Сынмин вновь заговорил: — Его девушка Шин Рюджин якобы застала его за изменой, хотя это было далеко не так. Он был со своим другом Сэмом и его девушкой на прогулке. Как Бин пришёл домой, она ему такуую истерику закатила, ты не представляешь, — протянул парень. — Тут же, не разбираясь даже, рассталась с ним и убежала из дома. — Может, она искала причину для расставания? — предположил Хван. — И для того чтобы закинуть интимки его в интернет. — Девушки любят мстить. — Тоже верно. После выполненной работы Хёнджин сбросил звонок с Сынмином и побежал на кухню пить кофе. Это его любимый напиток. Он пьёт кофе всегда, утром, вечером, ночью, не важно, главное, чтобы кофе, а какой, уже не важно. Любит капучино, латте, раф, хотя эспрессо тоже пьет, несмотря на его горькость. Выбирает напиток по своему же настроению, и вот сейчас у него в кружке оказалось латте. Ему даже Сынмин на день рождение дарил кофе-машину, уж так Хёнджин зависим. После двух кружек этого замечательного напитка Хван решил, что будет хорошим решением выйти на улицу. И не прогадал. Погода была великолепной, вечер накрывал темнотой, спокойный и тёплый ветер нежно ласкал, именно ласкал, аккуратно поглаживая волосы прохожих. Эта тишина да гладь так и манила послушать свои мелодичные мотивы, завывания, она звала уйти в лес и пройтись там, либо по чудесной поляне неподалеку, но Хёнджин выбрал другой путь. Он ходил по своему району, прошёл до дома Сынмина и накрутил ещё сто и десять кругов возле своего. Подключив наушники он прослушал большое множество песен из своего плейлиста, который он любил всей своей душой, да, может слегка только грешной. Песни Skillet, Hollywood Undead и Tokio Hotel повторялись неоднократно, ну а вот песнями Linkin Park он завершил свою прогулку. Оказавшись дома Хёнджин взял телефон, чтобы посмотреть время. 1:13 ночи ровно. А следом пришло уведомление от неизвестного номера. Если бы не оно, Хван наверняка просто отложил бы средство связи и вновь пошёл на кухню чтобы растворить мысли в кофе и в тишине ночной кухни раствориться самому. Номер заканчивался на 1108, а на аватаре стоял парень с больно знакомой внешностью. «Спасибо за помощь. Я Со Чанбин, если не узнаешь». И тогда все детали стали иметь свои места в голове юноши. Он стал быстро набирать текст в ответ Бину с улыбкой на лице. Хёнджин любит помогать людям, ему льстит то, что его работа связана именно с этим. Да, хакерство не есть хорошо, но много кто нуждается в помощи взлома программ, а каких, уже и не важно. Вновь в организм была пролита чашка кофе. Вновь не одна, и снова ночью покрытое небо все прощало Хёнджину. Снова на фоне играют песни любимых групп, Хван опять полностью умиротворен и спокоен. Такие ночные посиделки ему очень нравились. Нет ничего лучше, чем под куполом ночным побеседовать со звездами обо всем на свете. О том, кто ты, почему здесь и какой твой жизненный смысл вообще. Для какой цели ты до сих пор живёшь тут и какая польза от всего происходящего. Все это странно, ведь люди создают другие жизни, но зачем? Исход событий ведь один, все мы умрем. Но с другой стороны, жить бесконечно было бы невыносимо. Рано или поздно устанешь. К тому же люди стареют, обретают проблемы, здоровье ухудшается и жизнь ближе к старости удовольствия не приносит. Легче слечь в могилу, воздвигнуть над своим мертвым телом надгробный крест и умереть ни о чем не жалея. Душам тоже нужен покой в конце всего прожитого. Хотя с другой стороны, весь наш нажитый опыт не пригодится в загробном мире и жизнь по прежнему остается бессмыслицей. Но Хёнджин все равно счастлив, что ему подарили возможность дышать, иметь крышу над головой и видеть происходящее. Он счастлив, что рожден на этот свет и безгранично благодарен своим родителям.