Третий лишний?

На дворе шёл май 2024 года, Юра Брагин и Михаил Шибанов направлялись в Москву по одному очень важному заданию. Всю дорогу Брагин любовался открывавшимися из окна поезда видами и никак не мог насмотреться: столько раз мелькавший перед глазами русский пейзаж по-прежнему завораживал. Удивившись своему поэтичному настроению, Юра наконец отвлекся и заметил продолжительное время смотрящего на него Мишу. – Что надо, Миш? – спросил невзначай Юра. Михаил словно пришёл в себя, покрутил головой и произнёс: – Да так, ничего, – и потянулся рукой в рюкзак за книгой. Шибанов не был полноценным читателем, читал он скорее от скуки, да и вообще считал чтение одним из видов пыток. – Надолго не зачитывайся, – сказал Юра, – нам скоро выходить, почти приехали. – Хозяин-барин, слушаюсь-с, – с некоторой издевкой произнес Мишка. – На вокзале ты говорил нас встретят? Парнишка… вроде. Как его там звали? – Саша. Саша – хороший человек, я думаю, что вы с ним поладите, как-никак некоторое время нам придётся у него жить, – ответил Шибанову Брагин. Спустя небольшое количество времени поезд прибыл на Железнодорожный вокзал. Наши два главных действующих лица вышли из восьмого по счету вагона. Перед ними предстало красивое здание с прекрасным фасадом. Все вокруг терялось от такой красоты, кроме одного человека: когда Юра увидел его, его глаза ожили, а на лице появилась широкая улыбка. – Саша, – продолжительно растягивая последнюю гласную, произнес про себя Брагин. – Миша, подержи, пожалуйста, – сказал Юра, а затем передал Мише свой багаж. Миша прищурил глаза и увидел мужчину лет тридцати. Саша был худощавого телосложения, ростом чуть выше Мишки. Его серо-голубые глаза, очаровательно обрамленные густыми длинными ресницами, смотрели прямо, возле них собрались мимические морщинки, доказывая всю искренность радости, когда он улыбнулся Юре в ответ. Пепельные волосы, которые он, как в смущении, зачесал рукой назад, драгоценным металлом блестели на уже заходившем за горизонт солнце. Поразительно красивый, он был одет в шикарно сидящие темно-синие брюки, черные лакированные ботинки и плащ, вытягивавший его фигуру ещё сильнее. И это, заметьте, так его увидел Мишка, объективный и беспристрастный, повернутый на Юре и не признававший никого, кроме него, людьми его привлекавшими. Юра, направляясь к Саше, поначалу ускорил темп своего шага, а затем и вообще перешел на бег. – Санёк! – громко произнёс Юра а затем, раскинув свои руки в стороны, насколько это возможно, крепко обнял своего знакомого. – А ты неплохо сохранился, выглядишь лет на десять моложе. Чудеса! – Да ты тоже не отстаешь, – радостно ответил ласково названный Юрой Санёк. Смотря на происходящее, Миша оказался в недоумении: Юра не отличался особой эмоциональностью, а тут такое… В любом случае, Мишка был рад видеть счастливого Юру, но что-то внутри неприятно и беспокойно зацарапало. Не спеша Шибанов дошел до Юры с Сашей. – Что-то ты долговато добирался, – обращаясь к Мише, сказал Юра. – Простите ваше высочество, вы мало того что убежали от меня прочь, еще и весь свой багаж на меня повесили, помилуйте! – ответил в своей манере Михаил Шибанов. Прозвучал смех: Саша оценил стиль общения Миши. – Юр, ну что ты! Представил бы нас друг другу, – произнес Саша. – Меня Александр зовут. Александр Баженов. – Михаил Шибанов или просто Миша, – произнесли в ответ. После крепкого рукопожатия – на удивление Миши, Саша оказался сильнее, чем он предполагал – тройка решила отправиться в их будущее место пребывания, где они должны будут провести восемь дней. Сев в автомобиль Александра, к слову, это была Toyota Tundra, Шибанов спросил Александра: – Саш, слушай, а вот тут вот, в Москве, как живется? Я погляжу, железнодорожные вокзалы у вас отменные. – Живется нормально, не жалуюсь. А на что жаловаться-то? В каждом городе есть свои проблемы, и от них никуда не денешься, Москва не исключение. Сюда вот понаехало со всей страны и ближнего зарубежья, и я не в плохом смысле это имею ввиду. Я сам-то родом из Удмуртии, но просто, видишь, проблема какая возникает: людей много, а места мало, – ответил Баженов. – Вижу, тебе вокзал понравился, но не дай своим глазам себя обмануть. Здание, может, и выглядит красиво, но внутри не вокзал, а рынок какой-то: ларьки по всему зданию находятся, – дополнил свой ответ Александр. Юра решил присоединиться к разговору: – А в чем проблема то с ларь… Желудок Брагина предательски громко заурчал. – Ха, а кто это у нас тут проголодался, а? – спросил Шибанов. – Да ну тебя, – ответил Юра. – Знаю я тут одно заведение, ребята, – словно вспомнив райское наслаждение, Баженов мечтательно улыбнулся. Мужчины остановились возле одной из шаурмечных, недалеко от станции метро Динамо, и купили несколько шаурм: Юра заказал себе «микс» с курятиной и свининой, Миша с Сашей взяли себе по шаурме с курицей. Тройка отправилась к дому Александра, располагавшемуся на Планетной улице. По приезде на место, Александр представил гостям свою квартиру: это была двухкомнатная квартира с отдельной кухней и совмещенным санузлом. Что-что, а ремонт в квартире был сделан добротно: пол с обогревом, преобладание в оформлении теплых тонов, создавало определенную уютную атмосферу. – Вот здесь вы будете спать, – заявил Александр, как только вошёл в гостиную. – Понятно-понятно, пойдемте уже есть шаурму, – обычно Юра так никуда не спешит, но в этот раз позывы голода дали о себе знать. – Да-да, соглашусь с Юрой, – поддакнул Юре Миша. – Что ж, прошу вас, за мной, – Саша все-таки повёл гостей на кухню. Придя на кухню, Баженов усадил Юру и Мишу за стол, рекомендуя последним быстрее пробовать шаурму на вкус, а сам в этот момент накрыл стол и вскипятил чайник. – Ну как вам шаурма? – задал вопрос Саша. – Восхитительно! В жизни ничего вкуснее не пробовал, кроме маминой и бабушкиной стряпни, – ответил Брагин. – Соглашусь с Юрой, – добавил Шибанов. – Это радует. Ну, от бабушкиной или маминой стряпни я бы сейчас не отказался, – прокомментировал Александр. Закончив приготовления к трапезе, Александр присоединился к поеданию, по его же словам, «Божественной еды». – Юр, а помнишь, как мы с тобой в лагере баррикады во время королевской ночи возвели? – спросил Саша. – Как же это не помнить-то? Конечно же, помню, – ответил Юра. – Я еще помню, как нам потом их снесли, и мы здорово за это получили. – Да уж, пожалуй, скручивать нас и насильно мазать наши лица и одежду зубной пастой и пеной для бритья было уже чересчур, – заявил Саша. Ответом ему был дружный смех на всю квартиру, но после него наступило затишье. Миша внимательно смотрел за Александром, Саша, в свою очередь, смотрел на шаурму Юры: белый соус стекал по лавашу медленно, скрываясь от глаз под Юриными пальцами и до неловкости напоминая что-то слишком интимное. Не отрывая глаз, Саша тихо произнес: – Как же хочется… – но остановившись на полуслове и тяжело вздохнув, Саша прикрыл глаза на несколько секунд, а затем встал из-за стола, пожелал всем спокойной ночи и отправился в спальню. Миша немного даже растерялся. Он недоуменно посмотрел на Юру и осознал, что тот ничего не заподозрил или заметил, но не подал ввиду, а сам уже… привык? – Нам тоже пора закругляться, Миш, – заявил Юра, и они отправились в гостиную. Уже находясь в горизонтальном положении и рядом с любимым человеком, Мишка все никак не мог перестать думать, его не покидали вопросы и сомнения. Он вдруг для себя осознал, что ревнует Юру к Саше. Вспомнишь солнце, вот и лучик! Лёгкий на помине Александр зашел к ним в гостиную, принёс свои извинения за беспокойство, взял коробку салфеток и вернулся обратно в свою спальню. Погодите-ка, – задумался Миша, – у него что, был стояк?