Квартира номер 12

Ночь продолжалась. Рипер разорвал поцелуй и повалил Гено на большую кровать в родительской спальне. Матрас под давлением всхлипнул. Гено тоже. Он согнулся от боли, шипя и поглаживая спину.       — Чёртова пружина… — он прокряхтел, поднимая влажные глаза на жениха.       — Прости, — он помог ему подняться, мягко проводя рукой по позвоночнику. — Давай обработаю, где находится аптечка?       — Посмотри в шкафу, — Гено кивнул, не глядя. Его ладонь скользнула по матрасу, нащупывая знакомые бугры под тканью. — Совсем забыл, в каком состоянии эта кровать… Рипер нащупал огромную коробку с медикаментами и начал рыскать в ней в поисках перекиси и прочего.       — Половина вещей просрочена, — он взглянул на провалившегося в воспоминания Гено, что прилёг обратно, стараясь не задевать пружину. — Милый…       — Ах, да?       — Хочешь, выбросим этот матрас? И каркас вместе с ним.       — Ох, да… Наверное, надо, — он поманил Рипера, чтобы тот взглянул поближе. — Смотри, — пальцы пробежались по простыне, постукивая что-то, прижатое к матрасу.       — Картон?       — Мгм. Тут столько выскакивающих пружин и ям, что мама просто пришивала картон к матрасу.       — Удивительно. И чем же таким надо заниматься, чтобы привести кровать в такое состояние? — мужчина ухмыльнулся, убирая аптечку на место.       — На самом деле, это моя вина, — он поджал губы. Рипер приподнял бровь.       — От чего же?       — Ну, как говорила моя мама: в отличие от нормальных детей, у меня был моторчик внутри, который не позволял мне сидеть на месте ровно. Я постоянно фигнёй страдал и убегал от родителей. И эта кровать пережила столько моих пакостей.       — А ты что думаешь? Рипер обработал ранку от пружины.       — Насчет моего поведения? — он задумался. — Наверное, я был паршивым ребенком. 20 лет назад Мальчик проснулся в своей кровати на верхнем ярусе и тут же спустился вниз, забегая на кухню. Пусто. Он оглянулся, рассматривая коридор. Вешалки пустые, ботинок нет. Вокруг тихо. Лишь огромный морозильник гудит. Родители всегда уезжали рано, и ему оставалось завтракать в одиночестве. Мальчик вздохнул, проходя мимо кастрюли с кашей, что приготовил отец, направляясь в спальню родителей. Он с разбега плюхнулся на мягкий матрас и закутался в большое одеяло с головой. Пахло мамой. Ему всегда больше нравилась кровать родителей. Детский взгляд поднимается на потолок, усеянный звёздочками-ночниками. Они такие красивые, такие блестящие. Он должен достать одну! Самую близкую — комету. Он поднимается на носочки, стоя на кровати. Не дотягивается. Мальчик взбирается на невысокий шкаф у кровати и прыгает вверх, приземляясь на скомканное одеяло. Ещё прыжок. Матрас взвыл, но комета уже была в руках! Он прилёг на кровать, тяжело дыша. Та пугающе скрипнула. Ручки счастливо прижали пластиковую фигуру к груди. Взгляд снова поднялся наверх, цепляясь за звёздочки. Хотелось бы и их поймать, но навряд ли получится. Хотя где-то он видел похожие. На отцовском пиджаке! Он спрыгнул на пол и распахнул громадный угловой шкаф. С трудом вытащив большой костюм, мальчик накинул его на себя и встал на кровать, смотрясь в зеркало. Подол касался его коленей. Звёздочки на плечах блестели в тусклом свете, пробивающимся сквозь тюль. По квартире пронёсся детский смех. Его перебил треск ключа в замочной скважине. Мужчина вошёл внутрь, увидев, как сын прыгает на его кровати. Тот замер, стянув форму. Толстый палец отца пригрозил ему, пока он сам молча ушёл на кухню. Отец был уже на пенсии и всё время сидел дома, лишь иногда таксуя на своей любимой голубой машине. Мальчик убрал форму назад и прибежал в свою комнату. Вскоре туда зашёл и отец. Он тяжело вздохнул, оглядел всю комнату и сел на диван.       — Грязно тут у тебя. Пол надо подмести. Его твёрдый голос заполнил всё пространство вокруг. Детские ручки тут же взяли веник, что был почти с ним ростом, и начали подметать. Неумело, размашисто, заставляя клочки пыли летать после каждого движения.       — Ты думаешь, это уборка? — отец не повысил голос. Он просто вздохнул. Опять. Ребёнок кивнул, недоумённо поднимая взгляд. — Вот как надо. Посмотри. Крепкие руки взялись за веник, три взмаха — и пол чист.       — Понял? Продолжай. Мальчик старался тщательно подметать, но ему не хватало силы удержать веник.       — Ты место пропустил. Вот там ещё подмети, — он лёг на диван, наблюдая за уборкой. — И под шкафом. Его голос впивался в маленькие уши, вызывая лишь раздражение и обиду. Мальчик не любил этого мужчину с первого дня знакомства.       — Закончил? Теперь помой пол. Возьми тазик и тряпку и помой. наше время       — Наверное, я был паршивым ребёнком.       — Ты тут танки гонял или просто прыгал, как сумасшедший кенгуру?       — Второе. Рипер не засмеялся. Вместо этого он прикрыл ладонью след от пружины на спине Гено и сказал тихо:       — Значит, матрас проиграл. Выбрасываем.        Гено не спорил. Он сжал простынь и кивнул, поднимая взгляд на пустой потолок, где по краям отклеивались обои.