Ночь тоже способна любить

Если заглянуть внутрь великого царства. Если пройти сквозь узкие улочки, которые извивались, словно запутывая прохожего в длинном лабиринте темных переулков, освещаемые лишь блеклыми желтыми фонарями, то можно было наткнуться на множество маленьких книжных магазинов, заполняющих город. Можно встретить множество приветливых прохожих, одетых в простую одежду, но которая не пахнет бедностью, словно каждый второй сын или дочь ремесленника или торговца. И каждая городская дорога, по которой можно было протиснуться между нависающих домов, вела прямиком к великому замку. И, когда удастся не поддаться на дивный аромат местного вина, если получиться не попасться под руку пьяному гостю имеющему значительное положение в обществе, то можно добраться до двух крепких мужчин, которые молчаливо стоят возле огромных железных ворот, не позволяя даже лишним словам проникнуть внутрь. Здесь и закончиться путь до замка, если не знать тайного хода, который сокрыт по правую сторону от главных ворот, который закрыт длинной виноградной лозой и через который, прямо сейчас, тихо смеясь, выбираются два маленьких ребенка. -Диппер! — Девочка невольно вскрикнула и тут же прикрыла рот рукой, волнительно осматриваясь вокруг. Юноша вздрогнул и прислушался, но не услышав ни единого шороха, тихо выдохнул и повернулся к сестре. — Что случилось? — шепотом спросил. — Платье… — маленькая леди кивнула вниз, указывая на порванный подол своего наряда. Мальчик лишь покачал головой и с досадой прикусил губу. — Это проблема… Если матушка узнает, она отправит обыскивать еще один ход, а также отправит под арест на месяц… — Диппер присел, оценивая серьезность происшествия. — И что же делать? Я не хочу еще месяц сидеть дома… — тихий всхлип сорвался с губ ребенка и мальчик взглянул на сестру. Он натянуто улыбнулся. — Учитывая, что мы сбежали все еще находясь под старым арестом, это не станет для нас проблемой, не так ли? — Диппер усмехнулся и ободряюще взглянул на сестру. — Да… Думаю ты прав. Все таки твоя старшая сестра может придумать выход даже из этой ситуации! — девочка гордо подняла голову и улыбнулась. — А теперь пойдем, скоро парад начнется! — юноша кивнул и взял сестру под руку, предварительно отдав свой плащ, чтобы девушка могла скрыть недоразумение наряда.

***

Стоило детям добраться до центральной улицы, как громкий гул окружил их вокруг. Сотни радостных голосов, тысячи веселых рассказов и яркая, живая музыка, играемая уличными музыкантами или их детьми. Глаза детей заблестели, с детства их окружала молчаливая роскошь, такая яркая и такая мертвая, словно жизнь выкачивали из их комнаты, оставляя место холодной расчетливости. Но детские сердца все еще стучали и трепетали стоило лишь немного дольше посмотреть на небо, выдумать новые фигуры в облаках и рассказать новый невероятный сон, который отвез каждого в его лучший из миров. Улыбки не сходили с их лица, даже когда кто-то нечаяно задевал их плечом, даже когда, кто-нибудь мог наступить на подол плаща. Даже, когда пьяные люди могли посмеяться над их ярким и искренним счастьем, вызванным обыденным ежегодным праздником. Пестрые плакаты бросались в глаза вместе с яркими сияющими нарядами. Не смотря на то, что этот праздник никогда не был официальным, не смотря на то, что его уже давно должны были оставить лишь в летописях времен, простой народ все еще дорожит этой традицией и искренне верит в значимость этого дня. Ведь именно этим жарким летним днем, богиня воссоздала этот мир и снизошла до простых смертных. Богиня, что даровала им жизнь, счастье и силу. Дети радостно следили за каждым выступлением, которое только и могло быть сыграно на сцене. Они звонко смеялись и каждый раз аплодировали стоило занавесу закрыться, а актеру скрыться за ним. Диппер ни на миг не выпускал руку сестры из своей. Он понимал, что, если кто-нибудь их узнает, если они выпустят друг друга из виду может случиться что-нибудь плохое. — Мэйбл, не пора ли идти обратно? Скоро подадут ужин и нас начнут искать, если не прибудем к положенному часу. — юноша тихо прошептал, наклонившись к сестре и напряженно следя, чтобы никто его не услышал. — М? Диппер! Не будь таким тревожным, до ужина еще два часа, позволь же досмотреть выступление и мы везде успеем! — девочка шикнула и юноше лишь оставалось устало вздохнуть. Его сестра всегда была такой. Она не волновалась о последствиях, постоянно действовала бездумно, ему всегда приходилось следить за ней и охранять. Мальчик вернул свой взор к сцене, на которую взошел пожилой мужчина. Он мягко улыбнулся детям и поклонившись, подготовил кукол. Стоило зазвонить колокольчику — сигналу, что обозначает начало и конец выступлений, как куклы на своей крошечной сцене заговорили. Голос кукольника был тонким, но чётким, и даже сквозь смех и гомон ярмарки сказание проникало в уши — как будто это не просто сказка, а древняя память, пробуждённая в этот день света.

«Давным-давно, когда сей мир не видел даже света, когда Солнце еще не обрело свое имя. Среди тени, на самой вышине мира, жила богиня. Она знала каждую деталь всего сущего, знала и правила на небесах и однажды она решила даровать миру снизу свет. Она стала матерью Солнца, создательницей мира и людей, и любила своих детей — от самых высоких до самых малых. И в особенности она ценила своих учеников. Любила каждого из них, старалась обучить их всему, что сама знала. И каждый из них был обозначен звездами. Они бродили по небу и сияли ярче всего во тьме, ведь хранили свет в себе.

И среди её учеников, конечно был один — самый одарённый, самый близкий. Ей казалось, он — продолжение её воли. ОН изучал каждую вещь быстрее всех, понимал мироздание и его вес. Даже подаренный ему за достижение кусочек людской империи процветал и развивался. Но даже он не смог сбежать от демонов. И его свет погас. Он захотел не просто помогать богине. Он захотел сам стать богом. Захотел власть над звёздами, людьми, светом, миром и Вселенной.

Сердце богини было пронизано болью. Она была оскорблена и ранена этим поведением. И сейчас ей предстояло пойти против своих учеников, сражаться против собственных созданий, но она не смогла, и в тот миг она решила исчезнуть и доверить людям самим творить историю. Больше она не могла прийти, не могла помочь в трудные минуты. Но люди, смотря на небо, верили, что она продолжает наблюдать. В ночи, во время полной луны и даже при свете солнца тот, кто искренне ей молился, продолжал верить, что богиня где-то там, улыбается им и продолжает оберегать.

С тех пор пошло поверье, что люди, рождающиеся со звездным символом считаются проклятыми, теми, кто предаст богиню, захочет власти и уничтожения всего мира.»

Стоило прозвучать последним словам, как куклы скрылись за занавесом, а дети яростно зааплодировали. Диппер знал эту историю, знал и каждый раз чувствовал нестерпимую боль в груди. Он тоже родился с этим знаком. Родимое пятно большой медведицы омрачило его лик, окрашивая его лоб самым ярким словом «Проклятый». Юноша крепче взял сестру за руку и пошел сквозь толпу. Его мысли переплелись, он чувствовал ярый ком в горле и до того, как он смог что-либо сказать, пред глазами все потухло.

***

— Тебе страшно? — тихий голос звучал в пустоте. — Да… — тихо прошептал мальчик. — Что же тебя пугает? — слова звучали мягко, они не нагнетали, лишь обволакивали. — Что я проклят… — мальчик сильнее сжал ладони в кулак. — И что же в этом страшного? — голос тихо посмеялся, не злобно, скорее как мать, когда ее сын говорит, что он боится идти в лес, ведь там волки кусаются. — Никто не захочет общаться со мной, никогда. Я буду приносить лишь несчастья… — мальчик говорил все тише, почти еле слышно. — Кто же тебе такую глупость сказал? Разве ты не знал о том, что проклятья живут только в душе? — мягкий голос с каждым словом дарил лишь больше покоя, словно убаюкивая. — В душе? Это как? — мальчик поднял голову и заметил, что стоит вокруг сплошной пустоты. Он не видел ни конца, ни начала, ни пола, ни потолка, только черную пустоту. Но это его совсем не пугало. — Это значит, что человека нельзя проклясть, пока в его душе есть свет и покой. Пока твоя вера и правда будут сильны, ни один злой умысел, ни одно заклинание и даже глупая история о звездных проклятиях не сможет оказаться явью — Голос звучал словно с каждой стороны и ниоткуда одновременно. — Значит я не проклят? — вопрос прозвучал волнительно и с ноткой детской надежды. — Пока сам этого не захочешь. А потому не бойся, продолжай верить себе — мальчик почувствовал словно кто-то потрепал его по волосам. Но это не вызвало страха или ужаса, наоборот ребенок лишь почувствовал свободу и смог отпустить страхи и волнения.

***

— Мэйбл! Ты старшая сестра, первый ребенок королевской семьи, дочь великого рода Пайнсов, вторая наследница королевского престола, а так же великая святая! Тебе не пристало сбегать из замка, в простой люд, а если бы там не было королевской стражи?! А если бы я не зашла к вам перед ужином и не заметила пропажи? Почему вы просто не можете осознать свое положение? — Рассерженный голос раздавался из-за двери, когда Диппер открыл глаза. Он устало поднялся, чувствуя, как все его тело отяжелело. Мальчик помнит, что они вышли на ярмарку через тайный ход, помнит кукольный театр, а затем все как в тумане. — Прошу, матушка, не ругайте дорогую сестру, это я настоял на прогулке. Я решил, что все будет хорошо, приношу свои извинения. Я готов понести наказание за нас двоих! — Диппер открыл дверь и поклонился. Едва слышно он произнес свои слова, чувствуя першение в горле. — Мэйсон… — материнский взгляд был пронизан болью и сочувствием к своему чаду — Раз дело обстоит так, тогда ты остаешься под домашним арестом на месяц, но, чтобы такого точно не повторилось и для твоего скорейшего лечения, ты будешь отправлен в королевский весенний дворец. — Голос королевы звучал твердо и непреклонно, на что юноша лишь склонил голову. — Конечно матушка, благодарю за Вашу заботу. Я приму во внимание свое поведение и не повторю подобных ошибок. — Мэйбл лишь печально смотрела то на брата, то на мать. Она не могла ни слова сказать, зная, что этим может усугубить наказание брата, которое он принял на себя. — Тогда я отдам приказ подготовить все к твоему отъезду. И еще, завтра утром важная встреча и ты тоже участвуешь в ней, так что будь готов, сразу после нее отправишься в путь. И Мэйбл, со следующего месяца ты начинаешь свою учебу в Главном Соборе. Так что прошу, будь готова, ты станешь ликом всей веры в этом веке, не подведи. — Дети поклонились матушке и тихо выдохнули. — Мэйбл, ты в порядке? — Диппер устало улыбнулся и позвал внутрь комнаты. — Конечно, но ты сам как? — девушка взволновано присела на диван и посмотрела на брата. — Все в порядке. Извини, что заставил беспокоиться. — Мэйбл лишь покачала головой. — Чай с пирожными? — юноша озорно подмигнул и девушка кивнула. Мальчик отдал приказ подать чай со сладостями и присел на кресло напротив сестры.

***

Солнечный свет только только проникал внутрь просторного замка, а его первые лучи скользнули по верхушкам башен, зацепились за кованые шпили, и, преломившись в витражах, разлились цветными отблесками по каменному полу. Через узкие бойницы и высокие стрельчатые окна солнечный свет пробирался внутрь, словно незваный, но благосклонный гость. Он ложился на пыльные гобелены, зажигал блики на латах, покоящихся у стены, и мягко касался холодных плит, оставляя на них отсвет тепла. В залах с высоким потолком свет лился сверху — бледный и чистый, будто благословение. В глубине коридоров он таял, превращаясь в тонкие полоски, пересекающие пол как следы света, ускользающего обратно в небо. А когда солнце касалось старых витражей в часовне, стены наполнялись отражениями — будто сама богиня света прошла по этим сводам, рассыпав золото по мраку. В своих покоях юный наследник трона, который родился вторым, но с первым криком сломал порядок наследия, уже был готов к важной встрече. И хотя его сестра старше него, а также является ребенком света и чистоты, одной их святых, рождающихся раз в сотни лет, но наследником считался он, ведь здешний закон был древнее любви: корона передается от отца к сыну, если только единственным кровным ребенком не является женщина, а потому, как бы ни светилась звезда первородства в чужих глазах, трон передавался первому сыну короля. Поэтому юношу называли наследником по праву, а не по очереди. Меч отца, корона деда и воля совета — всё уже принадлежало ему, ещё до того как он произнёс первое слово. Но Мэйсон понимал, даже будучи обычным пятилетним ребенком, что за громогласным и ярким титулом «наследник короны» стоит не менее тяжелый груз ответственности. Именно поэтому, стоило первым лучам окрасить небосвод в палитру ярких красок, как он уже сидел за своим детским столом, изучая новую стопку книг. — Ваше Высочество, гость прибыл, Король просит немедленно подойти. — Юноша обернулся и кивнул. — Тогда не буду заставлять Короля ждать.

***

Луч восходящего солнца осторожно пробрался сквозь высокое арочное окно, сначала коснувшись краешка пола — почти прозрачного, словно вырезанного из закалённого льда. Зал для приёма важных гостей был устроен с таким размахом, что каждое его дыхание внушало уважение, а каждый шаг — выверенное подчинение. Высокие потолки терялись во тьме под сводами, увитыми резьбой и золочёной живописью. Лучи солнечного света, пробиваясь сквозь высокие витражи, окрашивали пол мозаикой света — алым, сапфировым и золотым. Под этими огнями белый мрамор словно мерцал изнутри, будто сам замок понимал, что сейчас здесь решаются судьбы. Вдоль стен — тяжёлые гобелены, изображающие древние победы рода. Между ними стояли стражи в церемониальных доспехах — молчаливые, неподвижные, как живые статуи. Трон возвышался на ступенях у дальней стены — не пышный, а строгий, из чёрного дерева с вкраплениями звездчатого обсидиана. Но не он всегда привлекал внимание людей. Над ним — великое украшение зала: герб из тёмно-синего кристалла, сиявшего ледяным светом. Говорили, тот камень — дар самой богини небес, найденный однажды в земле и никогда больше не обнаруженный. Ни один мастер не смог его повторить, ни один маг не смог разгадать его глубину. Сам воздух здесь был плотным, насыщенным запахом ладана, сухого дерева. Голоса гасли в стенах, как в храме: здесь говорили только по делу. Здесь поклон не был формальностью, а актом инстинкта. Это было не просто помещение. Это было место, где король видел тебя насквозь. Юноша стоял подле отца, каждый гость с усмешкой смотрел на будущего наследника. Ведь ни один пятилетний ребенок никогда не осознает то, о чем они говорят. Но каждый раз стоило мальчику что-то сказать отцу, как каждый в удивлении смотрел на юношу, напуганный его проницательностью. Ходили слухи, что сын короля — воплощение дьявола. Мальчик стоял прямо, с уверенным лицом, даже тогда, когда сердце бешено стучало, даже в минуты самого неподдельного страха и ужаса, ведь стоило ему встать подле отца, он понимал, что каждое следующее его слово, каждый жест будет оцениваться и запоминаться, а сам он должен следить за всем, что происходит вокруг. Ведь на кону стоит не только его репутация, но репутация его семьи, его рода и целого королевства. Внезапно послышались шаги, застывшие у двери и громкий голос стражника, озвучивший: — Прибыл Император Бад Глифул, владыка великой Империи Блэкгилеона! Стоило словам прозвучать, как двери распахнулись и на пороге явился Император бывшего Королевства Блэквуда, совершенно недавно провозгласившее себя Империей в честь рождения наследника престола. Мэйсон помнил, что два месяца назад из-за своей болезни он не смог посетить официальное мероприятие и поздравить теперь уже империю с рождением наследника, но знал, что нынешний правитель соседнего государства очень жадный человек, который лишь вступив на трон, узаконил рабовладельчество и укрепил классовое неравенство. Никакого уважения к этому человеку он не чувствовал, но как наследник своего королевства он не мог этого показать. — Приветствую Короля Регнум Ноктиса и его юного наследника. Выражаю свое почтение и повторно благодарю за прекрасные подарки для моего сына. — мужчина слегка поклонился и искривленно улыбнулся. Король лишь кивнул. — Не стоит благодарности, Император Глифул, я лишь разделил вашу радость, ведь я знаю, что значит стать отцом. Я благодарю Вас за проделанный путь и позволю себе задать вопрос, с какой целью просили моей аудиенции? — Диппер стоял ровно и смотрел на Императора. Как бы он его не изучал, но он не видел в нем ни капли того, что замечал в своем отце или дяде. Будь он его сыном, он бы не смог гордо поднимать голову и представлять такого отца. — Я лишь хотел обговорить контракт, который был составлен о торговле между нашими государствами. — его взгляд стал резким, направленным на короля, а затем переменился в сторону Мэйсона и стал насмешливым. — Думаю нам стоит обсудить это наедине, не так ли? — он задержал свой взор на юноше, а затем улыбнулся. — Нет необходимости. Мой сын — будущий наследник, ему будет полезно послушать. Впрочем у Вас тоже появился сын и Вы меня понимаете. — Король улыбнулся. — Я прав, сын мой? — Верно, я не буду вмешиваться в ваш диалог или прерывать его, я лишь обучаюсь, а потому иногда стою подле отца. Надеюсь мое присутствие не оскорбит Ваше императорское Величество и не помешает обсудить пункты торгового соглашения. — Юноша твердо смотрел в глаза Глифулу. Он видел как меняется его лицо и как быстро презрение скрылось под невинной улыбкой. — Конечно нет, я не собирался оскорбить наследника королевского престола, просто посчитал, что столь юный ум еще не подготовлен к такому. — Хотите сказать, мой сын глуп для такого диалога?! — Король повысил голос, на что Глифул чуть опешил и растерянно смотрел то на правителя Регнум Ноктиса, то на его сына. — Что Вы, что Вы, Ваше Высочество, я не посмел бы. Впрочем Вашему сыну даже нет десяти, поэтому я лишь предположил. Я не имею ничего против его присутствия. Это Ваше королевство и Ваши порядки — Он слегка поклонился. — Надеюсь впредь, Вы не будете зарекаться на членов Королевской семьи, находясь на их территории и будете внимательно относиться к своим словам, мы же не хотим, чтобы образовалось даже малейшее недопонимание? — Глифул сглотнул и натянуто улыбнулся. — Конечно… — Направив презрительный взгляд на юношу, Бад продолжил. Внутри Диппера что-то сжалось. Он почувствовал, что так просто от него теперь не отделаться и с Империей Блэкгилеон в будущем будет очень тяжело…

***

Весенний дворец, будто сотканный из утреннего света и шепота листьев, дружелюбно встретил юношу своим светлым фасадом. Его белоснежные стены, украшенные резными орнаментами из серебра и мрамора, переливаются под лучами солнца, словно покрытые инеем. Высокие арочные окна, утопающие в плетистых розах, пропускают внутрь золотистый свет, а с балконов свисают гирлянды из живых цветов — фиалок, жасмина и нежных белых пионов. Диппер чувствовал тепло здешнего места, словно этот дворец был его подлинным домом. С самого детства его ссылали сюда за малейшие ошибки, особенно, если эти проступки совершались вместе с его сестрой. Даже, если сестра совершала проказ сама, он получал наказание вместо нее, не потому, что должен был следить за ней или отвечать за свою сестру, а потому, что сам брал на себя ответственность. Ведь Мэйбл относилась к лику святых и попадись она больше одного раза за наказание, как на нее посыпались бы самые ужасные слухи, а то и вовсе могли лишить статуса святой, даже не смотря на то, что ее сердце оставалось чистым и незапятнанным. Но несмотря на это, Мэйбл продолжала быть простым ребенком, не относилась серьезно к своей репутации, а также постоянно придумывала розыгрыши. И хотя юноша с радостью участвовал в каждой, он понимал, что наказание должен нести он один. И каждый раз, стоило ей вновь попасться, как Мэйсон приходил и говорил, что они перепутали, что из далека показалось, что это была Мэйбл, что на самом деле проказничал он. И вновь юноша прибывал в весенний дворец, надеясь, что пока его не будет сестра не сможет сотворить непоправимого. Весенний дворец стал его домом, местом уединения. Он знал каждую комнату, каждый угол этого места. Диппер часто одиноко бродил по дворцу, осматривая каждую деталь и теперь, юноша смог бы прийти в нужную комнату из любого места с закрытыми глазами. Здесь время замедляется, подчиняясь ритму природы. В воздухе витает смесь ароматов — свежесть дождя, сладость миндаля и тонкий запах старинных книг из дворцовой библиотеки. По утрам, когда роса еще сверкает на траве, юноша прогуливается по саду, слушая пение соловьев, а вечерами остается в библиотеке наслаждаясь ночной тишиной. Это место для него не кажется давящим или строгим, скорее оно легкое и гармоничное — будто сама весна благословила этот дворец на вечное цветение. Но самым любимым местом наследника всегда был и остается дремучий лес. Именно здесь, в чаще, куда не заходит ни одна живая душа, куда даже слуги не смеют зайти, чтобы набрать дров, наследник престола чувствует себя собой. Вдали от придворных церемоний, блеска мундиров и шепота заговоров, он пробирается по едва заметным тропам, которые знает только он. Его уголок — небольшая поляна у полу засохшего Великого Дуба, под тенью которого, по преданию, когда-то ночевал сам основатель династии. Именно здесь юноша и любит проводить теплые летние дни, скрываясь от стражи и прислуги. Прячась от груза ответственности и изучая то, что он любит больше всего — магию. Иногда, особенно в сумерки, ему кажется, что между стволами мелькают тени — то ли олени, то ли нечто большее. Но его они не пугают. Регнум Ноктис испокон веков славится своими лесами — не просто чащами, а живым, дышащим организмом, окутанным легендами, в этих землях храниться сердце всей магии, именно здесь первый раз ступила богиня, именно на этой земле она и исчезла. Эти леса — душа королевства, его щит и тайна. Деревья здесь растут так плотно, что их ветви сплетаются в натуральные арки, создавая бесконечные туннели из мха и тени. Воздух густой, наполненный ароматом хвои, влажной земли и чего-то неуловимого — то ли цветения редких ночных трав, то ли дыхания спящих под корнями существ. Здесь нет тишины — лес поет. Шелест листьев, треск веток под лапами магических зверей, далекие крики незнакомых птиц. А если прислушаться, можно даже уловить глухой стук — будто где-то глубоко под землей бьется огромное сердце, которое появилось, когда кровь богини пролилась, смешавшись со слезами от предательства.

***

Громкий взрыв пронзил лес, всполошив магических существ. Мальчик устало вздохнул, присаживаясь на траву подле небольшой кучи пепла. — Опять провал. — Юноша прикрыл глаза, а затем вновь открыл учебник. — Я же все верно сделал, сконцентрировался, представил шар, даже его радиус и радиус его действия, вложил в это свою силу, но все равно произошел взрыв. Я не понимаю… — мальчик поджал колени к груди. Он давно изучал магию, но редко когда она в действительности работала, как должна. — Может дядя прав, я еще слишком мал? — шелест листвы приятно ласкал слух, юноша прислушивался к шороху, как услышал чьи-то шаги. Он встрепенулся ведь, если это дворецкий, то его вновь будут отчитывать дома. Мальчик быстро спрятался за деревом, затаив дыхание. — Ну и ну — незнакомец присвистнул. Диппер не узнал в чужом голосе ни одного из прислуги здешнего дворца, а так же ни того, кто мог бы его навестить. Мальчик прижался спиной к стволу дуба, ощущая страх поднимающийся в душе. Будет не хорошо, если он наткнется на убийцу или похитителя. — Давно я не видел, как кто-то пытался научиться колдовать. Лучше не прячься, маг самоучка. я же знаю, что ты за дубом. — Мурашки прошлись по коже наследника, когда надменный голос прозвучал, обращаясь к нему. Но, как только юноша замешкался, дуб просто исчез и он предстал перед незнакомцем, полностью ошарашенный случившимся. — ПХха-ха! — незнакомец громко рассмеялся, а юноша увидел пред собой высокого, стройного парня, облаченного в золотистый костюм. А его песочные волосы, искрились золотыми бликами под солнечными лучами. Мальчик заметил, как один его глаз был прикрыт повязкой. — Ты бы видел свое выражение лица! Ты хоть знаешь, что такое умываться? — Юноша вздрогнул и протер лицо платком, на нем были остатки сажи. Он стыдливо отвел взгляд. — Прошу прощения, что предстаю пред Вами в таком виде. Но и прошу представиться, чтобы я знал с кем имею честь разговаривать. — Смех незнакомца прекратился и на его лице появилась надменная усмешка. Он подошел ближе к мальчику и поклонился. — Ох, приношу свои искренние извинения, наследник Королевства Регнум Ноктис, Ваше Высочество, Мэйсон Пайнс. Я лишь скромный обитатель здешнего леса, проживающий свою отшельническую жизнь в тени высоченных сосен. — Он едва заметно усмехнулся и посмотрел в глаза мальчику. — Я польщен тем, что Вы узнаете меня, молодой господин, но Вы не выглядите как некто проживающий в лесу. В особенности Ваш костюм так не думает. — Диппер усмехнулся. Незнакомец едко улыбнулся. — Вы проницательны, молодой господин. Это так, мой костюм не выражает того, где я живу, но разве он должен? Люди сами навязали себе эту обязанность, впрочем не будем загружать мысли этим. Ведь не смотря на неподходящий вид, я действительно живу в этом лесу, вот только, в качестве духа. — Мальчик вздрогнул. Он часто слышал истории о духах леса, но никогда лично не встречался с ними. — Дух. Леса? — Диппер тихо переспросил. — Верно. Я дух этого леса и заметил, как юный наследник престола, в тайне ото всех играет с магией и каждый раз поднимает на уши весь мой лес. — Диппер виновато прикусил губу. — Я приношу извинения, я и не подумал, что сими действиями доставляю столько неудобств жителям леса. Я немедленно прекращу. — мальчик поднял голову, смотря прямо в золотистую радужку незнакомца. — Ну что Вы, Ваше Высочество. Не стоит так сразу зарекаться, я просто волнуюсь за свой лес, но не имею ничего против ваших тренировок… — Диппер прижал учебник к груди, пока лесной хранитель осматривал его с ног до головы. — Впрочем у меня есть одна идея, только не знаю, понравится она Вам или нет… — Незнакомец на миг сделал паузу, а после пристально взглянул на Диппера. — Как на счет сделки? — Незнакомец оперся на взявшуюся из неоткуда трость. — Сделки? — мальчик непонимающе уточнил. Смотря в лицо незнакомцу. — Именно! С-де-л-ки. Я предлагаю заключить небольшой договор, дружескую сделочку, ничего такого — Мальчик наблюдал за каждым действием парня. Он уже давно знал, что один договор, заключенный на бумаге может перевернуть ход целой Империи, а поэтому относился к таким вещам с осторожностью. — И в чем она будет заключаться? — Улыбка незнакомца стала шире. Настолько жуткой улыбки юноша еще не видел, но теперь, почувствовав настоящий холодок, прошедший по телу, он знает, что такое улыбка дьявола. — А ты смышленый малый. Но не бойся. Ничего особенного она не сулит. Я помогу тебе не разрушить лес при тренировках, а ты, лишь проведешь небольшой ритуал для укрепления защиты леса. Идет? — Незнакомец смотрел на него выжидающе, словно змея гипнотизирующая свою добычу. — А дух леса не может сам провести этот ритуал? — мальчик искоса посмотрел на духа. Незнакомец цыкнул. — Подловил. Ладно, дело заключается в том, что некогда один маг-недоучка случайно — он сделал акцент на последнем слове — заточил часть моих сил и теперь я не могу выбраться из этого проклятого места — Диппер усмехнулся. — И сейчас мы заключим контракт, ты научишь меня колдовать, а я освобожу твою силу, чтобы ты защитил лес? — Мальчик повторил условия. — Верно! Согласен? — Незнакомец протянул руку, но юноша лишь посмотрел на него и усмехнулся. — В другой раз. Думаю я еще обдумаю твое предложение — Взгляд духа стал холоднее, в голосе стали звучать металлические отголоски. — Либо сейчас, мальчик, либо никогда — Он пристально смотрел в глаза юноше, словно забираясь в душу. — Значит никогда. — юноша твердо ответил и заметил, как в чужой радужке стал искриться красный свет. Наследник устало вздохнул и сказал — Давай ты придумаешь историю получше, а затем мы вновь поговорим? — Диппер направился к дворцу, пока демон удивленно посмотрел на него, а затем громко рассмеялся. — Догадливый малый, но не боишься, что я тебя тогда просто убью? — Мужчина схватил парня за горло и поднял над землей. Мальчик чувствовал, как страх пронизывает его тело, как сердце бешено стучит в груди, но он должен был сохранить лицо даже в этой ситуации. — Не боюсь, ведь смерть будет лучше, чем выпустить отступника богини, короля хаоса и демона разума, не так ли, Билл? — мальчик проговорил это сипло, стараясь звучать надменно и насмешливо. Мужчина откинул ребенка в дерево и закричал. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ! — Воздух вокруг стал нагреваться. Диппер прокашлялся и сипло ответил. — Тебе не провести меня, ведь я знаю о тебе все. — Глаз Билла залился красным светом и он махнул рукой в сторону юноши, часть деревьев по правую сторону от мальчика была выжжена до пепла. — ДА Я ТЕБЯ УНИЧТОЖИТЬ МОГУ! — Сайфер подошел ближе, оставляя после себя тяжелые следы в земле. Мальчик поднялся, опираясь на дерево и уверено посмотрел в лицо демону. — Но не станешь, так как я тебе нужен, кто еще освободит тебя, не так ли? — Гнев мужчины слегка утих и воздух вновь вернулся в нормальное состояние. Он с мешком взглянул на мальчика. — Кем ты себя возомнил? Да и с чего бы тебе освобождать меня? — Билл смотрел на юношу сверху вниз, но мальчик не отводил взгляд. — Ты поможешь мне, а я тебе. Не ты ли у нас гений сделок? — мальчик усмехнулся и выпрямился, стряхивая с одежды мусор. — Хах. И что же ты хочешь? Силы? Остальное вроде у тебя есть. — демон заинтересовано, но надменно смотрел на наследника. Ему было интересно, что может попросить юный принц одного из великих королевств, которое славиться не только историей, но и своей властью, силой, богатствами. — Избавь меня от родимого пятна. — Билл на секунду замер, а затем громко рассмеялся. Диппер стыдливо отвел взгляд. — Что смешного? — Ну хотя бы то, что великий наследник умудряется стесняться какого-то пятна, это забавно, когда ты само воплощение власти! — Мэйсон злобно взглянул на Билла — К тому же наследник престола собирается отпустить великого демона на свободу из-за глупого пятнышка. — Диппер закатил глаза. Смотря на то, как царь хаоса разрывается от смеха из-за его слов, он чувствовал небольшой стыд. Как и вину от того, что из-за родимого пятна собирается отпустить на свободу того, кого дядя очень долго пытался поймать. — Прекращай! Тебе же легче, разве не так? — юноша посмотрел на Билла и тот успокоился. Он ехидно усмехнулся. — Впрочем ты прав. Покажи свое глупое пятно, сейчас вылечим. — Юноша стер со лба сажу и грим. Глаз Сайфера расширился, а затем его взгляд охладел. — Забудь, глупец, я ничего не сделаю — Диппер удивленно взглянул на Билла. — Почему? — он склонил голову в бок. — Да потому что! ТЫ что совсем придурок?! Это метка вашей несносной богини! Только она и может ее снять. Черт бы ее побрал. — Мэйсон внимательно смотрел на демона, а затем печально усмехнулся. — Действительно проклятие, раз такой демон не может ее снять. — Билл рассерженно цокнул. Диппер устало вздохнул. — Тогда никакой сделки. Придется великому хаосу сидеть здесь дальше… — Юноша устало поклонился и вежливо попрощался. Демон демоном, а манеры ему велели соблюдать всегда. Билл лишь раздраженно махнул рукой, а затем насмешливо добавил: — Магия — не дух, а наука. Свет — это электромагнитное излучение. Сначала — точка излучения, потом — равномерная сфера. Тёплый — низкая частота, холодный — высокая. Держи амплитуду, контролируй рассеивание, подпитывай. Вся магия.