Vision at the Edge of Time

” Почему птицы летают? „ Он спросил. ” Потому что они жаждали парить в небесах. Именно поэтому у птиц выросли крылья, и они полетели „ Таков был ответ мудреца. ” Это невозможно „ Мужчина с белоснежными волосами стоял, скрестив руки на груди, и качал головой в знак несогласия. ” Они летают не просто потому, что хотят этого. Они должны летать, потому что от этого зависит их выживание „ Мудрец лишь улыбнулся, его взгляд горел, как само солнце - неумолимая, почти подавляющая надежда. Палящее солнце - это то, чего сам человек никогда не сможет достичь, но какая-то его часть отчаянно, безнадежно жаждет, чтобы кто-то изменил его образ мышления. ” Некоторые птицы взлетают только для того, чтобы упасть „ Что он имел в виду? Внезапно образ мудреца расплылся, скручиваясь в себя, как бушующий циклон. Беловолосый юноша не отреагировал на странное явление. Он стоял там, непоколебимый, позволяя миру позади него рухнуть, позволяя удушающему ощущению поглотить его. Это больше не имело значения. Ха- "Фаенон" проснулся. Он не двигался, просто молча смотрел в потолок. В первую секунду он увидел вид безупречной, хорошо обставленной комнаты. В следующую он осознал, что температура его тела уже упала ниже нуля, и продолжала падать с пугающей скоростью. К третьей он понял то, что должно было его шокировать: он все еще жив. "Кевин Каслана" был жив. Перерождение? Реинкарнация? Похоже, ему не удалось вырыть себе могилу. Или, возможно, царство мертвых просто отказалось от такого грешника, как он. Каслана не удивился. Он слишком долго жил, чтобы что-то "чувствовать". Все было далеким, спутанным, затуманенным. Беловолосый мужчина медленно сел, его первый инстинкт привел его взгляд к зеркалу, закрепленному на комоде в углу комнаты. Он был без рубашки. Тело, в котором он теперь обитал, кем бы ни был этот человек, было жутко похоже на его собственное из прошлой жизни. Единственным отличием были пропорции; это телосложение было почти неестественно сбалансированным, как будто вылепленным по идеализированным фигурам древнегреческих статуй. Кевин Каслана поднял руку к шее, пальцы коснулись чего-то тугого. Ошейник? Нет - чокер. Чёрная лента плотно обхватывала его шею. Его отражение удерживало его взгляд, голубые глаза перебегали с чокера на поразительно знакомое лицо, обрамленное гривой чистых белых волос. ” Слишком похоже “ Кевин знал, что это чужое тело, но сходство было настолько сильным, что у него по спине пробежали мурашки. Двойник? Нет. Он пришел к выводу, что находится в другом мире. Комната вокруг него была роскошной. Теплее, чем любое место, которое он выбирал для проживания раньше. Он редко пользовался кроватями, редко спал. Большую часть времени он проводил в странствиях, сидя на холодном троне штаб-квартиры Мирового Змея или в одиночестве на луне среди остатков Конца. Кевин Каслана сошел с кровати, его движения были тяжелыми. Его пальцы лениво прочесывали белоснежные локоны, задевая ахоге странной формы, который разделялся на три отдельных пряди. Он открыл шкаф в комнате, только чтобы обнаружить ассортимент странной одежды. ” Этому парню нравятся желтые рубашки и фиолетовые брюки? “ Игнорируя странные модные предпочтения, Каслана выбрал самый "нормальный" наряд, который он смог найти. По сравнению с другими, этот был довольно удобным: черные брюки, длинное белое пальто, перчатки без пальцев и различные золотые аксессуары украшенные солнечными мотивами. Общий дизайн наряда напомнил ему о наряде, который он носил с тех пор, как вышел из Квантового моря. Чего-то не хватало. Странное ощущение пронзило его. Инстинктивно он дернул запястьем, и в одно мгновение в его руке материализовался огромный двуручный меч. Похоже изначальный хозяин тела тоже использует клеймор Он был примерно того же размера, что и его Божественный ключ ”Суд Шамаша“, когда тот не был полностью активирован, как раз того размера, который ему подходил. Еще одно движение, и оружие рассыпалось в золотую пыль. Никаких знаний, никакой информации об этом новом мире. Кевин Каслана принял решение. Он вышел наружу.

-

Подавляюще. Это, пожалуй, лучшее слово для описания таких моментов. Однако Кевин редко реагировал на странные происшествия — он просто признавал их. Если они были безобидны, он оставлял их в покое. Если они представляли собой проблему, он сам с ними справлялся. — Лорд Фаенон! Как вы сегодня? — Торговка фруктами на оживленном Мраморном рынке весело окликнула его, когда он проходил мимо. Лорд Фаенон был её постоянным клиентом; он часто покупал гранаты для принца Кремноса. Но сегодня он не ответил. Продавец в недоумении нахмурился. — Лорд Фаенон...? — Никакого ответа. Беловолосый молодой человек просто прошел мимо, не поздоровавшись, не спросив о фрукте дня, не обсудив цены. Когда он проходил мимо её прилавка, необъяснимый холод пробрал её, проникая в кости. Она невольно вздрогнула, обхватив себя руками, чтобы согреться. Затем он исчез. — Может быть, он сегодня не в настроении — То же самое повторялось снова и снова, пока Кевин шел по рыночным улицам. — Лорд Фаенон, у нас сегодня свежая поставка... — — Лорд Фаенон! — — Лорд Фаенон... — Кто, черт возьми, такой Фаенон? Похоже, этот "Фаенон" был довольно знаменит. Куда бы он ни повернулся, люди окликали его. Выражение лица Кевина оставалось непроницаемым, пока он бродил по переулкам этого незнакомого города. Он предположил, что это, должно быть, был рынок, расположенный в более крупном мегаполисе. Справедливости ради, город был прекрасен. Очень мирный. …Разительный контраст с городами, в которых он когда-то искал убежища. Это были не более чем руины, уничтоженные не знавшими жалости Херршерами. Неспособность Огненного Мотылька бороться с Хонкаем оставила мир в руинах. Когда Одиннадцатый Херршер спустился, семьдесят процентов населения были уничтожены в одно мгновение. Выжившие влачили жалкое существование в последних трех оставшихся человеческих городах. Кевин Каслана закрыл глаза один раз. Когда он снова их открыл, запустение исчезло, сменившись бесконечным простором ясного голубого неба. Это место было по-настоящему мирным. Но мир не продлился долго. Группа из трех детей бросилась к нему, их лица светились от волнения. Один размахивал деревянным мечом, другой держал небольшой щит, а последний размахивал самодельным посохом, простой веткой дерева, с театральным энтузиазмом. — Братец Фаенон! Ты здесь! Ты обещал, что поиграешь с нами сегодня! — О. Так это я Фаенон. Это была немедленная реакция Кевина Касланы на это неожиданное открытие. Так много людей звали его, а он игнорировал каждого из них. Он задавался вопросом, не начали ли уже возникать подозрения. Фаенон. Человек, который казался известным, живым, интересным — резкий контраст с самим Кевином. Или, возможно, по дальнейшему размышлению, не такой уж и отличающийся. Фаенон напомнил ему того человека, которым он был до присоединения к "Огненному мотыльку" Кевин посмотрел на детей, его лицо не выражало никаких эмоций. — ... Поиграть? — Прежде чем он успел что-либо сказать, ребенок, возглавлявший группу, уже схватил его за длинный плащ, прижавшись к его ноге. — Да, да! Ты обещал! Ай! — Каслана позволил этому случиться. Ребенок почти сразу же отпрянул, после того, как схватился за него, его кожа стала смертельно бледной. Кевин инстинктивно потянулся, чтобы помочь, но его взгляд упал на его собственные руки в перчатках без пальцев, обнажая поцелованные морозом кончики пальцев. Вместо этого он позволил рукам упасть по бокам. Холодный. Он слишком холодный. Двое других детей бросились к своему раненому другу, их глаза были широко раскрыты от беспокойства. Когда они снова подняли глаза, то обнаружили, что смотрят в те знакомые ледяные голубые глаза, на которых был изображен символ Кефала. Но что-то изменилось. Некогда яркая синева его глаз потускнела, яркий свет внутри них померк. Страх охватил их. Все трое детей повернулись и убежали. Кевин Каслана остался стоять на месте, не двигаясь. — ... Хмф — Он никогда не умел ладить с детьми. Доказательство было очевидным - его идея "наставничества" своих преемников заключалась в том, чтобы избивать их до бесчувствия, пока они не станут достаточно сильными, чтобы победить его. Честно говоря, именно он давал им шанс, в конце концов, он никогда не старался для настоящей победы. И всё же. Ему нужна была информация.

-

Принц Мидеймос из Кремноса в настоящее время ждал в очереди, чтобы купить Золотые оладьи. Это было забавно, правда, несмотря на то, что он был одним из Златиусов, он был таким же, как и все остальные, терпеливо ожидая своей очереди. Обычно это была бы задача Фаенона — его вечно послушный возлюбленный просыпался рано и вставал в очередь за ним. Однако сегодня Мидеймос его не видел. Фаенон, человек привычки, всегда первым делом искал его по утрам. Но сегодня его нигде не было. Ни слова, ни сообщения. " Тц " Этому ублюдку еще предстоит получить подзатыльник. Пока Мидеймос ждал, его мысли дрейфовали. Фаенон никогда раньше этого не делал. Он был как большая преданная гончая, всегда цепляющаяся за Мидеймоса, словно за свою любимую косточку. Мягкий и ласковый по утрам. А ночью? Боги, кто-то должен был приучить этого дикого зверя. Краем глаза Мидей увидел мелькнувшую синеву. Он нахмурился. ” Фаенон...? “ Их взгляды встретились. Но Фаенон лишь взглянул на него, прежде чем пройти мимо пекарни, прошёл мимо него, даже не кивнув. Как будто он вообще не узнал принца. Что-то было не так. Очень неправильно. Внезапно Золотые оладьи перестали казаться важными. Мидеймос вышел из очереди, делая большие шаги вслед за седовласым человеком. Догнать его было легко; он шел неторопливым шагом, совершенно без охраны. Остановившись в пяти шагах позади него, Мидей скрестил руки на груди. ” Спаситель “ Никакой реакции. ” Спаситель? “ На этот раз мужчина немного помедлил, прежде чем обернуться. А Мидей... Мидей почувствовал, что что-то не так. ” Ты меня звал? “ Не-Фаенон посмотрел на него. Его голос был холоден, как ночные ветры Древесных Залов. Эти некогда знакомые голубые глаза не содержали ни тепла, ни узнавания, ничего- Мидеймос был застигнут врасплох. Бывали дни, когда Фаенон становился... таким. Даже не спрашивая, Мидей знал, что его возлюбленный думает о его родине — месте, давно стертом с карт Амфореуса. В те дни Фаенону требовалось утешение, но Мидей был не из тех, кто мог его предоставить. Все, что он мог сделать, это ждать, когда Фаенон снова засияет. Он всегда следил за ним, как подсолнух следует за солнцем. Ночью солнце исчезало. Но к утру оно возвращалось, сияющее, как всегда. И вот он стал ждать рассвета. Но на этот раз что-то было иначе. Холодок пробежал по Мидеймосу. Не дрожь, не страх — просто физический, необъяснимый холод. И это было абсурдно. В это время года, в Окхеме было жарко, угнетающе жарко. Но почему он чувствовал себя замерзшим? Мидей нахмурился. Этот человек вызывал у него головную боль. Он потянулся, намереваясь схватить Фаенона за воротник и притянуть его ближе. Но прежде чем он успел это сделать, седовласый мужчина отступил назад. — Хах? — Никакой реакции. — В чем твоя проблема? Спаситель? Что, черт возьми, ты ел сегодня утром? —

-

Кевин Каслана просто уставился на человека перед собой. Он решил, что должен что-то сказать, придумать какие-нибудь оправдания. — Ничего. Я сегодня плохо себя чувствую. Увидимся позже — И вот так "Фаенон" ушел, не удостоив Мидея ни единым взглядом. Двигаясь, он прижал руку к шее. Тепло, оставшееся от того краткого момента контакта, все еще было там, слабое, но заметное. Кевин Каслана, который теперь казался слегка сбитым с толку, он не был сбит с толку ни Мидеем, ни неожиданной попыткой принца схватить его. Нет "Фаенон" был сбит с толку собственными действиями. Минуту назад он отступил назад — не для того, чтобы избежать конфронтации, а чтобы не дать Мидеймосу пострадать. Его тело отреагировало само, словно ведомое инстинктом. Этот человек был важен для "Фаенона" Кевин опустил взгляд. Возможно, ему следует найти способ вернуть это тело его законному владельцу. Было бы несправедливо, и по отношению к "Фаенону", и по отношению к человеку, с которым он столкнулся ранее, если бы он продолжал заявлять, что это его собственное тело. Но сначала ему нужно было понять несколько вещей.