Из грязи и золота

Мы вернемся сюда через три тысячи лет А до этого срока вряд ли вспомнят о нас Мы оставим свой след на неостывшей золе Прежде чем нас убьют за выражение глаз* Гейл был уверен, что этой ночью Вестар останется в капитанской каюте, но прошло совсем немного времени после их с Марой шумных развлечений, и эльф вернулся в свой номер. Волшебнику пришлось сделать вид, что он спит, чтобы не выдать другу своего разбитого состояния и не отвечать на неудобные вопросы. Он уже пообещал дроу раскрыть всю правду и не собирался брать свои слова назад, хотя малодушно предпочел бы отсрочить этот разговор как можно дольше. Вестар задремал быстро, но спал тревожно, то и дело вскрикивая и вздрагивая, так что в какой-то момент маг не выдержал и накинул на мужчину легкое успокаивающее заклинание. В итоге к утру человек почти не смыкал глаз и чертовски вымотался, зато чувствовал себя достаточно отчаянным, чтобы раскрыть перед эльфом карты. Осталось только дождаться, когда он проснется – зная привычку дроу вставать после обеда, Гейл еще успеет привести себя в порядок и позавтракать. Быстро умывшись и чарами разгладив смявшуюся за ночь одежду, он вышел в гостиную, с удивлением обнаружив там колдунью в сопровождении фамильяра. – Как тебе удалось ее приручить? – волшебник присел рядом, с новым любопытством глядя, как шестилапая кошка подставляет антрацитовый бок поглаживаниям девушки. – Магией. Не думай, что я какая-то особенная в этом плане, – усмехнулась Этера. – Стоит чарам ослабнуть, и Мизора с удовольствием выпустит мне кишки. – Тогда зачем ты везде берешь ее с собой? – Гейлу было немного некомфортно знать, что лояльность ускользающего зверя измеряется исключительно крепостью чужого аркана. – Пугать матросов, зачем же еще, – ехидно ответила колдунья, но продолжила вполне серьезно. – В Аверно это вопрос статуса, хотя как мне быть с ней в Балдуре, я еще не решила. Не самый удачный выбор питомца, особенно в нынешних реалиях. – Да уж, я бы не рекомендовал выгуливать ее по улицам, если не хочешь тут же угодить в застенки храма Зари. – Храма Зари? – заинтересованно переспросила девушка. – Разве правосудие в городе не под юрисдикцией Огненного Кулака? – Еще недавно так и было, – развел руками маг. – Но храмовники выбили у Совета право вести собственные расследования и назначать наказания, не отчитываясь перед маршалами. Мне кажется, будь у них возможность – они бы поставили по соглядатаю в каждый дом, да что там – в каждую спальню! – В спальнях Балдура так часто происходит что-нибудь противозаконное? – рассмеялась колдунья. – А то ты не знаешь этот лживый город, – фыркнул волшебник, совершенно не чувствуя, что разговаривает с человеком, который его не помнит. Даже спустя годы и учитывая обстоятельства, с Этерой было… легко. – Он сверкает золотом фасадов, привлекая глупцов со всего света, но настоящее его сердце – прогнившие до основания грязные подворотни. И люди в нем точно такие же: стоило только дать им лишний повод для грызни друг с другом – и столы храмовников, наверное, уже ломятся под тяжестью доносов. – Разве они хоть где-то другие? Люди, – девушку немного удивила такая характеристика для Врат: в том же Амне царил культ вседозволенности, даже для вида не прикрытый моралью – все решал вопрос финансов. И право на магию, запрещенную повсеместно, можно было купить при наличии должного количества золота. – Я хочу в это верить, – совершенно искренне признался маг. – Потому что, если нет, то этот мир будет слишком мрачным местом даже для такого склонного к меланхолии человека, как я. Этера помолчала, задумчиво глядя на собеседника. Вероятно, за время ее жизни в Аверно у девушки сформировался свой взгляд на мироустройство и раздвинулись границы нормального… хотя они и раньше были весьма гибкими. Они посидели вдвоем еще немного, а затем колдунья неожиданно заявила, что еще не ложилась спать и ушла к себе, оставив волшебника в одиночестве. Размышляя, чем себя занять, мужчина прошелся по апартаментам Мары, но не нашел ни книг, ни кухонных принадлежностей. Решив, что никто не запрещал ему перемещаться по кораблю, маг наведался к коку, и тот нехотя выделил ему порцию завтрака. К моменту возвращения Гейла в каюту Вестар уже не спал, и теперь пытался собрать распущенные волосы в хвост перед крохотным зеркалом с помутневшей амальгамой. – Помочь? – машинально поинтересовался человек. – Я почти закончил, – в подтверждение слов дроу сделал последний оборот кожаного шнурка и затянул его хитрой петлей. – Думал, ты снова будешь спать до полудня, – маг присел на свою кровать, старательно отгоняя мысль о том, чем занимался на ней прошлой ночью. – А я думал, что меня опять станут мучить кошмары, но ночь прошла на удивление спокойно. Гейл улыбнулся уголками губ: на душе стало немного теплее, но мужчина не спешил признаваться в оказанной помощи. – Тогда, возможно, ты захочешь поговорить… обо всем? – осторожно предположил маг. Вестар посмотрел на него чуть подозрительно. – Почему ты предлагаешь? – эльф сел на свою постель напротив. – Не подумай, я не отговариваю! Но ты охранял свои секреты так тщательно, и тут вдруг решил раскрыть тайны, хотя условия нашего договора не были выполнены. Что изменилось? – Я. Думаю, что изменился я сам, – осторожно подбирая слова, начал маг. – Все эти годы я жил прошлым, тщетно надеясь, что еще не поздно вернуть все, как было. Сначала пытался найти Корону, а когда не получилось – сунулся в логово Рафаила. И только увидев ад собственными глазами, я неожиданно осознал, что как прежде уже никогда не будет: то, что происходит с нами сейчас, влияет на будущее гораздо сильнее, чем воспоминания обо мне, которые запечатал дьявол. И теперь мне нужно научиться строить свою жизнь, не опираясь на то, кем и для кого я был раньше, а значит – нет больше и смысла хранить секреты. – Звучит очень смело, – без тени иронии заметил дроу, внимательно слушая мужчину. – Надеюсь, что это не временный приступ отваги, – улыбнулся ему волшебник. – Так о чем ты хотел узнать в первую очередь? Кем мы были друг для друга? Дроу в ответ только кивнул, не меняя напряженно-серьезного выражения лица. Гейл мысленно собрался и обреченно вздохнул. – Друзьями. Партнерами. Любовниками. Не так долго, как мне хотелось бы… слишком много всего закрутилось во время войны с Абсолют. Я уже говорил Этере, теперь скажу и тебе: я с самого начала путешествовал с силами сопротивления – иллитидский паразит в мозгах не оставил мне много вариантов, знаешь ли. Более того – это я был тем самым стражником, что выпустил тебя из тюрьмы Лунных Башен, это я вынес тебя на себе после нашего безумного ограбления башни Рамазита. Мы вместе штурмовали храм Баала, и именно там я получил ранение, из-за которого не смог вовремя добраться до Короны, упавшей в реку. Это ты нес меня на руках весь путь до Гильдии и лечил мои раны, когда я не мог даже пошевелиться, а потом защищал во время последнего боя с Мозгом. Понимаю, сложно поверить в такое на слово, – добавил Гейл, оценив округлившиеся глаза собеседника. – Но я готов рассказать любые подробности и ответить на любые вопросы, которые у тебя возникнут… ssin’urn. Хотя, пожалуй, у меня больше нет права так тебя называть, прости. Я снова тащу тебя в прошлое. Вестар помолчал, обдумывая услышанное. – Так вот, кто научил тебя этому слову… я сам. Наверное, общение со мной причиняет тебе еще большую боль, чем одиночество? Вопрос был действительно сложным: с одной стороны, Гейл на самом деле искренне переживал, думая о том, что потерял, но с другой… – Признаю, сначала так и было, – если уж решился на откровения, то нужно идти до конца. – Я не хотел, чтобы ты видел меня… таким. Хотел, чтобы после уничтожения контракта все недомолвки между нами исчезли сами собой, и все стало как прежде без таких вот сложных разговоров. Одиночество выглядело моим спасением, но оказалось тюрьмой, в которую я сам себя загнал. Представляю, как хохотал Рафаил, наблюдая за тем, как я себя истязаю. За эти пару недель, что мы планировали проникновение в Аверно, я почувствовал себя более живым, чем за годы, проведенные один на один с проклятьем. Я не жду, что мы снова станем близки – больше нет. Но, я надеюсь, ты не откажешь мне в праве быть твоим другом? Дроу потянулся вперед и накрыл ладонью нервно сцепленные пальцы мага. – Я действительно не могу предложить тебе того, о чем не помню и чего не чувствую. Но пообещать свою дружбу – могу. И рад, что ты готов ее принять, – он снова сделал паузу. – Возможно, мой следующий вопрос прозвучит нетактично, но… что пообещал тебе Рафаил в обмен на Корону? Мне сложно представить что-то равнозначной ценности. – А вот мне – запросто, – невесело усмехнулся волшебник, приятно тронутый прикосновением эльфа. – Твою жизнь. Помнишь те два дня, что ты отсутствовал в Гильдии? Не буду сейчас вдаваться в детали, что сподвигло тебя уйти – это долгая история, и, если захочешь, я расскажу ее позже, но мы все тогда здорово за тебя перепугались. Естественно, Рафаил не упустил своего шанса: это сейчас я почти восхищен тем, как мастерски он жонглировал словами и играл на моих страхах, но тогда я готов был отдать все сокровища мира ради твоего спасения. Я подписал контракт не глядя, и дьявол привел меня к тебе. Только вот оказалось, что в спасении ты не нуждался – лишь в покое, отдыхе и… более достойном партнере, чем был я. – Подожди, но ведь получается, что он тебя обманул? Тогда как контракт можно считать действительным? – Мы все еще говорим о дьяволе, помнишь? – печально покачал головой маг. – Он завернул все в такие формулировки, что с моей стороны к условиям сделки не придраться – я ведь нашел тебя, как он и обещал. Это сейчас я немного понимаю тему и скорей удивлюсь, если договор с исчадьем будет написан без подвоха. Только не считай себя виноватым во всей этой ситуации, ладно? Это мне стоило быть более осторожным и предусмотрительным. – Понимаю… что ж, мы упустили много времени, но, – Вестар поднялся и пересел на кровать мага, положив руку ему на плечо. – Я не хочу оставлять все вот так. Раз уничтожить контракт в Доме Надежды у нас не вышло, значит, мы будем искать другой способ. Я буду. – Я рад, что снова обрел тебя. Правда, – Гейл потянулся, чтобы обнять эльфа, посчитав, что сейчас это будет уместно. – И спасибо. *** Два дня морского путешествия прошли для Этеры тихо и спокойно: первое время она опасалась, что Мизора ее обманет и найдет лазейку, чтобы доложить Рафаилу о происшествии в Доме, но, если разгневанный камбион не явился к ней сразу, то едва ли явится потом. Разве что придумает колдунье новое поручение или повод для наказания. Она рассчитывала, что Лорд Горташ войдет в город не раньше, чем через сутки, когда капитан вдруг приказала менять курс и причаливать к пустынному клочку берега, окруженному скалами. Амаретт отправила своего рыжего помощника за штурвал, а сама надела обруч управления кораблем, и кристаллические шпили на палубе ожили, переплетением невесомых линий рисуя в воздухе точную карту прибрежных рифов. – Не похоже на Врата Балдура, – скептически хмыкнул Вестар, глядя на расползающуюся по горизонту полосу суши. – Указом младшего Рейвенгарда Лорду Горташу запрещено появляться в территориальных водах Врат, – ядовито прошипела тифлинг, не оборачиваясь. – Закон касается использования в городе и любых других изобретений почившего эрцгерцога. Так что для всех этих зажравшихся магистратов я официально капитан без корабля. Дроу впечатленно присвистнул и переглянулся со своим другом, и даже Этера не ожидала подобного поворота. Она слышала, что Мара продолжает вести торговлю в Балдуре, но не подозревала, что это сопряжено с такими сложностями. Понятно теперь, почему тифлинг снова стала браться исключительно за нелегальные заказы – какая разница, сколько законов придется нарушить, если добропорядочное ведение дел все равно недоступно, пока женщина не сменит корабль? А зная капитана – она скорей отрубит собственный хвост, чем откажется от Лорда. – Тогда куда мы направляемся? – с легкой тревогой в голосе поинтересовался волшебник. – В новый притон для пиратов и контрабандистов, конечно, – Мара обернулась через плечо, задорно сверкнув клыками. – Нас там встретят и примут товар, а до города мы с вами доберемся на корыте поскромнее. Гротом в Шепчущих Скалах уже давно никто не пользуется, догадываетесь, почему? – Снова Уилл постарался? – не скрывая неприязни, предположил дроу. – Угу. Он при первой возможности отправил туда рейды Кулаков: пара кораблей попались, до других дошли слухи, и убежище мгновенно стало паленым. Знали бы вы, сколько раз я жалела, что не выкинула этого говнюка за борт, когда был такой шанс. Теперь не пришлось бы заходить в Балдур, делая крюк через полсвета. – Если бы я сам знал, как далеко все зайдет, то помог бы Рейвенгарду потеряться еще в Темных Землях, – хмуро поддержал подругу эльф. Как это обычно бывает на море, расстояние до земли оказалось обманчивым – вроде бы, вот она, суша, можно дотянуться рукой или добраться вплавь, но горизонт приближался мучительно медленно. Корабль сложил паруса и сбавил ход, осторожно лавируя между торчащих из воды скал и идя исключительно на тяге движителя. То справа, то слева от борта виднелись догнивающие скелеты менее удачливых судов, порывом резкого ветра или по ошибке штурмана выброшенные на камни. Преодолев финальное препятствие в виде узкого коридора между двумя горами, Горташ вошел в просторный грот. Этера ожидала, что новое место будет таким же скромным, как и прошлое, но удивилась: это оказалась полноценная гавань на множество причалов, за пределами которой раскинулось человеческое поселение. По крайней мере, соответствующие запахи были слышны уже на подходе к докам. Колдунья вышла на палубу и встала на носу, чтобы лучше рассмотреть разбойничье логово. Она насчитала уже с десяток парусников, стоящих на приколе, но не смогла бы определить, кому они принадлежат: вопреки расхожему мнению, пиратские суда не ходили под черными парусами, чтобы иметь возможность подбираться к своим жертвам на расстояние пушечного выстрела. Увидев приближающегося Лорда, матросы на берегу побросали свои дела, во все глаза глядя на адское изобретение бейнита, пока Эллиот причаливал к пирсу. Уже через пару минут экипаж Мары скинул вниз канаты и начал устанавливать мостик. Люди на палубе радостно зашумели, предвкушая отдых и возможность потратить жалование в ближайшем пабе или борделе. И, судя по масштабу пиратской базы, тут имелось и то, и другое. – Какой у нас план? – поинтересовалась девушка у подошедшей Амаретт. – Обедать в местных забегаловках я бы не рисковала, но выпить и сходить размять ноги можно – мы прибыли раньше срока, так что время еще есть. Заодно посмотрю, где пришвартовалась посудина, что повезет нас в город. – А что с Горташем и командой? – Останутся под присмотром Эллиота до нового похода, – пожала плечами тифлинг. – Какая им разница, где просаживать свое золото? Тем более, что большинство из моих нынешних ребят уже обзавелись собственными портретами на Балдурской доске розыска. Этера весело рассмеялась: она нечасто позволяла себе кататься с капитаном, предпочитая добираться до точек назначения порталами, но радовалась каждому выпавшему шансу снова вдохнуть запах моря. И эти два дня на промозглом судне с постоянной качкой стали для колдуньи лучшим отдыхом, чем на любом самом престижном курорте Амна. – Как тебе твое первое морское путешествие? – спросил Вестара маг, когда они наконец ступили на берег. Гейл знал, что дроу возвращался в Рейтвин к Хальсину, но походы по реке не шли ни в какое сравнение с открытой водой, а о других странствиях эльф не упоминал. – Я бы повторил, – улыбнулся тот. – Желательно, без ожогов и в подходящей одежде. Сразу после причалов на несколько длинных рядов раскинулся рынок, где торговали всякой всячиной, и компания разбрелась в разные стороны. Мара потянула колдунью к стойкам с оружием, а мужчины предпочли начать с палаток, где продавались редкие продукты и пряности. Гейл немного переживал за девушек – тифлинг не изменяла себе, нося обилие золотых украшений даже в таких злачных местах, как это, и на нее постоянно оборачивались – но потом подумал, что эту женщину тут должны были узнать достаточно хорошо, чтобы не связываться. Да и Этера, хоть и оставила фамильяра на корабле, вовсе не была беззащитной принцессой… особенно теперь. Зато сами волшебник и дроу отлично смешались с толпой такого же разномастно одетого люда. Даже темное лицо эльфа не привлекало особого внимания – местные разбойники и сами пестрили различными оттенками кожи: от красного и золотистого до полностью антрацитового. Вынужденные путешествовать без собственных денег, друзья довольно быстро осмотрели рынок и направились к таверне, где условились встретиться с девушками. На корабле кормили превосходно, так что голода волшебник не испытывал – тем более, что главный зал заведения больше был похож на игорный, чем обеденный: только подавальщицы с подносами выпивки разбавляли это впечатление, лавируя между столами, за которыми играли в карты или кости. – Давай сыграем? – неожиданно предложил магу Вестар. – А есть, на что? – слегка удивился человек. Он не припоминал, чтобы дроу прихватил из ада сувениры. Эльф пошарил в кармане, извлекая оттуда небольшое золотое колечко. – Думаю, сойдет за начальную ставку, – он лукаво улыбнулся. – Откуда это у тебя? – Ты уверен, что хочешь знать? – Только не говори, что ограбил капитана, – пошутил Гейл: он видел, что это мужской перстень, но совершенно не имел версий, как тот попал в ловкие пальцы дроу. – Я, знаешь ли, слишком привык видеть тебя с головой на плечах. – Помнишь Падальщика? Ладно, по лицу вижу, что помнишь, – усмехнулся эльф. – Так вот, когда он… м-м… снова начал обретать материальные формы, я смог нащупать в его… хм… теле разные предметы: кусочки костей, пуговицы – видимо, то, что осталось от предыдущих жертв. И это колечко буквально само прыгнуло мне в руки. Глядя в абсолютно честные глаза Вестара, Гейл захохотал так громко, что на них начали оборачиваться посетители и без того шумной таверны. Видят боги, во всем мире есть только один дроу, который может умудриться обокрасть низшего дьявола, пока тот пытается его сожрать. – Ладно, пойдем сыграем, – отсмеявшись, согласился маг. Даже если их авантюра закончится дракой, волшебник не сомневался, что Вестар и в ней успеет стянуть себе что-нибудь еще. К моменту, когда вернулись девушки, перед дроу успела скопиться небольшая стопка монет. Гейл видел, как его друг жульничает, но делает это вполсилы – чтобы своей “удачливостью” не вызвать подозрений в опасном месте в незнакомой компании. Его противники, несомненно, занимались тем же самым – прятали карты по рукавам – но негласный закон всех игорных заведений гласил: тебя осудят, только если ты попался. – Веселитесь? – Этера приблизилась к эльфу со спины и сложила руки ему на плечи, пока Мара устраивалась за соседним столиком. – Побудешь моей богиней удачи? – с интригующей интонацией попросил ее дроу, и девушка ответила ему понимающей улыбкой. Никто из его соседей по столу возражать не стал: едва ли эти морские разбойники были слишком избалованы обществом привлекательных женщин. Гейл спрятал усмешку в своей кружке пива. Он хорошо знал своих друзей, чтобы понять – теперь они будут мухлевать вдвоем. Отголоски ментальных чар были настолько тихими, что не тревожили магов, находящихся поблизости, если те не прислушивались специально. Или среди нынешних постояльцев просто не нашлось магов должного уровня. Когда полный круг партии был закончен, к выигрышу дроу и колдуньи добавилась еще половина суммы. – Реванш! – рявкнул бородатый старик напротив эльфа, которому не повезло проиграться больше всех, и остальные игроки нестройным хором его поддержали. Судя по начавшемуся волнению, момент был самым подходящим, чтобы ретироваться. Впрочем, Вестар и Этера сами прекрасно все понимали. – В другой раз – непременно, – лучезарно и открыто улыбнулся им дроу. – Но сейчас нас ждет капитан. Эльф одним движением сгреб выигрыш в сумку, взял колдунью под руку и провел ее с десяток метров до столика, который выбрала Мара. – Судя по вашим лицам, улов был хороший, – заключила тифлинг, отхлебывая из кружки какое-то дымящееся пойло. – Просто повезло, – Вестар многозначительно переглянулся с Этерой. – Знаю я, как работает это везение, – хмыкнула капитан. – Если бы вы были у меня в штате, я бы порекомендовала вам обоим не злоупотреблять… удачей. Но, поскольку вы здесь в первый и, надеюсь, в последний раз – развлекайтесь, просто не доводите до дра… Мара неожиданно замолчала, настороженно глядя куда-то за спины мужчинам. В шуме и гоготе таверны волшебник совершенно не расслышал звука приближающихся шагов, но не успел он обернуться, как над плечом прозвучал голос: – Капитан Амаретт, верно? – Зависит от того, кто спрашивает, – оценивающе оглядела незваного гостя тифлинг. – Всего лишь скромный торговец, желающий забрать с вашего корабля свой груз. Вы позволите? Женщина сделала приглашающий жест, и Гейл наконец смог хорошо рассмотреть визитера. Это был высокий светловолосый и короткостриженый мужчина лет сорока, с голубыми до прозрачности глазами и аккуратной бородкой. “Гораздо более ухоженной, чем у меня самого”, – недовольно подумал маг и машинально потянулся к лицу. Одет человек был просто и функционально, так что его можно было принять как за наемника, так и за путешествующего горожанина. Плавные и точные движения выдавали, что он умеет обращаться с оружием, хотя на поясе висел только один кинжал. В целом, этот мужчина ничем не выделялся бы среди посетителей бара, если бы не одно но – Вестар при виде него вопросительно склонил голову набок и прищурился. И если на интерес дроу человек отреагировал показным безразличием, то взгляд, с которым он рассматривал Этеру, совершенно не понравился волшебнику. – Рихард. Рихард Краузе, – представился он и протянул капитану руку, когда затянувшаяся пауза рисковала стать неприличной. На колдунью он больше не смотрел, сосредоточив внимание на капитане. От Мары его фамильярность тоже не укрылась, но женщина была опытным торговцем и привыкла к разным причудам своих клиентов, так что ее девиз гласил “сначала сделка – потом разбор полетов”. – Дорогая, сделай нам тишину, – попросила девушку тифлинг, и Этера качнула рукой, сотворяя аркан, мигом заглушивший все посторонние звуки и отрезавший их столик от остального мира. – Мы будем беседовать в этом составе? – Рихард Краузе демонстративно оглядел спутников Амаретт. – Да. – Я ожидал вас немного позже. – Это что-то меняет? – Нет-нет, я готов забрать товар, как только вы его отгрузите, – заверил ее мужчина. – А это для того, чтобы вы убедились в чистоте моих намерений. Он достал из сумки шкатулку и откинул крышку, демонстрируя собеседникам россыпь золотых монет внутри. – Щедро, – довольно кивнула Мара, навскидку оценив сумму. – Здесь надбавка за срочность, а еще… – он снова сунул руку в сумку и добавил к золоту рубин размером с ноготь мизинца, – комплимент от моего нанимателя. Он надеется, что нас ждет долгое и плодотворное сотрудничество с самым эффектным перевозчиком по эту сторону Моря Мечей. – Эффектным? Быть может, эффективным? – с усмешкой переспросила женщина. – Нет, – невозмутимо возразил ей мужчина. Мара взяла пару секунд паузы: с одной стороны, “комплимент” собеседника граничил с насмешкой, с другой – он был всего лишь посредником, а платил его хозяин с горкой. – Мы с вашим нанимателем знакомы? – Ваша слава бежит впереди вас, капитан, – уклончиво ответил человек и закрыл крышку шкатулки. – Но я бы предпочел закончить с обменом любезностями и перейти к делу. – Идемте на корабль, – тифлинг первой встала из-за стола. – Тянуть и правда незачем. Человек сделал приглашающий жест в сторону соседнего столика, и к нему присоединились еще двое наемников. Они покинули таверну все вместе: Рихард уверенно занял место рядом с капитаном, больше не бросая ни на кого подозрительных взглядов, но Вестар выглядел все еще настороженным и старался идти так, чтобы оказаться между чужаками и колдуньей. – Что-то не так? – тихим шепотом спросил у него волшебник. – Потом, – так же еле слышно ответил дроу. Поднявшись по мостику, Амаретт приказала найти своего помощника, чтобы тот вывел на палубу калимшитов. Сначала Гейлу показалось, что он ослышался, но, судя по безразличному виду посредника и еще более настороженному – Вестара, уши его не обманули. А когда из трюма наверх начали подниматься первые рослые темнокожие мужчины, маг окончательно растерялся. Рабы? То есть, товар, о котором все это время говорили в таверне, был живыми людьми? Мужчина неверяще переводил взгляд на легко одетых и явно мерзнущих на ветру бритоголовых невольников с руническими ошейниками, тремя ровными шеренгами выстраивающихся по палубе. Последним наверх поднялся Эллиот и передал в руки капитану магический жезл с такими же рунами, как на оковах. – Три десятка лучших бойцов Калимшана, как вы и просили, – заключила тифлинг, презентуя “товар”. – Все в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет, здоровы, стерильны, но не евнухи. – Проверьте их всех и готовьте к отправке, – бросил посредник своим помощникам. – Как вы собираетесь доставить в город такую ораву нелегалов? – поинтересовалась у Рихарда капитан. – Грузовым порталом, – человек хладнокровно наблюдал, как его люди приказывают рабам раздеться и тщательно осматривают их тела на предмет изъянов. – Уже через пару часов мы будем в Балдуре. Слушая, с каким равнодушием они рассуждают о людях, как о вещах, Гейл ощутил, что ему становится дурно, и поспешил отойти к бортику. Его замутило. Хотелось оказаться не просто подальше, а на другом конце света от того, что сейчас происходило на палубе. А от осознания, что в этом замешаны те, кого мужчина считал друзьями, ему становилось еще хуже. – Как ты? – подошедший Вестар участливо положил руку ему на плечо. – Паршиво, – не стал увиливать маг. Он хотел прямо здесь и сейчас поделиться с другом своими переживаниями, но промолчал, увидев приближающегося к ним работорговца. – Весьма неожиданное место для встречи, Вестар, – тихо приветствовал дроу Рихард, облокотившись спиной о бортик. – Согласен, – ответил эльф, взглядом попросив мага не вмешиваться в разговор. – Славная у тебя богиня удачи, – мужчина кивнул в сторону стоящей рядом с Марой колдуньи, ненавязчиво намекая, что наблюдал за ними с самого их входа в таверну. – Твоя подружка? Красивая. – Эффективная, – дроу улыбнулся одними губами. – Будь она свободна, подружился бы сам? – Я не создан для дружбы, ты ведь знаешь, – оценил шутку человек. – А еще ты хорошо знаешь, кому по вкусу такой типаж. Кто она тебе? – Кем бы ни приходилась, Рихард, попытаться отвести ее к нему прямо сейчас будет очень плохой идеей. Но не переживай, я не стану скрывать ее от его внимания слишком долго. – Раньше ты не производил впечатления рьяного защитника, что изменилось? – заинтересовался мужчина. – Надеешься выслужиться сам? Брось, дроу, мы ведь можем договориться. Сколько ты за нее хочешь? Назови любую сумму. Происходящее уже не просто тревожило Гейла, а полноценно пугало, и только доверие к эльфу заставляло его молчаливо ждать окончания этой во всех отношениях странной беседы. – Я и сейчас им не являюсь, – легким и дружелюбным тоном ответил Вестар. – Просто обладаю некоторой информацией, и, поверь мне, ее достаточно, чтобы рекомендовать тебе прислушаться к моему совету. Если ты думаешь, что дело в желании выслужиться самому – расскажи нанимателю, что видел ее в моем обществе. Человек задумался, явно не зная, как отнестись к словам, и не понимая причины упрямства эльфа. Он перевел взгляд на Этеру с Марой и снова обернулся к собеседнику. – Ладно, Вестар, в этот раз я тебе поверю, но учти, что лорд об этом узнает. Имя-то у твоей богини есть? – Рад, что ты не изменяешь своему здравомыслию, – эльф склонил голову набок, тоже посмотрев на девушек. – Этера. Ее зовут Этера. – В таком случае, очень рассчитываю в скором времени увидеть вас с Этерой во Вратах Балдура, – Рихард еще раз окинул дроу недоверчивым взглядом и вернулся к капитану. Его помощники как раз заканчивали проверку калимшитов, и после недолгих переговоров мужчина передал Маре шкатулку с золотом, а она торжественно вручила ему жезл. Посредник махнул рукой, призывая рабов следовать за ним, и смуглокожие бойцы перестроились по двое, чтобы спуститься по трапу. Последними корабль покинули наемники Рихарда, и только проводив их взглядом, Гейл в полном ошеломлении обернулся к Вестару: – Что, черт возьми, тут происходит? – его голос, хоть и звучал шепотом, едва не сорвался на фальцет. – Ты что, серьезно торговался с этим типом за Этеру? Да кто он вообще такой?! Дроу шутливо улыбнулся, но, увидев выражение лица мага, снова посерьезнел. – Я наверняка в какой-то степени мерзавец, Гейл, но уж точно не в той, в какую ты меня только что поспешил возвести. Я спасал этому типу если не жизнь, то рассудок: представь себе, что было бы, попытайся он увести нашу подругу силой? – Зачем вообще спасать такого ублюдка, как он? – еще сильнее опешил волшебник. – Он покупает живых людей, и что-то мне подсказывает – вовсе не для того, чтобы обеспечить им долгую и счастливую жизнь. Это… это бесчеловечно! – маг взял небольшую паузу, чтобы отдышаться, пока дроу участливо позволял ему выговориться. – Этера, конечно, способна постоять за себя, а если не она сама – то к делу подключится Мара. Но к чему был весь этот… спектакль?! – Затем, что я с удовольствием посмотрел бы на лицо Астариона, когда Рихард расскажет ему, что попытался купить у меня Этеру. Хотя, возможно, стоило взять деньги и позволить ему совершить эту попытку… – в глазах Вестара снова появились смешливые искорки. – А вот то, что груз в трюме Горташа дышит и ходит своими ногами, было сюрпризом и для меня. Только прошу тебя, noamuth – не пытайся расспрашивать об этом Мару или сообщать ей – или кому-либо! – имя нанимателя Рихарда. Я тоже, знаешь ли, привык видеть тебя с головой на плечах. А с Марой я поговорю сам. – Дьявол! – только и смог выругаться волшебник. Он, конечно, знал, что Амаретт работает с контрабандой, но надеялся, что бизнес ограничивается незаконными зельями, оружием или книгами. То, что все зашло настолько далеко, стало для него очень неприятным сюрпризом. И ведь Гейл даже не имеет права вмешаться в ее дела – фактически, он обязан тифлингу своим спасением в той же степени, что и Этере. Она приняла их с дроу на борту, несмотря на риск столкнуться с гневом Рафаила, кормила и лечила все это время, хотя маг был для нее абсолютным чужаком. Зато колдунью, казалось, совсем не смущала последняя сделка капитана – вот кто наверняка с самого начала был в курсе содержимого корабельного трюма! Маг подумал о девушке, и до него только сейчас начал доходить смысл первых слов Вестара: – Постой! – он недоверчиво подался вперед, словно надеясь найти на лице эльфа ответы на свои вопросы. – То есть, финальный заказчик всех этих рабов – Астарион? Зачем они ему?! Я доверяю тебе, конечно, но ты уверен, что было хорошей идеей сообщать про возвращение Этеры в Балдур? Я до сих пор не знаю, что произошло между ними тогда, но мне почему-то кажется, что она не ищет его внимания, – волшебник шумно выдохнул, произнеся всю эту речь на одном дыхании. – Расскажешь, откуда ты сам знаешь Рихарда? – Через Астариона, Гейл. Я знаком с Рихардом через Астариона, на которого он работает. Я не знаю, зачем ему рабы, как не знал до сего момента и о том, что он вообще их покупает. Насчет Этеры – попробуй поверить в то, что я знаю, что делаю, ладно? Пока не могу рассказать тебе подробностей, но думаю, что со временем ты их узнаешь. – Ладно, – обреченно согласился маг. – Если я не буду верить тебе, то больше не смогу верить никому в этом мире. Давай вернемся к остальным? Сразу же после завершения сделки капитан объявила, что пора собирать вещи и выдвигаться на другой корабль. Гейл с Вестаром не могли похвастаться изобилием имущества, зато, чтобы перетащить сундуки девушек, пришлось организовать помощь шестерых матросов. Судно, на которое они пересели, было гораздо скромнее не только Лорда Горташа, но и большинства парусников, находящихся здесь, и вскоре волшебник понял, почему выбор пал на него. Маленький кораблик не стал возвращаться обратно в открытое море – вместо этого он обогнул скалы с другой стороны и вошел в русло реки. Если маг достаточно хорошо понимал географию этого района, то они сейчас поднимались вверх по одному из притоков Чионтара, значит, в город им предстояло попасть с востока, а не с запада. Совсем скоро вечернее небо окончательно потемнело, и пассажиры перебрались в общий трюм, где для них выделили небольшой угол со свободными гамаками. После комфорта Лорда магу совершенно не понравилось забираться в раскачивающийся лоскут ткани над полом, но был в этой ситуации один неоспоримый плюс: у Вестара и Мары в таких условиях точно не получится шуметь. *** Астарион переложил по столу пару страниц досье и сделал новую пометку в своем собственном пергаменте. Густаво предоставил вампиру информацию о дьяволе, которую ему удалось скопить за все время – некоторые листы, в частности подробные схемы дворцовых помещений, были отрисованы и подписаны еще рукой почившего эрцгерцога. Остальные факты собирались на основе слухов и домыслов смертных слуг Рафаила и среди прочих лорда сильнее всего заинтересовал один. “Сын Мефистофеля”, – крупными буквами было написано в заметках Астариона и подчеркнуто несколько раз. Он не знал, почему это кажется ему настолько важным, но тихий шепот интуиции подсказывал, что вампир мыслит в верном направлении. Мужчина несколько раз постучал пером по бумаге, оставляя на ней следы чернильных точек, затем вытянул из досье еще один лист, который уже неоднократно рассматривал до этого: “...Рафаил организовал неудачное покушение на своего отца, за что был сослан им из Кании в Аверно. Как архидьяволу удалось договориться с Зариэль – никто не знает, но все иерархи ада понимают, что герцогиня ждет только повода избавиться от камбиона на своей территории и отвоевать себе Дом Надежды…” Уже один только этот абзац примерно объяснил Астариону две важные вещи: почему Рафаил не стал привлекать к мести Вознесенному вампиру ни владычицу Аверно, ни обиженного родственника. А вот какие у камбиона планы на ведьму, для мужчины оставалось загадкой – рука сама потянулась к отдельной пачке листов, лежащей на противоположном конце стола. “Помощники и слуги”, – гласил заголовок титульного листа, и лорд уже в который раз за сегодня начал перелистывать страницы по одной. Корилла Горнило – золотой дворф, шпион, Нубалдин – каменный гном, надсмотрщик, Юргир – ортон, страж, Хаарлеп – инкуб, шпион, Этера Лока – человек, эмиссар… Астарион усмехнулся, представив, с каким выражением лица Гончий писал эту заметку. И все же, не многовато ли власти для пленницы, что пришла к дьяволу не по своей воле? От размышлений лорда отвлек стук в дверь. – Господин, к вам саэ Краузе, – раздался снаружи голос дворецкого. – Впусти, – велел вампир, возвращая бумаги в одну папку. Он не ждал возвращения Кукольника раньше следующего утра, так что его визит даже удостоился любопытства мужчины – Рихард Краузе был не из тех работников, что стали бы беспокоить лорда по пустякам. Астарион ценил его за умение смотреть на перспективу: разглядеть в невзрачном нищем подростке того, кто через несколько лет превратится в прекрасного лебедя и станет звездой приватных вечеринок. Или выбрать из десятка воинов того, кто будет стабильно приносить победы на арене. Лорд ни разу не пожалел, назначив человека вербовщиком смертных для пансиона и управляющим бойцовских ям, поэтому, когда встал вопрос, кого отправить встречать новую партию груза, выбор сразу пал на него. Хотя по расчетам вампира Кукольник все еще должен был ожидать корабль в пиратском логове. – Мой лорд, – вошедший слуга остановился напротив стола и почтительно поклонился. – Удиви меня, Рихард, – с предвкушающим весельем предложил ему Астарион. – С чем пожаловал? – Сделка с капитаном Амаретт прошла ровно так, как мы и рассчитывали: тридцать бойцов уже доставлены в распределительный центр, – внимательно следя за реакцией нанимателя, начал мужчина. – И? – не понял его нервозности вампир. – Если все прошло как надо, зачем ты явился сюда? Мог бы просто отправить отчет. – Произошло кое-что еще… Астарион чуть нахмурился и сделал поторапливающий жест рукой, намекая собеседнику, что не намерен вытягивать из него информацию по одному слову. – Я встретил в Каменных Клыках Вестара – он тоже прибыл на Лорде Горташе… Дроу на корабле тифлинга? Вот это становилось по-настоящему интересно – как минимум, это означало, что эльф пережил визит в преисподнюю и нашел способ вернуться в материальный мир. Мысль о том, что ему не придется искать нового целителя, существенно подняла лорду настроение. – …его сопровождали два человека: мужчина и женщина. Я не успел понять, кем они приходятся друг другу, но девушка была очень красива, милорд: невысокая, хрупкая шатенка, синеглазая – абсолютно точно ваш типаж… Словно рассказывая о чем-то предосудительном, Кукольник снова склонил голову и теперь смотрел в пол – в противном случае он заметил бы, как изменилось выражение лица его хозяина. С лорда мгновенно слетело умиротворенное довольство, и он плавно перетек в более собранную позу, хищно прищурившись. Синеглазая шатенка в компании Вестара на корабле Мары? О нет, Астарион слишком хорошо знал, что таких совпадений не бывает. – …я сразу же предложил дроу по-хорошему отдать девчонку вам, но он заупрямился, и я совершенно не понимаю, почему, – Рихард снова поднял глаза и заметил наконец напряжение вампира, отчего его смертное сердце забилось чаще, а воздухе повис сладковатый привкус подступающего страха. – Он пообещал, что сам привезет ее в Балдур и, кажется, даже хотел, чтобы вы об этом узнали. – Он назвал ее имя? – поинтересовался лорд, хотя уже прекрасно знал, каким будет ответ. – Вестар сказал, что ее зовут Этера, господин. Астарион позволил себе намек на улыбку. – Судя по тому, что ты сейчас стоишь передо мной живым, по-плохому ты так и не попытался? – вампир произнес это с совершенно нечитаемой интонацией, так что человеку оставалось гадать, доволен его наниматель или огорчен. – Простите, милорд! – на всякий случай предпочел оправдаться слуга. – Мне известно, на какой корабль они пересели и когда прибудут – я вернусь к этому вопросу, как только судно причалит к пирсу. – Нет, – отрицательно покачал головой Астарион, поднимаясь из-за стола и подходя к человеку. – Эта девушка больше не твоя забота. Но, если ты вдруг случайно встретишь ее снова, то можешь пригласить ко мне во дворец, – он поправил встревоженному слуге ворот рубашки, заставив запаниковать еще сильнее. – Очень, очень вежливо. – Я понял вас, господин, – с совершенно противоположной интонацией произнес Кукольник, и мужчина не мог его винить: обычно Астарион встречал стремление смертного выслужиться с гораздо большим одобрением, чем сейчас. И уж тем более никогда не велел слуге церемониться с кандидатками для краткосрочных кровавых развлечений лорда вампиров. – Тогда свободен. Рихард в последний раз поклонился и вышел из кабинета, но его владелец так и не вернулся в свое кресло, принимаясь задумчиво мерить шагами комнату. Он не сомневался, что рано или поздно Этера вернется в Балдур – не по своей инициативе, конечно же, – но все равно не ожидал ее так скоро. Похоже, что их случайная встреча в Эльсини стала отправной точкой для интриги надоедливого камбиона… да и была ли она случайной? Чем больше лорд узнавал про дьявола, тем меньше верил в совпадения… и тем сильнее хотел его наконец прикончить. Жаль, что Астарион пока не успел продумать ответный выпад, так что придется импровизировать на ходу, но ничего. Так будет даже веселее – ему уже давно не доводилось противостоять сильному врагу. Рейвенгард не в счет – после пары неудачных покушений на лорда этот прямой, как палка, светлый рыцарь был способен разве что вяло огрызаться в Совете. Хотя усилившееся влияние латандритов тоже беспокоило вампира, в первую очередь нужно было разобраться с Рафаилом. – Ладно, ублюдок, давай начнем твою игру. Мужчина подошел к окну, глядя в ночной город, который лично для него совершенно не был темным и мрачным, а пестрил разнообразием ярких звуков и красок. Осталось подождать совсем немного, и он будет смотреть на Балдур у своих ног уже на пару с ведьмой. И после этого весь мир содрогнется перед ними. *** Поздним утром лодка причалила к рыбацкому пирсу, многолюдному настолько, что Этера в очередной раз порадовалась способности ускользающего зверя скрываться в тенях и становиться абсолютно незаметным. Не хотелось бы начать свой первый день пребывания в Балдуре с паники… хотя в этом случае внимание младшего Рейвенгарда было бы ей обеспечено. Девушка инстинктивно надела капюшон – едва ли на данный момент ее персона хоть сколько-то интересна законникам, но сейчас она предпочтет обойтись без случайных нежелательных встреч. Хватит и того, что уже этим вечером придется посетить праздничный прием и громко заявить о своем присутствии в городе. Впрочем, Вратам Балдура, казалось, не было никакого дела до того, что на их землю ступила дьяволистка – народ вовсю готовился к предстоящим гуляниям. Фасады зданий украсили яркими лентами и полотнами с зимней символикой, прямо посреди улиц складывали основы для ночных костровищ. На площадях, мимо которых проходили путники, уже надрывали глотки лоточники, зазывая посмотреть на свои товары. Даже нищие выглядели сытыми и довольными – в этот день никто из добропорядочных граждан не рискнул бы отказать попрошайкам в медяке или куске хлеба. – Подайте монетку, добрые господа! – завидев толпу путешественников с сундуками, к ним тут же подскочил гнилозубый оборванец, но еще до того, как Этера успела отвадить его заклинанием, вперед вышел Вестар и демонстративно снял капюшон. Эльф успел рассказать девушке, что в Балдуре притерпелись к дроу, хотя все еще инстинктивно шарахались при малейшем намеке на опасность. А увидев у мужчины такой недовольный взгляд, колдунья и сама бы трижды подумала, стоит ли с ним связываться. – П-простите, саэ! – нищий поспешно попятился и ретировался, скрывшись в толпе. – Удобно! Надо почаще передвигаться по городу в твоей компании, – резюмировала Этера и улыбнулась более хитро. – Кстати, ты случайно не хочешь тряхнуть стариной? – Если моим прошлым потрясти достаточно сильно, оттуда могут выпасть не самые приятные вещи, – усмехнулся Вестар. – Поэтому зависит от того, что ты предлагаешь. – Расскажу чуть позже – мы уже пришли. Особняк Мары встретил уставших путников тишиной и холодом: во время своих походов капитан давала слугам отпуск, так что за домом оставался следить один только дворецкий. Мужчина, вышедший впускать нежданных гостей, поспешил согнать с лица сонное выражение и пообещал, что совсем скоро подготовит комнаты и обеспечит поздний завтрак. – А где твоя мерзкая птица? – поинтересовалась колдунья, когда не увидела лирохвоста ни в доме, ни в зимнем саду. Райграс был уже слишком стар, чтобы сопровождать хозяйку в морских путешествиях – тем более с регулярными заходами в Аверно – так что тифлинг оставляла его в Балдуре. – Он живет в оранжерее, – Амаретт сбросила на диван укороченную шубу из бурого меха и спросила ехидно. – Хочешь поздороваться? – Хочу познакомить его с Мизорой, – нисколько не смущаясь, призналась девушка, чем вызвала смех капитана. Вестар и Гейл помогли затащить тяжелый сундук Этеры в гостевую комнату, и, пока она разбирала вещи да приводила себя в порядок после путешествия, как раз настало время завтрака. Девушка спустилась в гостиную прямо в халате и с мокрыми волосами, мимоходом радуясь, что здесь может позволить себе расслабиться, а не пытаться выглядеть безупречно каждую секунду. Рафаил предпочитал видеть в своем окружении две крайности – либо очень красивые, либо гротескно уродливые вещи, и колдунье очень не хотелось однажды оказаться среди последних. Она задумчиво повертела в руке только что вскрытое письмо, которое вручил ей дьявол. Как Этера и предполагала, внутри оказалась всего лишь карточка с приглашением на торжественный вечер у леди Джаннат, но девушка не могла отделаться от мысли, будто что-то упускает. Этера рассмотрела записку и так, и эдак, силясь понять, в чем подвох: почерка и подписи герцогини она все равно не знала, да и какой смысл ее подделывать? Колдунья провела по листу пальцами и наконец ухватилась за кончик неожиданно мелькнувшей мысли: пергамент был бархатистым с одной стороны и гладким с другой – вот, что ее смутило. В Балдуре предпочитали другой тип бумаги, а эта – более плотная – активно использовалась в Амне… особенно в ситуациях, когда надо было доставить послание тайно. – Все в порядке? – обернулась к подруге Мара, когда та внезапно подскочила с кресла и направилась прямиком к панорамному окну в сад. – Да, – машинально ответила Этера и только потом подумала. – Не знаю, наверное. Она приложила приглашение к стеклу, чтобы на бумагу попадали прямые солнечные лучи – на лицевой стороне пергамента не отразилось ничего нового, но, стоило перевернуть его обратной стороной, как на пустоте листа проявился силуэт высокой, явно магической башни, окруженной россыпью звезд. – Как интересно… – Что там? – раздался за плечом любопытствующий голос дроу, и колдунья ничуть не удивилась тому, что он первым подошел посмотреть на ее находку. – Тонкий намек от Рафаила, – отозвалась девушка. – Знать бы еще, чей это символ? – Это башня Рамазита, – подсказал Гейл, когда у окна собрались все присутствующие в комнате. – Какое отношение к тебе имеет этот рыжий выскочка Лорроакан? – пренебрежительно фыркнул эльф. Этеру гораздо больше занимало, как этот рыжий выскочка связан с Амном, но она вынуждена была признать, что ей известно прискорбно мало о нынешнем обитателе волшебной башни. – Не знаю, но… Рафаил обещал мне союзников в противостоянии с храмовниками. Кстати, Вестар, какие у тебя планы на ближайшее время? – Схожу навестить Деррит, пока она меня не уволила, – улыбнулся девушке дроу. – Почему спрашиваешь? – Не желаешь составить мне компанию? – она многозначительно кивнула на приглашение. – По праву рождения ты имеешь возможность посещать подобные мероприятия. Эльф задумчиво запустил руку в волосы, явно озадаченный таким предложением. – Вероятно, мог бы, вот только зачем тебе это? – Ты сам желал поучаствовать в интригах против латандритов, и я почти уверена, что это, – она покачала в воздухе пергаментом, – входной билет в оппозицию. Еще я бы предпочла не привлекать к себе лишнего внимания на приеме, а что может быть скучнее, чем дама со спутником? – И поэтому хочешь явиться в компании дроу?! – расхохоталась тифлинг. – Дорогая, ты бы еще предложила зайти с фейерверком. – Вот именно: кто в здравом уме станет рассматривать заурядную человеческую девчонку, если рядом с ней будет дроу? – с нотками предвкушения в голосе проворковала колдунья. – Никто потом и лица моего не вспомнит. – Не лишено смысла, – весело фыркнул Вестар. – Ладно, значит, к моим ближайшим планам добавляется визит к Фигаро. *Тэм Гринхилл – “Нагадала нам судьба”